Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

Система нравственных ценностей Москвы, и почему это важно ("The National Interest", США)

Аватар пользователя Xexen

Взгляд на систему нравственных ценностей России и на ее отношения с религией и государством помогает нам лучше понять, как действует Москва.

Система нравственных координат России, особенно в ее применении к современной внешней политике, существенно отличается от западной.

У постсоветской России нет направляющей идеологии, но она утверждает, что определенные ценности, принятые ею в качестве общих принципов поведения, ближе по духу международному порядку, чем остальные. России хочется, чтобы такие принципы поведения нашли большее признание. Но соглашаясь с тем, что культурное развитие каждой нации уникально, она решительно противостоит попыткам насаждения какого-то одного набора нравственных ценностей за пределами своих границ. По ее мнению, мировое сообщество может на законных основаниях взывать к транснациональным этическим нормам только тогда, когда на это дает санкцию Организация Объединенных Наций. Это высокая планка, однако, как заявляет Россия, она была поднята на такую высоту специально, дабы не допустить злоупотреблений.

Конкретные ценности, которые Россия считает наиболее подходящими для международного порядка, являются общими для четырех ее традиционных религий— иудаизма, христианства, ислама и буддизма. Их комфортное взаимодействие друг с другом и с государством, утверждает Россия, указывает на то, что религия необязательно должна быть источником конфликтов в современном мире. Более того, российские представители часто отмечают, что западные страны могут многое перенять у России.

Эта концепция нравственных ценностей приводит к трениям с Западом по четырем направлениям.

Первое это характер международного порядка. С тех пор, как права человека и демократия в 1970-е годы в явной форме стали целями внешней политики США, западные политические лидеры заявляют, что в лучшем из всех возможных миров внешняя политика является отражением внутренней политики. Построенная на этой посылке теория (теория демократического мира) в своей самой популярной форме гласит, что демократии не воюют друг с другом. Поэтому отстаивающие демократию государства продвигают желательный в нравственном плане миропорядок, а возражающие против таких усилий государства считаются безнравственными.

Поскольку Запад озабочен проблемами демократии и прав человека больше, чем международные институты, Соединенные Штаты и их союзники изыскивают пути обхода таких институтов, утверждая, что западные ценности пусть не де-юре, но де-факто являются общемировым стандартом. Поэтому, когда несколько западных стран действуют заодно, им не нужен формальный мандат ООН. Такая точка зрения вызывает существенные трения между Россией и Западом.

Третий источник напряженности связан с ослаблением роли традиционных религий как арбитров нравственности на Западе. Кое-кому на Западе кажется, что мировое сообщество сегодня должно искать некую альтернативную нормативную концепцию. Согласно этой точке зрения, поскольку такие ценности как индивидуализм, антиклерикализм и модернизация привели к подъему Запада, они являются соответствующим эталоном для всего человечества.

И наконец, Русская православная церковь сегодня тесно взаимодействует с государством. Она часто оказывает интеллектуальную и моральную поддержку государственной политике — не потому что вынуждена, а потому что хочет это делать. Церковь безусловно придерживается той нравственной концепции, которая находится на вооружении российской внешней политики. Она продвигает эту концепцию, так как убеждена, что создание благоприятного международного порядка поможет ей в выполнении триединой миссии спасения: это спасение человеческих душ, спасение всех национальных христианских культур и спасение всего человечества. Нет нужды говорить о том, что это столь же далеко от доктрины отделения церкви от государства, как Восток далек от Запада.

Теперь нравственные контуры сегодняшнего конфликта между Востоком и Западом должны быть очевидны. Россия выступает против утверждения единого набора культурных ценностей в качестве стандарта международного поведения. Многие на Западе в ответ заявляют, что западные ценности это не какой-то одиночный культурный стандарт, а стандарт фактически универсальный. Россия называет это односторонним подходом и ратует за создание многополярного мирового порядка, основанного на многообразии культур (плюрикультурализм) как оптимальной альтернативы.

Сторонники многообразия культур заявляют, что в разнообразии стран и народов имеется изначальная ценность (Владимир Путин называет ее «богоданной»). Это существенно отличается от мультикультурализма, который ценит разнообразие внутри стран. Для России разнообразие внутри стран менее ценно, чем разнообразие между ними. В отличие от него, западные государства больше ценят разнообразие внутри наций (права индивидуума), а между нациями они стремятся подчинить национальные культурные различия стандартам, таким как права человека, которые отражают современные ценности Запада.

Потенциал для возникновения международного конфликта очевиден, но он вряд ли неизбежен. Во-первых, если мы посмотрим на эти дебаты в историческом и религиозном контексте, то увидим, что у них на Западе есть глубокие корни.

Так, российский плюрикультурализм, утверждающий, что национальные культурные различия накладывают определенные нравственные ограничения на проведение внешней политики, у нас в стране называли «американской исключительностью». На нее часто ссылались как на причину того, почему Америка НЕ проявляет активности за границей «в поисках монстров, которых надо уничтожить», как говорил Джон Куинси Адамс (John Quincy Adams). А теперь сопоставьте это с прошлогодним заявлением президента Обамы в Вест-Пойнте, где он сказал: «Америка всегда будет лидировать на международной арене. Если не мы, то никто». В его утверждении само собой разумеется, что подчинение всех наций американскому руководству есть моральное благо.

Понять, как со временем менялась система наших нравственных ценностей, мы можем из того заявления, которое сделал Адамс. Его беспокоило то, что если Америка «станет мировым диктатором, она больше не сможет управлять собственным духовным началом». Сегодня эту обеспокоенность высказывает даже не американец. Ее высказывает Владимир Путин.

Кроме того, система нравственных ценностей православной церкви не является «анти-модернистской» или «анти-либеральной», как может показаться на первый взгляд. В работах высокопоставленного российского духовенства на эту тему есть множество нюансов. Они заявляют, что просвещение и либерализм были ценными и прогрессивными общественными идеями в свое время; но когда Запад отказался от системы нравственных ценностей, которую представляла церковь, они деформировались и стали безобразными и чудовищными.

Что целиком и полностью отвергает православная церковь, так это отделение церкви от государства. А поскольку современные западные общества считают, что доктрина отделения церкви от государства, а также современность и либерализм создают жизненно важное западное триединство ценностей, Русская православная церковь активно борется с такой позицией.

Безусловно, это конфликт мировоззрений, и политические последствия от такого конфликта неизбежны. Вполне понятно, что в светском дискурсе Русскую православную церковь часто считают политической силой, какой она определенно является. Она также является экономической силой, правовой силой, культурной силой и образовательно-воспитательной силой. То есть, церковь активна буквально во всех сферах жизни общества. Но мы должны задуматься о другом: как наилучшим образом не дать этому конфликту идеалов перерасти в открытую вражду. Один из способов ослабить политические последствия от столкновения религиозных взглядов и представлений — это признать, как мало такая светская активность значит для православной церкви.

Мы никогда не должны терять из виду то обстоятельство, что церковь прежде всего видит в себе сверхъестественную силу, проявление Святого Духа в истории. Ну какое значение могут иметь политические баталии, когда идет борьба за душу каждого человека и за душу всего человечества? Для церкви значение имеет только такая борьба. Это причина ее существования, и исход такой борьбы ни в коей мере не будет определяться политикой.

Более того, в этой всеопределяющей борьбе церковь обладает почти непреодолимым преимуществом над всеми прочими политическими игроками, над правительствами и даже над нациями. Временные рамки ее успеха это бесконечность. Победить ее в бесконечности — это ужасно трудно.

Но насколько успешно может действовать Россия, пропагандируя свою систему нравственных ценностей? Насколько эти ценности привлекательны? Ответ зависит от того, о каком регионе мира мы ведем речь.

Если думать о «мягкой силе» как о средстве, которое использует религиозную и/или культурную близость для достижения внешнеполитических целей, то нет ничего удивительного в том, что большинство российских соседей до сих пор реагируют на нее весьма положительно и отзывчиво. Иногда, как это было на Украине и в Грузии, такая взаимозависимость проявляется по принципу «от любви до ненависти один шаг», благодаря чему Россия остается в центре общественного внимания, хотя национальные элиты отчаянно пытаются освободить свои страны от российского культурного влияния.

Таким образом, культура и религия остаются важными инструментами России в ее усилиях по созданию Евразийского союза и по противодействию его альтернативам — ведь гораздо проще создавать привлекательные в политическом и экономическом плане варианты действий на общей культурной основе, нежели пытаться делать все наоборот.

Но реальным испытанием для российской мягкой силы могут стать ее попытки формировать предпочтения в тех районах земного шара, которые находятся за пределами ее культурного влияния. Чтобы расширить зону своего охвата, Россия подает два простых сигнала, которые способны найти мощный отклик во многих не западных странах.

Первый сигнал заключается в том, что это совершенно правильно, когда не западные страны остаются верны себе. Чтобы добиться успеха в этом мире, вовсе не обязательно шагать в ногу с западной моделью развития. Усиление БРИКС, утверждает Россия, доказало, что разные подходы к развитию могут вполне успешно конкурировать с «вашингтонским консенсусом», а местные традиции дают богатый запас социальных ресурсов, которые можно использовать для повышения своей конкурентоспособности в мире. Второй сигнал о том, что надо бросить вызов преобладающим на Западе представлениям о преимуществах потребительского общества. Во многих не западных странах потребительство винят не только в том, что оно напрямую ведет к кризису духовности, но и в возникновении ресурсных, демографических и экологических кризисов. Общий ответ на это — стремление к устойчивому, учитывающему будущие потребности автохтонному духовному развитию, на базе которого можно построить устойчивое, учитывающее будущие потребности автохтонное экономическое развитие.

В своей книге The Righteous Mind (Праведный ум) профессор Джонатан Хайдт (Jonathan Haidt) отмечает огромную разницу в ценностях между «Западными, Образованными, Промышленно Развитыми, Богатыми и Демократическими» странами, и теми нациями, которые отдают предпочтение «морали общины» или «божественной этике». Говоря о последних, Хайдт пишет: «Личная свобода светских западных стран, включая ничем не ограниченную свободу выражения, выглядит как распущенность, гедонизм и восхваление примитивных инстинктов человека».

Такое единодушие по поводу этих весьма аморфных ценностей превращается в хорошо различимую глобальную повестку по созданию нового мирового порядка. Вызвано это усиливающимся ощущением того, что у Запада, который все еще господствует в плане власти, силы, богатства и ресурсов, отсутствует тот культурный и духовный потенциал, который помогает преодолевать многочисленные глобальные кризисы. Традиционные религии тоже обычно поддерживают идею о том, что у человечества есть предел возможностей по преобразованию самого себя и окружающей среды, и что утверждения об обратном, с которыми выступают Западные, Образованные, Промышленно Развитые, Богатые и Демократические страны, это опасное высокомерие.

Большинство западных аналитиков не понимает, как такое может привести к слиянию интересов столь разных стран как Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка. Пожалуй, здесь следует исходить из других позиций: мягкая сила БРИКС это выражение не какого-то одного набора национальных ценностей, а общих ценностей, которые, как считают данные государства, должны лечь в основу нового международного порядка.

Российская система нравственных ценностей в полной мере соответствует такой повестке, увеличивая воздействие ее мягкой силы. Россия сегодня считает, что может рассчитывать на ряд ключевых государств, которые поддержат ее перед лицом агрессивной западной враждебности, так как ее усилия выгодны не только ей самой, но и косвенно всем странам, вместе с ней стремящимся к новому международному порядку.

Николай Петро — профессор Университета Род-Айленда.

ИНОСМИ

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя Ficher
Ficher(3 года 1 месяц)(09:39:13 / 25-09-2015)

Я может быть тупой, поскольку недопонимаю, к чему клонит автор. 

Аватар пользователя Xexen
Xexen(3 года 11 месяцев)(10:05:31 / 25-09-2015)

Да, статья нудновата и полна постулатами. :)

Автор пытается объяснить западным читателям: почему Россия не хочет жить по тем правилам, какие приняты  в "демократическом мире" и на чем основан "моральный кодекс" русских.

Если коротко, то ниже приведенные 2 предложения поясняют читателям: в чем причина конфликта между нами?

Россия выступает против утверждения единого набора культурных ценностей в качестве стандарта международного поведения. Многие на Западе в ответ заявляют, что западные ценности это не какой-то одиночный культурный стандарт, а стандарт фактически универсальный.

Комментарий администрации:  
*** Мистер "Сомнительная Копипаста" ***
Аватар пользователя Sarich
Sarich(2 года 5 месяцев)(09:48:38 / 25-09-2015)

Этот профессор лучшее что может понимать в западной среде, но к сожалению в вопросах выживания сначала действует биоробот, Это рефлексы. До человека Сознающего ещё нужно добраться. 

Комментарий администрации:  
*** Распространяет ссылки на сектантские материалы, признанные экстремисткими по суду ***
Аватар пользователя Аббе
Аббе(4 года 3 месяца)(10:39:33 / 25-09-2015)

К сожалению - в общении с Западом мы пытаемся опираться на лучших, но и сами по себе лучшие - в основном тупицы.

К моему ужасу - Задорнов ПРАВ. И это отвратительно.

Аватар пользователя Seva
Seva(3 года 6 месяцев)(10:47:25 / 25-09-2015)

Ложь и фальшь "западных ценностей" видна невооруженным глазом. Уж если эти "ценности" так первичны и важны, то наведите порядок в первую очередь в своем круге и круге ваших же "союзников" - отдемократизируйте, к примеру, саудов, с гарантированным результатом, а не так как у вас получилось в Ливии и в Ираке. Потом попробуйте еще раз прыгнуть на грабли и отдемократизируйте Китай!... Слабо?

Аватар пользователя demyen12345
demyen12345(2 года 11 месяцев)(10:57:44 / 25-09-2015)

Хорошо статью характеризует приведенный порядок религий России - иудаизм на первом месте :) Глубокие познания материала :)

Аватар пользователя der sad
der sad(2 года 8 месяцев)(11:17:40 / 25-09-2015)

Хех а могли бы все банально сказать:

Вот какие ценности продвигают

Россия: семья, родина, человек

Запад: лгбт, транснациональные корпорации, толерантность (феминизм, расизм, атеизм)

Аватар пользователя illusionage
illusionage(2 года 2 месяца)(11:32:34 / 25-09-2015)

То есть, когда в Америке существовали нормальные люди, то точка их зрения совпадала с той что есть у России. 

Так, российский плюрикультурализм, утверждающий, что национальные культурные различия накладывают определенные нравственные ограничения на проведение внешней политики, у нас в стране называли «американской исключительностью». На нее часто ссылались как на причину того, почему Америка НЕ проявляет активности за границей «в поисках монстров, которых надо уничтожить», как говорил Джон Куинси Адамс (John Quincy Adams). А теперь сопоставьте это с прошлогодним заявлением президента Обамы в Вест-Пойнте, где он сказал: «Америка всегда будет лидировать на международной арене. Если не мы, то никто». В его утверждении само собой разумеется, что подчинение всех наций американскому руководству есть моральное благо.

Когда европейцы и американцы решали, стоит ли им вмешиваться в борьбу за независимость Греции, президент Джон Куинси Адамс предупредил своих соотечественников о «вредности поездок за границу на поиски монстров, которых нужно уничтожить».
В свое время президент Джеймс Монро, буквально сразу после инаугурации назначает Адамса, сына второго президента Америки, полномочным посланником в столице Российской империи Санкт-Петербурге. Там Джон Куинси Адамс становится любимцем салонов. 
То, что американец не овладел русским языком, не стало ему помехой: российская аристократия общалась на французском. Джон Куинси Адамс становится другом и доверенным лицом царя Александра І. Они вместе дефилируют по Невской набережной, решая на ходу проблемы межгосударственных отношений. Адамсу удается убедить Александра І взять на себя роль посредника в улаживании военного конфликта между США и Великобританией (1812—1814 гг.). Благодаря заключенному в 1814 году Гентскому договору отношения между США и Великобританией возвращаются преимущественно к status quo ante bellum. 
О деятельности Джона Куинси Адамса можно писать много, а можно ограничиться одним абзацем. Он был, прежде всего, фактическим «архитектором» доктрины Монро, которая предусматривала невмешательство европейских государств в дела Западного полушария, и в течение нескольких эпох определяла политику США по отношению к Латинской Америке. Он — автор договора Адамса — Ониса (министр иностранных дел Испании), который узаконил аннексию Соединенными Штатами Флориды. Именно ему удалось уладить спор с Великобританией относительно границы между США и Канадой, а также заставить имперскую Россию отказаться от планов продвижения на Тихоокеанское побережье Северной Америки. Когда посол России в Вашингтоне передал ему пожелание царя Александра І о присоединении США к «Священному союзу», Джон Куинси Адамс, отказался принять это предложение. 
 Эфемерная победа на президентских гонках, которые состоялись в 1824 году, лишила власть Джона Куинси Адамса твердой почвы. Баллотируясь от республиканцев, он набрал меньше голосов избирателей и членов коллегии избирателей, чем его соперник-демократ Эндрю Джексон. Однако законодатели отдали предпочтение Джону Куинси Адамсу, и это стало основанием для утверждений об «украденной» победе. Некоторые детали закулисных договоренностей не выяснены до сих пор, но никаких нарушений конституции обнаружено не было. Его президентство (1825—1829 гг.) оборачивается беспрерывными столкновениями в конгрессе, и вдобавок у него нет полной поддержки и законодателей из своей партии. В недавнем прошлом выдающийся дипломат, он концентрирует внимание на программе модернизации Америки. Джон Куинси Адамс предлагает использовать федеральные расходы на строительство сети путей и каналов, создание топографической карты страны, исследование природных ресурсов, финансирование правительственной образовательной программы. Он хочет создать астрономическую обсерваторию и основать военно-морскую академию. Обсерватории он образно называет небесными маяками, за что некоторые законодатели на Капитолийском холме называют его придурком.  Конгрессмен Сэмюэл Сойер из Северной Каролины считал, что военно-морское обучение «приведет к упадку и коррупции общественной морали». А сенатор Уильям Смит из Южной Каролины заявлял, что военные моряки «с презрением будут смотреть на никчемных, изнеженных командиров», которых будет воспитывать «никому не нужное» учреждение. В конце концов академию ВМС, которая сейчас вместе с Вест-Пойнтом является одним из двух самых престижных в США военно-учебных учреждений, откроют в 1845 году в Аннаполисе. Неудачными оказались и попытки Джона Куинси Адамса добиться на законодательной основе определенной справедливости относительно индейцев, ставших жертвой экспансии белых. «Мы ответственны перед высшим судом за вопиющие грехи», — публично заявляет он. Президент предлагает предоставить индейцам территории на западе страны и там обеспечить их права. Однако в тогдашней Америке действовал другой закон — краснокожих выселять и истреблять. Поражение Джона Куинси Адамса на президентских выборах 1828 года было неизбежным.  Он проиграет выборы Эндрю Джексону — первому в американской истории президенту от Демократической партии и первому популистскому хозяину Белого дома. Считая, что его государственная карьера закончилась, Джон Куинси Адамс по примеру отца возвращается в Брейнтри. Но уже через полтора года его избирают членом палаты представителей, с которой будут связаны последние 17 лет его полнокровной жизни. С самого начала он убежден, что стоит выше партий и представляет всю нацию. Адамс верит: придет время, когда Север окрепнет, сохранив единство государства, и президент, воспользовавшись военными полномочиями, отменит рабство. Так, собственно, и сделает в будущем Авраам Линкольн. А тем временем Джон Куинси Адамс выступает против аннексии Техаса, которая расширила бы рабовладельческую территорию. Он неутомимо борется за отмену законодательного положения о прекращении дебатов, предусматривающих запрет на внесение на рассмотрение конгресса любых петиций, направленных против рабства. Он считает это «прямым нарушением конституции» и, в конце концов, добивается своей цели. Джон Куинси Адамс — один из немногих деятелей своей эпохи, которые осуждают захватническую войну США с Мексикой 1846—1848 годов как «наиболее несправедливую». Он — за принятие конгрессом законодательных положений, которые сделали бы образование доступным для каждого американца. Одним из его интеллектуальных детищ становится ныне крупнейший в мире культурно-исследовательский центр — Смитсоновский институт в Вашингтоне, округ Колумбия. Он закладывает камень в строительство первой в США обсерватории близ г. Цинциннати, на горе, названной в его честь. В феврале 1848 года Джон Куинси Адамс произносит пламенную речь, в которой осуждает намерение законодателей отметить наградами генералов — участников американо-мексиканской войны. «Я не собираюсь благодарить убийц!» — заявляет он. Генералы не получают наград, но сердце оратора не выдерживает эмоционального напряжения. У «старого златоуста», как с уважением называли Джона Куинси Адамса, происходит кровоизлияние в мозг. В бессознательном состоянии его переносят в комнату спикера, и через два дня он умирает. В это время рядом с ним была его жена Луиза Катрин Джонсон — единственная в истории Америки первая леди, которая родилась за рубежом. Сам Джон Куинси Адамс был единственным выдающимся деятелем, лично знавшим отцов — основателей нации и встречавшимся в Капитолии с тогдашним конгрессменом Авраамом Линкольном, который будет принадлежать уже другой исторической эпохе — гражданской войны... Психологи Калифорнийского университета методом сравнительных исследований пришли к выводу, что у Адамса-второго наивысший уровень интеллекта (IQ) среди всех американских президентов. Джон Куинси Адамс «намного опережал свое время», констатирует энциклопедия Americana. Выдающийся историк Сэмюэл Элиот Морисон попытался справедливо оценить личность Джона Куинси Адамса. В классической «Оксфордской истории американского народа» он назвал его настоящим пророком. Таков образ Адамса-второго. Не президента-неудачника, которым по обыкновению его изображают, а выдающегося государственного деятеля.
"Осталось сделать еще одно исполинское усилие, пожертвовать предрассудками и страстями, и это усилие должны сделать те лица, которые до сих пор сплачивались под флагами политических партий. Эта жертва состоит в отказе от всех остатков злобы друг против друга, в том, чтобы обняться и стать друзьями и соотечественниками, а также в том, чтобы доверие основывалось единственно на талантах и добродетелях, а не на партийной принадлежности, как это было во времена споров по принципиальным вопросам.
Столкновения партийных страстей, которые берут начало в теоретических несогласиях или в расхождениях взглядов на управленческую политику, являются по своей природе мимолетными. А те, что основываются на расхождениях географических, на разных видах почвы, климата и образа жизни, более постоянны, а значит более опасны." 
и зная, что, «когда Господь не хранит народа, напрасно следит сторож»
Джон Куинси Адамс Инаугурационная речь 4 марта 1825 г.
http://america-xix.org.ru/library/adams-inaugural/

Аватар пользователя Бедная Олечка

Мнэ-э-э... А что вы хотите от хомо западус? Чтобы хто-то лишил их за просто так ореола исключительности, и чтобы они, такие все из себя бла-ародные доны пошли под руководством китайцев и русских работать на конвейере? Они будут строить из себя до последнего самый авторитетный моральный авторитет, позволяющий отправлять тех же самых китайцев, русских, ну ещё негров и индийцев на этот самый конвейер.

Чтобы загнать эту сволочь под лавку, учиться, учиться и ещё раз учиться терпение, терпение и ещё раз терпение.

Аватар пользователя greench
greench(3 года 5 месяцев)(17:27:39 / 25-09-2015)

Все просто, когда распался СССР, "совок" переехал на Запад, и теперь убивает уже не русскую, а их европейскую культуру насаждением дружбы народов толерастии и "общечеловеческих ценностей". Нужно просто понимать, что русский дух в пост-РИ был слишком силен и сумел переварить "красный проект", а на Западе "красный проект" сейчас предстает в своем первозданном виде в каком и задумывался.

Аватар пользователя Константин 49

В общем довольно задорно, требует конкретизации.

Аватар пользователя Константин 49

Для США права человека это их права. И этому приходит конец. Засерать мозги всему миру уже не получается. Куда ступала нога правоборца США, чтоб они там сами жили, боль всего мира.

Для США пора понять, если вы хотите обустраивать землю для счастья, то Ваше счастье должно стоять на последнем месте.

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...