И сказал Люцифер:
– Люди часто не могут предвидеть последствий своих поступков. И из пустой прихоти теряют всё, что имеют.

РОЗЫГРЫШ.

«Exsuperat magis aegrescitque inedendo».
(«От лечения болезнь только усиливается» — лат.)
Вергилий. Энеида.

---

Ведущий (В): У нас есть опять интересный звонок! От Юры из Москвы.

Алло! Да, здравствуйте, Юра!

Молодой мужской голос (М): Здравствуйте!

В: Ну, так, Юра, обрисуйте нам вкратце Вашу ситуацию.

М (смущенно): Ну, вчера у жены на работе была новогодняя вечеринка…

В (перебивая): Да, вечеринка на работе – это святое! Тем более новогодняя. Помню, когда у нас был юбилей нашей радиостанции… О-о-о!.. А у меня потом еще с утра эфир был!.. Это было нечто!

Так что там, Юра, насчет Вашей жены?

М (так же смущенно): Да. Так вот и она тоже… Несколько перебрала. И, короче, приехала домой очень поздно и совсем пьяная. То есть ее просто привезли.

В (укоризненно): Ай-яй-яй!.. Как нехорошо! Надо все-таки стараться… (смеется). Но Вы, надеюсь, Юра, объяснили ей, что это нехорошо? Высказали свое фэ?

М (пытаясь говорить шутливо): Высказал, конечно! Но я думаю, что этого недостаточно и хочу, чтобы этот случай ей запомнился навсегда. Поэтому позвоните и разыграйте ее.

Она говорит, что не помнит ничего, что с ней вчера было. Вот пусть подёргается! Она вообще-то почти не пьет…

Вчера вот только…

В (игриво): А-га!.. Понятно-понятно! Какая пикантная ситуация! Дама не помнит, что с ней вчера было. О-очень интересно!.. Но тогда, Юра, мне нужна от Вас какая-нибудь интимная деталь ее туалета. Например, какой на ней вчера был лифчик?

М (колеблясь, совсем смущенно): Ну… обычный…

В (нетерпеливо): Цвет, цвет какой!?

М (так же колеблясь): Красный, кажется… Да, красный…

В (внушительно): Точно красный?

М: Да… Да, точно.

В (оживленно): Очень хорошо! Итак, как зовут Вашу жену?

М: Людмила.

В (хохотнув): А Вас – Руслан? Шучу, шучу! Она сейчас дома?

М: Да, конечно.

В: Хорошо. Звоним.

<Паузы. Потом слышны длинные гудки.>

Молодой женский голос (Ж): Алло!

В (жеманно): При-ивет!

Ж (удивленно-настороженно): Здравствуйте.

В (тем же тоном): Чего, не узна-аёшь?

Ж (неуверенно-обеспокоенно): Н-нет…

В: Ну, вот! А какие вчера были клятвы, обещания!.. И всего-то один день прошел!.. (снова жеманным, капризным тоном): Я уже соску-учился…

Ж (с растущим беспокойством): Простите, с кем я разговариваю?

В (тем же тоном): Ну, Люд, ну, ты что? Ты что, действительно меня не узнаешь?

Ж (уже с явной тревогой, которой она пытается придать оттенок удивленной шутливости): Нет…

В (тоже с шутливым удивлением): Ну, ты даешь, Люд! Ты что, не помнишь, что у нас вчера было?

Ж (в очевидной панике, которую она изо всех сил пытается скрыть): У кого «у нас»? Вы меня, наверное, с кем-то путаете.

В (иронически-развязно): Ну, если это не на тебе вчера был такой сексуальный красный лифчик, то, может, и путаю!

Ж (в ужасе молчит).

В (тем же тоном): Ну, ладно, солнышко, пошутили и будет! Людочка, кисонька, я уже соскучился!.. Я уже опять хочу… Когда мы теперь опять встретимся?

Ж (запинаясь): Послушайте!.. Я вчера… Я, честно говоря, плохо помню, что вчера было… Но!.. Вы что, хотите сказать?!..

В (развязно): О!.. Ты что, совсем ничего не помнишь?

Ж (совершенно убитым тоном): Н-н-не-ет…

В (так же развязно): И часто ты так напиваешься? Что с тобой что угодно делать можно, а ты даже не помнишь ничего?

Ж (от полной растерянности говорит глупости): Вы что, сексуальный извращенец?

В (несколько удивленно): Причем здесь извращенец?

Ж (пытаясь говорить шутливо): Ну, занимаетесь этим с совершенно пьяной женщиной, которая ничего не понимает!

В (ехидно): Чем, «этим»? Так значит, Людочка, ты всё же кое-что помнишь?

Ж (в сильном волнении): Ничего я не помню! И вообще, Вы что-то путаете! Я Вас не понимаю!

В (так же ехидно): Да-а?.. Не понимаешь? А откуда же я мог про лифчик узнать? Он у тебя разве не красный вчера был?

Ж (истерически, срываясь на крик): Не знаю я ничего!! Значит, Вы воспользовались моим положением! Не знаю!!

В (с сомнением): Я тоже не знаю… Выглядела ты, по крайней мере, вчера вполне адекватно. Даже телефончик мне свой дала! Иначе откуда бы я его узнал?

Ж (собравшись, жестким, решительным тоном): В общем, не знаю, откуда Вы взяли мой телефон и узнали мое имя,.. но прошу Вас больше сюда не звонить!

В (насмешливо): А лифчик?

Ж (раздраженно): Что лифчик?

В (так же насмешливо): Про лифчик я откуда узнал?

Ж (твердо): Я не знаю, о чем Вы говорите! (после небольшой паузы): Я вообще не ношу красных лифчиков!

В (совсем насмешливо): Да-а-а?.. Ну, значит, я дальтоник!

Ж (жёстко, давая понять, что разговор закончен): Возможно. Это Ваши проблемы.

В (тем же насмешливым тоном): Да нет, дорогуша, не только мои! Твои тоже.

Ж (по-прежнему жёстко и решительно): Я повторяю: я не знаю, о чем Вы говорите! И знать не хочу. Всего хорошего!

В (издевательски): А кассета?

Ж (после длительной паузы, тихо): Какая еще кассета?

В (прежним тоном): Как какая? Та самая. Где все на видео записано. От и до. Ты там такая веселая и счастливая! Так тебе хорошо!.. Ну, никогда не скажешь, что ты ничего не помнишь и не понимаешь!

Ж (после еще более длинной паузы, с тихой ненавистью): Ты негодяй, подлец! Что тебе от меня надо! Ты шантажировать меня, что ли, вздумал?

В (обиженно): Ну, Людочка, ну зачем ты так?! Я тебе позвонил,.. с самыми добрыми чувствами,.. хотел спросить, как ты себя чувствуешь, о встрече договориться!.. ты мне вчера так понравилась, это вообще был полный улёт! ты сказочная женщина! просто чудо! – а ты на меня так набросилась! «Не знаю!.. не помню!.. не звони!.. Негодяй!.. Подлец!..» Ну, что ты, в самом деле? Чего я тебе плохого сделал?!

Всё у нас было вчера по взаимному согласию и ко взаимному удовольствию, уверяю тебя! Иначе бы я вообще не стал к тебе приставать! Что я, действительно, маньяк, что ли, какой? И тебе вчера очень понравилось!.. Ну? Людочка?..

Ж (спокойнее): Послушай… Извини, как тебя зовут?

В (хмыкнув): Коля.

Ж: Послушай, Коль, отдай мне, пожалуйста, эту кассету! Я действительно не помню, что там со мной вчера было, я вообще-то не пью… Но даже если чего-то и было… – давай это просто забудем, и всё! Я не такая совсем. У меня семья, муж, которого я очень люблю. Это было вчера просто какое-то недоразумение. Это будет мне теперь уроком на будущее.

В (опять чуть обиженно): Ну, хорошо… (торопливо): Подожди, ко мне тут пришли, я тебе перезвоню через минуту!

<Вешает трубку.>

(мужу): Ну, что, Юра? Продолжаем? Перезванивать твоей жене? Или на этом и остановимся?

Ты знаешь, по правилам нашего секс-шоу перед заключительным этапом я это всегда спрашиваю.

М (чувствуется, что он в полном шоке): А о чем Вы собираетесь говорить с ней дальше?

В (с усмешкой): Как обычно! Я буду договариваться с ней сейчас о встрече.

М (так же потерянно): Как «о встрече»?

В (с веселым недоумением): Ну, ты даешь, Юр!.. Ты что, никогда нашу передачу не слышал? У нас же секс-шоу! Секс! Буду раскручивать ее дальше.

М (в явной растерянности): И как обычно? Соглашаются?.. На встречу?..

В (решительно): Юра! У нас прямой эфир! Да-нет? Будем продолжать или не будем? Продолжаем?

М: А-а… Э-э… (с отчаянной решимостью): Продолжаем!

В (весело): Продолжаем? Отлично! Итак, опять звоним Людмиле…

<Пауза, потом слышны длинные гудки.>

Ж: Алло!

В: Да, это я опять. Так на чем мы остановились?

Ж (чуть-чуть шутливо): Ты обещал мне вернуть мою кассету.

В (тоже шутливо): Ну-ну-ну, Людочка!.. Зачем обманывать? Ничего я тебе пока не обещал.

Ж (более напряженно): Так ты мне не вернешь?

В (успокаивающе): Верну, верну! Конечно, верну! Давай встретимся, и я тебе ее верну.

Ж (после паузы): Где?

В (удивленным тоном): У меня, конечно! Хочешь, приезжай прямо сейчас, я тебе адрес продиктую.

Ж (опять после паузы): Нет, давай, где-нибудь в другом месте.

В (убедительно): Люда! Ты мне вчера очень понравилась! Правда! Очень! Я хочу с тобой еще раз встретиться. Всего один раз! Я отдам тебе потом кассету – и всё. Мы навсегда расстанемся, и я тебя больше никогда не побеспокою. Обещаю тебе!

Ж (твердо): Нет!

В (так же убедительно): Люда! Ну, не глупи! Не будь дурой! Ну, всё же всё равно уже было! А раз или два – значения не имеет. И на этом всё и закончится. И никто никогда об этом не узнает. Клянусь тебе!

В конце концов мы же оба виноваты в том, что вчера случилось. Твоя вина тут тоже есть…

(нежно): В том, что ты такая красивая и сексуальная! Иначе бы я и не настаивал. Даже в песне поётся: «Потому что нельзя быть красивой такой!» Видишь! «Нельзя!» Это преступление! Быть такой красивой.

Так что ничего удивительного, что я к тебе так пристаю! Было бы удивительно, если бы не приставал!..

Да и не узнает ведь никто никогда!.. Обещаю тебе. Клянусь!!

Ж (со смешком): Ты прямо змей-искуситель! Понятно теперь, почему я вчера … Ты опасный человек!

В (радостно): Ну вот, Людочка, наконец-то хоть смеяться начала! А то всё сердится, всё фыркает да фыркает!.. Давай, приезжай, быстрей! А то я уже не могу! У меня тут шампусик есть!..

Ж (с шутливым негодованием): Ну, уж нет! Хватит с меня шампусиков!

В (смиренно): Ну, нет, так нет! Как скажешь. И кстати, Люд, еще один вопрос.

Ж (мгновенно насторожившись): Что еще?

В (вкрадчиво): Тут у меня приятель был… И видел эту кассету…

Ж (ледяным тоном): Та-ак!.. Это ты мне не говорил.

В (негромко и убедительно): Ты послушай! Ты ему так понравилась, что он готов за одну только встречу с тобой заплатить 10 тысяч долларов!

Ж (совершенно пораженно): Ты что?.. Мною уже торговать начал?

В (прежним тоном): Людочка! Ты очень красивая женщина! Очень! И то, что он предлагает такие деньги – лучшее тому подтверждение. Ну, подумай сама! Только спокойно. «Продавать!.. торговать!..» – всё это слова! А 10 тысяч долларов – это 10 тысяч долларов.

Ты ж не его знаешь, не меня. Ну, не всё ли тебе равно, кто будет? Но со мной – даром, а с ним – за 10 штук зелени! Я вообще мог бы просто его вместо себя послать, ты бы ничего и не заподозрила. А все деньги себе забрать. Но я же хочу по-честному! Пополам. Семь тысяч мне, три тебе.

Ж (с негодованием, смешанным с удивлением): Почему это мне только три тысячи!?

В (тоже удивленно): А сколько же? Целых три тысячи за час! Это что, мало?!

Ж (возмущенно): А почему это тебе 7, а мне только 3!? Тебе-то за что?!

В (примирительно): Ладно, Люд, приезжай, и мы все обсудим. Возьми ручку и записывай.

Ж (опомнившись): Подожди! Я еще вообще ни на что не согласилась!

В (развязно): Да, ладно, перестань! Приезжай и поговорим. Не договоримся – ну, со мной трахнешься. Задаром. Кассету-то тебе всё равно надо как-то забирать. Давай, записывай адрес.

Ж (после паузы): Подожди, я ручку сейчас возьму… Ну, диктуй!

В (вкрадчиво): А адрес мой… (громко и торжествующе): Секс-шоу «Розыгрыш»!!! Поздравляю Вас! Вы в прямом эфире! Людочка, Вас разыграли! Вот Ваш муж Юра скажет пару слов Вам сейчас!

М (деревянным голосом): Да, привет, это я.

Ж (со злостью, чуть не плача): Ты идиот!! (Швыряет трубку. Слышны гудки отбоя.)

В (бодро): Ладно, дорогие радиослушатели! Это было секс-шоу «Розыгрыш». Юра с Людой сами между собой разберутся, а наше время на сегодня истекло, и я с вами прощаюсь до завтра. Всё! Пока. Берегите себя! Прорвёмся обязательно! Чао!!

---

И спросил у Люцифера Его Сын:
– Помирятся ли между собой тот мужчина и та женщина? Простят ли они друг друга?

И ответил Люцифер Своему Сыну:
– Мужчина простит, а женщина нет. И она отомстит ему, по-своему, по-женски…