Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

В Москве открылась выставка картин главной обвиняемой по делу «Оборонсервиса»

Аватар пользователя bom100

 Мы пригласили на ее открытие члена арт-группы «Синие носы» Александра Шабурова и художника Александра Петлюру и записали их впечатления.

На что эти картины похожи?

Шабуров: Зайдите в любой ДК железнодорожников, там пенсионеры выставляют свои картины — примерно такие. В колониях заключенные тоже любят рисовать и писать стихи. Это обычное наивное творчество, что-то мне даже нравится.

СА что нравится?

Шабуров: Нет, ты так в лоб не спрашивай, ты издалека заходи. Спроси: как вы относитесь к бандитам и убийцам, к жуликам?

Дудинский: Современное искусство я не мыслю отдельными картинами. Это же не Суриков, который «Боярыню Морозову» сто лет писал, а потом спрашивают, что лучше: «Боярыня Морозова» или «Утро стрелецкой казни». Сейчас я мыслю экспозицией.

СИ какую картину вы можете назвать центром экспозиции?

Дудинский: Ну, как же вы сами не видите? У каждого центр экспозиции свой! Для китайца центр — Пекин, для москвича — Москва, для свердловчанина — Свердловск. Каждый сам выбирает точку отсчета. Здесь каждая картина — это отдельная история.

Шабуров: Видишь, никто откровенно не говорит, все скучно и обтекаемо говорят какую-то лабудень. Поэтому ты спрашивай напрямую то, что ты хочешь. Спрашивай, как вы относитесь к Васильевой, к Путину, к Украине — вот это волнует всех. А картины — они такие, какие есть.

СА какова их возможная стоимость?  

Дудинский: Тысяч пять баксов за работу — я бы их за столько продал. Но Васильева как-то не хочет продавать.

Шабуров: Аукцион надо устраивать сразу после суда. Сейчас у нее такая ориентировочная стоимость работ, а осудят ее на пять лет — возрастет в пять раз, осудят на десять — в десять раз и так далее. Дальше продаем все картины, деньги с продажи отправляем в какой-нибудь детский фонд, после этого никого не удивит, что спустя еще годик домашнего ареста она получит условный срок. Для чего, видимо, эта выставка и открылась.

Дудинский: Каждый видит это в меру своей испорченности.

СЕвгения Васильева с помощью живописи с кем хочет выстроить диалог: с общественностью или с властью?

  • Фото: Юлия Гусарова
  • Фото: Юлия Гусарова
  • Фото: Юлия Гусарова
  • Фото: Юлия Гусарова
  • Фото: Юлия Гусарова
  •  

Дудинский: С общественностью, конечно! Какая власть! Она у нас абсолютно бездушная и тупая.

Шабуров: Не бездушная и не тупая у нас власть, но у нее свои горизонты.

Дудинский: Для начала, эти картины — средство выживания в темнице.

Шабуров: Представляешь же, как она жила раньше, а сейчас она в изоляции — что-то же ей надо делать. Тянется человек не к плохому, а к хорошему. Рисовать — хорошо, стишки писать — тоже хорошо.

Появляется Александр Петлюра.

Петлюра: Сегодня выставка Питера Гринуэя открывается, пойдем все туда!

Шабуров: Да ты знаешь, здесь даже любопытнее, в этой комнатке малюсенькой. Когда я работал в судебно-медицинской экспертизе, у меня был лаборант. Когда его в армию забирали, я ему сказал: «Придет вас замполит на плацу разбирать, сразу говори, что ты фотограф или художник, и все у тебя будет в шоколаде». Так в итоге и вышло. Так же и в колонии: там любые таланты ценятся, талант художника тем более. Хотя, я думаю, что ее не осудят. Сейчас, видите, все делают для того, чтобы показать, какой она милый и добрый человек.

Петлюра: Багеты у картин неплохие. Лучше, чем у Ван Гога.

Шабуров: Ты знаешь, мне и сами картины нравятся. Но больше — абстрактные, а не те, где вся эта вещь, мол, я несчастная девушка с погонами, прибитыми гвоздями, и я бы улетела из квартиры. Все заключенные — такие нежные романтики. Они татуируют голубя как символ того, что они хотели бы улететь оттуда, куда попали по малолетке. Мне сама атмосфера здесь нравится. Она рисует в своей квартире, а это как будто ее квартирная выставка. (Петлюре) Ты знаешь, кто все это организовал? Это Дудинский — он за тридцать сребреников все это пиарит. Кстати, ты знал, что она еще и стихи романтические, женские пишет? Ну, дескать, я тебя любила, ты меня позабыл, как бы нам вместе слиться на планете Марс...

Петлюра: Ого, космические стратегии. Тебе как только повестку в суд пришлют, ты тут же и рисовать, и писать стихи начнешь.

Шабуров: Заключенные тут же становятся ранимыми и любвеобильными людьми. Какие у них татуировки: «Люблю, если даже изменишь, если уйдешь навсегда…». Люди шьют варежки, а в головах у них мысль все об одном: как там Она.

Фото: Юлия Гусарова
Александр Шабуров и Александр Петлюра

СЕлена Яковлева, которой принадлежит эта галерея, сказала, что в ЦДХ выставляются картины состоявшихся художников, но у многих из них меньший художественный потенциал, чем у начинающего художника Васильевой.

Петлюра: Есть такие художники, которые вообще нигде не выставляются, а продаются по шестьдесят тысяч евро — это при том, что они полное говно и их никто не знает. Я не хочу даже произносить эти фамилии. Зато у них офигенные представители в Швейцарии, в Австрии. Это зависит от галериста и от конъюнктуры.

Шабуров: У нас капитализм. Кто с галеристом договорился, тот и выставляется. Эти картины можно было бы выставить в любой галерее «Винзавода».

Петлюра: А если распиарить удачно, то можно все холсты распродать быстрее, чем повесить.

Шабуров: Галеристке повезло, она договорилась со столь скандальной художницей и в своем маленьком закутке все это выставила. Если бы Евгения Васильева вышла на Гельмана…

СА работы Васильевой могут попасть в ЦДХ лет через пять?

Шабуров: Да они и сейчас могут. В ЦДХ куча коммерческих галерей, и там выставляют кого ни попадя.

Петлюра: Если будет правильный подход к проекту, если легенду создать — еще как. Если представить ее как феномен, дескать, она никогда не рисовала и стала рисовать только что, под домашним арестом, да еще и пару синяков ей поставить и это снять, то такой проект можно выставить и в Помпиду.

Шабуров: ...если сделать ее узником кровавого путинского режима. Так и назвать: «Я — узница путинского ГУЛАГа», — тут же ее оторвут с руками и отправят в тур по всему миру, как Pussy Riot. Их надо с Pussy Riot объединить, чтобы они делали совместные перформансы с казачьим хором: они поют, она рисует, а казаки вокруг пляшут с нагайками. Был такой проект, «Поп-механика», композитор которого Сергей Курехин объединял коллективы, казалось бы, абсолютно несовместимые по своей стилистике.

СВот картина «Фемида». Одна чаша весов слева от фигуры перевешивает — что на ней, по-вашему?

Петлюра: Думаю, угрызения совести за сворованные деньги.

Шабуров: Ты же для журнала «Сноб» говоришь! Ты должен сказать, что это не угрызения совести за сворованные деньги, а мысли о несправедливости путинского режима. Вообще во многих картинах видны следы тюремной символики. Связанные руки жертв и прочее. Есть еще распространенный сюжет «Что меня довело до этого»: карты, наркотики, нож и пистолет. Но у Васильевой этого нет, потому что это мужское. В картинах Васильевой — образы невинной жертвы. Мы-то, впрочем, не против этого.

Петлюра: Вот только у всех холстов очень плохая натяжка. Видно, не пускают к ней домой плотника, поэтому она сама натягивает, мучается. Надо им сказать, что холст надо сбрызнуть слегка с обратной стороны.

Шабуров: Надо рамы простукать. Может быть, там напильники.

Петлюра: Так она под домашним арестом, зачем?

Шабуров: Ну мало ли, на будущее. Может быть, она захочет взять в колонию картину, а там в раме чего только нет: виски, карты с голыми мальчиками. В хате у смотрящего к ней сразу будет уважуха.

Фото: РИА Новости

СКак вы оцениваете уровень ее техники?

Шабуров: Какой смысл об этом говорить? Уровень такой, какой есть. Мы не скажем, конечно, что она стала рисовать, как Айвазовский или Карл Брюллов. И к современному искусству это тоже отношения не имеет, ну, может быть, это похоже на акцию: сделать так, чтобы средства массовой информации раструбили о том, что никакой автор не подлец, а самый человечный человек, как Владимир Ильич Ленин.

СЗдесь должен был быть портрет Сердюкова, но его нет: Васильева подарила его Ксении Собчак.

Шабуров: Выставка была бы интереснее, если бы здесь повсюду висели портреты Сердюкова — в голом виде, в кожаных костюмах.

Петлюра: В любовных позах.

Шабуров: Если бы я был Евгенией Васильевой, я бы назвал экспозицию не «Цветы из неволи», а как роман Яркевича «Как я и как меня» — и своей живописью рассказать все версии того, чем она занималась с министром обороны. У следствия — одна версия, Евгения же должна была показать нам правду. Может быть, она ничего не делала. Может, Сердюков приносит ей букет, а в этот момент какие-то черные руки из бюджета миллионы крадут. Или он ей на День святого Валентина приносит валентинку, а она не замечает, как другая рука еще миллион крадет. Если бы она написала житие, откровения — вот что было бы интересно. А так просто можно сказать, что она готовится уже к колонии.

Петлюра: К колонии свободного поселения, потому что на картинах нет железных решеток.

Шабуров: Васильева задает интересный тон. Было бы прекрасно, если бы все наши политики писали стихи и картины, скажем, к Восьмому марта. Так делали средневековые министры в Китае — все писали стихи.

Петлюра: Я даже представляю, какое стихотворение написал бы Шойгу: «Я вас Ё..ом вы..бу, х..ем отх..ячу» — по-сорокински так.

Фото: Юлия Гусарова
Александр Шабуров

СПочему на картине «Суд» Васильева выбрала образ девочки на шаре среди огромных клоунских лиц?

Шабуров: Любой прокурор считает подследственного уже виновным. Каждый осужденный считает себя невиновным, верит в это и всем об этом рассказывает. Она наверняка считает, что судьи — это путинские клоуны. А на шаре она потому, что чувствует себя эфемерным существом в неудобном положении.

Петлюра: А один мой друг, который отсидел пятнашку, говорил: «Я все люблю на шару, кроме одного — шаровой молнии». Так что в этом образе тоже зоновское есть. А вот на этой картине она на Леру Гай Германику в молодости похожа.

СНа картине «Жертва» Евгения Васильева с далеко не ангельскими крыльями, лицо трупного цвета, образ довольно демонический.

Шабуров: Ну, может быть, эта картина о том, как они с Сердюковым были в командировке, у нее выросли крылья, а он ее связал. Мне кажется, ее посредством этой выставки хотят через больничку от уголовной ответственности отвести.

Петлюра: Я бы, между прочим, посидел в тюрьме за Васильеву, но за определенные деньги. Два года за два миллиона долларов.

Шабуров: Ох, как хорошо, что поменялся министр обороны: за то, что ты наговорил здесь, Сердюков уже послал бы спецназ в твою квартиру.

Петлюра: Да я живу с таджиками, меня от них не отличить.

Шабуров: Вот мы с тобой веселую фигню несем, а потом в статье нам идеологически выверенную речь нарисуют. После того, как я побывал на канале «Дождь», они сделали вынос «Патриотизм в России неприличен», хотя мы о противоположном говорили.

Петлюра: Давай поменяем тему и суммируем все, что мы сказали уже. Первое: надо ее на Венецианском биеннале выставить…

Шабуров: Если бы я был куратором, я бы выставил.

Петлюра: А мы должны создать фон. Я могу перформанс сильный поставить: военные в форме, в балетных пачках и в пуантах перед картинами танцуют.

Шабуров: Балет на весь день! Художнице нужно соответствовать народным чаяниям. Васильевой было бы неплохо изобразить несколько сюжетов на тему Украины. Представьте: она такая баба-суперменка в кожаном трико приезжает на Евромайдан, вздрючивает Яроша, а Кличко одним щелбаном проваливает под землю. Или, например, написать картину «Васильева отдает деньги детским домам». Или нарисовать карту с местом, в котором она деньги прячет. Представляю, как вся эта толпа журналистов, которая сейчас здесь собралась, рванула бы на этот остров сокровищ. Ей в творчестве нужно уходить от своей личной судьбы. Третий вариант выставки — запечатлеть себя на фоне великих людей: «Я и Ходорковский», «Я и Пани Броня», «Я и Владимир Ильич Ленин». Художник должен таким образом декларировать свое отношение к знаковым фигурам.

Петлюра: Я только что понял, что эти картины намного лучше смотрелись бы без багетов — они все равно хреново натянуты, — а на досках, как иконы. Она могла бы расписать все, что у нее дома — столешницы, ковры, двери межквартирные. Пока у нее вещи не конфисковали, нужно все свое имущество превратить в арт.

Шабуров: А на них — пророчества от Евгении Васильевой. Птички, цветочки и корабли — это неэффективно.

Петлюра: Нужна легенда! Ну все, нас за эти слова убьют или посадят. Хватит, Саша, давать интервью, давай уже выпьем.

Шабуров: Не забудьте заголовок дать: «Петлюра просится отсидеть за Евгению Васильеву».С

http://www.snob.ru/selected/entry/74992

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя Читаювсё

прикольно постебались эти двое.

Аватар пользователя Нумминорих Кута

Аффтаршу мазни - в худшколу, и всю программу тщательно с первого класса!

Как говорится: "Дайте мне развидеть это!!11!!"(с)

Аватар пользователя cethtot
cethtot(4 года 4 недели)(16:05:39 / 15-04-2014)

Я не удивлюсь,если она и за права человека начнет бороться.

Аватар пользователя chukcha_v_chume
chukcha_v_chume(5 лет 11 месяцев)(16:26:52 / 15-04-2014)

бездарность

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...