Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

История одной награды

Аватар пользователя Alien-X

Автор

С детства в памяти отложились два эпизода  из фронтовой биографии моего деда. Сам он вспоминать войну не любил и на мои ребяческие вопросы: «Деда, деда, а расскажи про медальку …», отшучивался и уводил разговор в сторону. Правда, как-то раз он дал поддержать в руки ремень от трофейного автомата «шмайссер», чем привел меня в дикий, неописуемый восторг. Тогда, почему-то думалось, что когда  вырасту у меня обязательно будет точно такой же ремень, который я одену,  как дед, подпоясав брюки … 

Когда же  я начинал  приставать с расспросами к бабушке и другим родственникам моей матери, то мне обычно в ответ рассказывали о двух случаях произошедших с дедом на войне, и хотя они почти каждый раз были  в слегка разных вариациях, главная сюжетная линия повествования была всегда одинаковой. Собственно, сами рассказы состояли всего лишь из нескольких предложений, однако моя детская фантазия рисовала целые героические повести.

Первый рассказ был про бомбёжку. Когда дед на своём грузовике перевозил бойцов, их внезапно  атаковал немецкий самолёт. Едва, он и солдаты успели выпрыгнуть из машины и укрыться поблизости от дороги, как прогремел взрыв. В результате прямого попадания от автомашины практически ничего не осталось. 
            Второй рассказ был  о том, как ему пришлось под вражеским обстрелом доставлять боеприпасы бойцам и батарее.  Подъезды к сражавшемуся подразделению советских воинов простреливались немецкой артиллерией. Из всей колонны автомобилей, двигавшихся к нашему подразделению, прорваться и доставить боеприпасы удалось только моему деду. Как, гласила семейная легенда, за этот подвиг дед получил правительственную награду.


             Повзрослев, я иногда спрашивал у матери о том,  за какие именно подвиги  были получены те или иные ордена и медали, однако из её ответов ничего нового, кроме услышанного ещё в далеком детстве, для себе  открыть не смог. Мать сконфужено объясняла, что была самой младшей в семье, родилась в послевоенное время, в связи, с чем знает о войне не много. До войны дед работал водителем, в армию был призван в 1941 года, где также продолжал быть шофёром. Окончил войну в 1945 году,  не доехав  до Берлина всего лишь несколько километров, вернувшись домой по-прежнему  водил машину. А ещё дед очень любил песню «Враги сожгли родную хату …» в исполнении Марка Бернеса, и бывало, когда ему доводилось её  слышать,   у него проступала слеза …    

Прояснять боевой путь деда начал с запроса в военкомат. Прождав примерно недели две ответ на письмо, отправленное почтовой связью, решил связаться с работниками военкомата по телефону и продублировать запрос по факсу. Вскоре из отдела военного комиссариата Тюменской области по Вагайскому району пришел ответ, согласно которого по имеющимся архивным документам мой дед   был призван по мобилизации 10.07.1941. В период с июля 1941 по 1943 проходил службы шофером в 7-м дорожно-эксплуатационном батальоне. Участие в Великой Отечественной войне принимал в составе 12 мотострелковой бригады. К письму прилагалась копия учетной карточки к военному билету, в которой указывался ряд медалей и орденов, но этот перечень был явно неполный, так как по фотографиям у него были и другие награды, в том числе медаль «За отвагу».   

  Итак, отправной точкой для дальнейших поисков являлась 12 мсб. Согласно данным сайта «Танковый фронт 1941-1945», 12-ая мотострелковая Волновахская бригада, с момента своего образования в июне 1942, постоянно находилась  в составе 11 танкового корпуса.

  11 корпус танковый корпус началом своей боевой деятельности обязан 2-й танковой армии, поскольку с конца июня 1942 г., после кратковременных и неудачных боев в составе 5-й танковой, и до февраля 1943 г. находился в резерве.

  11-й танковый корпус из боевой работы практически уже не выходил, за исключением трехмесячного зимнего перерыва в конце 1943 г., когда он, перейдя из 2-й  в 4-ю танковую армию, а затем и в Южный фронт, участвовал в освобождении Южной Украины. В феврале 1944 г., вернувшись на фронт, теперь 1-й Украинский, в составе 13-й армии сражался до мая, перейдя затем в состав 1-го Белорусского, с которым и закончил войну, имея в пассиве, пожалуй, лишь не совсем удачное наступление летом 1944 г., когда при наступлении на Ковель попал в умело созданную немецким командованием ловушку. Результатом стали большие потери, снятие командира (генерал-майора Ф. Н. Рудкина) и наказание командующего 49-й армией, в состав которой корпус входил (приказ ВГК № 220146).

  Запрос в Музей «Боевой путь 11-го танкового Краснознаменного Радомско - Берлинского орденов Суворова и Кутузова II степени корпуса», находящийся в ГОУ Центр образования № 1461 г. Москвы, существенных  результатов не дал.

Гораздо больше информации я почерпнул из книги  бывшего командира корпуса генерал-майора Ивана Ивановича Ющука «Одиннадцатый танковый корпус в боях за Родину».


«Звезда» Казакевича.

Отслеживая славный  боевой путь 11-го танкового корпуса, в котором служил мой дед, нередко замечал, что его следы проходили совсем рядом с местами, где вершились события, известные нам не только  из книг, но и современных фильмов о ВОВ.

Так в июле 1944 года в районе Ковеля бригады корпуса вели ожесточенные бои с частями танковой дивизии СС «Викинг», получившей известность благодаря повести Эммануила Казакевича «Звезда» и одноименному  фильму, вышедшему в российский прокат в 2002 году.

Здесь позволю сделать себе небольшое  отступление. По моему мнению,  за всё постсоветское время наш российский кинематограф сумел снять только два по-настоящему  хороших художественных  фильма про Великую Отечественную войну. Первый это «Звезда», второй -  «Брестская  крепость». Пересматривал их неоднократно. Правда, не всегда целиком -  обычно, возвращался только к  нескольким  полюбившимся эпизодам. Сюжеты обоих картин основаны на реальных событиях, хотя авторами допускались некоторые отклонения от исторической действительности.

К  примеру, вряд ли при штурме Брестской крепости использовались немецкие танки Pz III, как это показано в фильме. 2-а танковая группа Гудериана шла рывком вперед, предпочитая не ввязываться в бои с запертыми в крепости частями РККА,  оставляя работу по «зачистке» цитадели  45-ой пехотной дивизии.

            Понятно, что эти отклонения от исторической действительности, вызваны желанием авторов воплотить в художественном произведении свой творческий замысел, на что, кстати, они имеют полное право. У нас, как адресатов их посыла, остается лишь право на вынесение вердикта их творениям.   И если посыл художественного произведения не выходит за рамки критериев нравственности, принятых в нашей русской культуре, то работа обязательно найдет благодарный отклик у читателя или зрителя.

            Попытки некоторых деятелей, так называемой «резуновской породы»,  объявить подобные художественные вымыслы (с которыми всё в порядке с точки зрения нравственных ориентиров) некими героическими мифами, подлежащими по неведомым причинам  обязательному беспощадному развенчиванию, выглядят - по меньшей мере странно.

            Обратимся к повести «Звезда» и одноименному фильму. Летом 1944 года советские войска в районе Ковеля  вплотную подошли к западным рубежам страны. Группа разведчиков лейтенанта Травкина, позывным которого является слово «звезда», уходит за линию фронта, чтобы получить сведения о перегруппировке немецких частей. Их задача – узнать о месте дислокации вражеских танков, и разведчики, захватив штабного офицера с картами передвижения частей и важными документами, получают необходимую информацию. Ценой собственной жизни разведчики передают командованию сведения о скрытно выдвигающейся танковой дивизии СС «Викинг» и  готовящемся контрударе.

            Либеральный историк Борис Соколов на Грани.ру  говоря о произведении Казакевича, торжествующе заявляет о развенчании мифа:

Между тем повесть "Звезда" представляет собой героический миф. Майор Эммануил Казакевич в годы войны был командиром разведроты, потом - начальником разведки дивизии и помощником начальника разведки армии. И в основу повести положил реальные события: контрудар, который нанесла дивизия СС "Викинг" в Белоруссии, в районе Беловежской пущи, в июле 1944 года по войскам 65-й армии. Только в отличие от того, как он представлен у Казакевича, этот контрудар оказался а) успешным и б) абсолютно неожиданным для советского командования.

Вот что пишет в своих мемуарах "В походах и боях" (М.: Воениздат, 2-е изд., 1966, с. 432 и след.) бывший командующий 65-й армией генерал армии Павел Батов: "Наступила ночь на 23 июля... В блиндаж почти вбежал полковник Никитин. Свет керосиновой лампы тускло освещал его лицо, и, может быть, потому оно казалось необычно бледным.

-  Что случилось?

- Перехвачен радиоразговор командира пятой танковой дивизии СС "Викинг" Галла (в действительности - группенфюрера СС Герберта Гилле. - Б.С.) с командиром четвертой танковой Петцелем. Галл в Высоколитовске, Петцель в Бельске. Готовятся в четыре ноль-ноль нанести по нашим войскам встречные удары и соединиться в районе Клещелей.

Можно было ожидать чего угодно, только не этого. Никто не предполагал, что с севера, от Бельска, может назревать такая угроза. Это был просчет нашей разведки. Немцы верно оценили слабость нашего правого фланга.

Контрудар врага преследовал ограниченные цели - вывести высоколитовскую группировку на соединение с бельской. Чтобы ускорить решение этой задачи, генерал Галл открытым клером по радио попросил командира 4-й немецкой танковой дивизии оказать ему помощь (в повести Казакевича информацию о дивизии "Викинг" передает в эфир открытым текстом группа Травкина. - Б.С.)".

И своих целей немцы в тот раз достигли. Как признает Батов, уже к полудню следующего дня "стало ясно, что северной и южной немецким группировкам удастся соединиться... Врагу... удалось вывести на Бельск часть боевой техники и штабы соединений".

После успешного «развенчания мифа», Б. Соколов глубокомысленно изрекает: «Суровая военная действительность была далека от оптимистической концовки "Звезды" …»


           Неужели концовка «Звезды» действительно вымысел? Не будем спешить с выводами. На самом деле реальные события, послужившие основой для повествования Казакевича, происходили не в июле, как утверждает Б.Соколов, а апреле 1944 года. Вот, что пишет Сергей Гупало в статье «Через тернии к «Звезде». Фронтовые дороги Эммануила Казакевича»:
 

            В конце апреля 1944 года в районе Ковеля немецко-фашистские войска сконцентрировали большие силы. Именно Эммануил Казакевич сделал важный для Верховного командования вывод: «Враг готовится к стремительному наступлению, ставя задание уничтожить советские войска на юго-западе от Ковеля». В районе села Туровичи разведчики Эммануила Казакевича захватили «языка», от которого узнали, что под Ковель прибывают значительные вражеские силы. Один полк уже выгрузился в Любомле, другие три полка на марше: они должны занять оборону на востоке от села Туровичи. Стало известно, что 19 апреля на железнодорожной станции Любомль стояло 5 эшелонов с немецкими солдатами и 1 эшелон с танками. Отборная 342-я гренадерская дивизия прибыла в Любомль 21 апреля. 25 апреля она выступила в сторону села Миляновичи, чтобы сменить 253-ю пехотную дивизию.

 

 

       

После Полесской операции, в конце апреля 1944 года танковая дивизия СС «Викинг» нанесет контрудар и попытается деблокировать окруженный русскими город Ковель, чтобы в дальнейшем разгромить и отбросить советские войска на рубеж рек  Стоход и Стырь. Но этим планам не было суждено сбыться.

 

Как добывались ценные данные, писатель описывает в повести «Звезда». «Зеленые привидения», т.е. разведчики, переходили линию фронта, брали «языков», от которых и получали необходимую информацию. Характерно, что даже в произведении писатель использовал фактаж, что не повлияло ни на читабельность, ни на композицию повести, а служит интересным историческим материалом: «Пятая танковая дивизия СС «Викинг» была одной из отборных дивизий эсэсовского отборного войска. Под командованием группенфюрера (генерал-лейтенанта войск СС) Герберта Гилле дивизия в составе 9-го мотополка «Вестланд», 10-го мотополка «Германия», 5-го танкового полка, 5-го дивизиона самоходной артиллерии и 5-го полевого артиллерийского полка во всем блеске своей первокласснейшей техники тайно сосредоточилась в этих огромных лесах с тем, чтобы неожиданным ударом деблокировать окруженный русскими город Ковель, разбить русских на изолированные группы и, уничтожая их, отбросить на рубеж двух знаменитых рек — Стоход и Стырь».

24 апреля 1944 года в районе сел Зиловое-Туровичи немецкие войска начали готовиться к наступлению. Предвидение старшего лейтенанта Казакевича подтвердилось: 27 апреля на рассвете немцы открыли артиллерийский огонь, а потом самолетами бомбардировали позиции советских войск. Дивизия, в которой служил писатель, отступила, а на участке соседней 165-й стрелецкой дивизии немцы прорвали оборону, заняли село Ружин. Советские бойцы, которые отступили на восточный берег Турии, отразили атаки врагов, пытавшихся форсировать реку. Во время боя Эммануил Казакевич был ранен в ногу. В течение месяца дивизия, где служил писатель, занимала оборону на восточном берегу речки Турия. За этот месяц мужественный разведчик выздоровел и вернулся в строй.

 

Прав был академик РАН Геннадий Осипов, охарактеризовавший  Б. В. Соколова как «самого неутомимого „профессионального“ фальсификатора».

Ковельская «ловушка». Подвиг деда и бойцов 12-й мотострелковой бригады.


По состоянию на 1 июля 1944 года 11-й танковый корпус находился в составе 1-го Белорусского фронта в районе Ковеля и осуществлял подготовку к наступлению. Грозные события не заставили себя долго ждать. Вот как их описывает командующий 8-й гвардейской армии В.И. Чуйков в главе
«На главное направление» книги  «Конец третьего рейха»:

6 июля враг оставил ковельский выступ и отошел на 20 километров. В штабе 47-й армии сочли, что гитлеровцы начали общий отход, не проверив дополнительной разведкой.

Такая оценка действий противника имела основания. Севернее Полесья наши войска к тому времени одержали крупную победу. 3 июля был освобожден Минск. В связи с поражением под Минском немецкое командование вполне могло принять решение об отходе и на Ковельском направлении с целью уплотнить свою оборону. Что в таком случае могло предпринять наше командование? Не дать гитлеровцам оторваться, преследовать отходящего противника, ворваться в его боевые порядки, рассечь отступающие части, может быть, даже попытаться часть сил взять в окружение. Поскольку противник оставлял укрепленные позиции, создавалась как будто бы возможность ввести подвижные соединения с задачей выйти на оперативный простор. 
             7 июля 11-й танковый корпус сосредоточился в исходном районе в 4 км южнее Ковеля. Корпусу была поставлена задача войти в прорыв на участке 47-й армии и, развивать наступление в общем направлении Любомоль, Опалин, занять плацдарм на западном берегу реки Западный Буг. В дальнейшем развивать наступление Люблин. 


Атака танков Т-34-85 с десантом на борту.


Далее,  продолжает Чуйков :

8 июля вслед отходящему противнику, на его преследование, был брошен 11-й танковый корпус. Безусловно, надо было бы провести тщательную разведку, проследить за передвижениями противника с воздуха. Но на это потребовалось бы время. А время в таких случаях драгоценно. Противник, отходя, мог успеть занять следующую линию обороны, а вся идея танкового удара заключалась в том, чтобы к этим укрепленным позициям успеть раньше противника, прошив его отступающие части. Корпус был поднят по тревоге и брошен вперед.

Передовые части корпуса шли на полной скорости. Они обогнали отступающую немецкую пехоту и натолкнулись на заранее подготовленные именно для такого случая оборонительные позиции. Перед тем как снять части для отхода, немецкое командование перебросило на вторые позиции соединения противотанковой артиллерии, разместив ее для фланкирующего и перекрестного огня. Наши танки топали под уничтожающий прицельный огонь на пристрелянных заранее площадях... Корпус понес большие потери. Короче говоря, и проще, танкисты попали в засаду. Спланированную, продуманную засаду.

Панцергренадеры дивизии СС «Викинг». Битва за Ковель. Солдат на переднем плане несет на плече ручной пулемет MG-42. На заднем плане — танк PzKpfw V Ausf A  «Пантера».

Таким образом, по состоянию на 8 июля  47 армия вела наступательные бои к западу от города Ковель и продвинулась на 8-12 километров. Бой шел на рубеже Седлище, 4 километра юго-восточнее Новая Выжва, восточная окраина Смидынь, Залистце, Годовиче, Тарговище. 11 танковый корпус в результате контратак противника из района Мацеюв отведен за боевые порядки пехоты. В районе Смидынь у убитого изъяты документы, принадлежащие мотополку «Германия» танковой дивизии СС «Викинг». (Операция «Багратион». Освобождение Белоруссии — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2004.)
 

Западнее местечка Мацеюв (современное название – Луков) корпус попал в засаду.   Красной чертой с черным пунктиром отмечен участок фронта, на котором 8-9 июля шли бои - рубеж Седлище, 4 километра юго-восточнее Новая Выжва, восточная окраина Смидынь, Залистце, Годовиче, Тарговище.

Попав в ловушку, танковые бригады 11-го корпуса понесли тяжелые потери. После разбора недостатков в организации ввода в бой 11-го танкового корпуса родился Приказ Ставки ВГК № 220146 (16 июля 1944 г. 16 ч 00 мин):

В последних наступательных операциях наши войска и командиры всех степеней получили большой опыт по выбору момента для ввода танковых соединений в бой и организации этого ввода. Однако повторяются случаи, когда танковые соединения вводятся в бой без артиллерийского обеспечения, без поддержки пехоты и без необходимой разведки, что влечет за собой большие, ничем не оправданные потери.

Так, на 1-м Белорусском фронте при отходе противника из района Ковеля 11-й танковый корпус получил задачу преследовать отходящего противника. Ни командующий 47-й армией генерал-лейтенант Гусев, получивший в свое распоряжение 11 тк, ни командир 11 тк генерал-майор танковых войск Рудкин, не зная действительной обстановки, разведку противника и местности не организовали. Противник же отвел свои войска на заранее подготовленный рубеж и организовал там сильную противотанковую оборону. 11-й танковый корпус пошёл в бой без поддержки артиллерии и даже не развернул своих самоходных полков. Пехота танкового корпуса и пехота стрелковых дивизий за танками не наступала.

Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал Советского Союза Рокоссовский, лично руководивший действиями войск на ковельском направлении, организацию боя 11-го танкового корпуса не проверил. В результате этой исключительно плохой организации ввода в бой танкового корпуса две танковые бригады, брошенные в атаку, потеряли безвозвратно 75 танков.

Ставка Верховного Главнокомандования предупреждает Маршала Советского Союза Рокоссовского о необходимости впредь внимательной и тщательной подготовки ввода в бой танковых соединений и п р и к а з ы в а е т:

1. Командующему 47-й армией генерал-лейтенанту Гусеву Н. И. за халатность, проявленную им при организации ввода в бой 11-го танкового корпуса объявить выговор.

2. Генерал-майора танковых войск Рудкина Ф. И. снять с должности командира 11-го танкового корпуса и направить в распоряжение командующего бронетанковыми и механизированными войсками Красной Армии.

3. Назначить командиром 11-го танкового корпуса генерал-майора танковых войск Ющука.

 

Ликвидировав прорыв танковых бригад 11 танкового корпуса, немцы перешли в контратаку. Удар пришелся на мотострелков 12-й мотострелковой бригады и стрелковые части 47-й армии.

Хотя корпус в целом в боях под местечком Мацеюв и не имел успеха – из-за преждевременного ввода в прорыв и отсутствия должным образом организованной разведки противника, - личный состав корпуса сражался героически, о чем свидетельствуют воспоминания его участников (И.И. Ющук «Одиннадцатый танковый корпус в боях за Родину» М.: Воениздат, 1962, с. 60-62).

… Ночь на 9 июля тянулась мучительно долго. Ветер пылью заметал следы вчерашнего боя. Спалось плохо. Сержант С.Н. Михайлов из 12-й мотострелковой бригады осторожно приподнялся, перешагнул через лежащего рядом рядового Изимира Акаймбекова и выполз из окопа. Большая круглая луна освещала две черные точки на поле, а дальше тянулась безбрежная равнина.

Сержант невольно вспомнил подробности встречи с вражескими танками. Вчера он не думал и не рассуждал. И он и весь его расчет были охвачены единым порывом – умереть или победить. Танки противника громыхали совсем близко. Их огонь, их гусеницы несли смерть. Дрогни тогда хоть один мускул – кто знает, чем бы все это закончилось.

- Надо выстоять, - сказал Н.К. Духанин.

И это «надо» стало, твердым непоколебимым.

Люди понимали, что они защищают свою Родину, честь и свободу Советского государства. Отступить – значит отдать на поругание свою родную землю, своих отцов, матерей, жен, детей. Выстоять – значит победить. Четыре советских бронебойщика и пять немецких танков. Вот она, высшая стойкость характеров, - залог победы!

Советские бронебойщики отражают атаку немецких танков.

 

Сержант Михайлов научился  в войну понимать людей. Сейчас он особенно ясно понял, что такое советский человек. На какое-то время он представил вражеских солдат в те дни, когда они наступали. Сравнение привело его в ужас. Фашист – это бандит, головорез, о героизме тут и речи быть не может.

«Они еще будут лезть, может быть, завтра сюда десятки своих танков бросят, - рассуждал сержант, - но и эти не пройдут – захлебнуться, сгорят …»

Фашистские танки появились раньше, чем предполагал Михайлов. Здесь был важный участок нашей обороны. Пропустить хоть одну вражескую машину – значит расстроить план своего командования, а гитлеровцы хотели пройти.

Михайлов прислушался. Да это был шум моторов. Сержант спустился в окоп.

- Вставайте, друзья, снова встречать «гостей» будем, - заявил он.

- Больно рано пожаловали, - недовольно пробасил второй номер противотанкового ружья ефрейтор П.Н. Вакулин.

Начало светать. На бронебойщиков двигались танки противника. Уже можно было различить их типы. Средний танк с белым крестом в черной окантовке, с ярко-желтым  лакированным слоном на башне, вороша землю, развернулся и двинулся в обход двух уже подбитых вражеских машин. Михайлов прицелился в борт фашистского танка. Сделал выстрел, другой и, облегченно вздохнув, проговорил:

- Есть третий!

Но вражеские танки продолжали двигаться. Они открыли огонь по бронебойщикам. Снаряды рвались близко. Рядовой Акаймбеков, неосторожно высунувшись из окопа, со стоном опрокинулся назад. Духанин перевязал раненого товарища и подтащил поближе остатки патронов.

- Ползи, Петр, с гранатами вперед, - сказал Михайлов ефрейтору Вакулину.

Когда второй номер пополз навстречу вражескому танку, сержант припал к горячему стволу бронебойки и начал стрелять. Вакулин то полз, то вскакивал и бежал, то снова падал и полз. Танк двигался на советского бойца.

«Раздавит», - с ужасом подумал Михайлов, но  как раз в это время раздался взрыв, и сквозь дым сержант различил узкий язык пламени. Михайлов послал в подожженный танк ещё одну, последнюю пулю.

Два уцелевших танка повернули обратно.

- Петр, жив, дорогой мой, - восторженно говорил сержант, когда Вакулин, усталый взволнованный, вернулся в окоп. Друзья обнялись со слезами радости, как после долгой разлуки.

- Я знал, что мы победим, не уйдем, выстоим, - твердил сержант, крепко сжимая широкие плечи своего друга.

На сайте Общедоступный электронный банк документов «Подвиг Народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», мне удалось установить, что дед служил шофером во 2-ом мотострелковом батальоне 12-й мотострелковой бригады. Кроме, того по фамилии, имени и отчеству я нашел приказ о награждении деда медалью «За Отвагу». Согласно, наградного листа мой дед:  

«В боях под дер. Седлище, под огнем противника доставил боеприпасы стрелковой роте, чем способствовал отражению контратаки противника.

Одновременно с поля боя вывез тяжело раненого офицера и двух бойцов, доставив их на перевязочный пункт, чем спас жизнь офицеру и двум бойцам».

            Подписали наградной лист 16 октября 1944 года - командир 2 мотострелкового батальона старший лейтенант Тимошин и командир 12 мотострелковой бригады полковник Жаров.

P.s. Исследуя фронтовой путь деда, я сделал ещё одно открытие, которое произвело на меня весьма сильное впечатление. Оказалось, что у деда был командир, а у меня начальник, которые имели одинаковую фамилию и отчество,  и даже одинаковое звание. Мистика, да и только! 

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя Dmitry_Zh
Dmitry_Zh(5 лет 4 месяца)(16:36:28 / 02-12-2012)

Ради интереса поинтересуйтесь, за какие подвиги был награждён звездой Героя СССР Громов, в бытность свою командующим ОКСВА (Афган). Историю знаю от очевидцев - своим волевым решением был признан достойным этой награды.

К закату Союза ценности уже были поставлены с ног на голову. А по большому счёту - все наши деды-прадеды, да и бабушки достойны самых высоких наград. Сломить такую махину и выиграть у такого мощного врага - это не баксы за бугор качать ...

Аватар пользователя PavelCV
PavelCV(5 лет 3 месяца)(16:58:29 / 02-12-2012)

Спасибо большое...

А мне взгрустнулось - оба моих деда погибли в 1941 где-то в Белоруссии... Царствие им небесное...

 

Аватар пользователя Савва
Савва(6 лет 2 месяца)(21:51:39 / 02-12-2012)

У меня дед в феврале 42 где-то под Москвой, минометный расчет, накрыло артобстрелом - даже хронить было нечего. Командир взвода бабке письмо написал.

P.S. Зато второй в Кенигсберге войну закончил. 

Аватар пользователя daryets
daryets(6 лет 2 месяца)(20:21:56 / 02-12-2012)

Мой о войне тоже не любил говорить. По возвращению пил крепко и пиздил закосивших.

Аватар пользователя ДК
ДК(5 лет 4 месяца)(22:45:06 / 02-12-2012)

мой один дед был кадровый военный, прошел три войны - финскую, отечественную и японскую с 6й танковой армией. как он говорил - я победил в трех войнах.

другой был ранен под сталинградом и после выздоровления комиссован на восстановление народного хозяйства.

оба дожили до своих седин. светлая память обоим.

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...