Карантин на заводе эмалированной посуды (Карантинное)

«Ну, что же мы будем делать?» - спросил начальник завода эмальпосуды, закрывая за собой двери заводоуправления на карантин….

«Надо запустить акцию в сетях», -предложил начальник отдела продаж.
«Нет, давай рекламную компанию», предложил главный маркетолог. «Типа, наша посуда самая антивирусная...»
«Че, правда?» с надеждой спросил начальник производства.
«Вроде, какие-то итальяшки писали об этом. Мы даже приводили их мнение в каком-то буклете»
«Почему?»
«Не знаю, вроде, вирусы как-то соскальзывают...» уже засомневался главный маркетолог.

«Нет... реклама со словом «вирус» приведет целевую аудиторию к негативным ассоциациям», возразил главный экономист, который считал, что любая сволочь может разбираться в маркетинге.

«Может, все-таки акцию?», снова предложил начальник Отдела продаж.
«Какую?» - спросил начальник производственного отдела.
«Ну… типа, мы продадим большую партию наших кастрюль со скидкой 50% в федеральную сеть. Их на карантин точно не закроют, там продукты. Они сами точно придумают, как нас отрекламировать, чтобы нас купили».
«Тогда прибыль получат они, а не мы», - снова влез в разговор директор по экономике. Эти гамадрилы экономисты считают, что они в продажах тоже разбираются лучше всех…

«Но они все продадут, и потом придут к нам за новым заказом», - уверенно сказал начальник отдела продаж.
«Пока они все продадут и придут снова, нас уже разнесут по частям за долги, ибо...» тут финансовый директор вставил свои 5 копеек и помянул нормативы, Базель, оборачиваемость и еще десяток непонятных слов. «Нам зарплату платить надо. Может отправим персонал на две/ трети? Те же убытки, что торговать с сетями. И никаких проблем...» А лучше, после паузы он кровожадно усмехнулся - на минималку?» и закатил красные от недосыпа глаза в маленьких очечках… "Зато - никаких рисков".

«У нас за это время отнимут рынок», - возразил начальник отдела продаж. «Эти твари в Череповце только того и ждут»…

«Тогда давайте вспомним, что у нас есть, и что может быть полезно сейчас. Если Майдан…. Тьфу-тьфу-тьфу» - высморкался в голову Директора по контроллингу - Директор по развитию. Давайте запустим акцию: «наши кастрюли можно одевать на голову? Можно, отсюда фасоны, моды, картинки и цвета... оденем на Машу Федункив или Свету Пермякову, есть же наши в шоу-бизнесе...»

«Можно», - согласился Директор по маркетингу: «более того, скажу, что наши кастрюли надежней и красивей наших конкурентов. Но это же тбмля, не эстетично».

«Если будет тбмец, и надо придется топить квартиры паркетом, наши кастрюли можно будет использовать на открытом огне?»
«Базара нет...» согласился директор по маркетингу: «Да там ее хоть в центр пожара поставь — будут тебе щи и солянка без канцерогенов»...

«Эмаль это стекло — оно, сука, и правда безопасно?» напирал Директор по развитию.
«Правда, Господи, век воли не видать», неожиданно вспомнил про акционеров директор по маркетингу…

«Так тбмли ты стонешь?» - голос Директора по развитию вознесся до уровня противопожарной сигнализации: "запускаем маркетинговую акцию: размести в инстаграмме нашу эмалированную кастрюлю на голове с правильным хэштегом и аллилуя..." .

«Слушайте…
так если у нас все так хорошо...» снова вступил в разговор директор по развитию… «что мы сидим в этой в Российской Федерации? Они ни карантина объявить не могут, ни авиа-сообщение отменить, ни эпидемию войсками парализовать… Давайте отделимся от этих импотентов. Типа, мы хотим отделиться от Пермского края… мол, они дебилы, нефтянники и Москво-сосы, а мы — металлурги, хотим присоединиться к Екатеринбургу...»

«а на кой мы сдались этому Екатеринбургу?» подал голос Директор по экономике.

Нам главное — вначале самим отделиться. А к кому-то присоединяться мы потом и сами не захотим… Но к нам сразу присоединятся Чусовой, Горнозаводск... Кизел и Губаху даже уговаривать не придется. Там за 20 лет населения стало в три раза меньше, из избирателей только пенсионеры и наркоманы. Они за любой кипеж, только бы не как прежде… Да к нам и Нижний Тагил из Ебургской области сразу присоединится… лишь бы что-то деловое и кипежное, вместо московской бездарности»

«Что за тбмйня?»
«Это святое, это бизнес план», - при этих словах оживился Директор по экономике: «банки нам деньги не дают? Не дают...» сам на свой вопрос ответил он… «тбмасы? тбмасы» продолжил он свои умозаключения…

«Чтобы нас к тбменям не посадили и не трахнули… надо назвать себя… вторая Обманковская независимая республика. И открыть счета для сбора бабла… Триста лямов по нашему — это 4 американских ляма…. Нам «оттуда» придут гранты — мы их запустим на реконструкцию завода... От Москвы их получить шансов все равно нету, давай натбмем америкосов….»

«То есть, ты предлагаешь указать адрес дурдома, как название политической платформы — это нормально?»
(Деревня "Вторая Обманка" - это адрес Дурдома в Пермском крае - автор)

«Кто знает, что вторая обманка — это наш дурдом? Нам надо получить деньги. Если ОТТУДА поверят, что мы сепаратисты — нам дадут и больше… Там дебилы и дегенераты еще больше чем в Москве. Если мы им гарантируем откаты — тогда получим полноценный ярд… если мы им нарисуем партию независимости центрального Урала, мы спасем свой завод...»

«Проституция...» неуверенно сказал директор по маркетингу.
«С другой стороны», поддержал идею финансовый директор…
«Все в этом мире проституция» - согласился директор по экономике…

«Протокол Общего собрания учредителей Второй Обманковской республики».

Время проведения собрания: пятница 27 марта 2020 года. 18-00
Место проведения: у ворот второй проходной АО «Завод эмалированной посуды».
Присутствовали учредители: Альцгеймер А.А, Маразм М.М., Паркинсон П.П. Склероз С.С.
Председатель собрания: Директор по развитию,
Секретарь собрания: Директор по экономике (избраны единогласно).
ПОВЕСТКА ДНЯ:
Пункт 1. Создание Общественной организации "Вторая Обманковская республика".
Пункты 2 и т.д. Утверждение Устава, Избрание Правления, Председателя Правления, Ревизора, Определение места нахождения Правления, Утверждение эскиза печати, назначение ответственного за ее (печати) изготовление и государственную регистрацию.

Карантин еще не успел начаться, а его последствия уже начали проявляться.

«Нас побьют — а может даже посадят?» - постанывал финансовый директор.
«Кто?» вопросом на вопрос ответил директор по развитию. «Бывал я в Москве, они ушли от нас на полвека вперед. Там парки, небоскребы, дороги — как в сказке. Про нас, про то, что мы живы и существуем, там или не знают — или забыли. И из-за нас они возвращаться в прошлое точно не захотят»…

«Пермь даст добро?»
«А кто ее будет спрашивать? И разве там хоть что-то решают? Там губернаторами по традиции назначают самых исполнительных и бестолковых, чтобы в случае чего — не дай Б-г… Берем из гаражей и сараев лопаты и вилы — и пойдем брать Пермь. Только брать надо с запасом, потому что подтянется очень много желающих навалять тамошним дебилам… Лучше всего идти по железке. Ее сейчас позакрывали, и до центра Перми к нам присоединится сотня тысяч недовольных. Им тоже скучно. Они молчать тоже заетбмлись. И поддержат любой кипеж»…

«Может быть вначале саму Обманку возьмем, и уже оттуда»...
«Я бы сейчас туда не торопился. Если что, в дурдом мы всегда успеем»… продолжал директор по развитию. «В чем суть захвата власти? Совсем не в том, чтобы брать Зимний, банки, почту и телеграф. Это — сказки для лохов и фольклор для малолеток. Власть — там, где ее признают, как силу, как мозг, как решения, которые придется исполнять. Власть там — где здравый смысл и общественный компромисс. Против здравого смысла не выступают. С ним смиряются.

«За дезинфекцию!» - поднял стакан начальник безопасности. «Ура!» присоединились учредители, и директор по развитию продолжал:
«Возьмем для примера — то, что всем понятно. Наш завод. Как перехватить управление таким заводом, как наш?»

«Ха-ха-ха…» - директор снова обрел дар речи: «Ты его хрен перехватишь. Надо созвать собрание акционеров, провести, избрать органы управления, потом выиграть несколько судов, чтобы получить эту власть — от тех, кто с тобой не согласится».

«Это для убогих и бедных…» - директора по развитию было не остановить: «Всякие юридические приблуды придуманы только для того, чтобы отвлекать от настоящих решений. Представь, что твой противник вдруг вообще не захочет с тобой спорить. Вообще не захочет… испарится... зачем тебе тогда нужны процедуры? Только затем, чтобы не заниматься настоящим Делом. Потому что суть захвата - то, что ты станешь делать после. Второй вопрос: как сделать так, чтобы твой противник — сам наплевал на юристов и на процедуры — испарился - и не стал с тобой спорить?»

«Тост...» прервал молчание директор по правовым вопросам: «Ты предлагаешь признать старую систему тупиковой и безнадежной — и ее сбросить, организовав новую систему? Никаких старых геморроев, никаких старых проблем. За обновление!»
"Ура!" - единогласно проголосовали учредители.

«Именно для подобного обновления и требуется создать параллельную систему. Создать ее правильно, по всем правилам. Если мы создаем новый завод, то надо сделать параллельное ему юридическое лицо. Новое лицо. С ясными и адекватными целями, органами управления, грамотными и понятными системами мотивации и стимулирования».

«Второй завод, типа Второй Обманковской, что ли?»
«Получается да… в широком смысле, у нас в стране последние 25 лет все заводы - «обманковские». Не моя идея. Такие "ходы" были использованы еще при Рузвельте, чтобы выйти из кризиса. Тогда оказалось, что старые органы управления страной и экономикой - вообще перестали работать. Тогда кабинет Рузвельта оперся на профсоюзы, на их лидера Хью Лонга и организовал новые, настоящие органы управления предприятиями — при профсоюзах.

После того, как параллельная система создана, публично объявлены ее цели, условия работы с нею — надо создать условия для полного перехода на нее. Если не тупить и не мешать, то через неделю — весь старый имущественный комплекс окажется у тебя в аренде, персонал — в штате новой структуры, договора продаж и закупок — перезаключатся на новом юридическом лице. Не самостоятельно, понятно. Завод - это не юридические процедуры, а куча ответственности, геморроя, люди и деньги. После запуска второй структуры старый завод — быстро станет просто оболочкой. А новым владельцем — станет организатор новой, причем, более справедливой системы».

«Это же вроде как преступление против собственности!» засомневался директор по правовым вопросам. «Но если старые собственники будут удовлетворены, то не станут сопротивляться — тост: За обновление...»

Собрание учредителей перерастало из юридической плоскости — в банальную пьянку. Вроде тех, когда распадались одни государства — и рождались другие… А когда по настоящему серьезные юридические вопросы решались в трезвом сознании?»

«Только представь себе, как просто тебе самому станет работать в новой структуре. Никаких старых грехов, никаких старых шлейфов… защита интересов акционеров? Да в новой системе старые акционеры могут быть защищены на порядок лучше».

«Про завод я уже понял — давай снова про отделение из состава Пермского края», - поднял тост директор по экономике.

Старая «Обманковская» система достала всех — настолько, что даже власти ждут момента, чтобы стбматься с этого корабля. И тут наша Вторая - Новая Обманковская республика, не с какой-то новой, а со старой советской конституцией и со старыми правилами, не испорченными ни олигархами — ни чекистами.
Мы объявляем эксперимент 1991 года хотя бы на небольшой территории Пермского края — законченным, объявляем о выборах в заново создаваемые органы управления….»

Говорят, что алкогольные пары убивают любые вирусы. На какой-то период учредительное собрание Второй Обманковской республики оказалось самым здоровым местом в целой стране.
Ни одна революция не случилась бы, если среди революционеров в нужный момент вдруг оказались жены этих революционеров. Женщины ни одну революцию вообще не начнут. Самая сильная эйфория и самый замечательный план по переустройству Вселенной — разрушаются их прагматизмом.

Это не плохо: насколько было бы лучше всем, если в самые трагические моменты нашей истории — процесс революционного угара и экстаза любых революционеров — успели бы потушить их жены. Ни декабристов — ни коммунистом… Ни одна революция или распад какой-то страны мира — гарантированно не состоялся бы, и случайные исключения только подтверждают правило.

Пока директора страдали от похмелья, худшая половина директора по правовым вопросам стала уничтожать Вторую Обманковскую республику — сильней штатных кремлевских пропаган@онов.

«Все мужики стремятся к власти, только чтобы ни хрена не делать. Чем больше будет их власть, считают они, тем проще (считают они) им будет избавиться от обязательств и ответственности. Не надо прикрываться громкими словами о справедливости и тяготах быта. Мужчины об этом вообще не знают ничего. Если кто-то идет во власть, или призывает к свержению власти — это сразу диагноз. Не врите! Ни другим — ни себе! Власть — это шизофрения, стремишься к ней — все: анамнез и диагноз».

«Мы только до Перми — и сразу назад», - слабо пытался возразить ей более худшая половина. «С пацанами же... — неудобно получается!»

«Знаю я все ваши планы!» уверенно заявила жена. «Обед не съеден, водка не допита, деньги в кармане. Любая контрреволюция уничтожит вас в первом же кабаке».

«Да и кого вы собираетесь свергать?» женская логика перешла на личности: «Путина или Собянина? Они фигуры номинальные, ничего не решают, это все равно, как бунтовать против Безрукова или Меньшикова, просто там актерское амплуа другое — и жанр так себе…

Настоящая власть — это два - три десятка богатых московских семей. Евреи, армяне… и куда без них? Самые влиятельные кланы торгашей и актеров, которые тоже, говоря по правде, ничего не решают, так как там наверху совсем пожилые (хотя местами и адекватные) люди. Почему ты думаешь, не ввели карантин сразу, как в Европе началась полная задница? Потому что эти старики хотели вывезти внуков на каникулы, дочек — на шоппинг», а себя — отсюда подальше.

Их оттуда поперли, но пока они не вернулись — страну даже не попытались прикрыть.

Что бы любая власть из себя не строила, она сама собой выстраивается в группу по интересам и противоречиям. Три-четыре группы по три-четыре человека. И в два раза меньше неприсоединившихся. Такая система позволяет управлять, никого не подпуская даже близко к себе, и не принимая никаких решений.

Там вопрос иерархии, а не какой-то эффективности.

Подобные группы создаются сами собой и неважно: из мужиков или из баб. Все что снаружи — это для тупых и нищих. Если ты что-то хочешь изменить — выходи на них. Но лично ты или мы — им нахрен не нужны. И все, что с тобой там сделают — выпотрошат и повесят твою шкурку на стену. У них о тебе будет только один вопрос: как должен будет выглядеть коврик из твоей шкуры: спинкой вверх — или пузиком.

Вы мужики ничего сделать не сможете, потому во главе любого кипежа должна стоять красивая неглупая женщина или конченый пидар в военном френче с идиотским шарфиком. Куда вы с заводскими етбмальниками — против законов социума?…»
Конец цитаты.

Мы верили, что революция — это мужское дело. Но оказалось что как раз для революции — не хватает бабла на брендовые сапоги, новое платье, итальянскую сумку и кожаный ремень. Революция стала утопать в похмелье и в трясине быта…

За головной болью, похмельными страданиями и парацетомолом вспомнили, какой завод за ними стоит… ан-нет — лежит…

«Карантин — это означает, что народ сидит дома, не шляется по ресторанам, варит дома борщи и кашки», - пустился за свое директор по маркетингу: «Нам нужна реклама нашей посуды со знаковой узнаваемой личностью в колпаке с поварешкой».

«Знаковая узнаваемая личность дешево не продается», - грустно заметил финансовый директор.
«Ну да… там как в борделях», вздохнул директор по развитию: «топовые шлюхи скромному провинциальному заводу будут явно не по карману»…

«Ну надеюсь, что ведра и баки нашему жителю все равно будут нужны… И мы благополучно минем это мрачную полосу нашей жизни...» попробовал призвать всех опохмелиться директор по экономике…. Как вдруг…

«А-а-а-а!… тбмуй тебе!» неожиданно крикнул директор по продажам: «Указ губера… Кажись в стране объявляют полный карантин, с запретом на пересечение границ регионов, с запретом на работу и на выход на улицу»…

«С каких это пор губернатор может объявлять о чрезвычайном военном положении?» - спросил директор по развитию.
«С тех самых, когда вы пробухали два дня и протбмали страну» - мрачно отрезал директор по правовым вопросам: «надо срочно опохмелиться, а не то…»

По Первому каналу стали показывать «Лебединой озеро»...
По второму Магомаев пел «Синюю вечность»…
Шел третий день карантина и похмелья.