Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

Нищета по-европейски. Как живется странам на окраине Евросоюза

Аватар пользователя cesaria

27 июня Украина, Молдавия и Грузия подписывают соглашение об ассоциации с Евросоюзом. Добро пожаловать в прекрасный новый мир?

Теперь уже как-то забылось, а ведь факт: события на Украине начались из-за того, что президент Виктор Янукович пообещал гражданам страну в Евросоюз ввести, а потом хвостом завертел. С нового раунда обещаний райских европейских кущ начал и новый президент Петр Порошенко.

Люди, стремящиеся в ЕС, представляют, что их государство превратится в Германию. Германия, Франция, Нидерланды — эти, без иронии, идеально устроенные страны, возникают в голове при словах «Европейский союз». Но вот ведь нюанс: в состав ЕС входят и Греция, и страны Прибалтики, и Болгария, которым до немецких или голландских стандартов жизни — как до Луны. И скорее всего Украина, вообще любое государство бывшего СССР (Молдова вот одной ногой в ЕС) попадает «в зону Болгарии», а не в «зону Германии». Ваш корреспондент решил поехать в одну из самых бедных стран Евросоюза — в Румынию. И посмотреть, как выглядит жизнь в «как бы Европе». Оценить, что ждет тех, кто стремится в Европейский союз из бывшего советского лагеря.

                                                ХОЗЯИНУ В НОЖКИ

В аэропорту Бухареста полиции больше, чем «людей». Напоминало Дамаск, где я был еще до сирийской войны. Но там-то понятно: Сирия всю жизнь боялась пакостей со стороны Израиля. А в Бухаресте-то что стряслось?

Дальше — еще чудесатее. На каждом перекрестке — наряд военных. На каждом мосту, на развязках — по три-пять вооруженных людей. Неужели так худо в Бухаресте, что подземные переходы полицейские среди бела дня должны охранять?

Но вот я увидел, как рядом с пятизвездочным отелем притормозил автобус. Оттуда вышли крепкие ребята и чуть полноватые на наш вкус, но тоже крепкие девчата в форме ВВС США. Они рассказали: в Бухарест приехал вице-президент США Джозеф Байден. И они вместе с ним. Так вот кого ради кого полиция на уши встала! Получается, Хозяина встречают румыны….

-А так-то полиции тут и не видать, — поясняет местный, — Сам удивляюсь, откуда столько взяли для встречи американца.

Полицию действительно в обычные дни еще поди поищи. На следующий день видел, как подрались таксисты за место на стоянке. Обычное дело для отсталых стран: такоспарками владеют бандитские группировки, у их вожаков свои понятия, кто где стоит, понятия не совпадают, вот и дерутся. И хотя махались с полчаса, хоть бы один полицейский. Бухарест, центр города, наши дни.

Байден договорился «усилить присутствие» армии США в Румынии. Президент Румынии Траян Бэсеску на телеэкране, улыбаясь во все зубы, пожимал ему руку, чуть даже кланяясь. Румыния граничит с Украиной. Так что все прозрачно в намерениях американского гостя.

                                  ПРЕДЪЯВИТЕ ВАШИ СВЕРШЕНИЯ

Бухарест напоминает книгу, из которой вырваны страницы. Вот замок первого правителя, почтенные руины XV века, здесь начинался город. Вот шоссе имени Павла Киселева. Когда русские воевали с турками, генерал Киселев был губернатором (1832 год) освобожденного от турок Бухареста. Он распорядился проложить эту красивейшую улицу, и вообще много сделал для потрепанного войной города, да и первую конституцию этой страны написал, а поскольку он был противником крепостного права и вообще европейцем по духу, конституция удачной получилась. Румыны предложили ему замок, он отказался, тогда они назвали улицу его именем. Вежливый человек, что тут скажешь.

Вот королевский дворец (король правил после русско-турецкой войны), и много, очень много прекрасных зданий, которые построили приближенные короля и тогдашние капиталисты.

Наконец, на холме — Дворец Народа, второе по величине здание в мире после Пентагона. Его построил коммунистический вожак Николае Чаушеску, рядом возвел дома для министров, а все окраины города застроены многоэтажками попроще, для работяг. Кстати, не такими безобразными, как в СССР — хрущевок, например, тут отродясь не было.

Чтобы построить Дворец Народа, Чаушеску устроил конкурс, дабы никакой коррупции. Победила девочка, которая на тот момент была студенткой архитектурного института. По заданию, Дворец делали только из румынских стройматериалов. Сколько Дворец в высоту, столько и в глубину, под землей — бункеры. Чаушеску планировал с балкона выступать перед народом, да не успел, зато оттуда спел Майкл Джексон.

25 декабря 1989 года Чаушеску убили, наступила прекрасная свобода, но именно тут начинаются вырванные страницы: свобода не оставила пока после себя вообще ничего. Про Москву, да и другие наши города-миллионники так не скажешь: они преображаются даже слишком быстро, на вкус старожилов, а Москва-Сити стал своеобразным символом новых русских нуворишей. А в Бухаресте 25 лет «свободы» выразились разве что в том, что построенное ранее — успешно загадили. Некогда красивейшие «палаццо» в сталинском духе обросли хламом, на балконах сушится дырявое белье, ржавые допотопные спутниковые антенны слепо целятся в пустое небо.

Хотя нет, вот оно, «новое» — на каждом шагу публичный дом. Те, что почище, с неоновыми вывесками, попроще — в глубине вонючих дворов, где среди гниющего мусора лущит семечки в ожидании клиента живой товар. Даже в номере пятизвездочного отеля, что в составе международной системы отелей, на телефоне есть кнопка вызова проститутки! Вот она, «новая экономика», мощный экономический кластер, при Чаушеску до такого не додумались.

                                                       ГЕТЬ, ЦЫГАНЕ!

Когда я ехал в Бухарест, то планировал разыграть тамошних хулиганов. Они любят где-нибудь в Париже обронить на землю «золотое» кольцо. Крикнуть туристу — «смотри-ка, вместе нашли, дай мне за него половину цены, а кольцо забирай». Понятно, что кольцо не золотое. Интересно, что французы ведутся — жадные. Я даже кольцо из какой-то латуни с собой прихватил. 

Но не кого было разыгрывать. Бухарест встретил меня пустотой.

Жидкие ручейки туристов. Еще меньше аборигенов. Парень с початой бутылкой пива, под наркотиками или бухой вконец, похожий на Боба Марли, неторопливо, зигзагами, шествует в неизвестном направлении. Нищие выставили свои культи, так, чтобы было видно: ноги в самом деле нет, только гноящаяся рана. Тут не принято щадить чувства ближнего. Старики играют в парке в шахматы. Молодежь пьет пиво на лавочках. Грязная старуха собирает остатки еды из мусорных бачков. Сумасшедший делает девушке непристойные знаки, та привычно не реагирует. Разводила-шулер сидит перед нардами, ждет, кто с ним на деньги сыграть рискнет. Этим людям нет дела до меня. Розыгрышами с кольцом занимались цыгане. Цыгане рванули в Париж. И то, что страна почти избавилась от цыган — самая большая польза от ЕС, говорят румыны.

— Мы сначала не хотели им давать паспорта, — откровенничает официантка по имени Илона, — Но в ЕС «разбухли», дескать, права человека нарушаете! Выдали, ну и хорошо, как оказалось. Пусть во Франции хулиганят. Румыны, как можешь сам увидеть, до хулиганства не охочи.

Румыны в самом деле не воры по натуре. Они просто деградируют — или стараются держать марку, таких большинство, конечно, потому что нормальных людей всегда большинство. Но это дается им с трудом.

Одеваются даже в Бухаресте… мягко могу сказать, что «просто», ну, а после Москвы или Питера — «ужасно». Нет, в рванье не ходят, конечно, но если кто помнит, как одевались в пору махрового советского дефицита, когда что-либо модное и яркое приходилось «доставать» — вот это оно. Причина банальна: берут все самое дешевое, на «понты» денег нет. У молодежи в моде стиль «а ля бандит», бандитов тут много, как будто Румыния застряла в 90-х, и иностранец сразу не отличит, с кем имеет дело. «Бандит» должен быть выбрит налысо, мощная цепура, облегающая майка, и немного деталей как будто из фильмов Кустурицы.

Как бы ни был беден румын, он потратит последнее на детей и машину. Детки в Румынии чистые, хорошо одетые, не бегают, не попрошайничают. Что до автомобилей, то бензин в Румынии дорогой (под 2 евро). Машины не так дороги, как в России, приличный кар — новенький — можно взять тысяч за 6–7 евро, на вторичном рынке хватит и 1–2 тыс., и это будет не «гроб на колесах», а слегка подержанная Рено Dacia. Но и доходы не те. Однако же румын обожает крутить баранку. Так что покупают машины на последнее. На улице нет навороченных авто, но нет и откровенной рухляди. Ездить на рухляди считается стыдным. Часто можно видеть: человек чуть не в обносках рулит среднего класса машиной. Так уж выстроены приоритеты.

                                  КАТИТЕСЬ ВМЕСТЕ СО СВОИМ ДРАКУЛОЙ

Многие убеждали меня, как это здорово — быть в ЕС, ведь вся Европа перед тобой открыта. Хочешь в Париж — летишь в Париж, нет виз, и билеты недорогие. В самом деле, за 40 евро долететь можно.

Тут, правда, есть закавыка, о которой румыны мне «забыли» рассказать. Несмотря на то, что выезд в страны ЕС в самом деле несложен, страну все-таки упорно не берут в Шенген. Чтобы не мельтешили излишне там, где «чистые обедают». Но румыны сравнивают нынешние времена с временами Чаушеску, когда никто никуда не ездил вообще, радуются, и их можно понять.

                                         ОДНОЙ НОГОЙ В ШЕНГЕНЕ

Румынию хотели принять в Шенгенское соглашение 1 января этого года. Но не приняли, и когда — неизвестно. Причин две: страны ЕС боятся, что Европу окончательно наводнят румынские преступники, и указывают, что в парламенте Румынии заседают уголовники, которых от тюрьмы спасает только депутатская неприкосновенность. А это, дескать, нехорошо, не по-шенгенски. Но о чем речь, ведь румыны и так могут со своими паспортами приехать в любую страну ЕС?

О том, что сохраняется пока паспортный контроль. Если бы Румыния вошла в Шенген, пограничные посты просто бы сняли. А тут надо показывать паспорт, рассказывать, куда едешь, зачем…

Причем страны ЕС придумывают всякие пакости, чтобы румын не пустить. Великобритания, например, пускает только тех, кто может рассказать, где именно будет работать.

Но есть вопрос: а сколько народу летает в Париж на выходные — в кафе посидеть? Глаза отводят. Потому что 40 евро за билет — это деньги для Румынии, да и в Париже надо на что-то жить.

Поэтому реальность такая: едут охотно, но — на заработки, а не как туристы. В приоритете Италия. Года за два румын добивается, что говорит по-итальянски без акцента, языки похожи, как русский и украинский. Румынов ценят за квалификацию, «как молдаване, только еще лучше», ну и, конечно, за то, что за 500–700 евро эти люди готовы вкалывать от зари до зари. Стройки, торговля, женщины за детьми присматривают. Мне говорили, что есть какие-то румынские программисты, которые русским фору дадут, но я их не видел.

Впрочем, как и поляки, румыны не в чести у работодателей из «большой Европы» — дескать, хулиганят. Поэтому и выдворяют их активно, за малейшую провинность. И часто сразу не поймешь. То ли в самом деле нахулиганил человек. То ли — работа сделана, платить не хочется, написал заявление в полицию, и бесправный «гаст» отправляется в Бухарест за счет миграционной службы. А что, я знаю семью в Подмосковье, которая построила таким образом коттедж, не заплатив нескольким бригадам рабочих ни копейки. Только то были узбекские бригады. Румыны для Европы — этот как узбеки для нас. И ведь умом в России понимают, что культура Узбекистана древнее российской. Но к черту сантименты, раз сейчас у них бедность. Так же никого в Лондоне не волнует культура румын, уж поверьте. Катитесь вместе со своим Дракулой.

                                                 ЧТО КУРЯТ В БРЮССЕЛЕ

Еще уверяют: ЕС принес в Румынию «правильные» законы. Не надо ничего самим выдумывать, просто бери образец из Брюсселя, и живи по нему. «Защита от дурака», дескать, под дураком подразумевается местный чиновник. Но вот с этим утверждением согласиться не могу.

Давайте пока не будем лезть в дебри. Поговорим о простом. Акцизы для стран ЕС придумывают в Брюсселе. И спускают «вниз» как беспрекословную директиву. Поэтому в Румынии дорогой алкоголь. Но с ним полбеды. Страна аграрная, у всех родственники в деревне, там свое вино, своя крепкая настойка, так что никто в магазин за алкоголем и не ходит. С бензином сложнее. В стране — собственная нефть и своя, еще с коммунистов, ее переработка. Но бензин столь же дорог, как и в остальной Европе, два евро за литр. Акцизы! Единые для единой Европы.

С сигаретами вовсе фантасмагория. Пачка сигарет стоит 3–4 евро. Это безумно дорого для рядового гражданина. Но рядом есть Украина и Молдова, они вне ЕС, и акцизы там мизерные, потому и сами сигареты — дешевые. Ведь в цене румынской пачки, акцизы — около 80%.

Дальше полный абзац. Сигареты везут фурами. Устраивают второе дно, прячут под сиденьем. А то и просто фуру набивают целиком, и прут на таможню. Одна фура приносит дохода под сотню тысяч евро, есть с чего делиться с нищим таможенником (его зарплата — как везде в стране, 200–300 евро, это не Россия, где силовиков бюджет балует). Ну какой таможенник устоит? Полностью переоборудуют легковые машины, мне на таможне под Яссами показывали такую в разрезе, сигареты «запихнуты» везде, где возможно. Обвязываются пачками, креплеными на скотч, и так шуруют через границу. Пока таможенники показывали мне машину в разрезе, их коллеги задержали одну легковушку, то есть за полчаса одну машину задерживают, а сколько не задерживают!

Верх мастерства — подпольные табачные заводы, в самом деле, зачем с таможней связываться. Часто их устраивают в заброшенных колхозах. Сельское хозяйство в Румынии после ухода коммунистов не умерло, в деревнях — коровы и лошади, сами деревенские впахивают на гигантских полях вручную, без техники, но вот крупные аграрные производства стоят заброшенными, чем и пользуются.

Легендой, однако же, стал «подвиг» одного ловкача, который ввез в страну фуру с оборудованием для производства сигарет. Оборудование ведь ввозить можно. Ну и дальше прямо в фуре оборудовал цех, и так по стране колесил, чтобы не поймали.

Те таможенники, кто не в сговоре с бандитами, а такие есть в любой системе, отчаявшись, придумали использовать собак. Обученные собаки стоят дорого. И ведь не бюджет этих собак оплатил, не добрые дяди из Брюсселя. Это сделали легальные производители табака, которые, конечно же, несут от контрабанды убытки.

Собаки чуют сигареты и наркотики. Чтобы она их нашла, есть два способа. Или собаке дают корм, который отдаленно напоминает вкус табака и наркотиков (это не опасно, такие корма для таможенников делают в Италии), и она фактически ищет себе еду по запаху. Или приучают их к игре с мячиком, мячик дают после того, как псина «товар» нашла, а собака и рада искать.

При мне таможенник спрятал в фуру пачку сигарет, и собака ее быстро обнаружила. Но ни неподкупные животные, ни честные таможенники погоды не делают.

Что мы имеем? А имеем мы, товарищи, разгул преступности на ровном месте. Ровным же местом я называю мозги чиновников из Брюсселя, которые тупо устанавливают одни правила и для Франции, и для Румынии. Вот, мол, есть у нас стандарты, в шеренгу ать-два. А мы еще говорим, что наши чиновники не гибкие. Наши-то акробаты по сравнению с теми.

                                             ВОРУЙТЕ, ТОЛЬКО ТИХО

Про коррупцию я начинаю речь. Про коррупцию, которую якобы победили в Евросоюзе. Якобы.

В Румынии доходы от криминального бизнеса идут… на поддержание политических партий.

— До 2005 года, — рассказывает мне помощник министра финансов Юлиан Бутинару, — это делалось открыто. Теперь, поскольку мы в ЕС, все закамуфлировано. «Черные» деньги требуются в основном в выборную пору, на «подарки» избирателям. Политик дает задание своим подчиненным — чтоб деньги были. О том, что это криминальные деньги, разговора как бы нет. Затем деньги от контрабанды сигарет (а там и наркотиков — кто проверит, тем более что таможенники знают, где сигареты, там и наркотрафик) отмываются через пиар-фирмы.

Когда я был в Румынии, страна готовилась к выборам в европарламент. Все увешано было портретами кандидатов, и часто смешно: разваленная деревня, старый трактор советского производства один на всех, бабки корячатся в бескрайних огородах, и тут же агитка, «голосуй за наших в Брюсселе». Где они и где Брюссель!

— Сейчас самое время для черных денег, — сетует мой собеседник.

Это же уму непостижимо: европейская хваленая демократия оказалась пропитана крепким запахом курева и наркотиков. Знают ли об этом в Брюсселе? А если знают, как терпят?

Закрадывается, конечно, шальная мысль, мол, если тут у политиков сигаретный бизнес, у тех, что в Брюсселе, он, может, покруче, оружие, например. И это — общее правило, а не исключение. Но все сложнее, конечно же. Зная Германию, слабо верю, что там демократия стоит на глиняных ногах коррупции. Значит, не так крепка демократия на пространстве всего ЕС, как нам рассказывают. И «европейских политических стандартов», в которые нас мордочкой, как щенков, тыкают, просто не существует.

Или существуют эти стандарты. И звучат так: «воровать можно, только тихо и без посредников»?

                                                             «БРАТ, ДЕЛАЕМ НОГИ»

Около трети акцизных товаров, продаваемых в Румынии — «левак», и такое количество, конечно, невозможно сбыть по-тихому. У меня нет сомнений, что коррумпированные политики умудряются реализовывать контрафакт через магазины. Правда, недавняя проверка показала, что «левак» есть лишь в мелких палатках, убеждала меня еврочиновник Кристина Василоу, которая даже привстала, чтобы казаться более убедительной. Но кто проверку проводил, сами чиновники? Знаем мы цену проверкам, результат которых известен заранее.

Но я все же решил посмотреть на этот бизнес, и мне посоветовали сходить в Бухаресте на рынок. Есть там, дескать, особая зона, где чудные дела творятся.

Поход на рынок пришлось обставить как спецоперацию, это — самое что ни на есть дно, люди там пропадают только так. Заподозрят, что ты журналист, пришел вынюхивать, и все, рюкзачок твой найдут в речке, а тебя и вовсе не найдут. Первым делом я обзавелся «фиксером» — так называют человека, который ведет журналиста по горячим точкам.

… Окраина Бухареста, пейзаж вроде Бирюлево в Москве: панельные дома, широкие проспекты. Фиксер паркует машину сильно в стороне от рынка, за парком. Инструкции: по-русски не говорить, ничего не фотографировать, все вещи оставить в машине под охраной водителя.

Входим в парк. Обычный запущенный парк бухарестской окраины. Идем мимо фонтана, справа — старики, играющие в шахматы.

— Вот здесь начинается, — вдруг говорит мне проводник, — Шахматы только прикрытие. Здесь сидят смотрящие.

Стараюсь не смотреть в сторону смотрящих. Парковщик вдруг бросает свой пост и пристраивается, идет ровно на три шага позади. Это периметр охраны, что-то заподозрили — конечно, на мне нормальные, фирменные джинсы и чистая футболка, этого достаточно, чтобы вычислить во мне чужака.

Через сотню шагов парковщика плавно сменяет цыганка. Цыгане одеты лучше российских, яркие национальные одежды, жалко, снять не получается! А вот и бизнес: группа цыганок барражирует с блоками контрабандных сигарет, со стороны хорошо видно, что группу прикрывает крепкий цыганский парень.

А вот бугай, ему бы мешки таскать, продает… пучок салата. Рядом с ним негр со связкой редиски. Это пушеры, наркодилеры. К парню с салатом подходит молодой человек, в котором все выдает бывалого «торчка». Салат не покупает, естественно, а дальше все происходит быстро. Деньги из рук в руки, небольшой пакетик перекочевывает к «торчку». Меньше секунды.

Атмосфера тем временем сгущается. Нас пасет уже не цыганка, а трое в мешковатых, несмотря на жару, свитерах. Фиксер шепчет:

— Брат, делаем ноги!

Я потом еще на другом таком же рынке был, в Яссах, что на границе с Молдовой. Там границу криминальной зоны охраняют нищий без ноги и карлик, прикидывающийся парковщиком. Вам смешно, конечно, но это Кустрица, это Балканы. Те же цыгане толкают товар, но самое чудовищное вот что. Две пятиэтажки, от которых воняет, как от бомжа в метро. В ниж живут пушеры. Такое впечатление, что у домов вывернуты кишки наизнанку. С балконов свешивается какое-то фантасмагорическое шмотье, думаю, в каждых портянках найдешь все разнообразие бактериологического мира. И в двадцати метрах — детская площадка, где вполне себе чистые румынские мамы гуляют со счастливыми румынскими детьми. Гражданами свободной и великой Европы. У которых, когда они вырастут, будет целый веер возможностей. Стать пушером в Яссах. Поехать на заработки в Италию. И еще — получить хорошее образование и открыть свой бизнес. Вы верите в третий вариант?

                   

                                                    МЕЧТЫ О МОЛДОВЕ

Мы в России ищем национальную идею.

Как я понял, в Румынии национальная идея сводится к двум дискурсам. «Смогу ли я свалить отсюда, или больные папа-мама, за которыми надо ухаживать, меня удержат». Это у тех, кто мыслит трезво. У остальных (их большинство) — «отдайте нам Молдову!»

Вот ведь парадокс сознания. Спрашиваю Сорочана, местного бизнесмена:

— Почему у вас зарплаты низкие?

— Так исторически сложилось!

Что такое «исторически», почему в России за последние 20 лет зарплаты выросли в разы, а в Румынии местами даже уменьшились, и как это оправдать? Да непонятно.

Когда есть реальная проблема — в данном случае, проблема бедности — ее подменяют нереальной проблемой, чтобы народ туда переключился. В Румынии это Молдова. Она должна стать «нашей». Такие надписи на парапетах, переходах — везде. Искусство граффити тут не очень распространено, вместо этого лозунги, и чаще всего «Румыния и Бессарабия едины». Бессарабия — это независимое государство Молдова. Так ее подчеркнуто называют, чтобы акцентировать, что исторически эта территория — всего лишь румынская провинция.

Марин Бордеи, владелец турфирмы, пытается сгладить углы:

— Это было популярно раньше. Теперь Молдова сама идет в ЕС, без помощи Румынии, паспортный контроль давно отменен, и, когда оба государства станут частью ЕС, границы потеряют значение!

Вашими б устами, Марин, да мед пить. Не все так пушисто. Нищие жители Румынии наивно думают: вот присоединим Молдову, и все наши проблемы решатся сами собой.

В Бухаресте случайно забрел в бар, где тусуют люди, называющие себя ультрас. Здесь мне не рады. А я знал? Я турист, если уж на то пошло! Но в Бухаресте не туристические правила: не суйся, куда не просят.

Хмурый парень за стойкой не обращает на тебя внимания. При этом бритые качки тут как дома. В стороне сидит какой-то хмырь в очках, видать, «ботан», идеологически поддерживающий движение. Разговорились, цель проста: двинуть на Молдову, да и принудить ее к светлому будущему.

А на дискотеке в Яссах, где тусят студенты и прочая вроде как придвинутая публика, шквал аплодисментов срывает заявление местного радикала:

— Молдова все равно будет наша!

Я и в Молдове побывал. Похоже на Румынию, но есть и отличия. Ужасные дороги (в Румынии все-таки ЕС субсидирует ремонт дорог), и проститутки, которые в разгар дня просто стоят на трассе. В Румынии интим — уже бизнес, квартиры, хаты, притоны, а тут самодеятельность. Вот и все различия. В кишиневском аэропорту плакат предупреждает: не везти в ручной клади краску, мастерки, кисти… Работящие люди, умные, красивые… Что ж их Господь так обидел?

                                     Румынская церковь — православная.

В отличие от Украины, в стране единая церковная организация, иных конфессий (мусульман прежде всего) считанные проценты. Румынские священники напоминают греческих: такие же черные плащи, круглые «шапки» на головах. Не знаю, насколько популярны священники в народе, но мне они показались славными ребятами. Улыбчивые, добродушные, стоит в воротах монастыря монах-охранник, так даже и не пытается на кого-то надеть платок, юбку, лишь бы в храм проходили. В храмах никто на тебя не шикает, хочешь фотографируй, хочешь разговаривай.

В Яссах я видел, как в очереди к мощам стоял всесильный митрополит всея Молдовы (речь о провинции Румынии на границе с независимой Молдовой) вместе с другими верующими. Об этом митрополите говорят, что он отказывается от «коммерческих» предложений и считает, что церковь не должна пускаться в хозяйственную деятельность.

Хотя есть и «прожженные» митрополиты.

Торговля вынесена из храмов, ощущения, что пришел в храм «затариться» свечками или святой водой, не возникает.

Храмы напоминают наши псковские, сделаны из кирпича, которым на стенах выложены узоры. Внутри — как будто из России не выезжал, такие же иконы, такие же святые и вообще, все как в России устроено. С XVII века в Румынии московская икона — это хорошая, дорогая икона, и до сих пор московская школа письма — самая для румын лучшая. Я видел, как в Румынию из Москвы летят священники, нагруженные коробками с надписью «Софрино». Везут, стало быть, изделия подмосковных мастеров.

                                         ХУЖЕ, ЧЕМ ПРИ ЧАУШЕСКУ

Коммунисты стали править Румынией, когда эта страна была сплошь аграрной. Им удалось увеличить промышленное производство в сорок раз, в год вводили по 200 тыс. квадратных метров жилья, из-за чего румыны не успели узнать такое явление, как коммуналки. Правда, для всего этого великолепия приходилось брать кредиты, брали на Западе (с СССР отношения были натянутыми), и к концу правления коммунистов долг составил $22 млрд.

В 1970 году ВВП Румынии на душу населения был $625, страна по этому параметру занимала 77-е место в мире, уступая аналогичному показателю СССР почти втрое (в СССР — $1790). Причем ВВП рос в среднем на 9–10% в год.

Сегодня на душу населения приходится $7787, страна занимает 89-е место в мире, где-то рядом с Колумбией, откатившись назад даже по сравнению с 1970 годом. Рост ВВП в последние годы — на уровне долей процента.

Первый гвоздь в социалистическую экономику забил сам Чаушеску. Он решил за несколько лет рассчитаться с внешними долгами. В стране ввели режим жесткой экономии. Разрешали в квартире включать одну лампочку не больше 15 ватт, а свет подавали лишь на 2–3 часа. Чаушеску не ожидал, что из-за экономии остановится и промышленность, но она остановилась. Ему удалось заплатить все долги, но результатом стал мощнейший кризис, который и стоил диктатору жизни.

Революция не принесла сытости. Как и в последние годы коммунистического правления, по стране шлялись банды безработных, преступники останавливали и грабили поезда, лишь с 1995 года началось движение вверх, но все испортил кризис 1998 года, который на Румынии сказался даже раньше, ведь мировая финансовая система застопорилась еще в 1997 году.

Вообще, с тех пор Румыния — заложник не действий своего правительства, а состояния внешних рынков. Когда страна стала частью ЕС, это еще плотнее связало ее с мировым окружением. В результате кризис 2008 года ударил по Румынии очень больно, его последствия не преодолены до сих пор. Сказать, что с 2007 года, как страна в ЕС вошла, автоматически началось изобилие, нельзя — напротив, годы с той поры куда неудачнее, чем те, что предшествовали присоединению к ЕС. Разве что наконец-то решилась проблема безработицы. Решилась своеобразно: все, кто мог, рванули в страны Европы на заработки, вот и для тех, кто остался, места освободились.

В разговорах со мной румынские экономисты преподносили низкий уровень безработицы как свое высочайшее достижение. Смешно.

                           РУМЫНСКИЕ ТОВАРЫ ЕВРОПЕ НЕ НУЖНЫ

Средняя зарплата, евро350 (Бухарест) 150 (провинция)

Доля расходов на еду в семейном бюджете, %70

Безработица, %7,3

Налог на доходы физлиц16

Минимальная зарплата, евро179

Средняя пенсия, евро180

Литр бензина, евро1,5-2

Пачка сигарет, евро4

Молоко, литр, евро1

Курятина, 1 кг, евро5

Вино, бутылка, евро4

Общественный транспорт, 1 поездка, евро0,3

Аренда 1-комнатной квартиры на окраине Бухареста250

ЖКХ, квартира в 80 квадратных метров, евро100

После оплаты услуг ЖКХ, покупки еды, расходов на общественный транспорт и мобильную связь, у «среднего» жителя Бухареста должно оставаться в кошельке… минус 100–150 евро.

Как такое возможно? Люди массово заняты в теневом секторе, и их доходы не видны. Из 16,7 млн. трудоспособных граждан работают лишь 9,3 млн., около 6,7 млн. — в теневом секторе, за границей — 3 млн. чел.

В разговорах со мной румынские бизнесмены подчеркивали, что Россия целиком зависит от нефти и ее «ждет скорый крах, как только нефть подешевеет», зато Румыния, дескать, медленно, но верно вытаскивает себя из болота за волосы, ориентируясь на не-сырьевые отрасли. На самом деле Румыния стала оправляться от кризиса 2009 года не из-за успехов румынских властей, и не из-за мудрой политики ЕС, а потому, что выручила Россия с ее «проклятыми сырьевыми доходами». В 2012 году 33% экспорта этой страны пришлось на РФ, что спасло хозяйство страны. Причем экспорт обеспечивался исключительно поставками с завода Renault в Румынии. То есть источник роста ВВП Румынии — также сырьевой, только опосредованный через Россию.

В 2013 году вырос румынский экспорт в Россию на 33%, в Индию на 40%, в Китай на 17%, в страны ЕС лишь на 8,8%. Евросоюз не рвется покупать румынские товары даже ради того, чтобы поддержать ее экономику.

                                                               ФАКТ

Лишь 25% румын участвуют в государственной страховой системе, то есть платят особый налог, за который получают право на лечение и пенсию в будущем. Остальные 75% заняты в теневом секторе, живут на то, что им присылают из-за границы работающие там родственники, или вкалывают на огородах. Эти люди не получат пенсию, когда состарятся.

 

                                      ЧЛЕНСТВО В ЕС: ПЛЮСЫ И МИНУСЫ

Внешний долг Румынии — $130 млн. Это на уровне Украины, Казахстана или ЮАР. Но за последние годы он вырос впятеро, темпы роста — вторые в мире после Греции. В чем причина? Как Румыния вошла в ЕС, Евросоюз и МВФ принялись ей «помогать». «Помощь» выражается в том, что стране активно дают взаймы, при этом ЕС настоял, чтобы правительство снизило пенсии на 15%, зарплаты в госсекторе — на 25%, и свернуло ряд социальных программ. Это стандартный рецепт: «затянуть» пояса, и получить взаймы на некие «структурные реформы». В 2015 году страна должна заплатить 2 млрд. евро.

Заявку на вступление в ЕС страна подала еще в 1994 году. И принялась приводить жизнь в соответствие с Копенгагенскими критериями (требования для новых членов — соблюдение прав человека, экономические и социальные реформы). Но в 2007 году, когда Румынию в ЕС приняли, она так и не выполнила часть требований. В Брюсселе в те годы активно расширяли ЕС, опасаясь, что крепнущая Россия примется захватывать страны бывшего соцлагеря в свою орбиту. Тут уже не до Копенгагенских критериев.

                                                           

                                                              ПЛЮСЫ

румынам стало проще выезжать в страны ЕС на заработки.

привлеченные низкой ценой рабочей силы, в страну пришли иностранные компании. Это сократило безработицу, но не спасло от нищеты, иностранцы не собираются платить много, потому что шли как раз за дешевым трудом.

за счет работы новых предприятий улучшились формальные макроэкономические показатели (экспорт и его структура).

 

                                                           МИНУСЫ

вырос внешний долг.

сократились пенсии и зарплаты.

повысились акцизы, до уровня ЕС подорожали алкоголь, сигареты, бензин.

цены подтянулись к уровню стран периферийной Европы вроде Греции, за годы членства в ЕС инфляция накопила 35%.

под ударом оказалось сельское хозяйство, критически важное для Румынии. Оно должно соответствовать жестким правилам аграрной политики ЕС (например, не производить «слишком много», непременно закупать продукты из других стран ЕС), при этом разрешенная поддержка — лишь 50 евро на гектар (во Франции — 500 евро). В результате поголовье скота сократилось вдвое, а деревня перешла на патриархальную жизнь (ручной труд, один трактор на всю деревню, отхожие промыслы в городах).

рост безработицы. Она сначала снизилась за счет оттока населения на заработки, но теперь из-за разрушения деревни снова растет.

в казну ЕС приходится платить 1% ВВП, сумма за время членства составила 8 млрд. евро, в Румынии некоторые уже говорят, что отдают Брюсселю больше, чем получают от него. Причем субсидии ЕС всякий раз связаны с условиями и ограничениями, такими, что часто от денег приходится отказываться.

не оправдалась надежда, что страны ЕС будут покупать румынские товары, Румынию выручает торговля с Россией, Индией и Китаем, а не с Францией или Германией.

                                        КОММЕНТАРИЙ

Василий Колташов

Руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений

Балканы ждут события похлеще украинских

— Членство в ЕС ничего не дало странам региона, Румынии в том числе. Скорее наоборот. Часто утверждают, что ЕС принес в Румынию «инвестиции». Это заблуждение.

Инвестиции пришли в Румынию двух видов. Первые — с целью закрыть предприятие, уничтожить конкурента. На Балканах тысячи и тысячи таких предприятий. Иностранец покупает завод. Людей выкидывают на улицу, производство прекращается, и все ради того, чтобы где-то в Германии какой-то капиталист вздохнул спокойней. Второй вид «инвестиций» — перенос производства. Скажем, в Греции хозяин завода объявляет: мы переносим завод в Румынию. Вы тоже можете переехать в Румынию. Но если в Греции я вам платил 700 евро, в Румынии буду платить 200 евро. Никто не заботится о внутреннем рынке Румынии. Никто не заинтересован развивать его, поднимая зарплату, потому что в такие страны идут за низкой зарплатой.

Румынии повезло, что она не вошла в зону евро. Вход в зону евро — финал этой катастрофы. Румыны очень хотели там оказаться, но их отрезвил кризис 2008–2009 года. Они вышли потрепанными из этого кризиса, но если бы они на тот момент были в зоне евро, государство прекратило бы существование. Зона евро дает одно: страна теряет контроль над производством денег, над денежной политикой, над валютной эмиссией. Вот пример из другой области, Виктор Янукович на Украине до последних дней удерживал курс гривны, не давал ей упасть. Если бы он дал гривне падать — а такие тенденции намечались еще в прошлом году — он бы получил не недовольство среднего класса на Майдане, а масштабное восстание по всей стране. Янукович мог сдерживать гривну от падения, потому что он ее контролировал, а не Брюссель. Когда твою валюту контролирует Брюссель, забудь о маневре.

Часто утверждают: граждане Румынии и других стран теперь спокойно ездят на заработки в страны ЕС, и в этом колоссальная польза. Но забывают, что устроиться румыну на работу совсем непросто. В ЕС нет никаких льгот для граждан «бедных» стран ЕС. Есть льготы для геев, есть для молодых одиноких женщин, для мусульман, но нет для румын или поляков. Никто не заинтересован брать этих людей на работу. К тому же страна пока не в Шенгене, и, хотя Румыния умоляет ее туда принять, не очень-то получается.

В такой обстановке политики через пропаганду стараются внушить народу, что все проблемы Румынии — от того, что Молдова пока вне Румынии. И, дескать, если мы ее включим, все будет хорошо. То есть культивируется самый банальный национализм. Мы это уже проходили.

Конечно, эта ситуация не будет длиться вечно. То, что, по моему убеждению, скоро произойдет на Балканах — превзойдет потрясения на Украине. Начнется движение против старых и богатых стран Европы, которое возглавят Румыния, Болгария, страны бывшей Югославии, и другие обездоленные.

                   

                                                                ЭПИЛОГ

Я знаю что вы напишете в комментариях

Да, я в самом деле знаю, что вы напишете в комментариях. В Румынии читают «Комсомольскую правду». И много будет таких людей, которые — и я не исключаю, что справедливо — начнут метать в меня молнии гнева.

— Что ты сочиняешь! Мажешь все одной черной краской! Выполняешь заказ! Шлялся по притонам, а хорошего-то не видел!

В самом деле, невозможно за несколько дней составить полное представление о стране. Хотя… вы знаете, иногда заезжий мгновенный гость видит больше, чем аборигены. Мне понравились люди в Румынии. Мне не понравилось, как они живут. Эти люди достойны большего. Точка.

Сидим на веранде в летнем ресторане, солнце заходит за крыши Бухареста. Последний вечер, вечер прощания. Со мной Виктор и Анна, оба приехали сюда из России. Замечаю то, что замечал и раньше: эмигранты почему-то не выглядят счастливыми. Это не касается писателей, музыкантов, они живут своим творчеством и им все равно, где жить. Но это касается простых людей. Спрашиваю, что выиграли. Виктор отвечает быстро:

— Я ради сына переехал, чтобы учился в Европе.

— Но почему не в Германию, например? — интересуюсь.

Виктор молчит. Анна мнется, потом начинает неуверенно говорить:

— Здесь вкусные и дешевые продукты. В России дорогие и плохие. Я здесь лучше питаюсь.

Это правда. Уж не знаю, Чаушеску благодарить, или новые власти, но, в отличие от России, село тут не умерло, и это заметно по прилавкам. Если зелень не продают в течение дня, ее отправляют на переработку. Едят тут бедновато, конечно, в почете нечто вроде кабачковой икры, которой мажут все подряд. Но все равно вкусно получается.

Говорим дальше, единые стандарты Европы — мы их ругали — хвалят пенсионеры, пенсии-то высокие, где-то по 55 евро, с учетом низких цен этого хватает за глаза. Анна — врач, ей легко было найти работу, потому что румынские врачи сдернули на Запад.

— Да, тут есть кварталы, куда лучше не соваться, но и в Москве они есть, вот например Бирюлево, там все еще стреляют? — спрашивает Анна.

— Я живу в Бирюлево, — отвечаю, и даже не знаю, чем крыть, как доказать, что картинка, которую они видят по своему телевидению, далека от реальности.

Нашу мирную беседу прерывают два подростка, одетые в лохмотья. Парням лет по 15, бодро шли по улице, но, завидев нас, принялись клянчить милостыню, изображая эпилептиков. Я отмахнулся, да не тут-то было, ребята все ближе…

— Надо валить, — Виктор решительно поднялся, и указал вглубь площади, там уже собиралась толпа таких же подростков, и от этой массы едва угадывающихся в темноте силуэтов исходила какая-то угроза.

Мне нравится Германия. Франция. Румыния тоже нравится. Но мне не нравится Евросоюз. Империя, которая перемалывает страны и судьбы. Евросоюз погубил то, что сделало европейскую цивилизацию образцом для мира. Эта цивилизация всегда ставила человека во главу угла. От античного «человек есть мерило всех вещей» до гуманистов. Но логика империи другая. Империя паразитирует на людях, растаптывая их. Мы можем потерять старую добрую Европу. И это в самом деле будет сокрушительная потеря для человечества. Потеря, которая отбросит нас на поколения назад.

http://www.kp.ru/daily/romania-2014/?view=desktop  

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя prior
prior(3 года 7 месяцев)(09:57:46 / 28-06-2014)

гм. заграницией , особо в еуропе , румыны выдают себя за молдован , а для того чтоб доказать это - учат пару фраз на русском. насчет контрабанды сигарет - то ловят только случайных . со стороны Молдовы контрабандой занимаются политики , которые выступают за еуроинтеграцию , и чинуши из Брюсселя закрывают на это глаза.

Аватар пользователя cesaria
cesaria(4 года 7 месяцев)(10:01:27 / 28-06-2014)

Не скажу за другие страны, но например в Италии  всех цыган называют румынами, думаю если румын (кторый не цыган) приехал в ту же Италию ему уже как то не ловко назваться румыном)

Аватар пользователя prior
prior(3 года 7 месяцев)(11:18:16 / 28-06-2014)

 ну у еуропейцев всё просто ром(цыган) + румын. ))) 

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...