Spydell: Причины падения российского рынка акций

Индекс Мосбиржи упал почти на 22% с максимумов «новой реальности» 4 апреля до минимумов 19 апреля. Ограниченное восстановление началось с 15 часов дня, однако обороты торгов очень низкие, в среднем в 7 раз ниже периода до СВО. В чем слабость рынка?

Краткосрочный дестабилизирующий фактор – это утрата ориентиров и бенчмарков, за которым российский рынок двигался. Раньше это были американские и европейские индексы, нефть и металлы. Причем этот триггер (привязки к иностранным бенчмаркам) реализовывали в основном нерезиденты, арбитражеры, роботы и спекулянты.

В связи с блокировкой активности нерезидентов, capital control и полной отвязкой от мировой финансовой системы все это стало неактуальным. Цены на сырье также неактуальны так, как раньше, по причине нерыночных контрактов и неопределённых физических поставок.

Также на рынок действовали корпоративные события и новости. Сейчас российские компании обрывают связи с инвесторами, закрываясь так, как это возможно, отказываясь от публикации отчетности. Следовательно, нет корпоративных и рыночных ориентиров, за которыми двигался бы рынок.

Это на самом деле очень важно. Вся финансовая индустрия и профучастники были подвязана на отслеживание двух информационных трендов: внешняя рыночная конъюнктура через ключевые бенчмарки и корпоративные новости. Теперь нет ни одного, ни другого.

Поэтому система принятий решений разрушается, не к чему привязывать инвестиционные рекомендация и операции. В этих условиях рынок существует в идейном и информационном вакууме, энтропия повышается, следствием чего является нервозность участников в поиске большей определенности, которая находится в денежных и долговых инструментах.

Фактор спекулянтов важен, они сужают спрэды и повышают ликвидность. Обычно за уходом спекулянтов рынок уходит в дрейф при отсутствии устойчивых драйверов роста.

Снижение маржиналки (плечей на рынке), отключение шортов также влияет негативно на оборот торгов и ликвидность с преимущественно нисходящей тенденцией при прочих равных условиях.

Есть среднесрочные факторы. Невозможно оценить финансовое положение компаний. До СВО финансовые потоки были инерционными и хорошо прогнозируемыми. Сейчас нет. Какая будет выручка компаний, какая прибыль, как изменятся балансы, долговая позиция и устойчивость? Неизвестно ничего. Неизвестно никому, ни властям, ни топ менеджменту компаний. Все меняется очень быстро.

Надо понимать, что Россия теряет европейский рынок и потери будут быстрее, чем переориентация на Азию или другие регионы. Да, на волне сырьевого гэпа выручка в 2-3 квартале может быть приемлемая, но как будет в 2023 году и дальше? Проблемы с поставками и оплатой российской продукции. Многие инвестиционные проекты заморожены и находятся в поиске альтернативных поставщиков. Очень много неопределенностей.

Также негативно действует отказ или снижение дивидендов. Сейчас дивидендная доходность обнуляется при росте доходности облигаций и депозитов, что спровоцирует переток ликвидности из рынка акции в депозиты и ОФЗ, тогда как с 2017 по 2021 все было наоборот.

Не стоит забывать, что в рынке сидит около 15% участников торгов (около 25% от активов), которые идеологически, ментально западно-ориентированные и категорически не принимают СВО и все что с ней связано – это источник долгосрочных продаж.

Долгосрочно на рынок давит «висяк» в виде 8-9 трлн иностранных инвесторов, которые должны выйти с рынка и высокая вероятность делистинга или даже национализации компаний.

В чем долгосрочная сила российского рынка? Перспективы инвестиций.

Долгосрочная сила рынка во внутренних инвесторах. Не стоит рассчитывать, что кто-то выкупит рынок, если он нам самим не нужен.

Про Запад стоит забыть навсегда (в рамках поколения), страны Персидского залива не занимаются портфельными инвестициями в Восточной Европе и Азии – они связаны политическими обязательствами с США и Европой. Они поставляют нефть и избыточные капиталы, а Европа и США обслуживают нефтедобывающую инфраструктуру.

Про Южную Америку и Африку даже говорить нечего. В Азии среди нейтральных стран только Китай имеет свободные ресурсы, но Китай не будет заниматься портфельными инвестициями. В лучшем случае можно надеяться (если это выражение применимо) на замещение западных стратегических инвесторов китайцами, например BP в Роснефти и Total в Новатэке. Но это отдаленная перспектива.

Поэтому нужно исходить из того, что рынок акций полностью в распоряжении резидентов.

Мне видится, что среднесрочный баланс скорее отрицательный. Те, кому категорически неприемлема новая реальность, а это до 15% участников и до 25% в структуре активов будут искать возможности для продажи. В связи с совокупностью негативных факторов и общей неопределенностью, приток новых участников и новых денег будет, вероятно, недостаточным.

Какой ликвидный ресурс у населения? Денег полно. У населения 21.1 трлн наличности (13.4 трлн в рублях и 7.6 трлн в валюте) и 34.7 трлн в депозитах (28 трлн в рублях и 6.7 трлн в валюте) в российских банках. Годовой прирост наличности и депозитов составляет от 2 до 7 трлн руб за последние 5 лет.

Прирост денежных инструментов и наличности зависит от процентной ставки по депозитам, темпов кредитования, роста денежной массы, общеэкономических тенденций и приоритетов в инвестировании.

Например, в акции и паи, в том числе в акции нерезидентов на пике распределяли до 1.8 трлн в год чистого денежного потока и еще 800-900 млрд в долговые инструменты. Пик годового распределения ликвидности в финансовые инструменты пришелся на конец 2021, когда в совокупности пришло более 2.6 трлн руб за год. Понятно, что этот ресурс был изъят из денежного рынка.

В связи с последними события, баланс смещается в сторону денежного рынка. Во-первых, гарантии сохранения первоначальных инвестиций (в надежных банках) и плюс ставки по депозитам. Все это на фоне отказа или сокращения дивидендов. Раньше все было наоборот, ставки по депозитам низкие, а дивиденды высокие и как бонус, растущие активы до исторических максимумов.

Рынок акций себя серьезно дискредитировал, когда достаточно идиотским решением Мосбиржа открыла торги через 3 часа после начала СВО. Это привело к минус 50%, минус 80% по некоторым бумагам утром 24 февраля. Дальнейшие действия со стороны ЦБ по управлению рынками были исключительно правильными, адекватными и своевременными, но открытие торгов 24 февраля было ошибкой. Это, безусловно, подорвало устойчивость большинства участников торгов и брокеров. На восстановление доверия уйдут годы!

Плюс деградация макроэкономических перспектив, тренд на закрытость компаний и изоляцию от инвесторов. Все это в комплексе, ограничивает потенциал распределение ликвидности с денежного рынка в акции.

Что может переломить ситуацию? До 4-5 трлн рублей, которые могут прийти в рынок от околовластных структур, связанных с экспортерами сырья, которые раньше вывозили капиталы за границу, но сейчас им закрыли пути на выход. Им не остается ничего другого, как инвестировать в России.

Также я рассматриваю как очень вероятный сценарий – запуск квази QE в России во втором полугодии 2022 для компенсации кассовых разрывов и поврежденного рынка капитала, где невозможно привлечь спрос на долговые инструменты бизнеса и государства. QE – это всегда дополнительная ликвидность, которая абсорбируется в рынке акций. ДКП в России будет мягкой, я в этом уверен. Им нужно пережить ментальную ломку и поменять парадигму.

В будущем по мере повышения определенности с бизнесом и дивидендами, население будет постепенно входить в рынок акций.