Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

Лекция Медведевой Ирины Яковлевны

Аватар пользователя x-notch

28 мая в библиотеке имени А.С. Пушкина г. Перми состоялась публичная лекция «Ювенальный фашизм» в рамках просветительского проекта «Русские встречи». Прочитала лекцию и ответила на вопросы гость мероприятия Ирина Медведева, директор Института демографической безопасности, детский психолог. (...)

Медведева: И унывать мы так не должны. Потому что я послушала, такая страшная картина рисуется. Вообще, она на самом деле действительно кошмарная, эта картина. Когда приезжаешь на Запад… А я на Западе была в командировках. В отличие от большинства людей, которые видят западный мир из окна экскурсионного автобуса, я имела возможность увидеть эту жизнь изнутри и хочу вам сказать, что наши русские националисты, мне кажется, ошибочно иногда считают, что это они только в Россию пришли и разрушают нашу жизнь. Они свою жизнь уже разрушили. Они всё это уже сделали с собой прежде всего. А нас железный занавес, которым мы были так недовольны, просто на 40–45–50 лет уберёг от всех этих мерзостей, с которыми мы теперь имеем дело, будучи совершенно к ним не подготовленными. Потому что, несмотря на всякие нехорошие стороны советской жизни (с хорошими люди бы так легко и не расстались), мы жили «как у мамки в люльке», как в народе говорят, понимаете? И совершенно не понимали, что такое холодная война, что такое информационная война.

Вот и сегодня хотелось бы сказать, что у нас идёт война. Но я должна вам сказать, что война – это слишком хорошо было бы. Идёт захват. Потому что война предусматривает ответные действия, а большинство наших людей настолько не опознают эту нестандартную, неклассическую войну как войну, что и не сопротивляются. Потому что для большинства людей война – это когда падают бомбы с самолётов, приходят солдаты из чужой страны, в чужой форме и говорящие на чужом языке, есть линия фронта, есть тыл, в котором женщины, дети и старики помогают воюющим на фронте. Тут – всё перепутано, не понимаешь, где друзья, где враги, где свои, где чужие, где фронт, где тыл. И солдаты в чужой форме не пришли, и бомбы не сбрасывают, и наоборот – нет очередей, дефицита больше нет, покупай, что хочешь, читай, что хочешь (хотя никто не читает сегодня, во всяком случае, в Москве). А если накопишь деньги (даже не такие большие), можно поехать за границу отдохнуть. Ну, может, не на какие-то там острова шикарные, а в Египет, в Турцию. Живи – не хочу. А мы теряем по миллиону в год. Это военные потери, это потери полномасштабной войны.

Наверное, всем вам известно, что такое «русский крест». Вот «русский крест» – это заслуга моего товарища Игоря Алексеевича Гундарова (ну, как заслуга – он просто нарисовал эту диаграмму). Вот я, хоть и возглавляю общественный Институт демографической безопасности, но я всё-таки по своей основной профессии психолог, а он – профессиональный демограф. Хотя он доктор медицинских наук, но он демограф. Он давно уже занимается проблемами сверхсмертности. И, вопреки всем демографам всего мира, которые говорят, что у нас такая плохая демография, у нас такая сверхсмертность. Дескать, от того, что у нас плохая экология, у нас неправильный образ жизни, у нас пьянство. Он единственный, кто это опровергает. Он говорит, что экология у нас потрясающая просто, потому что у нас позакрывали добрую половину заводов и фабрик. Поэтому такой экологии как у нас сейчас надо ещё поискать. Образ жизни у нас более чем подвижный, потому что многие люди вынуждены работать на двух-трех работах, да ещё у себя на огороде, как только наступает весенне-летний сезон. Так что образ жизни у нас очень даже здоровый, двигаться приходится много большинству людей. Что касается пьянства, пьянство, конечно, есть. Но вот он показывает, что в какой-нибудь Португалии или во Франции пьянство гораздо больше, чем у нас, а сверхсмертности нету, мужчины так рано не умирают, как у нас. Да, конечно, ещё огромную роль играет то, что многих наших ребят посадили на наркотическую иглу, и это даёт раннюю смертность, но это всего не объясняет. Это не объясняет, почему многие совершенно здоровые мужчины, которые близко никогда к наркотикам не подходили и даже не пьют, так рано умирают.

Так вот, Игорь Алексеевич Гундаров первый сказал (и я абсолютно с ним согласна, я как психолог подтверждаю его слова, я очень много общаюсь не только с детьми, но и с их родителями, с их бабушками и дедушками, т.е. я вижу массу самых разных взрослых людей), что это происходит от того, что у людей отняли смысл жизни. Вот это так и есть. Это так и есть, поверьте мне. Наверное, вы и сами это понимаете. Ну, если вы спросите профессионального штатного демографа, он скажет, что это чушь собачья – только плохая экология, только неправильный, нездоровый образ жизни, мало на велосипеде катаемся, мало ходим трусцой (как будто мы раньше только этим и занимались) и много пьём. Но вот я вам говорю, что очень многие непьющие люди умирают гораздо раньше срока, особенно, мужчины.

А знаете, почему мужчины? Потому что мужчины – психически гораздо более хрупкие люди. Они физически гораздо более сильные, чем женщины, а психически гораздо более ранимые. Это во-первых. А во-вторых, потому что мужчины гораздо более социальны, чем женщины. Женщины очень адаптивны, потому что женщина – хранительница очага. Она должна в любых условиях жить и кормить детей. Поэтому женщина – я много же вижу разных людей – она вчера была, предположим, заведующей какой-нибудь лабораторией научной, потом лабораторию закрыли, и вообще весь её научно-исследовательский институт закрыли и сдали здание под фирмы – она спокойна. Ну, не то, чтобы спокойна, но без психических потерь. Она, конечно, очень огорчается, если она любит своё дело, но, поскольку она хранительница очага, она вчера была профессором, а сегодня она поехала в Китай за пуховиками, а завтра она встанет на рынок и будет продавать, чтобы кормить семью. И у неё с психикой ничего, как правило, не случается, она только может почки застудить от того, что торгует на рынке в холод.

А вот у мужчин – совсем другая история. Мужчины гораздо более социальны. Поэтому для мужчин, особенно, для самых лучших, которые не встроились в эту волчью жизнь, в которой надо толкать локтями и торговать, расталкивая других (а часто и воровать, потому что «предпринимательством» сегодня у нас очень часто называется воровство, только воровство узаконенное)… Самые лучшие мужчины очень пострадали за эти десятилетия. Огромные количества ранних смертей. Большое количество мужских самоубийств. Даже в армии, где люди с отборными, казалось бы, нервами. В 90-е годы (особенно, в начале 90-х) было очень много самоубийств в армии. Никогда в жизни такого не было в истории нашей страны.

Ну и, конечно, много, как теперь выражаются, «поехавших крыш». Это тоже видно не только специалистам, но, по-моему, видно и невооружённым глазом, сколько людей находятся в таком психопатическом состоянии.

Ну, если от этого короткого вступления перейти к теме нашего разговора, я хочу вам сказать, что ювенальная юстиция – это типичное информационно-психологическое оружие. Оружие очень сильное, которое на Западе уже дало свои результаты. Вот я имела возможность в Швеции, в Дании, в Финляндии, во Франции, в Италии, в Германии изучить этот вопрос. Хотя, должна вам сразу сказать, что такой свободы слова, как у нас, нету сейчас нигде. На Западе можно вытянуть такую информацию, которая не с самой лучшей стороны рисует ту или иную страну, из наших, из русских людей, которые туда попали. По глупости, как правило. Сейчас многие женщины по интернету знакомятся с иностранцами и по интернету выходят замуж – я столько наслушалась трагических историй, вы не представляете себе. Что слышишь, когда с нашими женщинами разговариваешь в Дании, в Швеции, в той же Германии….

Вот в Германию я поеду, кстати, совсем скоро. Второго числа я полечу во Франкфурт, потому что там будет антиювенальный митинг, который устраивают немцы. Они очень просят поучаствовать. Ну а русские люди в нескольких городах Германии просят прочитать им лекции о воспитании детей. Я вам честно скажу, я, конечно, согласилась, потому что надо своих людей везде поддерживать, где бы они не жили, и какие бы глупости они не совершали. Это наши люди, и мы не можем их бросить. Но должна вам сказать уже по опыту других стран (да и в Германии я была) очень тяжело сегодня рассказывать о том, как правильно воспитывать детей. За границей об этом говорить, я бы даже сказала, бестактно, потому что люди не имеет права нормально воспитывать детей – они боятся ювенальной юстиции.

Так вот, я хочу сказать, что это прекрасная антидемографическая мера. По Западу я это поняла. Раньше я по глупости думала (и верила другим, кто так говорил), что они, дескать, не рожают детей там на Западе, потому что они уже привыкли к сытной жизни, к хорошему потреблению, а ребёнок, и тем более, несколько детей – они, дескать, лишают людей возможности потреблять столько, сколько они потребляли до рождения детей. Я в это верила, но должна вам сказать, что это неправда, оказалось. Вы знаете, материнский инстинкт, желание продолжить род, желание растить детей настолько сильно в людях, что никакое общество потребления всё-таки не может заглушить это. А вот ювенальная юстиция – да, потому что, как только люди становятся родителями, они фактически лишаются презумпции невиновности (это ожидание невиновности, по-русски говоря). Именно фактически. Юридически она существует, потому что презумпция невиновности считается одним из главных признаков, одной из главных характеристик демократической страны. Если ты обвиняешь человека, ты должен как следует попотеть, чтобы доказать его виновность. А фактически, когда существует ювенальная юстиция – а во всех западных странах она существует, вплоть до Новой Зеландии и Австралии – человек, ставший родителем, уже лишается презумпции невиновности. Он виноват уже в том, что он увеличил население планеты.

Наверное, вы все знаете, что так называемая мировая «элита» (а на самом деле кучка осатаневших, но имеющих большие деньги и большую власть людей) больше всего на свете боятся «перенаселения». Это какая-то форма бреда. Вот я бы сказала, что это «бред перенаселения». Во-первых, они боятся за «чистоту планеты», потому что люди загрязняют планету. Надо, чтобы там жили редкие животные, которые в красной книге, и росли бы растения из красной книги, а вот людей лучше б не было вообще! Это такая форма идолопоклонства. Они поклоняются «чистой планете». Но самое главное, они боятся от своих триллионов даже крошечку отщипнуть, если население планеты будет расти. А планета-то полупустая. Особенно, наша страна. Вы все, наверное, знаете, что Менделеев писал (я читала эту его статью), что в России была бы нормальная демографическая атмосфера, если бы нас было 500 миллионов. А я скажу, что в сегодняшних условиях, когда дома высокие, и миллиард был бы хорош. Может быть, кто-то из вас знает о проекте Николая Старикова «Русский миллиард»? Вот посмотрите в интернете. Это пока что звучит фантастично, но я думаю, что если бы был миллиард, было бы тоже хорошо. Потому что, когда я езжу по уральской земле, по сибирской земле, – ну посмотрите, какие пустоты! А нашим врагам, конечно, очень нравится наша территория. Мы только мешаем её разделять, а территория у нас замечательная. Экология, как я сказала, идеальная – это подтверждают японцы, которые помешаны на экологии и которые всё время делают замеры воздуха, воды в Байкале и т.д. Они потрясены нашей экологией. Да можно и не делать замеры – посмотрите, сколько раков продаётся. Раки – это свидетели идеальной экологии: когда много раков, это значит, водоёмы – идеально чистые (раки живут только в очень чистой воде).

Так вот, ювенальная юстиция очень даже хорошо сокращает население. Во-первых, люди не хотят становиться родителями, потому что очень страшно и, главное, унизительно жить под дамокловым мечом этой ювенальной юстиции, когда не то, что к каким-то подонкам, которые издеваются над детьми, ведут себя неподобающим образом в присутствии детей, а к нормальным людям в любой момент, без предупреждения, без разрешения может прийти какая-нибудь тётка из органов опеки и сказать: «Да-а-а, – как сказала такая тётка в Нижнем Новгороде отцу троих детей, – у вас чистенько, но бедненько», – и троих детей отняли. Вот так и сказала: «У вас чистенько, но бедненько». Трещина на потолке, замечание, сделанное ребёнку, по доносу может привести туда ювенальную юстицию. А детей на Западе учат доносить с утробы матери. Там, где ювенальная юстиция существует, там детей, как только отдают в детский сад (а, скажем, в Скандинавии – в Швеции и в Дании – призывают отдавать с пяти месяцев), дети очень часто ещё не умеют говорить, у них не сформирована речь, но уже в три года они, во-первых, знают, что такое «презерватив» (это обязательно –сексуальное просвещение с трёх лет в западных странах), и они уже знают, что родители – это их враги, что они нарушают права ребёнка. О том, что самое главное право ребёнка – жить с родной матерью и с родным отцом, там никто не думает.

Родители нарушают права ребёнка. Ну, самая опасная уловка – это то, что нормальное воспитание называется «насилием”. Вот вы, наверное, слышали о «насилии в семье», «борьбе с насилием» – это очень часто сейчас звучит. Я хочу вам сказать, что насилие и родительское наказание – это совершенно разные вещи. Что такое насилие? Насилие – это когда человеку, как правило, психологически неполноценному, извращённому, доставляет патологическое удовольствие причинять боль ребёнку, издеваться над ребёнком различными способами. Вот это насилие. Родитель, когда наказывает ребёнка, переживает, как правило, больше, чем ребёнок. Во всяком случае, он наказывает ребёнка (в том числе и розгами, и ремнём, и постановкой в угол) именно потому, что он его любит, потому что он хочет вырастить человека, а не мутанта и не хама.

И вот хочу вам сказать, что в основе воспитания лежит две вещи: поощрение за хорошее поведение и хорошие поступки и порицание (или, если надо, наказание) за плохое поведение и плохие поступки. Остальное – это всё уже детали данной семьи, данного ребёнка, данного возраста и т.д. Без наказания просто нет воспитания. Как написано в Ветхом завете (по-моему, в Притчах Соломоновых): «Не наказанный сын – бесчестье отцов». Это совершенно верно. Вот помните, раньше, во всяком случае (я всегда, когда жила в деревне, слышала), «ребёнка надо бить, пока поперёк лавки»? Ну, лавки-то в деревне пошире, чем этот стол. Ну, скажем так, ребёнка дошкольного возраста. А почему? В народе этого не знали, научной подоплёки, просто по опыту знали, что так надо поступать. А я вам скажу. Дело в том, что кора головного мозга, которая отвечает за сознание (в частности, за словесное понимание) развивается у человека очень медленно и растёт лет до двадцати. Поэтому, когда ребёнок маленький, особенно, когда он расшалился (т.е. когда у него расторможена как раз подкорка, отвечающая за сферу влечения, за эмоции), он просто не слышит словесные запреты, его необходимо остановить физически. Шлепком, или встряхнуть его как следует. Если он произносит дурные слова, ему надо дать по губам, если он не реагирует на словесный запрет. А как же иначе учить? Это не имеет никакого отношения к насилию.

Ещё теперь говорят: «Не дави на него, не дави на ребёнка, он тебя возненавидит». Ну скажите, вы возненавидели своих родителей? Меня, например, ремнём били и в семь, и в восемь лет. Раз в неделю. Я не помню, чтобы я возненавидела своих родителей. Я их очень люблю до сих пор – у меня отец ещё жив, а мамы уже нет в живых. Но я люблю их. И бабушку, и дедушку люблю, которые меня лупили и ставили в угол. Что за глупости такие?

Да, ещё говорят, что, дескать, физическое наказание порождает агрессию у ребёнка потом, в дальнейшем. Тоже чушь собачья. Раньше наказывали гораздо чаще и гораздо круче, а подростковая и юношеская преступность в позднее советское время у нас была почти на нуле. Сегодня некоторые родители, которые приводят ко мне на приём ребёнка, с гордостью говорят: «Я его пальцем не трогаю!» Я смотрю на этого ребёнка и вижу, что он может завтра уже попасть в колонию, так он себя ведёт. Сейчас-то посмотрите, какая преступность в подростково-юношеском возрасте. А наказания? Почти нету. Сейчас родители уже боятся наказывать детей.

Так что, на самом деле, нам хотят принести снижение населения, потому что родители не захотят быть родителями. И так уже многие не хотят, без всякой ювенальной юстиции, потому что негде жить, негде работать и т.д. А если будет ювенальная юстиция – ну всё… Я уж не говорю о том, что, когда дети уже есть, люди, если узнают, что к ним ни с того ни с сего могут прийти и отнять ребёнка, –  вы представьте себе, в каком депрессивном состоянии они будут. А что такое депрессивное состояние общества? Это плохие работники, это люди, которые плохо друг с другом контактируют, нападают друг на друга. Это агрессия массовая. Депрессия и агрессия. Ну и потом, это порождает отвязанных детей, т.е. то, что называется в православии «грех хама». Это нарушение пятой заповеди. Пятая заповедь гласит: «Чти отца своего и мать свою – и долговечен будешь на земле». Ну как можно чтить свою мать и своего отца и знать, что они твои враги, что они нарушают твои права, и поэтому ты должен позвонить по телефону 911 (между прочим, во всём т.н. «цивилизованном» мире этот телефон одинаковый) – это телефон, по которому звонят в чрезвычайных ситуациях, в опасности. Понимаете, с чем ещё у ребёнка это ассоциируется? Родители – это опасность. И сплошь и рядом в тех школах России, в которых эти «ювеналы» уже успели прочитать свои лекции, родители рассказывают мне (я ж детский психолог, я много чего слышу от родителей): «А вы знаете, мой пришёл из школы вчера, я сказала: «Приберись в своей комнате», — а он сказал: «Ещё чего! Это моя территория! Не нарушай мои права, я на своей территории что хочу, то и делаю. Хочу – убираюсь, а хочу – разбрасываю всё».

Не буду называть людей – они живут именно в Перми – но хочу вам рассказать, потому что у вас как раз «пилотный регион». У нас много пилотных регионов, но Пермь – один из «самых пилотных». В одной очень интеллигентной семье двух филологов девочка подросток наслушалась этих лекций о правах ребёнка, и когда её папа встал вот так около двери и сказал: «Я не пущу тебя в эту дурную компанию!» – (родители подозревали, что в её компании, куда она ходит каждый вечер, учат курить травку), она таким издевательским тоном сказала: «Пустишь папочка, а иначе я скажу, что ты ко мне приставал, и мне поверят». Вы представляете? Вот как после этого хорошим родителям, которые старались, воспитывали свою дочь культурным человеком, как им жить с ней под одной крышей? Т.е. они уже знают, эти наученные ребята, как шантажировать родителей.

На Западе очень часто именно такой шантаж и бывает. Вы слышите, что очень много педофилов. Этих педофилов, во-первых, искусственно разводят. Знаете, как разводят карпов в пруду при ресторане? На эту тему говорят, затевают публичные дискуссии, пишут, спорят. Эта тема абсолютно не дискуссионная! Вот я работала в детской психиатрической больнице и могу вам сказать (это было в 80-е годы), что за пять с половиной лет работы я встретила одну такую девочку – её привезли в отделение, где я работала. Над ней надругался отчим, и у неё были по этому поводу галлюцинации. Но об этом знали только врачи и судьи, которые судили этого извращенца-отчима. Совсем недавно не только дети, но и взрослые люди не знали, кто такие педофилы! Просто не знали этого слова. Это слово было известно специалистам-психиатрам и специалистам-юристам. Всё! Теперь об этом уже знают дети, уже детям рассказывают, какие это плохие дяди. С ними не надо разговаривать на улице, а, следовательно, ни с какими людьми нельзя разговаривать на улице, потому что они могут оказаться педофилами. Ни с какими людьми нельзя садиться в лифт. Вы понимаете, какая картина мира страшная формируется у ребёнка? Что мир враждебен, взрослые враждебны. В том числе и родители.

Я никогда не забуду, как очень давно, в 1994 году, почти 20 лет назад я поехала в Германию. Это был мой первый серьёзный выезд заграницу, до этого я была только в Чехословакии у родственников своего мужа, которые полурусские-получехи, смешанный род. Пригласили на всемирный конгресс по социальной психиатрии в Гамбурге. Мне казалось, что я целую неделю находилась в каком-то страшном сне, потому что примерно треть докладов была посвящена сожительству взрослых и детей. Учёные разных т.н. «цивилизованных» стран спорили только об одном: одни говорили, что это происходило в жизни каждой третьей женщины в детстве, а другие – что в жизни каждой четвёртой. Других разногласий не было. Я в такой ужас тогда пришла от этого! Я помню, как я ходила по улицам Гамбурга в свободное время, всматривалась в каждое мужское лицо и спрашивала себя: «Неужели вот этот, или этот, или этот? Нет, не может быть!»

Но в последний день было показано то, чем очень гордились немецкие терапевты. Это называлось спектакль «Секрет». Они с гордостью рассказали собравшимся на этот конгресс, что этот спектакль показывают в городах Германии в каждой школе, начиная с 9 лет, и вот сейчас его покажут взрослым специалистам. Я вам сразу скажу, что до конца я досмотреть не могла, потому что мне стало дурно. Это был спектакль на ширме. Вот на ширме появилась маленькая куколка-девочка, потом появился её отчим (тоже куколка), потом появилась мама-куколка, которая сказала, что у неё сегодня ночное дежурство в больнице (она медсестра). А потом было показано, как отчим приходит к своей падчерице и совершает с ней вот это самое. Вы представляете, с 9 лет это показывается детям в школах!

И вот я представила себе, что должен чувствовать ребёнок, который посмотрел такой спектакль. Вот он приходит домой, у него, предположим, отчим, и отчим как всегда на ночь целует свою приёмную дочь – а там с этого всё начиналось. Там было показано, что он пришёл к ней в спальню якобы для того, чтобы поцеловать её на ночь, а она, дескать, терпела это каждый раз, не решалась рассказать маме, когда та приходила после ночного дежурства. Ну и. как я понимаю, хотя я до конца не досмотрела, смысл был такой, что этого не надо стесняться, надо просто рассказать маме, пройти курс психотерапии, и потом опять жить с этим отчимом вместе, и всё будет в порядке.

Это была уже какая-то другая реальность, в которую я попала в 1994-м году. Мне казалось, что у нас никогда ничего подобного не будет. Но у нас очень скоро началась раскачка этой темы.

Если вернуться к ювенальной юстиции, дело как раз кончается тем (оно ещё не кончается), что извращенцам будут отдавать детей, которые отняты у нормальных родителей за какую-то ерунду. Вы знаете, какой ужас творится в Москве (ещё нет никаких законов!), когда мама, ещё не знающая, чем это грозит, если её ребёнок во дворе или в квартире упал, везёт его в травмпункт? Она не успевает потом с ним доехать до дому – её уже ждёт милиция. И уже она должна доказывать, что это не она причинила ему увечье, вот этот синяк на его коленке, потому что он бегал во дворе. Вот, какое издевательство уже сегодня терпят люди. А вы должны понимать, что семья – это территория свободы человека, понимаете? В семье человек чувствует себя «рассуконенным». Вот он напрягается целый день, он должен общаться на работе с людьми, сдерживаться и всё такое, а вот дома он себя чувствует свободным, дома он хозяин. И вот, когда к нему приходит ювенальная юстиция, человек уже не хозяин, он уже он уже не может воспитывать ребёнка, как ему хочется, потому что что-то назовут «насилием», что-то назовут «давлением», что-то назовут «недолжным обращением», и скажут, что ребёнку необходимо «социальное сопровождение» (так лукаво называется у нас ювенальная юстиция), поэтому его временно, а может, и навсегда (ну, сразу родителей не пугают, сначала отбирают временно, а потом могут не отдать никогда) заберут из семьи, чтобы посмотреть, как он будет в «нормальной обстановке».

На Западе обстановка, которая называется «нормальной», когда ребёнка отдают в детдом, а потом оттуда переводят в т.н. «патронатную» или в «фостерную» семью, – это полное расчеловечивание. Я видела западных детей и могу вам рассказать историю, которая случилась в Дании, в Копенгагене, когда я уже оттуда уехала. Уже когда я уехала из Копенгагена, мне позвонила русская женщина, которой русский священник, служащий в Дании, дал мой телефон, и сказала: «Помогите мне чем-нибудь, пожалуйста. У меня отняли ребёнка. Я родила в 43 года, это мой первый ребёнок, у меня уже другого не будет». Я говорю: «А что произошло?» «Ну вот, ему четыре года было полгода назад. Меня уговорили отдать его в детский сад». А там всех уговаривают поскорее отдать в детский сад, дескать, он социализироваться там будет – ну, вот он и социализировался. Я говорю: «Ну так почему его отняли?» «Его отняли, потому что сказали, что я его неправильно воспитываю». Я говорю: «А в чем неправильность?» «Он слишком развит: он умеет пользоваться носовым платком, он умеет сморкаться». Я говорю: «Ну и что?» Она говорит: «Это насилие. Сказали, что это насилие, потому что, пока ребёнок не научиться сморкаться, его не надо учить. Потом он ходит без памперсов. Ему 4,5 года, и он давно у меня пользуется горшком».

И тут я вспомнила, как я в Копенгагене была в одном детском саду – я же детский психолог, и меня водили по детским учреждениям, – и я помню, что я обратила внимание на то, что у некоторых детей сопли висят до колена и что они уже в старшей группе детского сада почему-то в памперсах. Тут я всё это сложила в уме: то, что я видела, и то, что она сказала, и поняла, что детей нельзя учить пользоваться горшком и учить сморкаться – это уже «насилие». Вы даже не понимаете, до какого абсурда это всё доходит! Очень трудно в это поверить, пока не увидишь. Я просто это видела.

И ещё ей сказали: «Он держит дверь, когда взрослые люди заходят». Я говорю: «Так это же хорошо!» Она говорит: «Ну так это для нас хорошо. Я его старалась воспитывать вежливым мальчиком. А для них это плохо – не должен ребёнок так вести себя со взрослыми. Он слишком развит». Я говорю: «Ну и что дальше?» Она говорит: «А дальше то, что мой муж – датчанин. Он никогда в России не был, но он готов не глядя получить русское гражданство и вместе со мной и с ребёнком бежать в Россию, только ребёнка теперь не отдают». Я говорю: «Вы ребёнка не видите?» Она говорит: «Я его вижу, потому что он не засыпает. Он плачет всё время, он просится домой. Меня просят приходить туда, чтобы я его успокаивала на ночь. Знаете, к чему я Вам звоню? У меня уже нервы не выдерживают, потому что вчера он мне вчера сказал: «Мамочка, мы, наверное, с тобой на земле уже никогда не будем вместе – только на небе». 4,5 года! Я говорю: «А где Вы раньше-то жили?» Она говорит: «В Архангельской области». Я сначала думала, как бы ей так сказать, чтобы не поняли, если кто прослушивает. А потом думаю – чего бояться. По-русски же не будут понимать, даже если прослушивают. Я говорю: «Вы что, не можете вечером пойти с ним погулять и догулять до аэродрома?» Она быстро всё поняла. Я говорю: «Батюшку попросите, отца Сергия, он Вам поможет».

В следующий раз она позвонила уже через два месяца и говорит: «Я уже дома, в Архангельской области. Работаю в детском саду, воспитательницей, – говорит, – только его там изнасиловали». Мне пришлось для экспертизы найти русского психолога, живущего в Амстердаме. Она, к сожалению, всё подтвердила, что мне рассказали.

Так что, учтите, мало  того, что отрывают ребёнка от родителей, а родителей от ребёнка, и наносят ему такую травму, которую, может, никогда залечить не удастся, но там работает очень много извращенцев. Всякие лесбиянки, гомосексуалисты, вчерашние преступники, наркоманы. Потому что нормальные люди не могут разрушать семьи, это невозможно.

Это подтвердил замечательный человек. Хочу вам сказать, что, если вы увидите в прессе, в том числе, и в либеральной (в либеральной над ним обычно смеются, издеваются) – это замечательный человек, живёт в Финляндии. Йохан Бекман. Он глава Антифашистского комитета Финляндии. Это единственный человек во всём Западном мире, который рассказывает правду о том, как там издеваются над нашими женщинами, и что такое ювенальная юстиция. Она не только в Финляндии жестокая. Просто про Финляндию, благодаря ему, мы знаем гораздо больше. Наверное, кто-то из вас слышал, что раз в году бывает такая церковная конференция, она называется «Рождественские чтения». Бывает она обычно в последнюю неделю января. И мы с Татьяной Шишовой, с моим постоянным соавтором, с моей коллегой, всегда ведём какую-то секцию на «Рождественских чтениях». Мы и с детьми вместе работаем, и книги пишем вместе. Вот, кстати, в этой книге «Родители и дети: конфликт или союз» (на самом деле две книги под одной обложкой), вся вторая посвящена ювенальной юстиции. Она называется «Троянский конь ювенальной юстиции». Я думаю, что это первая книга на тему ювенальной юстиции в России. И уже несколько лет, как мы ведём секцию на «Рождественских чтениях», посвящённую ювенальной юстиции, потому что церковь, конечно, очень взволнована тем, что происходит. А церковь взволнована потому, что самые активные люди, которые противодействуют этому злу, я вам честно скажу, – это люди православные. Вот, казалось бы, мусульмане должны волноваться, но как-то не удаётся их поднять на борьбу. Я бы очень хотела, чтоб они тоже восстали, но почему-то они пока спокойны. И вот Йохан Бекман уже три года подряд приезжает и делает доклады. В этом году он сделал доклад, во-первых, о том, что ювенальная юстиция – это форма геноцида, а во-вторых, он рассказал о том, что это определённая форма женской преступности. Что там работают женщины, причем, ярые феминистки, часто извращенки, которые вообще ненавидят семью, а русских женщин они ненавидят особенно, потому что русские женщины очень «домовитые», потому что они ещё сами готовят обед. Я вас уверяю, что ни в Финляндии, ни в Швеции, ни в Дании никто больше еду не готовит дома – только русские. Всё покупают готовое. Всё в баночках, скляночках и пакетиках. И вот он прямо сказал собравшимся – у нас очень много на секции было народу со всей страны, – что русских женщин ненавидят. Потому что они заботятся о детях, потому что они заботятся о муже, заботятся о доме. И вот эти финские феминистки мстят им за это. Они испытывают патологическое удовольствие – вот насилие настоящее, о котором надо говорить, – когда отнимают детей.

Ещё хочу сказать вам о насилии. Если вы когда-нибудь столкнётесь с этими самыми «защитниками прав детей», которые, как правило, живут на крупные зелёные деньги и именно поэтому становятся «правозащитниками» и «детозащитниками», вы спросите их, почему никогда ни ползвука они не произносят по поводу истинного насилия над детьми, информационного насилия. Почему они не возражают против такого телевизора, такого интернета, таких ужасных журналов (в том числе, и подростково-юношеских), такого страшного, преступного растления детей. Почему они не считают, что вот это нарушает права детей? У детей больше нет права на чистоту, на целомудрие. Наоборот, целомудрие считается позорным сегодня в среде старшеклассников. И очень многие старшеклассники врут, что они уже живут этой взрослой жизнью, хотя на самом деле этого не происходит. Они просто считают, что стыдно быть целомудренным, поэтому они на себя наговаривают.

И вот я, кстати, сейчас вспомнила, что произошло со мной в Швеции. Когда я была в одном маленьком шведском городке, после лекции ко мне подошла русская женщина и говорит: «Я хочу взять у Вас домашний телефон». Я говорю: «Пожалуйста». И она говорит: «Вы не будете возражать, если моя дочь, которая учится в Стокгольмском университете, будет вам время от времени звонить, а Вы будете с ней разговаривать?» Я говорю: «А что у неё случилось?» Она говорит: «Случилось у неё 4 года назад. Я учительница в школе. Мне очень трудно было устроится в шведскую школу, потому что для этого надо было долго изучать шведский язык и сдавать сложнейший экзамен по шведскому языку. Я преподаю биологию. И вот, сдав очень хорошо экзамен по языку, я попала в престижную школу и перевела туда свою дочь. Когда ей было 14 лет, она осталась однажды после уроков с несколькими девочками, и девочки предложили ей сигареты…» Но я вам хочу сказать, что сигареты там можно курить на уроках, как и пить, как и сношаться. Всё, что угодно, можно делать в школе, потому что «права ребёнка» священны. Учитель никаких прав не имеет, как и родители. Главное – права ребёнка. А это, собственно, право на расчеловечивание. Вот у детей – полное право расчеловечиться. «Ей предложили сигареты, она отказалась. Я её старалась воспитывать строго, в православном духе – девочка очень хорошая. И тогда одна из девочек-шведок, которая была переростком – она была старше других, – издевательских тоном спросила: «Может быть, ты ещё и девственница?» И моя дурёха сказала: «Да». Её били ногами, в том числе, и по голове. Эта девочка полгода была между жизнью и смертью. Слава богу, она выжила, но травма осталась и психическая, и психофизическая, потому что её били по голове. У неё дикие головные боли, а главное, что у неё страхи. Она ни с кем не общается, потому что она боится повторения этого ужаса.

После полугода лежания в больнице, когда девочка наконец смогла подняться на ноги, маме-учительнице сказали, что девочка нуждается в психологической реабилитации. Они пошли к психологу, которая занимается психологической реабилитацией. Очень характерно, что сказала психолог. Она сказала: «Ты что, дура что ли? Наврать не могла? И вообще, если ты настолько никому не нужна, что ты до сих пор девственница, неужели ты не могла сама проделать эту простую операцию?» Вот, что услышала девочка 14 лет на реабилитации психолога.

Так что по поводу западной жизни не имейте иллюзий. Там жить уже невозможно, несмотря на то, что там действительно очень хорошо развита социальная сфера. Я думаю, за то, что вот эти скандинавские страны стали полигоном глобализации. За то, что там можно творить такие безобразия; за то, что там глава датской церкви – женщина и лесбиянка, которая об этом заявляет по телевизору, об этом рассказывают в журналах и т.д.; что глава не шведской церкви, а стокгольмской (т.е. столичной) – тоже женщина и лесбиянка, и всё остальное примерно обстоит так же – за это Америка или Англия просто дают им большие дотации. Америка, скорее всего (Америка у нас главный денежный мешок). Просто за то, что они позволили со своей страной это сделать. Вы думаете, там нет нормальных людей? Они есть. Только они пикнуть боятся. Ну, поскольку наши женщины замужем в Скандинавии за шведами, датчанами и финнами, я, естественно, попадая в такой вот дом, где смешанный брак, старалась поговорить и с главой семьи. Как только затеваешь разговор на эту тему, они сразу переводят разговор на другую тему, потому что они очень боятся. Видно по их лицам, что они сами в ужасе от того, что происходит, только сделать ничего уже нельзя. Всё уже очень далеко зашло. Поэтому нам необходимо сопротивляться сейчас, пока ещё эта мерзость, этот ювенальный фашизм, эта ювенальная диктатура (и вообще либеральная диктатура) у нас не узаконена. Вы никогда не слушайте людей, которые говорят: «Какая разница? Всё уже делается». Это очень лживое утверждение. Одно дело, когда закона нет – тогда можно сопротивляться, даже если это делается де факто. Другое дело, когда появляется закон. Вот сейчас, например, мы ничего не можем сделать с этой ельцинской Конституцией, в которой, во-первых, заявлен приоритет международного права над национальным, во-вторых, полная свобода слова. Поэтому когда говоришь: «Прекратите растление в средствах массовой информации», – тебе на это говорят: «Ну мы же не можем менять Конституцию». Конституцию необходимо менять по определённым пунктам. У нас должна быть нравственная цензура. Это вопрос жизни и смерти. Нельзя больше терпеть растление народа. И даже когда говорят: «Ну мы же в детское время уже не показываем ничего такого», – а во взрослое время можно? А взрослые люди – это кто? Это разве не родители, которые, напитавшись всякой гадостью, потом это индуцируют вольно (а скорее, невольно) своим детям? Нельзя дышать всё время воздухом растления, воздухом разврата. Это самое страшное, что может быть.

Вот, кстати, советую тем людям, у которых есть интернет, познакомиться с потрясающим трудом нашего соотечественника, величайшего учёного, который с первой волной эмиграции покинул Россию и, в конце концов, оказался в Америке. Это социолог Питирим Сорокин. Дело в том, что книга, о которой я говорю – я сейчас её назову, – вышла в ненаблюдаемом количестве, как выходят автореферат к диссертации. По-моему, то ли 150, то ли 200 экземпляров для сотрудников НИИ социологии. Эта книга есть в интернете, и она называется «Американская сексуальная революция». Книга эта написана в 1956 году, за 12 лет до начала сексуальной революции, которая началась, кстати, совсем не в Америке, а во Франции. Если сказать точнее, в Сорбонне, в знаменитом парижском университете. Потом пошла по Западной Европе, а потом перекочевала уже в Америку. Так вот, практически за 12 лет до начала сексуальной революции этот величайший русский учёный, который создал вообще всю западную социологическую школу (до него не было социологии как науки), рассказал о том, как сексуализация жизни (то, что у нас сегодня происходит – искусственная сексуализация жизни) влияет не только на отдельного человека, не только разрушительно влияет на семью (увеличивает количество абортов, разводов и т.д.), но как это влияет на экономику, как это разрушительно влияет на армию, как это влияет на культуру и искусство. Ну, про искусство, я думаю, вы знаете – у вас в Перми особо отличаются «авангардным» искусством. Мы даже с Татьяной Львовной Шишовой написали статью, которую пока можно найти только в интернете (потому что она только что написана) например, на сайте www.pravoslavie.ru. Называется «Шабаш голых королей». Вот там упоминается и Пермь тоже. Да, всегда были развратники, всегда был разврат,  но одно дело, когда разврат на фоне идеала, которым представляется обществу целомудрие, другое дело, когда разврат – это норма. Когда патология становится нормой – это совершенно другое дело. Так вот Питирим Сорокин – первый, кто показал, что это основной фактор национальной безопасности, целомудрие как ценность, понимаете? Вот то, что у нас разрушено.

Обратите внимание, что сегодня мы время от времени (всё чаще и чаще, кстати) видим выступления или читаем статьи патриотичных экономистов. Вот, например, Катасонов. Ну, видно, что он патриотичный человек. Я его знаю хорошо. Я даже член его «Русского экономического общества», хотя я ничего не понимаю в экономике (но он меня вписал туда зачем-то). Они всё, что угодно вам скажут. И про коррупцию, и то, что у нас неправильная либеральная экономическая система. Всё это правильно. Но никто не говорит, что основа устойчивой экономики – это целомудрие как ценность. А вот Питирим Сорокин это показал. У нас есть и патриотичные генералы, такие как Ивашов, ещё несколько. Их, наверное, гораздо больше, но просто выступают мало. Генералы не очень разговорчивы бывают. Они тоже вам с три короба наговорят правильных вещей. Что армия разрушается, что она нуждается в больших дотациях, что военные живут в плохих условиях, что надо менять оборудование, про коррупцию тоже расскажут. Ни один из них никогда и полслова не сказал о том, что здоровая и крепкая армия основана на целомудрии солдат. Никто вам об этом не скажет, а вот Питирим Сорокин об этом написал. Причем, написал не как публицист, а написал как учёный, который проанализировал невероятное количество фактов: исторических, из области культуры, искусства, психиатрии. Даже непонятно было, как человек – да ещё тогда, когда никаких компьютеров не было в помине – без всяких помощников перелопатил такой огромный материал. Так что, вы знаете, я думаю, что эта книга должна была бы стать сегодня настольной для любого культурного человека.

Вот Роман вначале сказал, что проект отклонился от программы, потому что выступают обычно такие патентованные русские националисты. Я не знаю, что такое патентованный русский националист. Я думаю, что человек, который любит Россию как свою Родину и готов её защищать, потому что у него нет ничего дороже, – это и есть, наверное, русский националист. Хотя я над этим не задумывалась. Я просто хочу вам сказать, что, видя, что происходит в стране, невозможно не сопротивляться. Хотя, представьте себе, даже в православной среде есть люди, которые говорят: «Ну что мы можем? Разве мы можем своей немощной рукой всё это остановить? Мы должны просто тихо молиться». Молиться, конечно, надо, но надо и молиться, и делать. Как сказал Фома Аквинский, «молиться надо так, как будто всё зависит только от Бога, а делать надо так, как будто всё зависит только от тебя». Как можно быть равнодушным к тому, что происходит? Мне кажется, это гораздо труднее даже, чем сопротивляться. Вот я действительно даже не знаю, как можно это всё терпеть и не сопротивляться.

И последнее, что хочу сказать перед тем, как будут вопросы. Я, вроде, уже отошла от ювенальной юстиции, но надеюсь, что вы немножко поняли, что это такое. Вот из этой книги всё становится понятно, в том числе и та тема, которую я не стала освещать: что такое ювенальная юстиция в свете преступности несовершеннолетних. Я коротко очень скажу. Об этом написал человек, которого никак нельзя заподозрить в особом традиционализме. Это такой махровый либерал, который уже давным-давно уехал во Францию, такой писатель, которого когда-то, в моём детстве, очень любили читатели журнала «Юность». Это Анатолий Гладилин. Он написал книгу, которую во Франции долго не мог издать, хотя он продолжает там жить. Называется «Жулики, добро пожаловать в Париж». В частности, он в этой книге рассказывает о том, как за спиной несовершеннолетних стоят взрослые преступники, взрослая мафия; что очень удобно орудовать руками несовершеннолетних, когда есть ювенальная юстиция, потому что несовершеннолетние ненаказуемы. Они ненаказуемы, ведь надо защищать «права детей». Даже тогда, когда они убивают других детей, т.е. других несовершеннолетних, там защищают прежде всего преступника, а не жертву. Ну, мы с Татьяной Шишовой подробно рассказали об этом в книге.

А сейчас напоследок я вам хочу сказать вот что. Я долго думала, почему у многих людей, даже у моих знакомых, даже у моих друзей, я наблюдаю какое-то слабоумие по некоторым вопросам. Вот такой инфантилизм, который уже можно назвать слабоумием, потому что инфантилизм взрослого человека совершенно неумилителен. Ну, может, умилителен, если это гениальный поэт, который просто не понимает, что там делается за окном, кто у власти, что делается – он душой находится в каких-то совершенно других сферах. А когда просто масса обычных людей проявляют инфантильность – это называется слабоумием. Так вот я долго думала, отчего столько слабоумных людей-то, почему столько людей на Болотной площади было. Там же не только купленные были. Купленные – верхушка. Всякие там немцовы, касьяновы, навальные – это купленные. А толпа, которая шла туда – я вас уверяю, что там много очень хороших, честных людей. Вот как они могли как на дудочку крысолова пойматься на приманку этих подонков, которые уже себя в политике проявили. Такие, как Немцов и Касьянов. Мы уже знаем, кто это. Вот как я сегодня сказала Роману, это не просто панельные политики. Это ветераны политической панели.

[Аплодисменты]

Представляете, там были мои знакомые, которые в мороз – был страшный мороз, некоторые митинги там проходили в 40 градусов мороза – шли, некоторые с маленькими детьми на руках шли туда. И я тогда задала себе вопрос, откуда столько слабоумных среди людей, которые слабоумными не родились. Это люди часто с университетским образованием, за которыми раньше никакого слабоумия не наблюдалось. И я поняла, в чём дело. Я вам хочу сказать это в конце своего, может быть, сбивчивого выступления. Понимаете, здоровая реакция на то зло, которое происходит, – это сопротивление. Здоровое, в том числе, и для психики. Вообще, то, что с нравственной точки зрения хорошо, то всегда полезно для психики – я это хорошо знаю как психолог. И наоборот, патологическая форма защиты своего мозга – это не сопротивление, а оглупление, самооглупление. Потому что в здравом уме и твёрдой памяти, если не сопротивляешься злу, в таком зле, как сегодня, жить невозможно. Надо себя оглупить и чего-то недопонимать, во что-то не вникать, про что-то считать, что это нас не коснётся. Скажите, пожалуйста, почему мы так долго говорим о том, что  ювенальная юстиция коснётся каждого. Да, она правда коснётся каждого. Ну а если бы это было не так? Что, нас бы это не интересовало? Если бы это касалось только бедных, обездоленных людей, которые хоть и бедные, но добрые, потому что они не стали делать аборты, а родили всех тех детей, которых им дал Бог? Выходит, что тогда нам было бы всё равно, если бы мы не были напуганы тем, что и в наш дом могут постучаться эти ювеналы. Это стыд и позор. А как же униженные и оскорблённые, а как же русская культура, которую мы якобы так любим и которой мы якобы пронизаны? Это основа русской культуры, сострадание слабым. И это основа христианства, это основа православной культуры, православной этики. Это основа жизни порядочных людей. Но, опять же хочу вам сказать, что даже с прагматической точки зрения, с точки зрения психического здоровья, самая здоровая защита от зла – это сопротивление. А патологическая форма защиты – это самооглупление.

Ну, давайте я теперь отвечу на ваши вопросы, если смогу.

Полностью

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя Pa
Pa(5 лет 10 месяцев)(17:03:47 / 05-07-2013)

Спасибо за статью!

Аватар пользователя x-notch
x-notch(5 лет 11 месяцев)(17:09:19 / 05-07-2013)

Не стоит благодарности )

Статья дельная, и написал человек  каких немного

Аватар пользователя мимобегом
мимобегом(4 года 7 месяцев)(17:17:57 / 05-07-2013)

Да, очень умная женщина. Нужен закон "О психологически комфортной среде обитания". Как то так можно назвать. Детишек вроде защитили от распространения всякой пакости.

Теперь пора и о взрослых подумать. Без крайностей. Но давление на психику надо пресекать. Кстати, давно известно, что старые советские фильмы и мультики нравятся людям всех поколений. Видимо неспроста.

Аватар пользователя невежда
невежда(5 лет 5 месяцев)(17:23:38 / 05-07-2013)

Согласен, нужно установить некий ряд традиционных нормальных форм, желательно прописать в конституцию. Ничего страшного, нам уже завидуют всвязи с антигейскими законами.

Комментарий администрации:  
*** Почти любой вопрос могу свести к антисобянинской политоте ***
Аватар пользователя arma
arma(5 лет 10 месяцев)(17:25:14 / 05-07-2013)

Вспомнилось из каких-то 90-х. Появился у нас дома видик,  на Новый год я решила какой-нибудь хороший старый фильм купить. Тогда кассетами торовали куда ни ступи. Стала спрашивать старые советские комедии. Видели бы Вы лица продавцов...жалость и презрение, и гордое: такого (понимай-барахла) у нас нет.  Пришлось почистить мальцов по-капиталстически, мол, плохо работаете - спрос не отслеживаете.

Видно, не одна я хорошие старые фильмы искала - уж через полгода-годик они продавались везде. 

 

Аватар пользователя невежда
невежда(5 лет 5 месяцев)(17:48:27 / 05-07-2013)

Зато если сейчас спросите, как минимум найдете понимание. Мировозрение поменялось очень сильно.

Комментарий администрации:  
*** Почти любой вопрос могу свести к антисобянинской политоте ***
Аватар пользователя Grisha
Grisha(5 лет 8 месяцев)(17:47:49 / 05-07-2013)

Сопротивляться конечно надо, но увы, власть всерьез намерена ввести у нас ЮЮ. Вся Единая россия, Госдума РФ  дружно стоят за слезинку ребенка, разрушить тысячи семей и целую страну вместе с танками и ракетами только так и можно. Введут ЮЮ, обкатают, а потом через 20 лет всем этим богатством некому будет пользоваться.

Аватар пользователя Vend
Vend(5 лет 9 месяцев)(17:48:53 / 05-07-2013)

Годная статья, но опять не до конца всё проговорено. Нужно то, не нужно это... К кому автор обращается? К тем кто специально проводит на территории России этот геноцид, к пукинским вертикалам и жыдам? Бесперспективно, я бы сказал.

Аватар пользователя Sergo
Sergo(4 года 4 месяца)(18:54:24 / 05-07-2013)

Она озвучивает проблему, проговаривает её, книги пишет, а действовать должны более молодые и влиятнельные.

Аватар пользователя skazkaPiter
skazkaPiter(5 лет 5 месяцев)(20:15:40 / 05-07-2013)


етить твою налево! у тебя наверное десять-двадцать перспективных вариантов как правильно обустроить Россию??
Аватар пользователя Симаргл
Симаргл(4 года 5 месяцев)(01:13:57 / 06-07-2013)

В общем, революционизировать. Главное, что бы "жидам" хоть кто-нибудь бабло после это платил. Ага? ;)

Аватар пользователя Captain Kirk
Captain Kirk(4 года 4 месяца)(17:58:36 / 05-07-2013)

Согласен с Ириной Яковлевой во всём, что касается воспитания детей и антисемейных законов (но не с требованием "тотальной цензуры" для "взрослых" изданий). К сожалению, антисемейные законы, аналогичные западным, есть уже и в нашей стране - например, Статья 156 УК РФ («Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего»): 

«Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего родителем или иным лицом, на которое возложены эти обязанности, а равно педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного либо иного учреждения, обязанного осуществлять надзор за  несовершеннолетним, если это деяние соединено с жестоким обращением с несовершеннолетним, - наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до трёхсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до четырёх месяцев с лишением права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью на срок до трёх лет или без такового».

Опубликованное в 2012 г 8-е издание «Комментария к УК РФ» под ред. В.Т. Томина и В.В. Сверчкова содержит следующее определение «жестокого обращения» в связи с данной статьёй:

«3.2. Жестокое обращение с несовершеннолетним может проявляться в насилии или угрозе насилия в отношении ребёнка, оскорблении его человеческого достоинства, лишении воды и пищи, тепла, света, содержании его взаперти, в клетке, на цепи и т.д.»

Думаете, речь об убийствах, членовредительских избиениях и др. т.п. злодеяниях в отношении детей? Как бы не так! Вот что говорит по этому поводу вышеупомянутый «Комментарий к УК РФ»:  

«4. Если жестокое обращение с несовершеннолетним повлекло причинение ему смерти или вреда его здоровью, то квалификация по коммент. статье исключается . При этом действия виновного в зависимости от наступивших последствий следует квалифицировать по ст. 105, 109, 111 – 112, 115, 117 – 118». 

Итак, сфера применения ст. 156 не распространяется на деяния, опасные для жизни или имеющие вредные последствия для здоровья несовершеннолетнего. Необходимо также обратить особое внимание на п. 6 относящегося к этой статье текста «Комментария»:

«6. С субъективной стороны преступление характеризуется виной в форме умысла, притом прямого. Мотивы и цели жестокого  обращения с несовершеннолетним на квалификацию деяния как преступления не влияют   (выделено мной – А.Л.)» .

  При рассмотрении в данном контексте приведённого выше определения «жестокого обращения» становится очевидным, что в первую очередь под него подпадают воспитательные наказания детей – причём независимо от характера и степени тяжести  повлекшего за собой наказание детского проступка. 

Вывод: пока у нас действуют ТАКИЕ законы, возлагать на семью и школу какую-либо ответственность за воспитание детей не имеет смысла. Ст. 156 надо либо убрать (всё равно по-настоящему опасные деяния под неё не попадают), либо основательно скорректировать определение "жестокого обращения".

 

Аватар пользователя casper_nn
casper_nn(5 лет 2 месяца)(21:33:02 / 05-07-2013)

Я думаю проблема даже не в ювеналке, а в абсолютно разных моделях воспитания у нас и на западе. Так же как эти модели разные например в России и в том же Египте. Или в разных африканских племенах. Причем разнообразие в мире колоссальное, от народа к народу понятие нормы в вопросе правильного воспитания иля взгляды на секс, бывают просто диаметрально противоположны. И я не считаю модель воспитания принятую в России самой правильно для всего мира, как и не считаю западную модель, применимой у нас. Это одна из частей культуры, и в этом отношении нужно её сохранять и не пытаться у себя применить западные "достижения". Отсюда же все эти истории про отнятых детей, они там у себя контролируют чтобы детей воспитывали правильно, в рамках какой-то ими выдуманной морали и в рамках их правил. А если бы у нас какой-нибудь имигрант из племени "аллигаторов" решил сделать своему сыну обряд посвящения в мужчины и начал ножом вырезуть у него на спине узор, наши бы его посадили за жестокое обращение с ребенком. А он ведь ничего плохого не сделал, это их культура.

Еще меня настораживают некоторые детали, по которым у меня есть сомнения. например вот это про Швецию "Но я вам хочу сказать, что сигареты там можно курить на уроках, как и пить, как и сношаться", общалса с людьми которые там долго жили или живут в данный момент. Шведы, это нация повернутых на здоровье. Алкоголь там например продают только в магазинах госмонооплии "Systembolaget", они работают только днем и закрыты в пятницу, субботу и воскресенье! Безалкогольное пиво мне отказались продавать без паспорта. Если ты покупаешь пиво а рядом с тобой в очереди стоит человек похожий на совершеннолетнего и без паспорта, ты должен доказать что вы не вместе иначе не продадут, просто из-за подозрения! Курение с 2005 года запрещено во всех общественных учреждениях, транспорте, а так же барах и ресторанах. У них в планах к 2025 полностью запретить курение. В плане сексуальных свобод у них да, все не как у нас и культура тоже очень отличается. Они хотят быть самыми-самыми толерантными во всем.  Но рассказы о курящих и пьющих на уроке школьниках это либо дезинформация либо я не знаю как назвать.

Аватар пользователя Джаф
Джаф(4 года 7 месяцев)(08:16:07 / 06-07-2013)

Я что-то не догоняю в последнее время - про Европу у Медведвой правда ?? Ювеналка, воспитание детей и культуру материнства?  Чернуха какая-то... И уже из не одного источника...

Если правда - Европейский халифат нам обеспечен

 

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...