"Нам нужна российская военная база" - посол ЦАР

Центральноафриканская Республика заинтересована в размещении на своей территории российской военной базы. Об этом заявил посол ЦАР в Москве Леон Додону-Пунагаза. По его словам, угрозы для безопасности в стране остаются — ситуация усугубилась в связи с потоком беженцев из Судана, где недавно начался вооруженный конфликт. При этом дипломат уточнил: в ЦАР сейчас находится около 2 тыс. граждан РФ. О сотрудничестве с российской стороной, перспективах совместного с РФ производства автомобилей и популярности русских алкогольных напитков в ЦАР — в интервью посла «Известиям».

«Россия готова поставить нам нефть, но никак не может этого сделать»

— Через два месяца в Санкт-Петербурге состоится второй саммит Россия – Африка. Как в ЦАР готовятся к нему и точно ли приедет президент Фостен-Арканж Туадера?

— Наша страна серьезно готовится к этому событию, я могу подтвердить, что президент будет принимать участие. Что касается вопросов, которые будут обсуждаться на саммите, то это в первую очередь вопросы безопасности и экономики.

— Глава МИД РФ Сергей Лавров говорил, что Запад пытается сорвать саммит, чуть ли не угрожает странам санкциями, чтобы они не участвовали в нем. Могут ли некоторые из них отказаться под таким давлением?

— Таких стран сколько? Может, две-три или четыре: Сенегал, Кот-д’Ивуар, Камерун и Габон из французской колониальной системы. Остальные все за Россию. И президент Сенегала Маки Салл, насколько я знаю, собирается приехать на саммит.

— Не так давно ЦАР посетила делегация по линии БРИКС, что обсуждалось во время этого визита?

— Разные темы: строительство инфраструктуры, в том числе возведение железной дороги и обычных дорог, также строительство домов — там очень много проектов. После того как они вернулись, уже два или три бизнесмена собираются обратно в ЦАР с конкретными планами по строительству заводов и фабрик.

«УАЗ Патриот», конкретно я вам скажу, хотят собирать в ЦАР. Русские машины очень достойные, очень крепкие, такие машины нужны ЦАР, потому что у нас не очень хорошие дороги. Нам нужен именно «УАЗ» — не «Лада».

— В СМИ была информация, что в ЦАР продается водка российского производства. Это правда?

— Да, сейчас выпускают там русскую водку, называется Wa Na Wa. Французское пиво у нас выпускали больше 60 лет. Но французы вооружали разные военные группировки, поэтому сейчас народ не очень согласен с этой французской фабрикой.

— То есть люди не хотят покупать французское пиво, потому что оно ассоциируется с поддержкой террористов?

— Да.

— А российское пиво производится?

— Производится, и народу нравится.

— Что ЦАР может предложить России взамен?

— ЦАР хочет поставлять в Россию много товаров: авокадо, кофе и другие, но дело в том, что сейчас в связи с логистическими трудностями, нам сложно поставлять товары из Африки в Россию. У нас тоже проблема — нехватка нефти, Россия готова поставить нам нефть, но никак не может этого сделать.

— В СМИ писали, что ЦАР поставляет в Россию ценные породы дерева. Вы можете это подтвердить?

— У нас очень редкие сорта дерева, и есть российская компания, которая занимается в ЦАР этой сферой.

«Возмущаться начали прежде всего французы — орут и орут»

— Недавно президент ЦАР заявил о росте доходов от продажи алмазов. Но санкции на экспорт продолжают действовать?

— Дело в том, что наша страна еще находится под санкциями Кимберлийского процесса (механизм ООН для борьбы с экспортом «кровавых алмазов». — «Известия»), потому что большинство военных группировок захватывали только те зоны, где добывают много алмазов. Они сами добывают, продают в Дубай и еще куда-то, чтобы покупать оружие. Вот почему считается, что это «кровавые алмазы». Сейчас у нас где-то семь зон, которые уже освободили, но большинство зон, которые находятся на севере и востоке страны, остались под санкциями.

— А какие-то зоны в стране еще сохраняются под контролем группировок?

— Их разгоняли, но вы понимаете, эти военные группировки много лет добывали алмазы и стали богатыми. Сейчас они находятся в Чаде и Судане, недалеко от границы с ЦАР, они собираются там и атакуют население. Пока наши войска соберутся доехать до конкретной точки, они в основном успеют скрыться.

— Ситуация в Судане добавила проблем — много беженцев оттуда поехали в ЦАР…

— Да, очень тяжелая обстановка. Больше всего беженцев — женщины и дети, это очень тяжелая ситуация, от которой наша страна страдает. Среди беженцев есть мужчины, они бегут с оружием, и военные группировки их нанимают к себе, поэтому численность этих группировок увеличивается. Вот в чем опасность движения на границе.

— То есть вызовы в плане безопасности сохраняются? Планирует ли Банги в связи с этим наращивать военно-техническое сотрудничество с Москвой?

— Оно должно продолжаться. Впрочем, у некоторых стран это вызывает недовольство. В последние недели, когда Россия поставила нам шесть военных самолетов, возмущаться начали прежде всего французы — орут и орут. Но это не наше дело, мы заинтересованы в сотрудничестве с Россией.

— Девятого мая на бывшей французской военной базе в ЦАР подняли российский флаг…

— Это был знак того, что мы окончательно выгнали французов, теперь Россия будет вместе с ЦАР, и всё (в декабре прошлого года последние 130 французских военнослужащих, находившихся в ЦАР в рамках миссии MISLOG, покинули страну. — «Известия»).

— Обсуждается ли увеличение контингента военных инструкторов из РФ?

— Знаете, когда я приехал и встретил первый раз [министра обороны РФ Сергея] Шойгу, я ему сказал, что инструкторы — это хорошо. Потому наша страна была первой в Африке, которая противостояла французам (их военному присутствию в стране. — «Известия»). Но сейчас нам нужна российская военная база, где бы могли находиться от 5 до 10 тыс. солдат. При этом их можно было бы в случае необходимости задействовать в других странах. Мы просили об этом. Когда [председатель парламента ЦАР Симплис] Саранджи приезжал в РФ, он повторил, что нам это нужно.

— Сейчас мы видим обратную ситуацию, когда уже шесть африканских стран (ЮАР, Конго, Египет, Уганда, Замбия и Сенегал) выступают с инициативой помочь урегулировать конфликт России и Украины.

— Да, Африканский союз действительно решил, что президенты этих государств поедут в Россию и на Украину. Мирная инициатива — это шаг в правильном направлении. Потому что мы очень надеемся на окончание конфликта. Американцы и их союзники должны перестать накачивать Украину вооружением.

«Православная религия открывает глаза по сравнению с католицизмом»

— Глава Русского дома Дмитрий Сытый, на которого в декабре было совершено покушение, вернулся в ЦАР и приступил к работе. Следствие установило, кто мог организовать покушение?

— То, что произошло с ним, очень грустно. Это сделали враги народа, которые не хотят хороших отношений между ЦАР и Россией. Следствие еще в поиске заказчика, но народ в ЦАР знает, кто мог это сделать — только Франция.

— Сохраняется ли в ЦАР угроза для россиян?

— Нет, угрозы нет.

— РПЦ ведет активную деятельность в Африке, в том числе в ЦАР. Даже ваши дети приняли православие, правда?

— Мой внук и мои дети крестились. И я думаю, что в течение месяца другие центральноафриканцы будут креститься. Есть уже православная церковь в Банги. Понимаете, православная религия открывает глаза людям по сравнению с католицизмом.

Машина скорой помощи с главой Русского дома в Центрально-Африканской Республике (ЦАР) Дмитрием Сытым по дороге в аэропорт, Банги, ЦАР

Фото: ТАСС/посольство России в ЦАР

— Это тоже связано с негативом в отношении Франции?

— Да.

— Планируется ли возведение храма в русском стиле?

— Да, мы уже предоставили место в центре города. В ЦАР много русских — сейчас около 2 тыс. Им надо куда-то ходить молиться, поэтому нужен храм. Для жителей республики тоже нужен, потому что церковь, которую построили в Бимбо (город недалеко от столицы ЦАР. — «Известия»), туда много народу ходит, но места не хватает, церковь маленькая. Не помещаются все, нужно здание побольше.

— А русский язык сейчас преподается в ЦАР?

— Да, он уже преподается в столичном университете и в Русском доме. Более того, я хочу сказать, что у нас уже пять лет как есть ресторан русской кухни, и студенты, которые учились в России, ходят туда, чтобы борщ есть.

Кроме того, у нас пользуется популярностью русское кино, причем, как ни странно, документальное. Я сам люблю русскую кинематографию, помимо африканской, разумеется. Поэтому с удовольствием смотрю ваши фильмы про войну, ну или про Ивана Васильевича (улыбается). Русское кино я полюбил еще со времен моей учебы в Ленинграде.

— А кто русский преподает — это россияне или местные?

— Я знаю, что преподает дочка одного центральноафриканца, который учился в России, — у него жена русская. Также центральноафриканские студенты, которые учились здесь.

— А вам в целом как жизнь в России?

— Хорошо, я у вас тут выращиваю шпинат и другую зелень (смеется). В прошлом году посадил маниок, но из-за заморозков он не вырос. Поэтому мне надо найти хорошее место в Краснодаре или Крыму.