Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

Ученые не хотят сокращаться на 66%

Аватар пользователя поляр

Беседа с Валерием Рубаковым, академиком РАН, гл. науч. сотр. Института ядерных исследований РАН


Накануне третьей сессии Конференции научных работников, назначенной на 29 мая 2015 года, мы обратились к ее организаторам с просьбой ответить на ряд вопросов.

Вектор реформ повернут не в ту сторону

Валерий Рубаков, академик РАН, гл. науч. сотр. Института ядерных исследований РАН

  Какие проблемы науки наиболее актуальны сегодня? В чем важность проведения Третьей конференции в конце мая?

— Ученые в своем большинстве плохо осознают, на каком этапе реформирования системы академических институтов науки мы сейчас находимся. Появились проекты документов, принятие которых будет означать революцию в организации науки и нашей научной деятельности.

Эти документы предусматривают, во-первых, жесткое выделение приоритетных научных направлений и в значительной мере финансирование только этих приоритетных направлений. Во-вторых, перевод тех мизерных средств, которые идут на базовое финансирование институтов, в разряд конкурсных.

Первая мера приведет к тому, что целые направления научных исследований, которые не будут признаны приоритетными, окажутся под ударом или совсем будут закрыты. А завтра эти области, которые кажутся сегодня «сбоку» от основной линии развития, могут «выстрелить» или оказаться самыми главными — интересными, важными и так далее.

   У нас в Институте ядерных исследований РАН есть команда, несколько молодых людей, которые занимаются квантовой теорией черных дыр. Сегодня это направление вряд ли может считаться приоритетным. А завтра это может стать новым словом в квантовой информатике, квантовых компьютерах, потому что там поднимаются очень глубокие вопросы, сейчас совершенно не разработанные, не понятые теоретиками. Не только у нас, во всем мире на них пока нет ответа. Может оказаться, что ответ на эти вопросы приведет к совершенно другому пониманию того, что такое квантовая информатика. А может, и не приведет. Хотя сейчас модны слова «квантовая информатика», «квантовые компьютеры», никто не может гарантировать, что эта область вообще окажется востребованной через десяток лет и не окажется тупиковой.

В фундаментальной науке никогда нельзя сказать заранее, какое направление будет приоритетным даже через 5-10 лет. Конечно, у государства могут быть свои приоритеты, могут быть какие-то очевидные направления развития науки, про которые ясно, что они могут дать важные со всех точек зрения результаты, но должны быть люди, которые работают в самых разных областях.

   Вторая мера — перевод всего финансирования науки на конкурсность — приведет к тому, что большому числу научных коллективов, а может быть, и целых институтов, будет грозить физическое уничтожение. Конкурсное финансирование подразумевает, что есть ученые и коллективы, выигравшие конкурс, а есть проигравшие. Причем они не обязательно слабее тех, кто выиграл конкурс. По опыту РФФИ я знаю, что «линия отсечки» всегда достаточно условна. Нередко за бортом оказываются интересные, сильные проекты, которые нет возможности профинансировать.

   Третья мера, которая может быть введена «Методическими рекомендациями…», — это преимущественное финансирование ведущих ученых. Во-первых, непонятно, что такое «ведущий ученый», где грань между ведущим ученым и просто хорошим ученым. Кроме того, ведущие ученые никогда не существуют в вакууме. По крайней мере, в большинстве случаев. Может быть, в каких-то разделах науки и один человек в поле воин, как, скажем, Григорий Перельман, но, вообще говоря, наука состоит из научных групп, команд и школ. Наша страна сильна своими научными школами - это уникальное явление. И выделение ведущих ученых вместо выделения ведущих коллективов, ведущих научных школ — это тоже тупиковый путь, приводящий к разрушению.

   Мы считаем, что предлагаемые сейчас Минобром и ФАНО меры могут привести к катастрофическим для науки последствиям. Всё это не может не беспокоить тех ученых, которые хоть как-то знакомы с ситуацией. И ее надо обсудить, высказать свои предложения о том, как на самом деле надо действовать, как надо развиваться науке. Всё это будет на конференции.


  Критики скажут, что на конференции произойдет «выхлоп пара», все выскажутся, а чиновники пойдут своим путем.

   Я бы не сказал, что проведение двух предыдущих конференций означало простой «выхлоп пара». На мой взгляд, проведение этих конференций и те резолюции, которые на них были приняты, все-таки повлияли на ситуацию. Надеюсь, что и в этом случае это будет не просто «выхлоп пара», а вполне реальное действие, к которому как-то прислушаются. Конечно, ученые — народ беззащитный, можно «плюнуть и растереть», можно не услышать того, что они скажут. Но я надеюсь, что этого не произойдет.

   А что бы Вы хотели, чтобы было сделано в ближайший год, в ближайшие несколько лет? Как реально чиновники могут помочь ученым?

  Во-первых, нужно сохранить и развивать ту систему научных институтов, какая есть. Во-вторых, развивать грантовую систему. Полезную роль играют фонды, которые позволяют получить дополнительные средства и получить дополнительные возможности. В-третьих, нужна адресная поддержка очевидных лидеров в той или иной области науки.

Необходимо развивать научную инфраструктуру, там, где необходимо, нужно помочь провести модернизацию больших установок. Какие-то закрыть — это тоже не исключено. Организовывать эту работу должны чиновники в тесной связке с учеными. Так что есть много задач, которые можно и нужно решать, но сейчас вектор реформ развернут в другую сторону.

   В чем разница между поддержкой ведущих ученых в «Методических рекомендациях…», которую Вы критикуете, и адресной поддержкой лидеров?

   Я имел в виду поддержку лидирующих школ, лидирующих коллективов. Не персоналий. Если будет введена программа поддержки ведущих ученых, я подавать заявку не буду. Иначе я не смогу смотреть в глаза своим ребятам, которые ничуть не хуже меня, сидят и вкалывают.

   Могли бы Вы оценить, без какого количества коллег Вы бы не смогли нормально работать? Это десятки, сотни человек?

   Ну, не сотни, конечно. Все-таки теоретики — народ штучный. Но это пара десятков человек, плюс студенты, аспиранты…

   От инженеров на установках Вы как-то зависите?

   Я персонально не завишу, я теоретик, но у нас в институте, в других институтах, конечно, есть экспериментальные установки. Где-то больше, где-то меньше, но они нужны, они существуют, и их нужно развивать. Какие-то закрывать, какие-то — доводить до ума и модернизировать, это очень важное дело. Иначе мы всегда будем оглядываться на те экспериментальные результаты, которые получают на Западе.

    На встрече с академиком Хохловым много говорили о тех ученых-бездельниках, кто только «пьет чай». По Вашему мнению, насколько актуальна проблема избавления от такого балласта?

   На самом деле этот процесс в институтах идет постоянно. Я не берусь «сказать за всю Одессу», где-то он происходит более интенсивно, где-то — менее интенсивно, но он идет постоянно. И он необходим, для этого более-менее есть все рычаги. Если будет организована — а я надеюсь, что будет, — процедура оценки институтов и лабораторий, то это будет как бы дополнительной помощью в этом вопросе. Но по моему собственному опыту не могу сказать, что «балласт» — это кардинальная проблема российской науки. Это достаточно серьезный вопрос, но это не 30% научных сотрудников, это 5-7-10%. Многое зависит от научного института. А если будут приняты «Методические рекомендации…», то, по оценкам профсоюза работников РАН, будут уволены примерно 60% сотрудников.

   Вы вошли в Научно-координационный совет при ФАНО. В чем все-таки проблема, почему до сих пор не начата оценка институтов?

     Я не знаю. Мы в Комиссии по общественному контролю в сфере науки подняли этот вопрос перед ФАНО, написали письмо на имя М. Котюкова. Не могу понять, в чем дело, почему оценка институтов не начата, а вместо этого предлагается реструктуризация институтов и сокращение числа научных работников.

                                                            

На Третьей сессии Конференции научных работников состоялся бурный диалог "академической" и "правительственной" сторон. Ученые из Российской академии наук в очередной раз протестовали против попыток их поприжать и сократить. Представители исполнительной власти пытались успокоить разбушевавшуюся ученую стихию.

Встреча проходила в новом, большом здании президиума Российской академии наук (РАН) на Ленинском проспекте, где в большом зале собрались делегаты 3-й сессии Конференции научных работников. Это форум создан два года назад как некое сопротивление научной общественности попыткам волевого реформирования науки сверху, и считает себя постоянным (поэтому Конференция — одна, только сессии разные, одна за другой).

Состав ораторов был довольно представительным. Активное участие принял президент РАН Владимир Фортов. Естественно, выступали лидеры "научного сопротивления" — знаменитый физик, академик Валерий Рубаков, председатель профсоюза РАН Виктор Калинушкин и другие.

   "Властную сторону" представляли заместитель министра образования и науки РФ Людмила Огородова и заместитель руководителя Федерального агентства научных организаций (ФАНО) Алексей Медведев. В качестве некоей "третьей стороны" выступил заместитель председателя Совета по науке при министерстве, член-корреспондент РАН Аскольд Иванчик (по должности руководитель отдела в Институте всеобщей истории РАН).

Беспокойство научной общественности на сей раз было сосредоточено вокруг совместного документа Минобрнауки и ФАНО под названием "Об утверждении методических рекомендаций по распределению субсидий, предоставляемых федеральным государственным учреждениям, выполняющим государственные работы в сфере научной (научно-исследовательской) и научно-технической деятельности". Свои и общие тревоги по данному вопросу для начала изложил академик Рубаков.

   Комментируя властные намерения максимально развивать конкурсное финансирование, а также отдельную поддержку ведущих ученых, он заметил, что его не устраивает перспектива бороться со своими уважаемыми коллегами за звание выдающегося. И такое положение, когда успех его собственной лаборатории будет куплен ценой закрытия каких-то других. Физик подчеркнул, что, если государство надеется сократить науку, выделяя и сохраняя отдельные лучшие коллективы, то это зря — даже лучшим нужна "подпитка" из научных масс.

   Конкретизировал страхи и претензии ученых другой физик — Евгений Онищенко, сотрудник ФИАН имени Лебедева и общественный деятель научного сопротивления. Он напомнил, что, согласно обсуждаемому документу, на адресную поддержку ведущих ученых планируется выделять не менее 15% бюджетного финансирования, а конкурсная поддержка структурных подразделений составит не менее 60%. Таким образом, целых 75% финсирования станет "небазовым", негарантированным и не для всех. А всем только четверть останется?

   Также Онищенко обратил внимание на президентские указы, касающиеся повышения зарплаты ученых. Исходя из их логики, зарплата ведущего исследователя в Москве должна составить не менее 250 тысяч рублей в месяц.

Но, если это все неукоснительно выполнять, то на академическую науку в год потребуется где-то до 250 млрд рублей. "Тогда как на 2015 год нам выделено 83 млрд, из которых на финансирование госзаданий — 61 млрд", — напомнил дотошный физик. По его, для того, чтобы выполнить так называемые майские указы президента и довести зарплату научных работников до необходимого уровня при сохранении нынешнего финансирования, необходимо сократить 66% работников, также потребуется перевод большинства научных сотрудников с постоянной позиции на временную". Против чего научная общественность и возражает категорически. Онищенко также заявил о невозможности перейти "на новую основу в 2016 году".

   "Позиция авторов документа является дискредитацией президента России", — начал свою гневную речь бессменный профсоюзный лидер Виктор Калинушкин. "России необходима массовая наука, а не небольшое количество лабораторий, пусть даже и мирового уровня, — подчеркнул оратор. — В настоящее время в России нет избытка ученых. Мы на 23-м месте по числу ученых на 10 тысяч населения. Финансирование науки не обеспечивает нормальной работы ученых. Сейчас это 0,8% ВВП".

   Главный профсоюзный тезис: механизм аттестации институтов должен быть очень хорошо продуман и быть достаточно жестким. Да, он будет означать сокращение тех научных работников, которые фактически перестали работать. Но "никаких плановых цифр по сокращению быть не должно". И не должно уменьшаться общее число рабочих мест. Также структуру финансирования при его нынешнем уровне нельзя менять. А на финансирование выдающихся ученых правительству необходимо выделять дополнительные средства.

   У правительственной стороны вполне нашлось что ответить. В речи Людмилы Огородовой прозвучали две фразы, которые вызвали ироническое одобрение в зале: "В год перемен и реформ жить тяжело". И "Я нисколько не отделяю себя от вас".

Заместитель министра терпеливо разъясняла разгоряченному сообществу, что оно зря поддалось панике. Что базовое финансирование на этот и будущий год сохраняется в полном объеме, а конкурсное будет развиваться из дополнительных источников.

Главное же, что втолковывала Огородова — никакие документы еще не утверждены, все это обсуждается и будет обсуждаться. И министерство ожидает от научного сообщества именно активного и конструктивного участия в обсуждении, чего пока, в общем, не наблюдается. В том числе, "нужно выработать серьезные заявления на внебюджетное финансирование".

   О том же, собственно, говорил и замглавы ФАНО Алексей Медведев. О необходимости "достичь конвенции о том, какие механизмы приемлемы". И о том, что "все проекты рассматриваются на открытых площадках и проходят сито экспертного обсуждения".

"В 1990-х и начале 2000-х годов государство самоустранилось от постановки тех задач, которые должны решаться наукой", — напомнил Медведев, отметив, что в этот долгий период ученые не требовали большого финансирования, а власть не слишком озадачивалась, что она за свои денежки хочет получить. Теперь, когда денег больше, так уже нельзя.

   Когда Медведев говорил о том, что в стране допускается "общее снижение потенциала развития науки, атомизация научных организаций и исследований, распыление средств, которые тратятся на науку", кто-то закричал "Позор!" Ведущий, однако, резко призвал к порядку.

Зампред совета по науке при Минобрануки РФ Аскольд Иванчик, выступая с "центристских позиций", заметил, что сложившееся давно и существующее по сей день положение дел в академии весьма далеко от идеала. По сути, в НИИ и вузах наличествует всевластие директоров и ректоров, распоряжающихся средствами. Конкурсные процедуры финансирования все-таки будут лучше, хотя и нуждаются в разработке и совершенствовании — но это как раз и есть задача академии.

   В чем-то возразил Иванчик и министерству. Так, по его словам, планируемая система поощрения ведущих ученых предусматривает, что таковых должно быть 15% в каждом институте, что далеко не соответствует истине. Лучше уж выделить на это 15% денег в бюджете ФАНО, а для выявления достойных разработать, опять-таки, конкурсные процедуры. Иванчик также подчеркнул: "В нынешней ситуации, как ни дели имеющиеся скудные средства, их все равно не хватит".

    Президент академии Владимир Фортов выступал несколько раз кратко. Ведущий сессии, директор Института проблем передачи информации РАН академик Александр Кулешов объявил, что на столь демократическом форуме решено отказаться от называния друг друга по имени-отчеству и объявления чинов и должностей, и предоставил слово Владимиру Фортову. На что президент РАН кратко заметил: "Спасибо, Саша", вызвав смех и аплодисменты в зале.

   Фортов напомнил собравшимся об их благородной цели — "усилить положительные элементы реформы и демпфировать ее разрушительную энергию". Начав с того, что все могло бы быть и хуже — "Академия превратилась бы в захудалый департамент слабенького министерства", президент заключил: "Если все будет происходит так, как все происходит, мы превратимся из академии наук в фабрику по производству никому не нужных бумаг."

Леонид Смирнов

02.06.2015

http://www.ras.ru/news/shownews.aspx?id=0ae4a15b-685b-439b-9084-d4703cea52c4#content

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя layaratan15
layaratan15(2 года 9 месяцев)(12:52:36 / 08-06-2015)

если мэтры реально не хотят, то пусть организуются в нормальные профсоюзы и настраиваются на акции протеста

Аватар пользователя Савва
Савва(6 лет 1 день)(12:58:34 / 08-06-2015)

Это все с-сука Чубайс!!!

Наука - это поиск иголки в стоге сена.

Чем больше ищущих, тем вероятнее кому-то повезет.

А для дебила Чубайса и его последователей наука должна изобретать милые сердцу айфоны и прочие эпплы.

Ненавижу!!!

Аватар пользователя Johnny_Wax
Johnny_Wax(4 года 5 месяцев)(13:37:47 / 08-06-2015)

Ненавидишь Эппл - покупай Самсунг!

Всё равно их на одном и том же заводе производят :)))

Аватар пользователя Усинегоморя

Зато Чубайс ненавидит Достоевского с его "Жиды погубят Россию"

Комментарий администрации:  
*** Регулярно распространяю невменяемые набросы ***
Аватар пользователя Digit
Digit(2 года 9 месяцев)(15:01:12 / 08-06-2015)

Что такое наука - чиновник не понимает. Что такое техника - она наглядна. Чиновнику стоит призадуматься о судьбе СССР, который перед своей смертью наплодил горы техники.

Надо изучать общество. Именно на это нужно выделить средства.

Надо создавать компьютерную модель - как отдельных фрагментов, так и общества в целом.

Аватар пользователя Виктор Т.
Виктор Т.(3 года 4 месяца)(15:37:26 / 08-06-2015)
Отношение путинского правительства к науке подобно отношению умной обезьяны к найденному микроскопу. Обезьяна понимает, что микроскоп это инструмент. Но, для чего он нужен - не понимает. Впрочем, обезьяна очень умная, даже умнее, чем премьер Медведев. Начинает размывшлять - для чего нужен инструмент? Как для чего? Конечно же, чтобы колоть кокосовые орехи! Но, держать в руках неудобно - дурацкая трубочка со стекляшками мешает. Так оторвать её к едреней фене! И микроскоп сразу станет удобным инструментом! Для колки орехов.
Комментарий администрации:  
*** Оранжевая рыбка, выглядывающая из унитаза ***
Аватар пользователя житель провинции

путинского правительства

Глава правительства Медведев.

Аватар пользователя Skygoo
Skygoo(3 года 3 месяца)(16:58:19 / 08-06-2015)

Так это же меняет дело! И суть вопроса волшебным образом переворачивается. Вы это имели ввиду?

Аватар пользователя поляр
поляр(5 лет 2 месяца)(17:08:18 / 08-06-2015)

Надо создавать компьютерную модель - как отдельных фрагментов, так и общества в целом.

------------------------------------

Не надо. В жвачно-потребительском обществе одна модель и одна идея-кто больше сожрет, тот и в "дамки" вышел.

Аватар пользователя kasakoff2003
kasakoff2003(3 года 1 месяц)(15:12:11 / 08-06-2015)

Ога просрали полимеры  все нормально с фундаметальной  и циклотрон работает в ЛВЭ и много чего еще в ОИЯИ

Аватар пользователя Skygoo
Skygoo(3 года 3 месяца)(17:14:44 / 08-06-2015)

Ну пока работает, реформы то ещё не произошли.

Аватар пользователя поляр
поляр(5 лет 2 месяца)(17:04:09 / 08-06-2015)

А вы какой пост занимаете в ФАНО, или "фундаметальной" науке?

Аватар пользователя kasakoff2003
kasakoff2003(3 года 1 месяц)(18:47:58 / 08-06-2015)

Охраняем и бережем 

Аватар пользователя оттуда
оттуда(3 года 2 недели)(18:48:41 / 08-06-2015)

он спец по фановым трубам

Аватар пользователя kasakoff2003
kasakoff2003(3 года 1 месяц)(18:55:49 / 08-06-2015)

В гавне и крови приходится иногда ведь не у всех кабинетная да

Аватар пользователя Redvook
Redvook(4 года 7 месяцев)(00:17:55 / 09-06-2015)

Ситуация та же, что и со спортом. Много спортивных школ (где не все, конечно, звезды с неба хватают) и высок их престиж - много чемпионов. Так и в науке. В науке даже сложнее. Никогда не знаешь, кто "выстрелит" и когда.

Другое дело, что при сломе Союза ученых просто "бросили" (как и многие другие категории, типа учителей, но речь сейчас о другом). Они выживали, как могли. И отсев шел не по уровню "учености", а по тому как ты умеешь выживать. Либо обходишься малым и строчишь статьи на собранном в советское время материале, либо "умеешь" находить деньги (в первую очередь для себя) - ну например, можешь здание МГУ почистить от грязи силами четырех таджиков и нескольких бочек щелочи, а списать миллионы. А ученых, которые все время посвящают работе, не так уж много осталось. Так что именно сейчас избавление от половины (по крайней мере) ученых на потенциале науки не скажется. Другое дело, что сокращение будут проводить как раз те, кого бы следовало сократить в первую очередь. И сократят они как раз нужную половину.

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...