Насколько уникальна с точки зрения современной криминалистики инсценировка убийства?

Значительное количество криминальных инсценировок, которые выступают способами сокрытия и совершения преступлений, криминальных инсценировок событий мнимых преступлений остаётся за пределами правового поля, существенно затрудняет деятельность органов правопорядка и суда, нарушает права и свободы граждан. Инсценировка события преступления выступала и ранее в качестве объекта научного исследования в трудах многих видных криминалистов. И несмотря на то, что большая часть авторов, изучавших данную проблему, выделяли в качестве самостоятельной классификационной группы и инсценировки события преступлений, которых в действительности не было, углублённого изучения инсценировок данного вида не предпринималось. Но тем не менее, необходимость изучения таких инсценировок представляется безусловной. Прежде всего необходимо разграничить инсценировки исследуемого вида и сходные формы криминальной деятельности. Проанализировав криминалистическую литературу, можно выделить пять признаков отличия инсценировки события преступления от традиционных форм инсценировок, то есть инсценировок, направленных на сокрытие преступления, имевшего место в действительности (мнимые инсценировки). 1) По направленности действия создателя инсценировки лжесобытия преступления разграничение проводится следующим образом. Цель традиционных инсценировок — сокрытие преступления, отдельных его элементов, своего участия в совершении преступления. Здесь же инсценировка, наоборот, направлена на создание видимости совершения преступления. Если в традиционных инсценировках субъект, прибегающий к инсценировке, старается склонить работников правоохранительных органов к необнаружению преступления или к констатации его менее опасной формы, то в рассматриваемом виде инсценировок данный субъект стремится убедить следователя в совершении мнимого преступного события, призывая его к активному поиску.

Далее по ссылке

Свиридова, Д. А. Инсценировка события мнимого преступления как разновидность криминальной инсценировки / Д. А. Свиридова, С. А. Хорьков, А. В. Ваганов, И. Н. Цаль. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2019. — № 27 (265). — С. 217-219. — URL: https://moluch.ru/archive/265/61458/ (дата обращения: 24.08.2023).

Помимо известного случая про СБУ и Бабенко, из наиболее резонансных случаев можно вспомнить два.

В 2000-м в Москве было инсценировано убийство красноярского предпринимателя Павла Струганова (в криминальных кругах известного, как Паша-Цветомузыка) и гендиректора швейцарской фирмы Hanovers Investment Вячеслава Исминдирова (Славы-Палача).

Тогда сообщалось, что в доме номер 5/3 по Кутузовскому проспекту были расстреляны крупные предприниматели. В квартире, где произошло убийство, было обнаружено 8 гильз от пистолета Макарова. Сообщалось также, что из дома по Кутузовскому проспекту в мешке выносили тело. Прессе даже передали фотографии завернутых в мешки покойников. Но вскоре по обвинению в этом убийстве был арестован бывший председатель совета директоров «КраЗА» Анатолий Быков. А Струганов и Исминдиров благополучно воскресли.

В 2009 году была инсценирована смерть ректора Полярной академии Санкт-Петербурга 35-летней Кермен Басанговой. 22 апреля распространилась информация о том, что на Басангову, которая находилась тогда на поздних сроках беременности, напали во Фрунзенском районе. Сообщалось, что женщина вышла во внутренний двор и собиралась сесть в свой автомобиль, когда на нее и напал неизвестный. Он несколько раз ударил ее ножом.

Через пару часов после инсценировки возле здания академии сыщики отдела по раскрытию заказных убийств ГУВД задержали 21-летнего Михаила Жаворонкова. Его взяли сразу же после передачи 500 тыс. рублей «киллеру». В действительности, когда женщина подошла к машине, к ней подбежал человек и сделал вид, что наносит ей удары ножом. Басангову увезли в больницу имени Костюшко.

В обоих случаях столь правдоподобные детали убийств были необходимы — заказчики настаивали, чтобы информация о выполнении преступления появилась в СМИ. Это было для них своего рода гарантией правдивости. Но чаще «клиенты» довольствуются фото трупа в крови, вместо которой обычно используют кетчуп или краски. В случае с Аркадием Бабченко использовали оба доказательства.

Фото «убитого» Бабченко для «МК» изучил Владимир Воронцов, экс-сотрудник правоохранительных органов, администратор правозащитного паблика «Омбудсмен полиции».

Вот так, навскидку, по этому фото, определить настоящий труп или нет — не сможет ни обыватель ни даже простой оперативник. Для таких тонкостей в России, например, существует экспертно-криминалистический центр, специалистов которого, кстати, также задействуют в инсценировках убийств. Эти люди знают, какие конкретно вещества похожи на кровь.

Кетчуп, сразу скажу, слишком топорно. Для таких целей есть специальные краски. Они также знают, как подобрать цвет, консистенцию, как лучше запятнать... Вот эти специалисты по фото, думаю, смогли бы сказать, настоящий труп или нет. Опять же по цвету «крови», по ее насыщенности.

Легко ли было Бабченко согласиться на такой спектакль, жестокий и для друзей, и для родных? Комментирует психолог Евгений Идзиковский.

- Чтобы нарисовать психологический портрет человека, нужно обладать о нем большей информацией и понимать мотив его поступка. Но чаще всего таки поступки, при условии, что у человека с психикой все нормально, базируются на простых прагматичных вещах.

В таких ситуациях выгода перевешивает все остальные соображения, в том числе и переживания близких и родных. Ко всему прочему, для многих переживания остальных людей не столь важны.