В выходившем в 1816 г. в Харькове «Украинском вестнике» (кн. X) находятся письма Левшина из Малороссии, преимущественно из Полтавской губернии, причем в 23-м письме в X кн. журнала, озаглавленном «Отличительные свойства малороссов», находятся не лишённые интереса этнографические замечания: «Малороссияне благоговеют к религии и непреклонны в священных истинах оной… Они пламенно любят отчизну свою и помнят славу предков своих… Воинственный дух не погас: они всегда с радостью идут сражаться за веру, Государя и ту землю, на которой прославились предки их, на которой родились они, взросли и привыкли вспоминать громкие дела Свирговских, Наливайков и Хмельницких… Малороссияне честны, в словах тверды и мужественны. Домашняя их жизнь и семейственное согласие достойны уважения. Почтение и любовь, к которым приучаются они с малолетства, делает их послушными сыновьями, добрыми супругами и хорошими отцами, а свято сохраняемая здесь верность супружеская изгоняет из семейств ревность – злейшего врага спокойствия. К сожалению, дружба не всегда соединяет здесь братьев, и раздоры часто царствуют между женами их. К чести малороссиян, целомудрие свято сохраняется ими, несмотря на вольность обхождения, между обоими полами позволенную. Молодые мужчины, хотя всегда свободно шутят и играют с девушками, но привыкли ограничивать желания свои, не смеют далеко простирать дерзких требований и довольствуются поцелуями, срываемыми со щек незастенчивых малороссиянок, которых горделивая походка, вольность и решительная твердость во всех поступках показывают мужество, женщинам не обыкновенное и часто отнимающее у них прелести (?!). Чувствуя любовь, малороссияне не скрывают ее и не томятся… Они бросаются на колени перед отцом и матерью и умоляют соединить их. Получив согласие родных, они получают право быть вместе… Нередко завеса ночи скрывает их покоящихся сладким сном в объятиях друг друга. Но горе тому, кто употребит во зло сию свободу! Стыд, поношение и даже презрение ожидают как тех, так и отцов с матерями… Малороссияне способны хранить вверенные тайны; но добродетель эта часто обращается в порок и производит скрытность. Воровство было презрительнейшим поступком у древних малороссиян; оно и теперь здесь в омерзении… Изобилие в прекрасных картинах природы, щедрость земли и счастливый климат делает здешних жителей веселыми и склонными к забавам… Бедность малорусского народа на каждом шагу ощутительна… Она происходит от беспечности и увеличивается мнимым источником богатства – свободой винокурения, которая отвлекает их от работы… Женский пол здесь трудолюбивее мужского. Малороссиянки не только заботятся о малютках и стариках, не только пекутся о приготовлении всего нужного для домашней жизни, но и отправляют работы мужчин, с которыми живут в согласии, исполняя желания и волю их, не будучи, однако, в рабском повиновении.
Некоторые обвиняют малороссиян в гордости и непокорливости, другие приписывают им злопамятство и лукавство. Малороссияне имеют много добродетелей, но имеют и пороки так же, как и все народы. Однако ж, мы большей частью не замечая в них первых, обращаем внимание на последние. Причиною тому кажется недостаток в ласковости и обходительности, которые всегда привлекают там и предупреждают с первого взгляда в пользу людей, ими одаренных.
Терпение жителей бедных достойно удивления; но бойся вывести их из оного, бойся раздражить их!..
Суеверия и предрассудки, которым подвержены малороссияне, не могут быть названы пороками, потому что они общи всем векам и всем племенам.
Наружность малороссиян имеет в себе нечто важное; умные лица, усы, при крепком сложении, обритой бороде и высоком росте – придают им величественный вид. Жаль, что они неповоротливы. Статные, плечистые, по большей части темно-русые и круглолицые малороссиянки вообще недурны, хотя красотки между ними редки.
Малороссияне, как кажется, чувствуют красоту в архитектуре: их вкус довольно образован природою. Деревни их, расположенные большей частью на горах, у подошвы которых текут реки, или на долинах, и дома, выбеленные как снаружи, так и внутри, представляют издали приятный вид.
Они живут хорошо, чисто и опрятно. Их хаты – прекрасные комнатки, просто, но хорошо убранные и разделенные большей частью на две половины. Печи с трубами предохраняют от дыму.
Малороссияне в пище разборчивы и умеют со вкусом приготовлять ее. Природные их кушанья – вареники, галушки, жирный борщ – очень вкусны. К тому же заметить надо, что пища, остающаяся от обеда, не употребляется ими в ужине, но варится свежая.
Охота их к простым картинам, которыми убирают комнаты, показывает, что они любят живопись.
Пляска малороссиян стройна и прекрасна. Песни их нежны, выразительны и нередко протяжны… Гибкостью, чистотою и приятностью голосов они превзошли почти всех жителей России. Придворная музыка певческая составлена почти из одних малороссиян…
Язык малороссийский хотя и не имеет правил, однако ж, некоторые ученые малороссияне употребляют его в сочинениях: перелицованная Энеида – прекраснейшее в своем роде произведение – служит тому доказательством. При всем том до сего времени он составляет только язык народа. Но если гении здешней стороны обратят на него внимание свое и образуют оный, ограничив (?) положительными правилами грамматики, то малороссияне в славе ученых произведений своих, может быть, будут состязаться с просвещеннейшими народами Европы. Тщетна сия надежда, ибо нет к тому побудительных (?) причин. Да и возможность составить язык из наречия, оставленного почти всеми образованными коренными жителями здешней стороны, есть самая малая!»
Этими словами и заканчивается письмо Левшина, причем не следует забывать, что оно написано великороссом в 1816 г., когда единственным представителем малорусской литературы была «Энеида» Котляревского.
Журнал «Киевская старина» 1904 г. № 2 Проф. Н. Сумцов....
Комментарии
Это можно сказать об любой части Российской Империи, но почему то сделан акцент именно на самих малороссах, а не об их особенностях жизни в данной местности, что как бы намекает.
Эти(русские) позднее вошли в состав Российской империи,поэтому и отличались,но Вы правы все зависит от географии.Знаю многих выходцев из глубинки России,которых Союз отправил на запад обучать новых украинцев,во втором поколении их дети,уже полностью ассимилировались,не отличишь от местного населения...Да и сами приехавшие разве что по акценты различишь,традиции почти все местные.Один народ
"Алексей Ираклиевич Лёвшин (1798—1879) — государственный деятель Российской империи; один из теоретиков реформы по освобождению крестьян,...окончил ...Харьковский университет.
В 1831 году Лёвшин был назначен Одесским градоначальником.
Его брат Лев был генерал-майором и Варшавским обер-полицмейстером"
Русскости не очень много в нём, да и писал он этот текст 17-18 летним пацаном.
чем определяеться русскость???
до Котляревского был еще и Григорий Сковорода. Правда его язык очень близок к русскому литературному и далек от того малороссийского наречия, на котором писал Котляревский , да и Котляревского мало кто в оригинале читал - мы его уже в переводе на мову в школе проходили, как и Шевченко. В общем у малороссийского наречия было много говоров, а сейчас детям в школе впаривают перевод на мову, а не оригинал.
Мову создал Грушевский чуть более ста лет назад. Взял за основу наиболее удаленный от русского литературного и переходный к польскому галицкий (рагульский) диалект, добавил в него кучу польских и выдуманных слов, что бы еще сильнее отдалить от русского литературного, и так получилась эта говенная мова. Потом большевики украинизаторы стали навязывать малороссам этот гнилой и чужой новояз, а родное для малороссов малороссийское наречие русского языка обозвали суржиком.
Надо сказать, что большинство малороссов за сто лет мову так толком и не осилили - продолжают на малороссийском наречии (на суржике) разговаривать.
Многие возразят, и заявят, что суржик - это смесь русского и украинского, Та пусть прочитают письмо запорожцев турецкому султану и посчитают сколько там так называемых русизмов, могут оригинал Энеиды Котляревского погуглить, и сравнить с той фальшивкой, что в школе детям впаривают.
Совершенно не так как. Большевики и придумали мову и поставили ее в ранг науки,и придали ей статус языка целой республики,жители бывшей польщи откровенно не понимали этот язык.говорили же жители Галиции на Южнорусском наречии,конечно с множеством привнесенных слов из польщи венгрии австрии.Интересно выглядело обучение Закарпатья украинскому языку,русины до сих пор плюются
агась. на русском литературном. житель держать специалист краска. карта малоросс скажет жытэль дэржаты спэциалист краска карта а на мове будет. мэшканэць трыматы фахивэць фарба мапа на польском будет мэшканец трыматы мапа
спецом внедряли в мову польские, немецкие и выдуманные слова. И создавать начал мову Грушевский еще в Австро-Венгрии, а большевики продолжили ее создавать, причем под руководством того же Грушевского - этот умудрился до трицатых досидеть, пока его не расстреляли.
и не надо путать закарпатских русин с рагулими ( до австро-венгерской украинизации галицкие русины)
Когда началось это литературное движение, русские галичане 22 апреля 1842 г. получили от проф. Мих. Максимовича из Киева относительно литературного языка такой совет:
«Возрождение русской словесности в Червонной Руси есть явление утешительное; дай Бог, чтоб обстоятельства к томублагоприятствовали, и чтобы молодое ваше духовенство не прекращало сего прекрасного и достопамятного начинания. На каком бы ни писали языке галичане, все равно, лишь бы писали они о своей милой Руси; но молодому нынешнему и будущему поколению надо писать на своем родном языке, подобно немцам, французам, чехам и всем почти другим нациям. У нас в империи русской русским языком стал великорусский язык, которым и говорим, и пишем и думаем, как языком общим, живое употребление и в Украйне (в образованном классе народа) имеющем. Потому все, что у нас пишется по-малороссийски, есть некоторым образом уже искусственное, имеющее интерес областной только, как у немцев писанное в алеманнском наречии. У нас не может быть словесности на южнорусском языке, а только могут быть и есть отдельные на оном сочинения Котляровского, Квитки (Основьяненко), Гребинки и др.; южнорусский язык у нас есть уже как памятник только, из которого можно обогащать великорусский или, по преимуществу у нас, русский язык. Народные украинские песни и пословицы суть также только прекрасные памятники для словесности русской. Но для русинов Австрийской империи живой язык — южнорусский; пора языка польского для них давно прошла, пора великорусского языка для них еще не наступила. Потому весьма желательно, чтобы они, подобно вам (Зубрицкому), усвоили себе великорусский язык; но ваша червонорусская словесность, по моему мнению, должна быть на вашем родном русском языке, т. е. на южнорусском; и только в Галиции она может быть на этом языке. И потому для ваших молодых писателей наши народные песни должны быть не только как памятники прекрасные, но и как живые образцы языка русского, так и формы уже готовые для галицких стихотворцев. Ваши молодые писатели должны писать чистым южнорусским языком, какой представляется особенно в песнях и думах украинских и старинных червонно-русских; а этот язык пополнять могут из старинных письменных памятников галицких и украинских, где много есть слов и оборотов, а потом ужо пополнительным источником пусть будет великорусский язык, преимущественно перед другими словенскими»
М Е С Т Ь П Р О Ф Е С С О Р А Г Р У Ш Е В С К О Г О
nehrist.at.ua/page/doc_mest.htm
интересная статья о Нечуй-Левицком, Грушевском и о создании украйиньскойи мовы. всю статью можно по ссылке прочитать, но немного процитирую ее:
Нечуй-Левицкий тяжело переживал неудачу. Он попытался еще раз образумить Грушевского. Но тот не желал признавать, что с введением новых слов перестарался. И тогда Иван Семенович выступил публично. Свои взгляды писатель изложил в статье „Современный газетный язык на Украине” и брошюре „Кривое зеркало украинского языка”. Он протестовал против искусственной полонизации украинской речи, замены народных слов иноязычными, приводил конкретные примеры. Так, вместо народного слова „дэржать”, указывал Нечуй-Левицкий, вводят слово „трыматы”, вместо народного „ждать” – слово „чэкаты”, вместо „прэдложылы”— „пропонувалы”, вместо „ярко” — „яскраво”, вместо „обида” — "образа”, вместо „война” — "вийна" и т. д. Известное еще из языка киевских средневековых ученых слово "учебник" Грушевский и К° заменили на "підручник", "ученик" – на „учень”, вместо „на углу” пишут „на рози” („и вышло так, что какие-то дома и улицы были с рогами, чего нигде на Украине я еще не видел”).
Сам не безгрешный по части выдумывания слов, Иван Семенович считал торопливость тут недопустимой, так как слишком большого количества нововведений народ „не переварит”. Он пояснял, что в основе таких замен лежит желание сделать новый литературный язык как можно более далеким от русского. „Получилось что-то и правда уж слишком далекое от русского, но вместе с тем оно вышло настолько же далеким от украинского”,— заметил Нечуй-Левицкий. Польским влиянием объяснял писатель введение форм „для народу”, „без закону”, "з потоку", „такого факту”, в то время как на Украине говорят: „для народа”, „без закона”, „с потока”, „такого факта”. Крайне возмущала его и „реформа” правописания с введением апострофа и буквы „ї”: „Крестьяне только глаза таращат и все меня спрашивают, зачем телепаются над словами эти хвостики”, – возмущался он.
Классик украинской литературы настаивал на том, что украинский литературный язык нельзя основать на „переходном к польскому” галицком говоре, к которому добавляют еще „тьму чисто польских слов: передплата, помешкання, остаточно, рух (да-да, это тоже не украинское слово – Авт.), рахунок, співчуття, співробітник". Указав на множество таких заимствований („аркуш”, „бридкий”, „брудний”, "вибух", „виконання”, „віч-на-віч”, „влада”, „гасло”, „єдність”, „здолати”, „злочинність”, „зненацька”, „крок”, "лишився", „мешкае”, „мусыть”, „недосконалість”, „оточення”, „отримати”, „переконання”, „перешкоджаты”, „поступ”, „прагнуты”, „розмацитий”, „розпач”, „свидоцтво”, "скарга", „старанно”, "улюблений", "уныкаты", "цилком", "шалений" и много-много других, не хватит газетной полосы, чтобы привести все) Иван Семенович констатировал: это не украинский, а псевдоукраинский язык, „чертовщина под якобы украинским соусом”. Следует еще раз подчеркнуть: Иван Нечуй-Левицкий был убежденным украинофилом. Не меньше Грушевского и его компаньонов хотел он вытеснения из Украины русского языка. Но, стиснув зубы и скрепя сердце, вынужден был признать: этот язык все же ближе и понятнее народу, чем навязываемая из австрийской Галиции „тарабарщина”.
Нераскрыта тема нимбов на макушках, и крыльев в поясницпах. Так шта незачет.
Эть точно))))))))