Крепкий атеист (Relg102)

Мой дорогой Гнусик!

     Я вижу, ты следишь за чтением своего подопечного и  за  тем,  чтобы  он вращался  в  кругу  своих  друзей-материалистов.  Но мне кажется, ты немного наивен, полагая, что аргументы смогут вырвать его из объятий Врага. Это было бы возможно, живи он несколькими веками раньше.  Тогда  люди  еще  прекрасно умели отличать  доказанное от недоказанного, и уж если что-то доказано, они и верили в это. Тогда еще не теряли связи между мыслью и делом и как-то  могли изменить  свою  жизнь  сообразно  умозаключению. Это мы исправили при помощи еженедельной прессы и других средств. Твой подопечный с младенчества  привык к  тому,  что в его голове кружится одновременно добрая дюжина несовместимых воззрений. Концепции он  воспринимает  прежде  всего  не  как  истинные  или ложные,  а  как  теоретические или практические, устаревшие или современные, банальные или смелые. Самоуверенная тарабарщина,  а  не  аргументы,  поможет тебе  удержать  пациента  вдали  от  церкви.  Не  трать времени на то, чтобы убедить его в истинности материализма:  лучше  внуши  ему,  что  материализм силен или смел, что это философия будущего.

Доводы  неприятны тем, что бой приходится вести на территории Врага. Он ведь тоже умеет убеждать: однако в той пропаганде, какую я  предлагаю  тебе, Он,  как  показывает  наш  многовековой опыт, не идет ни в какое сравнение с нашим отцом. Доказывая, ты  пробуждаешь  разум  подопечного,  а  если  разум проснется,  кто предугадает результат? Даже если при каком-то повороте мысли случится так, что в  выгоде  будем  мы,  ты  затем  обнаружишь,  что  отвлек внимание от потока непосредственных переживаний, плавающих на поверхности, и самым пагубным образом направил его в глубину. Твоя же задача как раз в том, чтобы  приковать  внимание  подопечного  к  постоянно меняющимся чувственным впечатлениям. Учи его называть этот поток "настоящей жизнью" и не позволяй задумываться над тем, что он имеет в виду.

Помни: в отличие от тебя, твой подопечный -- не бесплотный дух. Ты никогда  не  был человеком  (в  этом -- отвратительное преимущество нашего Врага) и потому не можешь  представить  себе,  как  они  порабощены  обыденным.  У   меня   был подопечный, крепкий  атеист,  который занимался иногда в Британском музее. Однажды, когда он читал, я заметил, что его мысли развиваются в опасном  направлении.

Враг  наш,  конечно,  тут  же оказался рядом. Не успел я оглянуться, как моя двадцатилетняя работа начала рушиться. Если бы я потерял голову и  прибегнул к доводам, все пошло бы насмарку. Но я не настолько глуп. Я тотчас сыграл на той струнке моего подопечного, которая больше всего была под моим контролем, и  намекнул,  что  сейчас  самое  время пообедать. Враг, по-видимому, сделал контрвыпад (никогда невозможно точно подслушать, что Он  говорит),  то  есть дал  понять,  что  эти  размышления  важнее обеда. Наверное, так оно и было, потому что, когда я сказал: "Да, это слишком важно, чтобы заниматься этим на голодный желудок", подопечный заметно повеселел. А когда я  добавил:  "Лучше вернуться  сюда  после  обеда  и  тогда подумать как следует", он уже был на полпути к двери. Когда он вышел на улицу, победа была за мной. Я показал ему разносчика газет, выкрикивающего дневные новости, и автобус No 73; и, прежде чем он коснулся подножки автобуса, он уже непоколебимо верил, что, какие  бы странные  вещи  и  мысли  ни приходили в голову, когда уединишься с книгами, здоровая доза "настоящей жизни" (под которой я в нем подразумевал автобус  и разносчика) сразу покажет, что таких вещей "просто нет".

Он знал, что  избежал  опасности,  и  позднее  любил  говорить  о  "том неизъяснимом  чувстве  реальности,  которое  надежно  защитит  от крайностей чистой логики". В настоящее время он  благополучно  пребывает  в  доме  отца нашего.

Улавливаешь,  в чем тут дело? Благодаря процессам, которые мы пустили в ход несколько веков тому назад, людям почти невозможно верить в незнакомое и непривычное -- у них перед глазами всегда есть знакомое и привычное. Набивай до отказа своего подопечного обычностью вещей. Но  не  вздумай  использовать науку  (я  имею  в  виду  науку настоящую) как средство против христианства. 

Наука вынудит его задуматься  над  реальностями,  которых  он  не  может  ни коснуться,  ни  увидеть.  Среди  современных  физиков  есть  печальные  тому примеры. А если уж ему непременно нужно барахтаться в науке, пусть  займется экономикой   или  социологией.  Не  давай  ему  убежать  от  этой  бесценной "действительной жизни". Пусть лучше  совсем  не  видит  научной литературы.

Внуши  ему,  что  все  это он уже знает, а то. что ему удается подхватить из случайных разговоров и случайного чтения,  "достижения  современной  науки". Помни,  ты  там  для  того,  чтобы  его  обманывать.  Судя  по высказываниям некоторых из вас, молодых бесов, можно подумать, что вы поставлены учить их!

     Твой любящий дядя Баламут.

Из книги: "Письма баламута", Письмо первое.

Автор: Клайв Стейплз Льюис