Евреи и индусы, алмазы, обработка и торговля

«Нефть России», 23.07.15, Москва, 19:03    Алмазный бизнес в Антверпене долгое время принадлежал еврейской общине, однако теперь эта ситуация изменилась.

Несмотря на то что почти 65% еврейского населения города было уничтожено во время Второй мировой войны, те, кто остались, смогли восстановить контроль над торговлей алмазами, которая в течение многих веков принадлежала им. 

В массовом сознании европейцев торговля алмазами тесно связано с еврейской общиной. Когда-то так и было. Но на сегодняшний день именно индийцы, а не евреи, правят алмазным миром. 

Первая волна индийцев захлестнула Антверпен в 1960-е гг. Они работали с камнями низкого качества, их бизнес не приносил поначалу большого дохода, и поэтому они не представляли никакого интереса для богатых евреев, наживших состояния за счет торговли алмазами. Эти камни пересылались членам семьи в Индии, где они подвергались обработке, так как стоимость труда в Индии была в разы меньше, чем в Антверпене. 

Почти тридцать лет индийская община в Антверпене состояла из 400 семей, большая часть которых приехала из города Паланпура провинции Гуджарат. Но сегодня компании, которые выросли из небольших лавочек, превратились в глобальные компании с многомиллиардными доходами, нанимающие тысячи сотрудников и имеющие множество заводов и представительств в разных странах мира. 

Есть три основные составляющие успеха индийцев: дешевый труд, большие семьи и желание работать усерднее. Стоимость полировки и обработки алмазов на фабриках в Сурате – главном центре по обработке алмазов в Индии – почти в десять раз меньше, чем в Европе. С годами индустрия полировки и обработки алмазов в европейских городах, таких как Антверпен, практически ушла в небытие и переместилась в Азию, особенно в Индию.

В 1970-х гг. Антверпен мог похвастаться квалифицированной рабочей силой в области обработки алмазов – от 25 тыс. до 30 тыс. человек. Сейчас их число сократилось до менее 1 тыс. Для сравнения, в Сурате около 450 тыс. заняты в этом бизнесе, и более 80% неотшлифованных алмазов мира в настоящий момент обрабатываются в Индии. 

Для индийских диамантеров в Антверпене знакомства в Сурате и других промышленных центрах Индии являются большим преимуществом. Дилип Мехта, исполнительный директор Rosy Blue в Антверпене, позиционирующей себя как крупнейшего в мире производителя алмазов, рассказывает: "У нас всегда есть возможность продавать по всему миру, потому что двоюродный брат или племянник, которому можно абсолютно доверять, может поехать в любую страну и основать там бизнес". 

По его мнению, евреям не хватало подобной сети родственных связей. Учитывая глобальную природу торговли, полагает он, для успешного бизнеса необходимо иметь доступ к самым отдаленным рынкам, от стран Африки, где расположены месторождения алмазов, до Антверпена, где идет торговля камнями, от Индии и Китая, где сосредоточился весь бизнес по шлифовке и обработке алмазов, до таких глобальных центров торговли, как Нью-Йорк, Гонконг и Дубай. 

Ежегодные доходы Rosy Blue превышают $1 млрд, компания имеет представительства в 14 странах, включая фабрики в Индии, Китае, Таиланде, Шри-Ланке и Армении. "Мы нанимаем более 10 тыс. человек по всему миру, однако члены семьи Мехта находятся во главе всех операций", – отмечает он.

В 2006 г. король Бельгии дал Дилипу Мехте почетный титул барона за заслуги перед страной, и он этим титулом очень гордится. Его жизнь – настоящая история успеха. Он родился в очень бедной семье. Оставив колледж, он пошел работать на фабрику по шлифовке алмазов. В 1973 г. Мехта переехал в Антверпен вслед за своими отцом и братом, которые открыли в этом городе небольшой магазинчик несколькими годами ранее. Они покупали очень дешевые камни низкого качества, которые они посылали в Сурат на обработку, а затем продавали их в Антверпене, получая при этом небольшой доход.

Но именно третья составляющая, по мнению Мехты, а именно стремление работать усерднее и дольше, помогла ему добиться успеха. 
"Евреи просто не могли выдержать конкуренции с нашей стороны, – говорит он. - Мы буквально женаты на нашем бизнесе. Мы готовы работать ночи напролет. Мы готовы работать в выходные дни. Мы сделаем все что угодно, чтобы получить клиента. Мы готовы работать так даже ради небольшой прибыли".

"Я считаю, что действительно сложно было, с одной стороны, держаться в стороне от бельгийцев, а с другой, учиться у них и взаимодействовать с ними в дружеской атмосфере", – полагает Мехта. Большинство индийцев живут обособленно, отмечает он, так как образование, которое они получили у себя на родине, не подготовило их к взаимодействию с европейцами и жизни среди них. Они избегают контактов с местными жителями, потому что они чувствуют себя неловко и боятся показаться невежливыми и некомпетентными. 

Мехта выступает за укрепление взаимодействия. Однако, по его мнению, важно помнить свое происхождение: "Вы можете пойти на вечеринку, если это необходимо для вашего бизнеса. Но это не означает, что вам надо напиваться. Нельзя стыдиться своего происхождения".

А что же второе поколение, которое выросло и училось в школах Антверпена? Мехта говорит, что большинство семей отправляют своих детей на учебу в англоговорящие международные школы. При этом межнациональные браки крайне редки. Индийцы живут в Бельгии как экспаты - "одна нога здесь, другая – в Индии" - и по-прежнему чувствуют, что их дом не здесь. "Бельгия – это просто бизнес", и очень прибыльный бизнес.

http://www.oilru.com/news/470994/