Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

«Двойное дно» рынка железной руды

Аватар пользователя wrc200

Весной 2015 г. производители железной руды во всем мире, казалось бы, получили ощутимую «передышку». С апрельского минимума ($46,7 за тонну) цены за месяц выросли на треть. К примеру, агентство Reuters 28 мая сообщило о новом максимуме цен на рынке железорудного сырья (ЖРС), а также процитировало одного из трейдеров: «В настоящий момент, если вы имеете материал высокого качества из Австралии или Бразилии, у вас не будет трудностей с покупателем». А причиной роста цен было названо снижение запасов импортного сырья в китайских портах, т.е. у основного мирового потребителя, до 86,7 млн тонн (-15% с начала года).

Чуть ранее пришло весьма заметное сообщение из Австралии. Правительство этой страны (главного поставщика ЖРС на экспорт) в конечном итоге решило не проводить расследование по железной руде, т.е. по экономическому влиянию обвала цен на доходы бюджета Австралии. Оно было инициировано третьим производителем железной руды в стране – компанией Fortescue Metals Group – и рядом более мелких игроков. Две крупнейшие австралийские горнодобывающие корпорации – BHP Billiton и Rio Tinto – обвинялись в сговоре о наращивании добычи и ценовом демпинге, чтобы устранить с рынка ЖРС более слабых производителей. Фактически это было обвинение в «антигосударственной деятельности», которое развил ведущий независимый сенатор Николас Ксенофон. Причем далее его поддерживал и премьер-министр Австралии Энтони Эбботт. Однако хватило весьма небольшого роста цен (и курса австралийского доллара), чтобы успокоить общественность, политиков и ведущие компании страны.

Но в реальности весенний рост цен ЖРС 2015 г. буквально теряется на фоне многолетнего удешевления этого сырья. Причем существенно большего, чем спад мировых цен на нефть (рис. 1).

Причина опережающего (большую часть сырьевых товаров) спада мировых цен на железную руду – в прямом влиянии на рынок такого экономического гиганта, как Китай. Этих китайских факторов сразу два.

Во-первых, преобразование «рынка продавца» железной руды в «рынок покупателя». Высокая динамика развития китайской экономики в последние десятилетия создала иллюзию неуклонного роста ее спроса на сырье. Это привлекло огромные инвестиции в горнорудные компании всего мира, в создание эффективных транспортных структур (доставки руды морем) и т.п. При этом Китай умело диверсифицировал многие направления поставок, не допуская никаких ценовых сговоров, сохранял заметную собственную добычу ЖРС и немалые запасы сырья. В итоге добился острой конкуренции горнорудных компаний – потенциальных поставщиков железной руды в Китай.

Во-вторых, Китай явно пережил пик экстенсивного (по объемам) развития с быстрорастущим потреблением стальной продукции в стране. Или пик индустриализации в старом, еще советском понимании. Динамика развития особо металлоемкого строительства в стране (включая инфраструктуру) фактически пережила максимум еще во времена пекинской Олимпиады 2008 г.

Далее эта индустрия скорее развивалась по инерции, а инвестиции уходили из нее в промышленность высокого передела металлов, вплоть до наукоемких отраслей. К примеру, в производство электроники самого современного уровня или самых перспективных углеродных (карбоновых) композитов.

А в части спроса на традиционный конструкционный материал – углеродистую сталь – в Китае ожидается продолжение негативных тенденций. Как сообщил в мае вице-президент China Iron & Steel Association (CISA) Ван Ликун, в 2014 г. впервые с 1981 г. китайский внутренний спрос на сталь сократился на 3,4%. А по итогам I квартала текущего года это снижение достигло уже 6,2%. Схожий спад потребления ожидается и по итогам 2015 г. в целом.

Пока за счет растущего экспорта текущий спад производства стальной продукции в Китае ниже, чем спад потребления. По итогам I квартала производство стали в Китае было на 1,7% ниже уровня прошлого года, а апрельский выпуск оказался на 0,7% ниже, чем годом ранее. Аналогичным явился и спад спроса на железорудное сырье.

Экспорт стальной продукции из КНР, который по итогам января–апреля вырос на 32,7%, ситуацию на железорудном рынке практически не оживил. Более того, из-за крайне низких цен он столкнулся с новым этапом «таможенных войн». Еще в конце 2014 г. власти США ввели высокие (заградительные) пошлины в отношении большинства видов китайской стальной металлопродукции.

В марте 2015 г. увеличило импортную пошлину на сталь с 10 до 15% правительство Индии, а ЕС ввел пошлины на китайскую нержавейку. Но металлурги Индии и США быстро заговорили о недостаточности принятых защитных мер. В мае и Евросоюз начал расследование поставок термоупрочненной арматуры из Китая в ответ на жалобу, поданную ассоциацией Eurofer и рядом сталелитейных компаний.

Так что для китайской металлургии не ожидается возможностей ощутимого увеличения поставок как на внутренний, так и на внешний рынок. А спад производства рано или поздно отразится на железорудном спросе Китая.

Причем, возможно, очень скоро. Ряд трейдеров сообщал, что «ралли железорудных цен в мае – кратковременное, т.к. есть несколько грузов с сырьем на подходе к Китаю». «А рост запасов приведет к снижению цены», – утверждают они.

Со стороны производителей ЖРС также не наблюдается особого желания снизить производство, т.е. рыночное предложение, чтобы сбалансировать ситуацию на рынке. Крупнейший поставщик руды на экспорт – англо-австралийская BHP Billiton – лишь сообщила о снижении на четверть капитальных инвестиций в очередном финансовом году (начинается с 1 апреля 2015 г.). Кстати, чем и несколько разогрела железорудные цены.

Но сейчас, помимо экономии на развитии, крупнейшие поставщики прежде всего остро конкурируют в вопросе снижения себестоимости добычи железной руды, стремясь опуститься ниже уровня $20 за тонну. В чем им помогают невысокие цены на топливо и просевший курс австралийского доллара. Помогают, кстати, не всем. Упомянутая в начале статьи австралийская Fortescue Metals Group, которая активно ищет помощи властей, отягощена долгами в размере $9 млрд. В апреле компании с трудом удалось реструктурировать $2,3 млрд из них. Но надвигаются новые выплаты, а к 2019 г. она должна погасить в общей сложности $6,3 млрд. Поэтому Fortescue, почти 15% которой владеет китайская Hunan Valin, может получить новых инвесторов-совладельцев из Китая. Собственное производство ЖРС в Китае на базе бедных месторождений сейчас не может похвастаться ни низкой себестоимостью, ни эффективностью.

Другой крупнейший поставщик железной руды на мировой рынок – Бразилия – в 2014 г. обгоняла австралийских поставщиков, активно помогая сбивать цены. Но за январь–апрель текущего года страна чуть притормозила – увеличила объем экспорта ЖРС на 9,1% по сравнению с отчетным периодом прошедшего года, в то время как Австралия – на 22%.

Причем бразильские поставки в текущем году выросли не столько за счет крупнейшей горнорудной компании – Vale (+5%), сколько за счет компании Samarco (+34,8%, до 8,6 млн тонн). При этом отметим, что опережающими темпами (+20%) растет экспорт из Бразилии не концентрата и руды, а фракционно обработанного ЖРС (окатышей и т.п.).

Возвращаясь к крупнейшему поставщику из Латиноамериканского региона, отметим явное включение Vale в кампанию по снижению издержек. Бразильская корпорация в мае сообщила, что завершила продажу 4 своих сухогрузов китайской China Ocean Shipping Co. за $445 млн и согласовала продажу еще 4 китайской Merchants Energy Shipping. И речь идет не просто о кораблях, а о знаменитых сухогрузах – мегабалкерах класса Valemax (названных по имени компании) длиной около 360 метров и водоизмещением до 400 тыс. тонн.

Стратегическое когда-то направление развития Vale сворачивается ввиду избытка судов в мире и предельного снижения расценок на фрахт в последние годы. Оно, кстати, на руку экспортерам руды морем, но предельно обостряет их конкуренцию. Доставка руды крупным судном из Бразилии в Китай сейчас стоит $15–20 за тонну, а из Австралии – приближается к $10.

В итоге на слабом рынке железной руды (как и на стальном рынке) сохраняется избыток предложения и никаких стимулов для роста мировых цен не наблюдается. Специалисты сходятся во мнении, что дно стоимости ЖРС в Китае, достигнутое в апреле, как и дальнейший рост цен, было совершенно необоснованным. Весной они дружно и регулярно пересматривали свои прогнозы по железной руде в сторону понижения. И столь же дружно обещают новый и многолетний минимум цен в самое ближайшее время (табл. 1).

Больший оптимизм сохраняют только производители руды, а также считаные страны-экспортеры, крайне заинтересованные в пополнении бюджетов. Но таковых единицы. Среди них наш холдинг «Металлоинвест», прогнозирующий сохранение железорудных цен в ближайшие годы, но одновременно и их рост до $68 за тонну к 2023 г. Такое вполне возможно – но лишь за счет колебаний крайне нестабильного курса рубля, не более того…


Российские течения

Российский рынок железной руды, безусловно, связан с мировым рынком и его тенденциями. Но, в отличие от нефти или газа, весьма ограниченно. И прежде всего его отсекают огромные расстояния (тарифы и скидки РДЖ), далее – вхождение практически всех железорудных активов РФ в состав металлургических холдингов. Они и потребляют большую часть добытого и обогащенного российского ЖРС, причем по собственным внутренним ценам. Импорт невелик, зато избыток сырья (около 25%) может быть отправлен из России на экспорт. Но тут, невзирая на дорогую отечественную логистику, влияние мировых цен уже проявляется «в полный рост» (рис. 2).

Отметим, что зимой 2014–2015 гг., когда после обвала курса рубля себестоимость российской руды в долларах снизилась вдвое, этот экспорт казался особенно выгодным. Однако в начале текущего года увеличить его по объемам удалась незначительно. По данным ФТС, экспорт железной руды (неагломерированной и агломерированной) из РФ в I квартале вырос в годовом сравнении на 6,86%, до 8,4 млн т, однако по стоимости он снизился на 41,3%, до $463 млн.

При этом в текущем году доля экспорта к объему производства в РФ железной руды чуть превысила 25%, хотя эта оценка является ориентировочной ввиду значительных различий в классификации ЖРС у ФТС (по кодам ТН ВЭД) и у Росстата (по кодам ОКПД).

Однако она позволяет сделать некоторые полезные выводы. Во-первых, о том, что экспортное направление сбыта этого сырья для российских горнорудных компаний (кроме «Металлоинвеста») является второстепенным, поскольку реализация ЖРС на внутреннем рынке втрое выше ее вывоза. Еще менее важным для РФ является его импорт, уступающий экспорту в 3–4 раза. Основной поток ввоза железной руды объемом около 10 млн тонн в год обеспечивается импортом для Магнитогорского меткомбината (от казахстанского ССГПО компании ENRC), который традиционно выгоден ввиду небольшого расстояния перевозок (около 300 км). Но, кстати, не избавляет обе стороны от постоянных споров по поводу «справедливых цен». Внутрироссийское производство «сырой» железной руды по Росстату (т.е. ее добыча) в последние годы в основном (около 91%) осуществляется экономичным открытым способом и, в общем-то, растет (рис. 3).

Однако прирост этот весьма невелик. К примеру, по данным Росстата, по итогам I квартала 2015 г. он составил в годовом сравнении всего лишь 2,69%, до 99,4 млн «сырой» руды. Обогащение и переработка этого сырья в последние годы чуть отстают, поэтому за счет восточных регионов РФ чуть выросла доля поставок необогащенной товарной железной руды (с 22 до 24% от объема добычи). Но большая часть ЖРС в России традиционно обогащается и перерабатывается производителями в концентрат (до 35%), агломерат (до 20%) и окатыши (около 12%). Естественно, с ростом качества и цены.

При этом вопрос оценки вну-трироссийских цен на железную руду (в отличие от экспортных) был и остается весьма сложным. После консолидации основных железорудных предприятий РФ в крупнейших горно-металлургичес-ких холдингах – «Металлоинвест», «Евраз», НЛМК, «Северсталь» и «Мечел» (использующих это сырье в собственных производствах) – возникли сравнительно невысокие внутренние цены и крайне высокие – для прочих российских потребителей.

По данным официальной статистики, цены железной руды в РФ колеблются в весьма широких пределах по регионам (производителям) и по качеству продукции (рис. 4).

Однако большая часть наших производств ЖРС так или иначе пытается ориентироваться на мировые (экспортные) цены. Особенно – «Металлоинвест», направляющий на экспорт около 41% (более 11 млн т в год) своей горнорудной продукции.

Обвал себестоимости производства в РФ за счет девальвации рубля на фоне медленного сползания, а далее – медленного роста мировых цен вернул высокую рентабельность нашим железорудным ГОКам. К примеру, тому же «Металлоинвесту», который, согласно консолидированной отчетности по МСФО, сменил убытки IV квартала 2014 г. на $177 млн чистой прибыли в I квартале 2015 г.

Возвращаясь к ценам, обеспечивающим заметную часть таких прибылей, отметим, что в апреле 2015 г. средняя цена концентрата железной руды на российском рынке немного выросла и составляла 2125,8 руб. за т ex-works, что по среднему курсу рубля за месяц соответствует цене $40,8 за тонну. И это очень близко к предложениям на экспорт на мировых рынках (на условиях FOB и DAF). В мае в РФ произошла некоторая стабилизация рублевых цен на железную руду, но за счет падения курса средние цены в долларах достигли $42 за тонну. В июне ожидается обратный процесс в части долларовых цен.

Попытки «вырваться вверх» относительно российской инфляции на этом рынке проходят все хуже. Попытка КГОК «Евраза» повысить цены на ЖРС в I квартале 2015 г. не прошла. В II квартале ему пришлось снизить цены сторонним покупателям на железорудные окатыши на 16,9%, до 2694 руб. за тонну с НДС (FCA Качканар), а на агломерат – на 18%, до 2295 руб. за тонну. Но и это – цены словно «специально для конкурентов», дороже среднероссийских и среднеэкспортных даже без учета доставки.

По ценам основных поставок – внутри горно-металлургических холдингов – попытки горнорудных «дочек» «добиться большего» встречают у руководства явное непонимание. С весны начался откат цен в рублях на стальном рынке РФ, т.е. на конечную металлопродукцию этих компаний. То есть о росте затрат на сырье речь точно не идет.

Наоборот, приходится думать о снижении себестоимости до уровня самых рентабельных мировых компаний. Напомним, что для железной руды это около $20 за тонну, т.е. около 1050 руб. по текущему курсу.

Так что «лозунг дня» (месяца, квартала, года) – экономия, экономия и еще раз экономия. Остается надеяться, не только за счет зарплат…


Источник, Металлургический бюллетень.

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя alexsword
alexsword(6 лет 1 месяц)(13:51:28 / 11-07-2015)

материал месячной давности

Аватар пользователя Federal
Federal(5 лет 10 месяцев)(20:36:50 / 11-07-2015)

Не раскрыты текущие тенденции. Слабенький материал.

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...