Пишу книгу

Черновик.

 Я устроился работать кухонным рабочим в студенческой столовой института Штутгарта. Шёл на вакансию электрика, но у меня при себе не было удостоверений доступа к работе с высоким вольтажом. 
 
 Я работаю как надо, и через пару недель, мне дали поварские одежды и поставили к ним - я шеф-повара замучил требованием работы. Было еще двое рабочих, молодой югослав Бранко и старый итальянец Витторио. Поварихи югославки немного пошумели, - как так, русский сразу на кухне?! 

 Неделю освоившись проработал, и нарвался. Привезли кексы небольшие, для бесплатной раздачи студентам. Обычное дело, что несколько коробок повара припрятали. В зале работала новенькая, и я, не подумав, предложил ей взять себе одну коробку - они же бесплатные. Я не знал, что их специально припрятали; думал лишние. Это дело сразу пресекли. И после окончания обеда, когда мы приступаем к уборке и мытью кухонного оборудования, началось !
Старшая, Мария, во весь голос в мой адрес, и по немецки и по сербский, я уже и их мат стал понимать! А я и ответить не могу ни чем - не прав был, объяснили, понял! Я сказал об этом, но Мария не успокаивалась!
Мне оставалось только трудиться молча, и мысленно проклинать, и представлять ей различные кары. Так день прошёл, закончился. На следующий день опять то же самое стало повторяться.

 Когда вышли с перерыва, кофе пили,   Мария уже привычно стала ругаться.  Ругалась, и делала паузы. И вот в одну из пауз, молодой повар, с бывшей ГДР, Марио, мне громко сказал:
  - Альберт, все, что ты думаешь - мы "слышим"!

И я моментально это понял, да - так и есть! Позже объясню, почему. Здесь же, после слов Марио, я задумался. Да, мои мысли слышат. Мария специально меня злит, потому что я после её ругани взолновано усиленно мысленно начинаю её по своему материть, и желать ей всякого не доброго. Она потому и паузы делала, что бы это "услышать". Так слышали не только Мария и Марио, но и все остальные.
Я естественно перестал уже реагировать на Марию. Мария потом Марио ругала, за то что мне всё рассказал. 

 Я перестал ругаться на провокации, стал следить за своими мыслями. Совсем уж чистеньким не получалось быть; поэтому, если по делу, мат проскакивал в мыслях. И, мне было 33 года и холостой одинокий, эротические фантазии тоже допускал. Даже зная, что это слышат другие.

 Здесь ещё один давно, относительно, известный момент был. Мои мысли, представления, были ощущаемы другими. Как я это узнал: гуляя как то по торговым центрам, спускался на эскалаторе, а рядом, на другом, спускалась пара. Женщина, эффектная блондинка, с глубоким декольте, в котором пышные груди. Я как то естественно представил, как я глажу и мну их в своих руках. Город Западный Берлин ещё. И эта дама громко, по русски спутнику своему: 
  - Такое ощущение, что кто то лазит по моей груди!

 У меня был шок! Как такое возможно?! Меня в краску кинуло от стыда, чуть ли не бегом выскочил из этого центра. Шёл по улице, лихорадочно обдумывая новость! Но, немного успокоившись, стал вспоминать. Были ситуации, когда я так что то на ком то представлял, и те дамы, девушки как то реагировали на это. Не придавал значения. Пока вот так громко о этом не было сказано.

 Поэтому, мысленно, стал меньше ругаться; потом полностью прекратил.  Но вот эротические фантазии себе позволил мечтать. Но уже зная, что ни для кого не секрет, что это я воздействую, и это накладывало уже более благородный оттенок фантазиям моим. В принципе, чего стыдиться то -  у всех такие же мысли; просто мои более чистые, потому что чувствительные для других. Но  потом я понял, что и фантазии, представления и других, так же  действенный, просто слабее чувствуются. 

А по поводу, что я быстро понял согласился, что мои мысли слышат.
Замечал в прошлом, что люди порой заговаривают со мной о тех темах, вещах, о которых я в данный момент думаю, или думал недавно. Я им прямо так и говорил. Сейчас то я понимаю, что так они проверяли, что я думаю, или думал. Уточняли. Я это замечал, но единственное, что я мог придумать - вероятно я разговариваю во сне. Я много ездил по разным городам, работал там, и жил в рабочих общежитиях. Туалет на этаже - и часто наблюдал, как народ вечером собирается у дверей моей комнаты, или под окнами. Именно аотивощле моей комнаты; конечно подозрительно. Потому и версия, что разговариваю во сне, и потому многие знают, что я думал, или думаю. Как с этим бороться , про беруши  не знал - пытался стериарином залеплят уши. Не удобно. Позже из напульсника делал повязку на рот, спадала. Позже появилась возможность купить диктофон, с функцией записи при шуме. Но ничего не получалось - как только подумаю включить диктофон на ночь, соседи же слышали мои мысли!