Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

Типология грешников (Relg120)

Аватар пользователя DarkUser


Лишний раз напоминая всю опасность схе­матизации и условных схоластических подразделений в таком индивидуальном и наиболее личном таинстве, как исповедь, в этой главе будет дан очень общий обзор тех примеров ка­ющихся, которые чаще всего проходят перед духовником в часы покаяния. Можно внести с успехом в наши характеристики множество разных подробностей и вариантов, но предла­гаемый перечень, не притязая на полноту, старается показать наиболее яркие примеры тех духовных состояний, которые требуют пастыр­ского мудрого слова и вдумчивого к себе отно­шения.


Простец.


Все реже встречающийся в мире цивилизации и в эпоху прогресса тип христиа­нина и пример кающегося грешника. Мы начи­наем с него, как с самого для пастыря легкого образа грешника В старой России, кое-где может быть еще на Востоке, во всяком случае, в обстановке патриархального и бытового хрис­тианства эти люди составляли, можно говорить без преувеличения, большинство кающихся. Ум их не перегружен расу-дочным моментом, сердце открыто для любящего отеческого слова духовника. По социальному положению своему это  люди, не  отравленные  фабричной  техни кой, суетой городской жизни и призрачными богатствами цивилизации. Это — крестьяне, старые нянюшки, прислуга, жившая в патри­архальных семьях и, конечно, масса монашест­вующих простецов в исчезнувших с лица земли, но многочисленных в старом мире, оби­телях.


У этих людей очень ясно сознание греха и греховности. Они может быть не читали трактатов по нравственному богословию, не выучи­ли таких слов, как "аскетика", "нравственность" и никогда не слыхали о категорическом императиве Канта, но совесть их исключитель­но чутка и бескомпромиссна. Грех их тяготит, его они страшатся и от него жаждут освобо­диться через свое искреннее покаяние и мо­литву духовника. Поэтому они и подходят к исповеди исключительно моралистически. Они не будут вступать в сложные рассуждения с духовником о разных философских предметах, но и не будут запираться в грехах. Они, преж­де всего, — смиренны и кротки. Они с охотой выслушивают поучение священника и будут ему за это глубоко благодарны. Они легко пе­речисляют свои грехи, часто даже приговари­вая: "да что там, батюшка, что ступила, то и согрешила", или "виноват словом, делом, по­мышлением, всеми чувствами" и потом он пе­речисляет особенно его тяготящие грехи. У них нет "проблематики" и "парадоксальностей". Грех для него есть грех. Он не сомневается в этом. У них нет двоемыслия: с одной стороны, это может быть и грех, но с другой, если принять во внимание то-то и то-то, может быть это и не грех. После исповеди такого человека священник зачастую удивляется четкости и просветленности совести грешника и для себя самого может найти немало назидательного в смиренном подходе этого простеца к церкви, к Богу, к священнику, к покаянию. Повторяем, такой тип людей все больше и больше отходит в область предания.


Интеллигент.


Это — полная противополож­ность только что упомянутому образу простеца. И по своему прошлому, и по образованию, и по культурному наследию, и по своему отно­шению к Церкви и по подходу к греху, он несет что-то очень непростое, — для себя тягостное и болезненное, а для исповедающего духовника это испытание его пастырского терпения и опытности.


Тип человека, отличающегося высокой ин­теллектуальностью свойственен всякой культуре и всякому народу. Тип этот всегда зани­мал и будет занимать в Церкви положение, отличное от положения простеца, и к нему духовнику всегда придется подходить иначе, чем он подходит к человеку, далекому от ин­теллектуальных запросов. Но тип интеллиген­та есть продукт только русской истории, неве­домый западной культуре. На нем сказались влияния исторические, культурные, бытовые, европейской цивилизации несвойственные. Этот тип, в его классическом облике второй половины XIX и начала XX вв. вероятно историческим процессом будет сметен с лица этой планеты, но в своем основном он носит какие-то типично русские черты, которые останутся в жизни, как бы история не повернулась.


Вот эти существенные особенности интелли­гента:


1) повышенная рассудочность и следователь­но привычка говорить от книжных авторите­тов;

2) недисциплинированность мысли и отсутствие того, что так отличает людей латинской, романской  культуры,  а  именно уравновешен­ность и ясность мыслей и формулировок;

3) традиционная    оппозиционность    всякой власти и иерархичности, будь то государствен­ная или церковная; характерная безбытность и боязнь всякой устроенности:  семьи, сословия, церковного об­щества; склонность вообще к нигилизму, вовсе неограничивающимся классическим типом База­рова и Марка Волхова, а легко сохраняющему­ся и в духовной жизни; влияние всяких в свое время острых тече­ний, вроде декадентства, проявляющееся в из­ломанности и изуродованности душевной. Все это можно было бы при желании умножить, нодостаточно и сказанного.


В своем подходе к покаянию такой тип часто бывает очень труден и для себя и для священ­ника. Мало кто мог окончательно отрясти с себя прах этих былых болезней. Симптомыстарого часто выбиваются на поверхность и несчастный   чувствует   себя   пленником   былых привычек. Эта неясность и смятенность души обнаруживается и в образе мышления и в способе выражаться. Такие люди зачастую не спо­собны ясно формулировать свои душевные со­стояния. Они почти всегда находятся в плену cвоих   "настроений",   "переживаний",   "проблематик".  Они не  умеют  даже  просто  перечис­лять свои грехи, ходят "вокруг да около", иног­да признаются в том, что не умеют исповедываться. У них нет ясного сознания греха, хотя это вовсе не означает, что они лишены нравст­венного чувства. Как раз обратно: это зачастую люди   с   высоким моральным  уровнем,   щепе­тильные к себе, неспособные ни на какой предосудительный поступок; они в особенности но­сители общественной честности,  "кристальной души люди". Но в своем отношении к внутрен­ней жизни  они  пленены мудрованиями и из­лишними  рассуждениями. Исповедь  их  носит характер   рассудочный;   они   любят   резониро­вать, "не соглашаться с данным мнением". Они и на исповеди готовы вступать в прения и "ос­таваться при особом мнении". Они прекрасные диалектики и эту свою способность приносят и к   исповедному  аналою.  Кроме того,  от  своей часто расплывчатой исповеди, в которой пре­обладают   неопределенные   части   речи:   "как-то",   "до  некоторой  степени",  "мне  думается", "как  бы  вам  это объяснить"  и  пр.,  они легко пускаются   в   отвлеченные   совопросничества. Они любят на исповеди, — совершенно не счи­таясь  с  тем,  что за ними  стоит целый хвост  ожидающих исповеди, — задавать священнику замысловатые философские и богословские воп­росы, забывая, что исповедь никак не есть удобный момент для этого. Приходится слы­шать от этих людей: "меня страшно мучает вопрос о страданиях людей; как это Бог допус­кает страдания невиновных детей?" или что-либо в таком роде. Они часто жалуются на свои "сомнения". Маловерие типично для этой категории кающихся.


Их прекрасно можно охарарактеризовать следующими словами о. А. Ельчанинова, человека с коротким пастырским стажем, но боль­шим духовным опытом и вдумчивостью: "греховная психология, вернее психический меха­низм падшаго человека. Вместо внутренняго постижения — рассудочные процессы, вместо слияния с вещами — пять слепых чувств, поистине, "внешних"; вместо восприятия целаго — анализ. К райскому образу гораздо ближе люди примитивные, с сильным инстинктом и неспособностью к анализу и логике" ("Запис­ки", стр. 63, перваго издания).


Самодовольная совесть.


К сожалению, это один из очень часто встречающихся случаев исповедной практики. Это люди,— совершенно независимо от того, интеллектуалы они , или малообразованы, — малосознательные в своей духовной жизни, утвержденные в каком-то религиозном самодовольстве. Их отличительным признаком является особое духовное благопо­лучие. Их ничто в духовной жизни не тревожит. Кодекс их моральных требований весьма скуден и очень напоминает "кодекс" Вронского или Анны Карениной. Они стараются не заду­мываться над духовными вопросами, считая это для них необязательным. Духовного голода у них нет. Кругозор моральный весьма сужен. Можно было бы их упрекнуть в известной ду­ховной самовлюбленности, а уж во всяком слу­чае самодостаточности.


Эти люди весьма часто на исповеди: 1) пере­числяют свои достоинства, внешние положе­ния, твердо верят в свои "заслуги"; 2) легко "каются в грехах своих близких" (жены, мужа, детей, тещи и пр.); 3) чаще же всего просто признаются, что у них "никаких особых гре­хов" нет, что они не убили никого, не украли ничего, да и вообще ни в чем не грешны.


Они создали себе целый ряд известных мо­ральных рамочек, успокоительных формул и извинений. Замечательный французский като­лик, писатель острый и едкий, бескомпромис­сный христианин, не терпевший никаких "постольку-поскольку" Леон Блуа называл таких людей "духовными буржуа". Это вовсе не есть тип социальный, а носитель известного духов­ного облика, и именно, успокоенности и рели­гиозного самодовольства. Блуа бичевал беспо­щадно этих буржуа во всех своих романах, дневниках, статьях и заметках. Духовный бур­жуа думает и говорит "общими местами", т. е. заученными легковесными формулами, кото­рыми он успокоил свою очень небольшого объ­ема совесть и живет на основании этих "общих  мест". Им написана двухтомная "Экзегеза "общих мест", — одно из самых едких и унич­тожающих обличений таких самодовольных и бессознательных в религиозном отношении людей. Вот некоторые примеры таких "общих мест", как заимствованных из коллекции Леон Блуа, так и слышанных из других источников: "Грех есть общее явление, не грешить нельзя"; "Ну что же? ведь это в сущности мелкие грехи"; "Евангелие, знаете ли, устарело и к нашей жизни неприменимо"; "Я, конечно, батюшка, не монах..."; "Я, конечно, как человек культурный..."; "Ну, знаете — Богу это ведь все не нужно; Бог не требует так много". Все это свидетельствует о совершенной духовной безграмотности, элементарной нечувствительности к духу Евангелия. Священнику надо многое и многое таким людям объяснять, втолковывать раскрывать. Надо в таких случаях заняться ос­новной катехизацией таких христиан. Этого, разумеется, невозможно достичь во время ис­поведи; этому надо посвятить долгое время, многократные проповеди, терпеливое и посте­пенное вразумление.


Таким людям надо заново всему в христиан­стве учиться, а именно: что грех — это болезнь души; что греховность есть последствие общего для всех первородного греха; что бороться с грехом надо в самом начале его зарождения; что деление грехов на мелкие и крупные есть одно из опаснейших для духовной жизни успо­коений; что грех вовсе не есть одно только гре­ховное,   злое   дело,   а   коренится   в   глубинах души, в закоренелых страстях; что каждый христианин должен быть подвижником, аске­том, идти узким путем, ведущим ко спасению, а не широким, направленным в ад; что Еванге­лие и Церковь не могут устареть, что это поня­тия и реальности вечные, а то, если они не со­ответствуют нашим привычкам, то не Церковь и не Евангелие надо приспосабливать к этим привычкам, а себя подчинять дисциплине Церкви и заповедям Христовым. И многое, многое другое.


В таких людях надо во что бы то ни стало стараться пробудить: отвращение ко греху, смертную память, духовное трезвение, покор­ность голосу Церкви, желание духовного перерождения и преображения в "новую тварь".


Мнительная совесть.


Пример подобного рода грешника является противоположностью толь­ко что разобранному несознательному и равно­душному христианину. Это тоже весьма тяже­лый случай в пастырской исповедной практи­ке, тем более, что проистекает он из самых чистых и возвышенных побуждений. Если са­мооправдывающийся "духовный буржуа" даже и понять не хочет, почему он грешен и в чем он может быть перед Богом и Церковью вино­вен, то настоящий обладатель скурпулезной совести, как раз наоборот, раздавлен сознани­ем греховности. Его подавленность грехом де­лает из него человека духовно слабого, трусли­вого, бесплодного. Он воображает себя носите­лем  всех  возможных грехов,   сосудом  всякой  нечисти, рабом диавола и пр. Он часто начина­ет считать себя сомневающимся в вере, но потом постепенно становится сомневающимся и в самом себе, и в милости Божией, и в возмож­ности спасения для себя и т. д. Это одна из форм духовного заболевания, излечить кото­рую может только вдумчивый и опытный ду­ховник, отнюдь не ригорист и не обличитель.


Митр. Антоний ("Исповедь", стр. 28) определя­ет их так: "люди мнительные, любящие перещу­пывать все свои ощущения и исполненные пос­тоянной суетной боязни, как бы в чем не про­махнуться, как бы не оказаться в чем-либо неисправными. То им кажется, что они больны сами или их дитя начинает хворать или вот-вот захворает и т. п.; нередко они впадают в еще большую беду, в так наз. "хульные помыс­лы", когда в их голове, совершенно против их воли, с мыслью об имени Христовом или Бого­родицы складываются те или иные ругатель­ные слова и, конечно, чем они больше борятся против таких нелепых сочетаний, тем последния настойчивее теснятся в их голову. Неопыт­ные люди с ужасом начинают считать себя бо­гохульниками, а неопытные духовники начина­ют им говорить о тяжком грехе богохульства, "о хуле на Святаго Духа, как наибольшем из всех грехов". Это один из наиболее острых гре­хов, которым страдает такой мнительный че­ловек, а его скурпулезная совесть, не только его не успокаивает, но выискивает еще и еще другие грехи, в большей степени подавляющие несчастного и потерянного человека.


Можно привести немало и других примеров для иллюстрации духовного состояния такого скурпулезного грешника: 1) "я пропал; я все равно буду грешить; я не могу бороться с моими закоренелыми привычками"; 2) страх ответственности за чужие грехи; страх ввести ближнего в какое-нибудь искушение и, как последствие этого, уклонение от всякого обще­ния с людьми; 3) страх, в особенности, сексу­ального осквернения, мыслями, видениями, снами и пр.; 4) боязнь оскоромиться в посту и т. д. Много можно привести еще подобных при­меров, свидетельствующих о каком-то рабском страхе перед Богом и болезненной мелочности в своих поступках.


Чтобы не умножать примеров, можно при­вести то, что говорит один очень умный и вдумчивый католический духовник и хороший психоаналитик Sculte в своей книге "Was der Seelensorger von den Seelenleiden kennen muss?". Ему приходилось встречаться во время исповеди с боязнью некоторых людей насту­пить, где-либо на улице на газетную бумагу с именем Божиим, крестом или каким-либо свя­щенным изображением, боязнью, доводящей таких мнительных людей до состояния какого-то пассивного оцепенения, почти что мании. Так оно и есть на самом деле: подобного рода страхи и помыслы стоят на границе с психиат­рией, с навязчивыми идеями и пр. Другой слу­чай, наблюдавшийся тем же писателем, касал­ся лиц священного сана, которые во время со­вершения священнодействия  (мессы) с  самого  его начала охватывались страхом, как бы им не забыть помянуть то или иное имя, или же неправильно произвести освятительную фор­мулу, или же не забыть стереть с "патены" (дискоса) частиц и крошек Тела Христова. Шулте так и называет эти разряды мнитель­ных людей "мементисты", "консекристы", "фрагментисты". Совершенно очевидно, что по­добные случаи имеют место и в православном священническом быту. На исповеди такие иереи каются именно в том, что они боятся не так сказать какую-нибудь существенно важ­ную формулу, или не забыть произвести то или иное священное действие.


Эта мелочность развивает в таких людях привычку к еще большей мелочности и мнительности; убивает в них всякое творческое на­чало; развивает подавленность грехом; приво­дит к ханжеству.


От духовника ожидается здесь мудрое слово и правильная ориентация в духовном трезвении и в началах аскетики. Кающегося носителя мнительной совести надо всячески подбодрить, укрепить, отрезвить.


Дети.


Особенные затруднения встают перед священником при исповедании маленьких детей. Эти затруднения происходят от разных причин. Во-первых, оттого, что разговаривать с детьми тоном правильным, правдивым и естес­твенным — является особым даром, стяжать который не всякому дано. Во-вторых, обстанов­ка в которой проходит зачастую детская исповедь, оставляет желать много лучшего: родите­ли дома не всегда могут дать надлежащее вос­питание ребенку, направление его интересов, развитие в нем церковности. Подготовить к ис­поведи, особливо к первой, дома не умеют. От священника потому зависит, как устроить правильно детское говение, т. е. много заранее на­чать с детьми говорить на тему о покаянии, объяснить все, с этим связанное, пробудить со­ответствующее настроение.


Затруднения во время исповедания ребенка проистекают от своеобразности детской психо­логии, отличной от психологии людей взрос­лых; кроме того, священник совершенно оши­бочно может начать с детьми говорить не тем тоном, каким надо; начнет что-то неестествен­ное и надуманное изображать, стараясь подде­латься под какой-то воображаемый им детский мир, взгляд и разговор. Естественность и ис­кренность дети чувствуют гораздо сильнее, чем кто бы то ни было. Фальшивый тон поэто­му создаст только неправильный подход к душе ребенка.


Священник в особенности должен действо­вать на ребенка непосредственно, без лишних рассуждений и отвлеченностей. Надо действо­вать на совесть, раскрыть ее детям, пробудить ее, звать к искренности с самим собою. "Нача­ло премудрости — страх Господень". Это должно быть внушено детям сызмальства. Страх Божий, не как рабское паническое чув­ство, а как благоговейное почитание Небесного Отца,  растворенное   любовью   сыновной.   Священник не должен развивать в ребенке утили­тарного отношения к греху и добродетели, т. е. не должен строить своего воспитания детской души на принципах какого-то соразмеривания юридических, наемнических понятий: если бу­дешь хорошо вести себя, то и Бог тебе пошлет все хорошее: а если будешь себя плохо вести, то Бог тебя лишит того-то и того-то. Это недо­стойно проповеди любви и морали. В евангель­ской морали очень часто нет именно этого рав­новесия и нашего понятия справедливости (на­града виноградарям не по справедливости людской, а по милости и любви Божией). Свя­щенник не должен злоупотреблять угрозами типа "тебя Бог накажет". Надо воспитывать в детской душе с самых ранних лет примат любви, а не страха; сыновства, а не рабства и наемничества. Духовник должен суметь найти это нелегкое равновесие страха Божия и любви сыновней. Надо постепенно стараться разви­вать в душе ребенка истинно христианское чувство любви к Евангелию, преданности Церк­ви, любви к чистоте, святости; приводить приме­ры святых, отдававших все и самих себя Богу.


Особливо надо обращать внимание на детс­кие склонности ко лжи, к пользованию чужими вещами, к издевательству и насмешкам над слабыми; на склонность детей мучить живот­ных; на привычки кривляться и вообще быть неискренними; на склонность к грубости и т.д.


Молодежь.


Если в исповедании детей боль­шим облегчением для священника является их искренность, открытость, готовность чистосер­дечно каяться в своих грехах и проступках и легко плакать от сознания своей вины, то при исповеди молодых людей в возрасте от 16 до 20 лет священник нередко наталкивается на какую-то внутреннюю забронированность и нежелание подпустить близко к себе испытую­щий взор духовника. Случается, что юноша или девушка этого возраста приходят на испо­ведь или По требованию своих домашних, или по какой-то прежней традиции, инерцию кото­рой не хотят еще нарушить, или же даже по своему искреннему желанию и неложному ре­лигиозному чувству, но уже замутненному ложным стыдом этого возраста, — но как бы то ни было, самым большим препятствием для этого возраста бывает какая-то скрытность, за­стенчивость, недоверие.


Это — самое ответственное время всей жизни человека. Тут происходит наиболее резкое изменение в душе человека, формирование его характера, смена каких-то прежних ощущений новыми, прошедшими через горнило рассудочности восприятия. Это "пора надежд и грусти нежной"; период романтики, бурных очарований и горьких разочарований; время первых исканий пытливого разума, возникно­вения первых сомнений, пробуждающихся ис­кушений неверия и недоверия прежним авто­ритетам; это годы необычайно остро развиваю­щейся гордости, самолюбия, отстаивания своего примата во всем; в эти годы происходит в молодом существе его первые встречи с тайнами бытия, как физиологическими, так и метафизическими; тут пробуждается впервые эрос и дает себя мучительно знать пол; юноша и девушка, особенно чувствительные в эти годы ко всему ложному и ненастоящему, сами, как это ни парадоксально, легко поддаются со­блазну позы, роли, фразы, надуманных обра­зов: они легко играют роль то отрицателей и бунтарей, то разочарованных, байронизирующих скептиков; в эти критические и смутные годы Sturm and Drang Periode особенно заман­чиво все таинственное, хотя бы пробудившийся разум и хотел ниспровергнуть все неподведом­ственное разуму; "тайны", "скрытность от взрослых", язык намеков, побуждают молодую душу поведывать все свое сокровенное листам своего дневника, — дневники в эти годы пи­шутся с особенным азартом, — но часто и тут фраза и желание играть роль не покидают мо­лодого и "разочарованного" романтика; он не вполне искренен и с самим собой и продолжает на страницах своих авто-исповедей становить­ся в какие-то позы.


На исповеди перед священником этот разряд кающихся особенно труден, так как осторож­ный священник боится как-либо не задеть хрупкий сосуд души, не повредить какие-то сокровенные пружины. Вполне оправданно священник должен остерегаться с одной сторо­ны не оскорбить молодую застенчивость и не повредить свойственной этому возрасту скрытности, а с другой, надо также бояться быть са­мому слишком нерешительным и небрежным в исповедании чужих помыслов. Нельзя что-то упустить в исповеди такого юноши (девушки) и не помочь стыдливой совести откровенно все рассказать, но в то же время нельзя и самому слишком резко вторгаться в сокровенные об­ласти чужой души и не натолкнуть на грех, сказав может быть то, что кающемуся даже и в голову не приходило, не соблазнив, не нару­шив какой-то очень затаенный покой.


Если священник умеет подойти к грешни­кам вообще, если он развил в себе пастырское чувство сострадающей любви, если он хочет быть для своих духовных детей не грозным обличителем и сухим моралистом, готовым найти на всякий проступок соответственную епитимью или нотацию, а настоящим духовным отцом и понимающим другом, то ему, конечно, как бы ни был скрытен его юный собеседник, удастся расположить его к себе, внушить дове­рие и потребность искренне поведать о своих грехах и проступках. И тогда, после обычных признаний "повседневных грехов", когда исповедающийся замолкает и не решится сказать о самом главном (будь то какой-либо грех из об­ласти сексуальной, или укоренившейся привыч­ки брать без спросу чужое, а может быть даже и воровать деньги из письменного стола своих родителей, или еще что-либо подобное), то тут-то, по совету мудрых и опытных духовников, надо "ласковым и тихим голосом сказать: может быть есть грех, в котором тебе совестно сознаться? может быть ты что-нибудь не решил­ся сказать о своих грехах на прошлых исповедях или забыл, а потом вспомнил и уже не ос­меливался сказать духовнику" (М. Антоний, "Исповедь", стр. 30). Когда "кающийся, познав в твоем лице не грознаго обличителя, а состраждующаго ему друга наконец скажет о своем преступлении, не ужасайся и не негодуй, ибо он сам себя довольно укорял, а только посетуй, зачем он раньше не сказал о сем, зачем скрывал на прежних своих испове­дях..." (там же).


Как никогда и нигде, на исповеди таких скрытных и застенчивых молодых душ, священник чувствует всю благодатную мощь свя­щенства, всю таинственную силу исповеди, свой долг состраждущего друга и отца, безгра­ничную милость Божию, которая и через грешного и "подобострастного" иерея проявля­ется и изливается в души смятенных людей. Благословенны те минуты, когда пастырю уда­лось помочь таким образом слабому и колеблющемуся грешнику!


Часто к священнику приходят молодые души, люди, которые по принуждению дома или по какой-то привычке явились к исповед­ному аналою, но которые признают, что им со­бственно нечего сказать духовнику, что они не верят в необходимость таинства покаяния, что в сущности они и в Бога-то не верят по-насто­ящему, или так, как они верили в детстве. Тут священнник должен быть особенно внимателен и осторожен. Конечно, исповедь не есть время, удобное для ведения философских и богословс­ких рассуждений, но надо сделать все возможное, чтобы только такой юноша не ушел от священника неудовлетворенным и как-либо за­детым в своих сокровенных переживаниях или обиженным его невниманием. Уйдет он тогда от священника и от Церкви надолго, может быть навсегда... Надо назначить ему время для част­ной беседы, проявить о нем особое попечитель­ное внимание и дружескую любовь и всеми возможными способами постараться отогреть, приласкать, заинтересовать. Очень важно пробудить интерес к вопросам бытия и смыслу су­ществования, к цели жизни, к ограниченности этого земного круга и бессмысленности его ав­тономного бытия, без зависимости от Высшего Начала. Хорошо самому священнику закидать такого юношу всеми "проклятыми вопросами". Сомневающийся молодой ум начинает протес­товать против всех догматов и всех авторите­тов, требует разумного и "научного" разреше­ния своих недоумений. Весьма полезно не за­тушить в нем этой жажды, а наоборот, возбудить еще больший голос любомудрия. Священник неумный, невдумчивый, мало сам образованный, смертельно боится пробуждения "проклятых вопросов" у молодежи, видя в них опасный бродильный элемент. Это совершенное заблуждение! Возникновение запросов и вопрошаний у молодых людей есть как раз бла­годарная почва для религиозных откровений. Они свидетельствуют о неуспокоенности созна­ния, о неравнодушии, о незаурядности. Свя­щеннику надо только с такими молодыми ду­шами побольше поработать, посвятить им свое внимание и время, помолиться о них, вспом­нить свое собственное молодое время "бурь и порывов". Надо уметь внушить к себе доверие. Надо стараться, чтобы в священнике увидели не только "служителя культа", "обскуранта", "несовременного", а чтобы к нему шли с откры­той душой и почувствовали в нем чуткого, об­разованного, а главное, сочувствующего чело­века, способного понять и чужие искания. Не отталкивать таких молодых людей надо от книги и от философских вопрошаний, а наобо­рот открывать перед ними еще большие гори­зонты, чтобы они почувствовали всю мелководность и ограниченность материализма и безбо­жия. "Смысл жизни" кн. Е. Н. Трубецкого, книги современных нам апологетов христиан­ства, прошедших свой автентичный путь "от марксизма к идеализму" (Франка, Булгакова, Бердяева) прекрасно помогут в этих беседах.


Больные и умирающие.


Исповедь на одре болезни приобретает всегда характер несколь­ко более острый, чем в обыденной обстановке пастырской жизни. Болезнь очень часто смяг­чает человека, смиряет его гордыню и самоуве­ренность, делает его поэтому более доступным пастырскому влиянию и слову пастырского на­зидания. Зачастую только на больничной койке и в свои последние дни земного существования человек по-настоящему и серьезно подходит в вопросам веры, загробной жизни, к угрызени­ям совести. У многих является запоздалое рас­каяние в  "зря прожитой жизни". Разочарование во всех своих прошлых увлечениях и "иде­алах" приводит к тяжелому сознанию беспо­лезности всего прожитого.


Но нередко и другое. Болезнь принимается просто и со смиренным сознанием, что так, значит, надо. Больной хотя и сожалеет о всем происшедшем, но стремится в эти последние недели или часы очистить свою совесть покая­нием, просит ему помочь в его смятении, ловит каждое слово духовника, как посланное ему свыше, ждет назидания, умоляет подготовить его к страшному часу смерти. Нет ничего в де­ятельности духовника более утешительного, как встретиться с такими примерами. Когда смерть застает человека смиренным, кротким и открытым, то такому умирающему особенно благодарно можно говорить о будущей жизни, не стараться его успокаивать призрачными надеждами на скорое якобы выздоровление. Ему можно и надо говорить о подготовке к смерти, утешать его надеждой и верой на всепокрывающее милосердие Божие, внушать, что он отходит не в какую-то неведомую и далекую страну, а возвращается в свое Небесное отечество, к любящему и благому Отцу Небес­ному. Поменьше мрачных слов о вечных муках, о грозном Судии, о неизбежности мытарств, а побольше утешения в скорбные предсмертные минуты, побольше слов о богоусыновлении, о Боге, как Отце. Полезно рассказывать о пред­смертных минутах христианских подвижников благочестия, о тех, кто легко умирал, как на­пример:  прот. А. Горского,  ректора Моск. Дух. Ак., испустившего свой последний вздох со словами: "домой, домой хочу", или проф. В. В. Болотова, предсмертными словами которого были: "как хороши предсмертные минуты", или же архимандрита Макария Глухарева, на­чальника нашей Алтайской миссии: "Свет Христов просвещает всех", или же Христофо­ра Колумба: "в руки Твои, Господи, отдаю дух свой", или же наконец Якова Бемэ, знаменито­го немецкого мистика и человека большой христианской просветленности: "теперь иду я в рай". Священник всячески призван облегчить смертную тоску и подать надежду на светлое будущее, как бы ни была тяжела предсмерт­ная исповедь больного. Очень хорошо, если священнику удастся так размягчить сердце больного, чтобы причащать его во время болезни несколько раз.


Но бывает, конечно, и обратная картина. Священник встречает иногда совершенную глухоту духовную у больного. Дурные влия­ния молодости, увлечения либерализмом и материалистическими учениями, может быть оккультными и теософическими доктринами, полное отсутствие церковности, весьма веро­ятно, что и распутная жизнь, излишества и всякого рода грех настолько вытравили в че­ловеке подобие Божие, что предсмертная бо­лезнь является для него только бессмыслен­ным страданием, а на смерть он смотрит только как на физиологическое явление, одно в ряду прочих. Часто у таких людей просы­пается неудержимое озлобление против всех; неизбежность смерти приводит их в бес­сильную ярость; просыпается зависть и нена­висть к здоровым; совесть, заглушенная с давних лет не чувствует ничего духовного. Голос священника не доходит до души, а подчас возбуждает у такого рода озлоблен­ных людей желание сказать священнику что-либо злое и оскорбительное или, в лучшем случае, саркастически усмехнуться и за­явить, что духовное утешение, причастие, ис­поведь являются последними из его забот, и он давно покончил все свои расчеты с Богом, Церковью и попами. О таких несчастных надо особенно усиленно молиться, надо про­сить у Бога чудесного обращения их хотя бы в последнюю минуту. Отчаиваться никогда не следует и таких больных следует при бли­жайшем обходе больницы снова навестить, но быть с ними особенно осторожными, "не при­ставать", чтобы лишний раз не дать им пово­да озлобиться похулить святыню.


Вообще же с больными священник должен соблюдать особо тактичное поведение. С перво­го же раза, если больной сам не попросит, не следует заговаривать о необходимости причас­тия; можно расспрашивать о болезни, о наст­роении, о различных житейских вещах, разуз­нать, не нуждается ли больной в материальной поддержке и постараться ему помочь из бла­готворительных сумм прихода. Потом можно спросить, не желает ли больной получить ре­лигиозное утешение, помолиться, может быть исповедаться и причаститься.


Всего этого требует пастырская мудрость и такт. Больные часто бывают мнительны, боят­ся, что причастие есть признак близкого конца. Очень, очень часто приходится слышать: "да я не собираюсь умирать", "да я вовсе не так уж плохо себя чувствую", "ну когда почувствую, что мне нехорошо, тогда я и попрошу, батюш­ка, вас меня поисповедывать". С этим надо считаться. Насиловать никогда в религиозной жизни никого не нужно, но благовременно настоять надо. На священнике лежит большая ответственность, если кто-либо из его пасомых умрет без покаяния и причастия.



Поэтому осторожно, деликатно и без запуги­вания надо стремиться к тому, чтобы больные сами обращались к помощи священника. Но пастырь сам от себя должен нести слова отра­ды, надежды, умилостивления, евангельского света, а не инквизиторской жестокости, не юридического подхода к греху, не обличитель­ного отношения к людской немощи.



Автор: Профессор архимандрит Киприан (Керн).

ПРАВОСЛАВНОЕ ПАСТЫРСКОЕ СЛУЖЕНИЕ.

Источник

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя Homo 2.0
Homo 2.0(4 года 6 месяцев)(12:33:53 / 31-12-2013)

Обычно не люблю ваших статей. Но эту засунул в закладки, чтобы почаще себе напоминать.

Аватар пользователя DarkUser
DarkUser(5 лет 10 месяцев)(12:49:50 / 31-12-2013)

Я рад что вам пригодилось! :) Но, вы же вроде атеист?

Аватар пользователя Homo 2.0
Homo 2.0(4 года 6 месяцев)(13:08:54 / 31-12-2013)

:-)) Камрад, интрига тянется давно, сегодня хорошее настроение, вы мне сделали хорошо и я вам сделаю хорошо, обьясню ваш вопрос:

Перетрясите все мои посты, - вы нигде не найдете чтобы я сам причислил себя к тому или иному лагерю. Совсем не потому что я ни там ни там ;-), а потому что по ряду соображений не считаю необходимым это обсуждать.

А вот многие (это не лично о вас, а именно о "многих") на АШ, принялись делить всех на тех и иных, и распихивать по клеточкам своих ложных классификаций. И сами попались на крючек своих заблуждений. Меня позабавила такая зашоренность местных "аналитиков", и я просто не стал никого ни в чем разубеждать. На сегодняшний день атеисты считают меня секстантом, а верующие - атеистом :-)))

Это весело, и позволяет мне легко оставаться тем кто я есть :-)

Аватар пользователя DarkUser
DarkUser(5 лет 10 месяцев)(13:10:15 / 31-12-2013)

Ясно, спасибо. :)

Аватар пользователя Prof
Prof(4 года 11 месяцев)(14:53:54 / 01-01-2014)

На сегодняшний день атеисты считают меня секстантом

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(13:07:01 / 31-12-2013)

все грехи, за которые человек может страдать описаны в уголовном и гражданском кодексе страны, в которой он родился и живёт и получает он наказание уже в этой жизни.

Сами муки смерти уже неплохое страдание.

Аватар пользователя DarkUser
DarkUser(5 лет 10 месяцев)(13:09:02 / 31-12-2013)

Stay, вроде всем ясно, что далеко не всё воздаётся на земле по "справедливости". Впрочем, речь не об этом, а о том, как подходят к исповеди люди, ощущающие потребность в ней.

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(13:15:01 / 31-12-2013)

люди ощущают потребность так как думают, что совершили что то за что  теперь обязаны страдать. В страхе перед этими страданиями они ищут пути его избежать.

Вопрос в том, кто им внушил, что их конкретные поступки наказуемы и кто описал им конкретные будущие муки. Удобно играть в игру когда ты сам придумал правила ;)

Аватар пользователя DarkUser
DarkUser(5 лет 10 месяцев)(13:38:43 / 31-12-2013)

УК является лишь выражением того внутреннего понимания справедливости, которое присутствует в каждом человеке. Даже в упомянутом вами племени Тумба-Юмба не принято есть своих, но только врагов. 

Однако есть и отличия совести от УК. УК весьма легко изменяется в угоду нравам и грехам. А понятия внутренней справедливости нет. По УК вчера сажали спекулянтов и пидарасов, а сегодня нет. А совесть и тогда и сегодня призывает этих деятелей к покаянию.

Страдания возникают у человека из-за того, что совесть его, если она ещё жива, напоминает ему что он сделал в жизни не так. Мы знаем, что хорошо хранить верность супруге, но ведь УК не заставляет нас это делать. Мы делам так для того, что бы быть счастливыми и не приносить страданий ни себе, ни супруге, ни детям. Но если вдруг человек совершил грех, который и не грех по УК, но совесть обличает его, то единственное ему утешение в исповеди Богу.

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(14:06:41 / 31-12-2013)

>>  УК является лишь выражением того внутреннего понимания справедливости, которое присутствует в каждом человеке

тут не согласен, так как УК не разбирается с внутренним пониманием каждого конкретного человека. Он формируется на основе ценностей общества/страны/государства. Вернёмся к племени тумба-юмба. Многожёнство или просто измена считается нормальным и возможно даже жёны поддерживают мужа в таких подвигах. Они понятия не имеют, что это грех. Каковы же универсальные критерии? Только лишь ощущение терзаний совести?

По моему мнению тут два аспекта:

1) есть страдания жертвы (если их нет, то наказания не будет)

2) есть раскаяние грешника (если даже нет страданий жертвы, но человек сам считает, что за подобный поступок он должен страдать, то он будет страдать)

Я не пытаюсь вас опровергнуть, мне интересна ваша личная точка зрения и что об этом есть в Писаниях.

Аватар пользователя DarkUser
DarkUser(5 лет 10 месяцев)(15:11:32 / 31-12-2013)

> УК не разбирается с внутренним пониманием каждого конкретного человека. Он формируется на основе ценностей общества/страны/государства.

"Государство - это Я" - Людовик какой-то там. Государство, это совокупность людей, объединение их на какой-либо основе. И для того, что бы сносно проживать в таком общежитии нужны определенные законы. Думаю с этим мы все согласны.

У меня есть трёхтомник "Дигесты Юстиниана", где собраны основные законы существовавшие в Римской Империи и пояснения их происхождения. Там много чего любопытного можно найти. Но основная мысль законников прослеживается весьма остро - все законы подчинены идеи справедливости. Касается ли это раздела имущества или земельных отношений или податей. Но откуда такое острое желание истиной справедливости? Разве не логично было бы предположить, что власть имеющие должны бы навязывать своё собственное понимание справедливости? Однако они, элита Империи, выражают идею той самой справедливости, которая отзывается и в наших душах. Я читаю эти дигесты, и соглашаюсь с тем, что они истинны. Не потому истинны, что я эту истину знаю, а потому, что моё понимание справедливости согласно с их справедливостью.

Госсудаство, плоть от плоти человеческой, и оно воплощает в жизнь те законы общежития, которые исповедуют люди. А люди до удивления похожи в вопросе понимания справедливости. Куда бы вы не приехали, в какой бы стране ни были, вы чувствуете и знаете - воровать плохо. И законы страны вашего пребывания накажут за это. Даже если мы посетим Тумбу-Юмбу, и там воровство будет осужденно.

> Вернёмся к племени тумба-юмба. Многожёнство или просто измена считается нормальным и возможно даже жёны поддерживают мужа в таких подвигах. Они понятия не имеют, что это грех. 

Есть большая разница между многожёнством и изменой. Измена в любом обществе осуждаема, даже в племени Тумба-Юмба. Или у вас есть другие данные? Брак же честен и почитаем. Даже многоженство это всё же официальные отношения перед Богом и обществом. Искаженный, да, но это брак. 

Грех появился не тогда, когда Моисей принес скрижали с заповедями еврейскому народу. А тогда, когда человек не послушал голос внутренней совести и сделал по своему. Народы до заповедей знали добро и зло, и законы общества выражали это знание. Искаженно, туманно, не достигая идеала, они всё же являлись стремлением к настоящей справедливости которую ощущает каждый человек.

> Каковы же универсальные критерии? Только лишь ощущение терзаний совести?

Универсальные критерии это заповеди Божии. Но больше этого - голос совести, как истинно глас Божий. Фарисеи времен Христа формально исполняли заповеди Моисеевы, но Господь обличал их как лицемеров.

Терзания совести это повод к тому, что бы вникнуть в свои поступки, подумать об ошибках, и исправить свои дела внешне - примерением с людьми, и внутренне - примирением с Богом через покаяние. 

P.S. Простите, совсем забыл сказать вам о главном. Сейчас, для христианина универсальный критерий - это Христос. Сравните себя с Ним.

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(17:40:09 / 01-01-2014)

> Но основная мысль законников прослеживается весьма остро - все законы подчинены идеи справедливости.


вот и хорошо, зачем тогда заповеди, данные евреям, если у каждого государства есть законы, которые подчинены идее справедливости?

> Даже если мы посетим Тумбу-Юмбу, и там воровство будет осужденно.

разные есть страны. Многие считают, что взимание налогов это воровство.

> Измена в любом обществе осуждаема, даже в племени Тумба-Юмба. Или у вас есть другие данные?

далеко ходить не надо, шведские семьи и т.п. Если это не называют "изменой" суть меняется?

> Универсальные критерии это заповеди Божии. Но больше этого - голос совести, как истинно глас Божий.

согласен, но не заповеди, данные евреям. Это их заповеди, пусть они им и следуют.

Всё это я к тому, что не считаю правильным заморачивать голову людям заповедями и грехами, если они итак им следуют более или менее в рамках государства. Только государство пугает реальным наказанием сейчас, а также даёт способы искупления. Всё чётко и осязаемо. Религия же манипулирует сознанием людей с целью их подчинения, запугивая адскими муками, о которых никаких достоверных сведений человек получить не может кроме многочисленных "Откровений". Если религию заботит, то, что человек начинает страдать психологически от какого-то неправильного, по его мнению, поступка, тогда надо понять, откуда это страдание, от полученной где-то информации, что за подобные поступки он пойдёт в ад, или же это терзания совести. Тогда тут требуется помощь психолога.

Аватар пользователя Txip
Txip(4 года 10 месяцев)(19:13:56 / 31-12-2013)

Как бы до VI века различали грех печали от уныния, также гордыню от тщеславия, а греха зависти не знали.

Аватар пользователя Homo 2.0
Homo 2.0(4 года 6 месяцев)(13:12:51 / 31-12-2013)

Грех и УК - суть разное. Не находите?

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(13:18:22 / 31-12-2013)

не нахожу.

если человек родился в племени тумба юмба, и миссионеры до него не добрались, какова его участь? Он не "грешит" только в соответствии с племенным кодексом, больше никаких правил в его жизни нет.

Аватар пользователя Homo 2.0
Homo 2.0(4 года 6 месяцев)(13:40:40 / 31-12-2013)

"не нахожу."

Это сразу было понятно, но переспросил для уверенности. КМК, вам статью стоит распечатать и повесить над кроватью на холодильнике. Перечитывать три раза в день, и каятся... каяться, дорогой.

впрочем, "каждый баран, в конце концов, висит за свою ногу." (пословица)

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(14:08:40 / 31-12-2013)

вы меня совсем не знаете, с какой стати вы думаете, что у вас есть полномочия предписывать мне какие-то епитимьи? ;)  Осторожней, гордыня ведь тоже грех, n'est ce pas?

Аватар пользователя Homo 2.0
Homo 2.0(4 года 6 месяцев)(15:33:56 / 31-12-2013)

не выдумывайте - речь шла о вашем высказывании, а не о вас. Написано же - "кмк", и пословица. Делайте что вам забагорассудится.

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(17:46:34 / 01-01-2014)

я итак живу в соответствии с этими еврейскими заповедями, даже ещё круче, так как вегетарианец уже 14 лет, так что "не убий" у меня намного шире распространяется. И постная еда, следовательно, у меня чуть ли не каждый день.

зачем людям морочить голову религией, если они итак живут правильно по совести?

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(18:05:01 / 01-01-2014)

> Перечитывать три раза в день, и каятся... каяться, дорогой.

> не выдумывайте - речь шла о вашем высказывании, а не о вас

а хорошо, это значит высказывание должно каяться? ну пусть, я не против, покается.

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(14:10:15 / 31-12-2013)

и почитайте мой ответ, я ведь написал, почему "не нахожу"

Аватар пользователя Homo 2.0
Homo 2.0(4 года 6 месяцев)(15:35:33 / 31-12-2013)

я же написал, что ваш ответ мне был известен на 90%, еще до того как вы его написали. Мне без разницы. Удачных праздников.

Аватар пользователя Хурон
Хурон(4 года 9 месяцев)(16:08:39 / 31-12-2013)

 Дело не в "правилах", а в "духовных закономерностях" - таких же, как и все известные "физические закономерности", единые для всей Вселенной. И если кто то не знает математических формул Закона Всемирного Тяготения, то тем хуже для него - вверх он от своего "незнания" все равно не полетит, если вдруг споткнется. Тако же и со "грехом" - хоть "заповеди" были дадены тока евреям, но "спрошено" будет персонально с каждого: лично.

Аватар пользователя Харасыч
Харасыч(4 года 4 месяца)(19:10:11 / 31-12-2013)

/показывает пальцем вверх/ Этот парень пусть за себя сначала ответит, нехер на свои слабые порождения вину  сваливать.

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(16:57:24 / 01-01-2014)

вот именно, заповеди дали евреям, вот пусть они им и следуют и идут в ад за их нарушение

я  не еврей и родился в стране где были свои "заповеди", которые я узнавал с самого детства и следовал им. Тот кто нарушал, получал наказание.

Зачем ад если при этой жизни столько возможностей для страдания?

Аватар пользователя Хурон
Хурон(4 года 9 месяцев)(19:28:50 / 02-01-2014)



2. Происхождение зла. – Мировые законы. – Карма

  

  

"

Великий демон, один из сподвижников Люцифера, вторгся в Шаданакар с полчищами меньших. Имя его Гагтунгр. То была длительная и упорная борьба; она увенчалась его частичной победой. Изгнать силы Света из брамфатуры ему не удалось, но удалось создать несколько демонических слоёв и превратить их в неприступные цитадели. Ему удалось вмешаться в процесс возникновения и развития жизни в земном Энрофе и поставить на животном царстве свою печать. Планетарные законы, с помощью которых начинали создавать органическую жизнь в Энрофе силы Света, неузнаваемо исказились. Ложно и кощунственно приписывать Божеству законы взаимопожирания, возмездия и смерти. «Бог есть Свет и нет в Нём никакой тьмы».

От Бога только спасение. От Него только радость. От Него только благодать. И если мировые законы поражают нас своей жестокостью, то это потому, что голос Бога возвышается в нашей душе против творчества Великого Мучителя. Взаимная борьба демонических монад, победа сильнейшего, а не того, кто более прав, и низвержение побеждённого в пучину мук – этот закон люциферических сил отобразился на лице органического мира Энрофа, выразившись здесь в законе «борьбы за существование». Всякое страдание существа, всякая его боль и мука дают излучение – и здесь, в Энрофе, и там, в мирах посмертия. Всякое его чувство, всякое волнение его душевного естества не может не давать соответствующего излучения. Излучения злобы, ненависти, алчности, похоти животных и людей проникают в демонические слои, восполняя убыль жизненных сил у различных классов и групп их обитателей. Но этих излучений едва достаточно, чтобы они восполняли убыль сил именно у отдельных демонических сообществ. Зато излучение страдания и боли – оно называется гаввах – способно насыщать гигантские толпы демонов почти всех видов и рангов. По существу, гаввах – их пища. Налагая свою лапу на законы Шаданакара, Гагтунгр искажал их так, чтобы породить и умножить страдание. Он делал их тягостными, жестокими, нестерпимыми. Он воспрепятствовал водворению в Энрофе закона трансформы; как равнодействующая обоих борющихся начал, возникла смерть и стала законом. Он воспрепятствовал принципу всеобщей дружбы; как равнодействующая обеих сил, появилось взаимопожирание и стало законом жизни. И, наконец, демонические силы вмешались в жизнь других слоёв Шаданакара – тех, через которые пролегал путь существ, хоть раз воплотившихся в земном Энрофе: эти слои были обращены в миры возмездия, где царствуют мучители, впивая страдания страдальцев. Среди различных видов гавваха особое значение имеет тот, который связан с истечением физической крови. Когда кровь людей и животных вытекает из организма, то в первые минуты этого процесса она выделяет жгучее излучение особой силы. Поэтому некоторые классы демонов заинтересованы не столько в смерти живых существ Энрофа и не в загробном страдании их душ, сколько именно в кровопролитиях. Ни одно кровопролитие в истории не происходило и не происходит без неосознанного нами внушения этих потусторонних кровопийц. И кровавые жертвоприношения в некоторых древних культах были ужасны не только своей жестокостью, но и тем, что питали собою отнюдь, конечно, не богов, а именно этих демонов.

.......

В последние тысячелетия до Христа могущество Гагтунгра было так велико, что в потусторонних слоях многих метакультур человечества у возмездия был отнят его временный характер. Выход из страдалищ был для мучающихся наглухо закрыт и у них отнята надежда.

Этот закон возмездия, железный закон нравственных причин и следствий – тех следствий, которые могут проявляться и в текущей жизни, но во всей полноте проявляются в посмертии и даже в следующих воплощениях, – можно назвать индийским термином карма. Карма есть такая же равнодействующая двух противоположных воль, как закон смерти и закон борьбы за существование. Если бы демонические силы не встречали постоянных препятствий со стороны своих врагов, законы были бы ещё тяжелее, потому что демоническая цель законов – порождать гаввах и парализовать проявления подпавших им душ Света. У законов есть и другая сторона, это – их очищающее значение. Это остаток древнейших светлых празаконов миротворивших прекрасных иерархий; цель этих иерархий и всех светлых сил Шаданакара – смягчение и просветление законов; цель демонических – ещё большее их утяжеление.

Замысел Провидения – спасение всех жертв. Замысел Гагтунгра – превращение всех в жертвы.

Богочеловечество следующего мирового периода будет добровольным единением всех в любви. Дьяволочеловечество – по-видимому, его не удастся избежать в конце текущего периода – будет абсолютной тиранией одного.

Космос есть поприще становящихся монад. Антикосмос – всемирный союз соперников и скопище ущерблённых светлых монад, пленённых ими в мирах, над которыми господствуют демоны. У этих пленников отнят священнейший их атрибут: свобода выбора.

..........

Но есть макробрамфатуры и целые галактики, вторгнуться в которые силам восставшего не удалось. Внутри нашей Галактики системою, полностью освободившейся от демонических начал, является Орион – макробрамфатура необычайного могущества духовного Света. Тот же, кто будет созерцать в рефлектор великую туманность Андромеды, увидит воочию другую галактику, не знавшую демонических вторжений никогда. Это мир, с начала до конца восходящий по ступеням возрастающих блаженств. Среди миллионов галактик Вселенной таких миров немало, но наша Галактика, к сожалению, не входит в их число. Давно низвергнутые из макробрамфатуры Вселенной, силы Восставшего ведут в мирах нашей Галактики безостановочную, неустанную, миллионы форм приобретающую борьбу против сил Света; ареной борьбы оказался и Шаданакар.

...............

"

 Богатый смысл создания Ада состоял в том, что бы сделать его со временем абсолютно  "безвыходным", что бы "доить жизненную энергию" попавших туда бессмертных душ всю оставшуюся Вечность - что в определенный момент Метаистории и осуществилось. Схождение Христа в Ад покончило с этой "безвыходностью" - теперь  стало возможным проведение "силовых операций" по освобождению страдальцев из самых глубоких "мучилищ" (для всех, обратившихся к Свету, даже если это будут и сами "отпавшие от Зла" демоны).

Аватар пользователя Stay
Stay(4 года 11 месяцев)(19:08:22 / 02-01-2014)

Андреева читал. Это лично ему дали указания, пусть он по ним и живёт.

Я родился в стране, у которой есть свои заповеди, вот их и достаточно ;)

Аватар пользователя Хурон
Хурон(4 года 9 месяцев)(19:38:50 / 02-01-2014)

 Тогда прошу прощения - "Ваши права не нарушены"(С). И Вас тоже когда нибудь (в "конце времен") кто то (из живущих ныне "по заповедям") "вытащит". Кто то - но не Вы.

Аватар пользователя Карамболь
Карамболь(4 года 2 месяца)(13:20:49 / 31-12-2013)

Согласно Учению о 7Я существует 7 типов характеров:

  1. Герой – страстный, пылкий, нежный, с мятежной, метущейся душой.
  2. Шкурник – жадный, недоверчивый, расчётливый, бдительный, хваткий, прагматичный.
  3. Простак – обидчивый, туповатый, но верный и преданный.
  4. Злодей – твёрдый, жёсткий, хмурый, серьёзный, вечно всем недовольный.
  5. Кумир – пышный, яркий, радостный, самодовольный, заносчивый и себялюбивый.
  6. Хитрец – обходительный, уклончивый, изворотливый, себе на уме, брезгливый.
  7. Жертва – исполненная духовности и возвышенных чувств, пугливая и боязливая, впадающая в горе и отчаянье. 

В "типологии грешников" им соответствуют:

Простец - Простак, Интеллигент - Хитрец, Самодовольная совесть - Кумир, Молодежь -Герой, Мнительная совесть, Больные и умирающие - Жертва.

Аватар пользователя Txip
Txip(4 года 10 месяцев)(13:38:37 / 31-12-2013)

Краткий обзор исповедей. И чего в них теперь личного и тайнственного?

Аватар пользователя DarkUser
DarkUser(5 лет 10 месяцев)(13:40:18 / 31-12-2013)

Вы ищите таинственное, или покаяния? Список приведен здесь для того, что бы примерить его к себе, и задуматься о собственных проблемах.

Аватар пользователя Txip
Txip(4 года 10 месяцев)(13:45:49 / 31-12-2013)

Я ищу ответа зачем называть публичное и открытое, личным и таинственным. Что за самообман.

Аватар пользователя Харасыч
Харасыч(4 года 4 месяца)(18:35:22 / 31-12-2013)

Вы так говорите, будто у вас есть ответ о страданиях невинных детей. Ну, попробуйте.

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...