Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

Мертвая петля на подводной лодке и... как утопить “Энтерпрайз

Аватар пользователя Пепелац

Герой военно-морской байки и реальной истории

Помните такой анекдот?
 - Да у нас такого в Америке бы не произошло!

- Да нет твоей Америки, нету! Последний раз спрашиваю, кто кинул валенок на пульт!.

 

Не знаю, как там звали командира "Энтерпрайза", наша история его не помнит, а только служил параллельно ему в славном подводном флоте Союза Советских Социалистических Республик знаменитый командир по фамилии Мурашов.

Знаменитый — потому что знаменитый. И все тут. Даже потом, когда он уже под закат молодости защитил диссертацию и воспитывал в училище будущих Мурашовых, он продолжал оставаться знаменитым. У каждого знаменитого человека, как и любого простого, есть Голубая Мечта, к которой он стремится всю жизнь. У капитана второго ранга Мурашова их было целых две: мертвая петля на подводной лодке — это раз. И вторая — утопить "Энтерпрайз".

Что касается первой, то она так до сих пор еще не осуществлена (хотя, кто его знает, может Мурашов и это сделал втихаря где-нибудь в Марианской впадине, просто достижение никем не зафиксировано). Мне лично высший пилотаж в бездне океана представляется столь же вероятным, как торпедный залп в ванне. Но о торпедах — чуть позже.

"Энтерпрайз" интересовал военного моряка Мурашова по многим причинам. Прежде всего, в настоящем мужчине всегда заложена жажда во что-то из чего-то выстрелить и непременно попасть. Тут спорить не станет никто. А теперь представьте охотника-профессионала, который всю свою сознательную жизнь стрелял только холостыми патронами, и тогда вы немного поймете состояние командира лодки во время боевой службы, когда в аппаратах и на стеллажах торпеды только настоящие! Слава Маринеско и Лунина не давала Мурашову покоя, как любому нормальному подводнику без побочных ассоциаций. И когда американцы спустили на воду свой первый атомный авианосец с бортовым номером "CVN65", капитан второго ранга Мурашов выходил на него в атаку чуть ли не каждую ночь. Мысленно, конечно.

А тут — представляете? — садисты-адмиралы из Главного штаба ВМФ придумывают слежение за авианосной и очень ударной группой вероятнейшего тогда противника, и поручают, разумеется, Мурашову. И в один прекрасный день глядит он в перископ — и вот он, "Энтерпрайз", вот он, сладенький, как на ладошке, и штук пятнадцать всяких разных крейсеров, эсминцев и прочих фрегатов вокруг него — как янычары вокруг Осман-паши. Стерегут, значит, будто знают про существование капитана 2 ранга Мурашова. Вообще-то, наверно, знали: говорят, что на каждого советского офицера старше майора в ЦРУ отдельное личное дело заведено. Если это так, то на Мурашова там — как пить дать — выделен целый шкаф.

У командира хищно заблестели глаза, а правый указательный палец машинально несколько раз нажал на несуществующий спусковой крючок несуществующего дробовика. У-у, гад! — солнышко светит, самолеты с катапульт взлетают, антенны крутятся — и стрельнуть нельзя ни разику. Мир на планете нельзя нарушать. Вот если бы дали из Москвы команду... Хотя третьей мировой войны тоже не очень-то хотелось. Как же быть?

Слежение за вероятным противником подразумевает простую, в общем-то, вещь: держи его, супостата, на прицеле и жди сигнала. Дадут сигнал — топи, не дадут — не топи, терпи, держи и жди, когда скажут топить, или тебя другой сменит месяца через три. Трудная эта охота, скажу я вам, это все равно, что с похмелюги три часа пялиться на стакан холодного кефира или пива, а руки связаны намер-р-ртво... Да и внутри лодки — не санаторий с бассейнами и девочками. Подводная лодка — это же просто-напросто железный бидон, покрытый снаружи толстенным слоем резины. Представили, да? И что, еще тянет в подводники? Во-во.

Одни сутки, другие, третьи... А как хочется влепить! Расписаться, как на рейхстаге, только вместо надписи мелом "Здесь был кап. 2 ранга Мурашов!" — дыру в два трамвая. Вот здесь бы, как раз посередке... даже ночью хорошо видно... А этот гад — нарочно, что ли издевается? — ровно в полночь начал самолеты пускать: взлет-посадка, взлет-посадка, туда-сюда... Огоньки мигают, манят. И капроновое терпение, наконец, не выдержало постоянного трения об ту грань между умственным и физическим трудом, которую ежедневно стирают советские подводники. Капроновое терпение звонко лопнуло, и эхо разлетелось по всем отсекам веером команд. Командир в сердцах звезданул кулаком по столу, разбудив закунявшего вахтенного офицера.

- Хватит, тудыть-растудыть! Торпедная атака! — И весь центральный посмотрел на своего командира с восторгом. — С учебными целями, — добавил Мурашов, несколько охладив пыл экипажа. — Цель — "Энтерпрайз". Ночь, однако, прямо к борту подлезем, хрен заметят.

В центральный вполз минер.

- Учебная фактически, тащ командир?

- Учебная, — подтвердил командир. — Пузырем. Пятый и шестой аппараты освободи.

И представил себе, как американские акустики, а следом за ними и все остальные наперегонки бегут на верхнюю палубу и в панике сигают за борт. Шум воздуха, выплевываемого из торпедного аппарата, не спутаешь ни с чем, а поди, разбери — вышла вместе с воздухом торпеда или нет... На таком-то расстоянии! Командир потер руки, предвкушая приятное. Держись, супостат.Держись, лапочка.

Перископ провалился вниз, в центральный ворохом посыпались доклады о готовности отсеков, и началось общекорабельное внеплановое мероприятие под волнующим названием "торпедная атака".

- Пятый и шестой аппараты — то-овсь!... Пятый, шестой — пли!!! Имей, подлюка!

Шипение, бульканье, лодка немного проваливается на глубину. Мурашов, прикрыв глаза в блаженстве, представляет себе картину, происходящую сейчас наверху... Сейчас бы еще стопочку! Ладно. Не выдержав, командир цедит: "На перископную глубину! Поднять перископ!" Ну-ка, что там? Так... Глянул в окуляры, повертел, та-ак... нашел "Энтерпрайз", и... мама!.. Нет. МА-МА! МАМОЧКА!!!

- Минер! Минер, ангидрид твою в перекись марганца!!!

- Здесь минер...

- Чем стрелял, румын несчастный?!

- Тащ...

- Я тебя... я... чем стрелял, фашист?!

- Ничем я не стрелял:

- Как это — ничем?!

- А так: мы эта... тут с механиком договорились, что он в момент залпа гальюны продует — звуковой эффект тот же, а заодно и гавно выкинем, две недели ж не продували, сколько можно его с собой возить:

- Сколько надо, столько и будешь возить! (минер недоумевает — почему именно я?) Пересчитать торпеды!!!

- Тащ... а что случилось?

- Что случилось, что случилось... "Энтерпрайз" горит!!! Считай давай, гавнострел-умелец!

Минер пожал плечами и пошел тыкать пальцем по стеллажам: плюс в аппаратах:плюс корма:

А в перископе — картина!!! Глянем?

Ух, горит! Хорошо горит. Не просто горит — полыхает. В темноте здорово видно. Зрелище... Дым, языки пламени, люди маленькими насекомыми бегают по полетной палубе — словом, полный комплект. Доигрался! Долбанули "Энтерпрайз"! Это вам не хухры-мухры. Ой, что будет!.. Особист торчит посреди центрального и все никак решение принять не может — дар речи потерял.

- Центральный минеру! Тащ командир, все торпеды на месте! Я не знаю, чего это он. А что, правда — горит?

- Пашшел!.. Ищи, чем утопил этот утюг, и пока не найдешь...

- Не, ну гавном — это навряд ли: То есть "Есть!": А что, взаправду утоп уже?

- .............................!!!!!!!

Как известно, случайностей на свете не бывает. Каждая "случайность" — это непознанная закономерность. Долго еще бедный капитан 2 ранга Мурашов ломал голову над причинно-следственной связью, соединяющей воедино боевой порыв, пузырь воздуха, фекалии и подбитый авианосец... Долго и напрасно. Потому что все было очень просто: раз полеты — значит, авианосец должен идти с одной скоростью и одним курсом, чтобы летчик при посадке не промахнулся. Он и шел. А тут услыхали пузырь, потом увидали посреди лунной дорожки перископ, ну и сдали нервишки. Вильнул здоровенный кораблик, уклоняясь от "торпеды", самолетик-то и совершил посадку маленько не туда — прямехонько в центральную надстройку авианосца, "остров" называется... Ну, трах-бабах, и все такое прочее, как говорил знаменитый Роберт Бернс. Вдобавок еще и своему крейсеру УРО "Белкнап" в скулу носом влепились. А наши под водой тем временем торпеды считали, обалдев... А все потому, что нет у американцев аппаратуры, которая лодки по запаху фекалии различает. Правда, у нас тоже...

...На пирсе в базе лодку встречал лично командующий флотом. Выслушал доклад, насупившись, а когда командир уже приготовился ко вставлению, выложил ему две звезды: одну — Красную — на грудь, вторую — поменьше — на погон. В добавление к уже имеющимся. И сказал:

- Езжай-ка ты, лучше, Мурашов, в училище. Учи там будущих флотоводцев, а здесь тебя оставлять опасно — чего доброго, еще первую мечту вздумаешь осуществить...

А через полгода "Энтерпрайз" прошел внеплановый ремонт и снова вышел бороздить просторы и пускать авиацию, и снова за ним кто-то гонялся... А он был такой чистенький, новенький, с иголочки, под флагом полосатым, и ничто не напоминало, что не так давно "Здесь был кап. 2 р. Мурашов"...


Это была присказка, военно-морская байка. Но как все такие истории, возникла она не на пустом месте. А что же было на самом деле?


В 1968 году, в разгар варварских бомбардировок Соединенными Штатами Америки Вьетнама, командир советской атомной подводной лодки К-10 получил приказ выйти на перехват лучшего американского авианосца «Энтерпрайз» и уничтожить его… условно

Приказ на перехват

Когда капитан второго ранга Николай Иванов получил приказ выйти на перехват американской авианосно-ударной атомной группы, он почувствовал себя героем сказки «Конек-Горбунок», которому царь дал заведомо невыполнимое задание.

– Хотя Иванушке было легче, – говорит контр-адмирал в отставке Николай Тарасович Иванов, – в его распоряжении был шустрый и бесшумный Конек. У меня же атомоход К-10 – самая шумная из всех атомных субмарин первого поколения. Подводники прозвали эти подлодки «ревущая корова». И это притом, что по другую сторону «фронта» были американские гидроакустики, чья аппаратура позволяла засекать за сто миль любую подводную цель. Тем более такую, как атомоход К-10.

Наперерез армаде

Итак, в Южно-Китайском море в сопровождении трех атомных кораблей – ракетного крейсера «ЛонгБич», фрегатов «Бейнбридж» и «Траксан», а также нескольких эсминцев – на всех парах идет атомный авианосец США «Энтерпрайз» с 90 самолетами на борту.

Авианосец был чемпионом американского флота по числу боевых вылетов в день – 177. Его называли «королем океанов», им гордились, им устрашали…

Именно «Энтерпрайз» был брошен в 1962 году в Карибское море как главный козырь в политической игре вокруг Кубы и советских ракет. Ко всему прочему экипаж «Энтерпрайза» обладал боевым опытом войны против Вьетнама.

Да и вся королевская рать была не просто случайным сборищем кораблей, а высококлассной эскадрой, которая в 1964 году сумела обогнуть земной шар в совместном кругосветном плавании.

И вот наперерез этой атомной армаде брошена единственная оказавшаяся в относительной близости атомная подводная лодка с крылатыми ракетами надводного старта. При этом русская субмарина не просто должна вести слежение, она должна атаковать… хотя и условно. «Ревущая корова», шумевшая под водой «на пол-океана», двигалась на перехват «короля»! Капитан второго ранга Иванов не мог знать, что два года назад Пентагон с одобрения президента США разрешил командирам авианосноударных групп уничтожать в мирное время советские подлодки, обнаруженные в радиусе ста миль от «Энтерпрайза»…

На пределе

Голову, однако, Иванов вешать не стал, хотя общий взгляд на ситуацию не внушал оптимизма. Чтобы выйти на перехват быстроходных кораблей, надо было преодолеть более1500 километров. На такой дистанции любое, даже самое незначительное отклонение от курса приводит к смещению точки встречи на десятки миль, а площадь района нахождения цели превышала полмиллиона квадратных миль. Тем более что данные о первоначальных координатах цели, переданные из Москвы, уже устарели. А уточнить их с помощью самолетов-разведчиков не было ни малейшей возможности. Над Тихим океаном бушевал шторм, и погода была стопроцентно нелетной.

И все же Иванов решился на погоню.

– Я надеялся, что посылки американских гидролокаторов мы услышим миль за сто и точно наведемся на них, – вспоминает Иванов.

Но был еще один риск – чтобы перехватить американскую эскадру, надо было в течение полутора суток идти на максимальных скоростях. А это предельное напряжение всех механизмов в условиях, когда любая авария может стать радиационной. И все же Иванов принял решение идти на максимально возможном ходу – 28 узлов (около 50 километров час)…

Помимо прочего, давило на душу и то, что именно в этом районе всего лишь три месяца назад бесследно исчезла подводная лодка К-129. Иванов хорошо знал ее командира – капитана второго ранга Кобзаря, да и многих офицеров. Но лодка сгинула, и думай что хочешь.

А кружить над подводной могилой товарищей и не думать об этом – было невозможно.

Задача для смертников

1968 год – один из самых опасных в послевоенной истории мира. Еще не погасли толком угли военного конфликта на Ближнем Востоке. Одна за другой погибали в морях по неизвестным причинам подводные лодки – советская К-129, американская «Скорпион», израильская «Дакар», французская «Минерва»… В плену у северокорейцев находился экипаж американского разведывательного корабля «Пуэбло». Советские танки вошли в Прагу. Американские авианосцы яростно бомбардировали Вьетнам и готовы были порвать любого вставшего у них на пути.

А капитан второго ранга Николай Иванов продолжал вести свой ракетный атомоход в полном неведении о том, что ждет его в точке пересечения курсов… При этом он прекрасно понимал, что с кораблями воюющей державы шутки плохи. Близко подходить к ним, а уж тем более отрабатывать по ним учебные атаки смертельно опасно. Но именно такая задача и была ему поставлена: перехватить «Энтерпрайз» и условно уничтожить его ракетным залпом. В военное время это была бы самоубийственная задача. Атомоходы 675-го проекта могли запускать свои крылатые ракеты только из надводного положения. Дай бог успеть выпустить последнюю ракету до того, как на тебя обрушится огненный шквал ответного удара! А уж о погружении и думать не приходилось. Задача для смертников…

Под прикрытием «Дианы»

Однако у Иванова был свой расчет. В нужный район надвигался мощный тайфун «Диана». А это значило то, что противолодочные самолеты в воздух не поднимутся. Так оно и вышло. Однако легче не стало. Даже на глубине ощущалось могучее дыхание океана. Переносить качку в тесных и душных корабельных рубках было очень тяжело. А каково же было тем, кто находился наверху, на вздыбленных волнах? Американские командиры буквально голосили в эфире, сообщая флагману о том, как тайфун калечит их корабли. Все это советские радисты услышали в эфире, как и то, что американцы резко понизили скорость движения, а значит, то же самое должна была сделать и русская субмарина. Уменьшив скорость, Иванов значительно снизил шумность турбин: шансы на незаметное подкрадывание повысились. А уже к вечеру акустики К-10 услышали в своих гидрофонах протяжные звуки – это работали гидролокаторы «Энтерпрайза», зондировавшие глубины. Иванов вышел на рубеж ракетной атаки.

Бесшумная атака на «Энтерпрайз»

Конечно, можно было бы провести ее условно, просчитать все нужные параметры, красиво нарисовать схемы, а потом представить отчеты начальству. Но ведь реальная атака была неосуществима, и если бы Иванову пришла в голову дикая мысль – всплыть и привести ракеты в боевое положение, то ураган «Диана» просто бы снес поднятые контейнеры с ракетами. А если бы и в самом деле – война?.. Так и уйти ни с чем, списав отказ от атаки на погоду? Вот тогда-то капитан второго ранга Иванов и решил выйти на дистанцию торпедного залпа! А это значит, что нужно подойти к цели намного ближе, чем при ракетном пуске.

Под прикрытием тайфуна, рискуя быть уничтоженной в случае обнаружения, «ревущая корова» прорвала кольцо охраны «короля океанов». А дальше, перейдя на режим минимальной шумности, «десятка» вышла на рубеж торпедной атаки. В торпедный автомат ввели данные о цели: курс, скорость, осадка…

В реальном морском бою торпеда с ядерным боезарядом уничтожила бы не только плавучий аэродром, но и все корабли его охранения. Капитан второго ранга Иванов выполнил свое боевое предназначение, но на этом приключения подводников не кончились.

В мертвой зоне

– Мы находились буквально внутри армады. «Энтерпрайз» практически накрыл нас своим днищем. Разумеется, мы находились на безопасной глубине, ни о каком столкновении не могло быть и речи, – продолжает Николай Тарасович. – Я мгновенно оценил преимущество нашего нового положения – мы находимся в мертвой зоне американских гидролокаторов, к тому же шум гребных винтов авианосца надежно прикрывает наши шумы. Мы неслышимы для кораблей охранения и невидимы для них. И я принял решение идти под «Энтерпрайзом» до тех пор, пока это возможно. Однако было опасение, что мои люди устали после дикой гонки и напряженнейшего перехода. Но тут замполит, капитан третьего ранга Виктор Агеев объявил по трансляции: «Товарищи подводники, сейчас мы находимся под днищем самого крупного американского авианосца…» И тут слышу в отсеках: «Ура!» Вот такие наши матросы, с ними нигде не пропадешь!

Под днищем проигравшего «короля»

И они не пропали. Тринадцать часов кряду шла ракетная атомная подводная лодка под авианосцем «Энтерпрайз»! Это был высший подводный пилотаж. Экипаж четко выдерживал безопасную глубину и курс. Несмотря на мощный шум авианосца (воду над лодкой молотили восемь гребных винтов, и выли восемь турбинных установок), акустики сумели взять пеленги на все корабли охранения.

Иванов провел еще серию торпедных атак – и по атомному крейсеру, и по атомным фрегатам, и по эсминцам. Более того, акустики записали на магнитофон характерные шумы всех кораблей АУГ.

И лишь когда шторм пошел на убыль, а авианосная эскадра прибавила скорость, Иванов скрытно вышел за пределы зоны обнаружения.

Подвиг командира и экипажа

Подводная лодка К-10 благополучно вернулась на родную базу на Камчатке – поселок Рыбачий. Экипаж Иванова встретили как положено после «автономки» – с оркестром. Потом начальство долго выясняло, не было ли со стороны командира лихачества и неоправданного риска. Схемы маневрирования изучались в штабе Тихоокеанского флота (во Владивостоке), и наконец дело дошло до Главного штаба ВМФ в Москве. В маневрировании подводного ракетоносца никто не смог найти ничего предосудительного. В Рыбачий пришел вердикт: капитана второго ранга Иванова и других отличившихся подводников наградить!

36-летнего командира представили к званию Героя Советского Союза. Его подвиг оценили все, кроме… политработников. Начальник политуправления наложил свою резолюцию: «Иванов – командир молодой, и все награды у него впереди».

А за свою немыслимую и, как стало ясно теперь, легендарную атаку на «Энтерпрайз» Иванов был награжден аж… тремя биноклями: от командира эскадры, командующего Тихоокеанским флотом и Главкома ВМФ СССР.


PS Вот так оно бывает. Как поётся в песне - "мы рождены, чтоб сказку сделать былью!"

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя daryets
daryets(5 лет 11 месяцев)(19:06:50 / 10-11-2015)

Спасибо, было интересно.

Аватар пользователя неДобрый
неДобрый(2 года 10 месяцев)(19:10:24 / 10-11-2015)

Байка. Читал.

Аватар пользователя Пепелац
Пепелац(5 лет 4 недели)(19:11:23 / 10-11-2015)

Это первая часть - байка. Вторая - реальная история.

Аватар пользователя Villy
Villy(5 лет 3 месяца)(19:16:02 / 10-11-2015)

класс! спасибо!

Аватар пользователя Igoris
Igoris(3 года 11 месяцев)(19:37:08 / 10-11-2015)

Герои!

Аватар пользователя Скорпион
Скорпион(4 года 2 недели)(19:53:27 / 10-11-2015)

Спасибо! Я знал эту историю, но освежить память - никогда не поздно...

Аватар пользователя O6OPOTEHb
Аватар пользователя Юрий ЕВРАЗ
Юрий ЕВРАЗ(2 года 2 месяца)(23:41:47 / 10-11-2015)

Спасибо!

Аватар пользователя ватный
ватный(2 года 8 месяцев)(15:13:35 / 11-11-2015)

Спасибо!yes

Аватар пользователя СергиоПетров

Повыдергивать бы шаловливые ручки всяким начальникам полит управления. "Награды у него дескать впереди"  а у тебя позади  вошь подзаборная.

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...