Лев Щаранский: Какафобия - это болезнь

Свобода лучше несвободы наличием свободы. Свободное общество регулируется невидимой рукой рынка, биржевыми сводками с Уолл-Стрит, майнингом биткоинов и паром вейпов, а также мерчендайзерами, маклерами и брокерами, работающими в опенспейсах. Советские шарашки-НИИ давно вытеснены коворкингами в антикафе и лофтах, где креативная молодежь устраивает чтения Адама Смита, рисует Черный квадрат, лепит картины говном и организует дико модные арт-перфомансы по сценариями режиссера Кирилла Серебренникова. Что повышает общий интеллектуальный уровень по сравнению с совковым застоем. 3D-принтеры неустанно печатают свежие версии айфонов и айпадов, позволив Apple выйти на стоимость тридцати Газпромов. Илон Макс придумывает новые способы добраться до Марса в следующем году, используя больше спецэффектов в демонстрационных роликах. Венчурные инвесторы готовы вкладываться в хай-тек стартапы, ежедневно придумываемые ловцами покемонов на гироскутерах. Паэло Мураками почти закончил новый рассказ про суши и капоэйру.



Гей-парады шагают по планете. Во всех цивилизованных государствах ЛГБТ-активисты получили заслуженный почет и уважение, а отказ регистрировать гей-браки священниками уже приравнен к уголовным преступлениям в наиболее продвинутых странах. В детских садах детей учат, что два папы или два мамы это нормально, рассказывают о преимуществах таких пар перед обычными гомофобскими партнерами, а также наглядно показывают уроки полового воспитания для юных геев. Набирает практика извлечения детей из семей, подозреваемых в гомофобии, и передача их на воспитание гомосексуальным партнерам. Что, безусловно, повышает градус толерантности и мультикультурности, обеспечивая евроатлантические ценности и идеалы в цивилизованных обществах. К которым недавно присоединилась и вильная Украина, проведя у себя мощный гей-парад с падением покровов и оковов тысячелетнего русского рабства. И заставило ряд евроактивистов Майдана выйти из шкафа. Как например известного военного эксперта и политбеженца Реггимортиса, признавшегося в плавающей гендерной роли.

Казалось бы, радоваться, что радужные ценности вытесняют консервативный совок, однако не все так однозначно. Да, ЛГБТ-публика получила свою долю аплодисментов, дополнительных прав и возможность засадить любого гомофоба за решетку, но что делать с другой категорией граждан, остающейся на обочине цивилизации? Я говорю о чадосластцах, которые, стыдно сказать, даже на цивилизованном Западе остаются парией, вынужденные страдать от несправедливых упреков общества. А ведь слезинка ребенка является ключевым компонентом любой стратегии защиты прав человека от диктаторских режимов. Слава Боннэр, благоразумие восторжествовало, и в приличных странах начали понимать, что чадосластцы такие же страдальцы, каким были геи в свое время. Они просто хотят, чтобы их любили.

Даже начали появляться политические партии чадосластцев, куда, надеюсь, в ближайшее время вступит большое количество депутатов Европарламента. Появился и позитивный образ современного чадосластца-правозащитника – джихадиста из ИГИЛ или Ан-Нусры. Который героически борется с путинским режимом, путем позитивной люстрации маленьких сирийских девочек или мальчиков. Чтобы они не выросли и не боролись против свободных людей, которые всего лишь режут головы неверным. Конечно, бывают перегибы, и бывшие борцы за свободу, проникшие в Европу, начинают по привычке насиловать местных детей бюргеров. Но европейцы быстро разобрались, что это не со зла, и просто дают условные сроки даже за убийства малолетних. Ведь те сами провоцировали беженцев-чадосластцев, отказываясь от ношения паранджи.

С геями теперь все хорошо, по чадосластцам наметился позитивной сдвиг, а как же с другими нетрадиционными течениями? Ведь в либеральном и демократическом обществе должен цениться и уважаться любой вид самовыражения независимо от сексуальной ориентации и одного из 23-х полов человека, трансгендера, феменобучлесбиянки или пансексуала-вейпоскутериста с нечеткой гендерной ролью. И сегодня я хотел бы сказать пару слов в защиту какасластцев. Ведь о слезинке каждой крошки Щаранский думает в «Матрешке». Широкой общественности прежде всего знакомы художники и поэты говном как Марат Гельман и Андрей Макаревич. Ну а как же безвестные посетители Жан-Жака, лофта «Абажур» или антикафе «Рюмка вейпа на столе», где какасластец даже не может покрутить спиннер из говна, не вызвав осуждающий взгляд того же дурналиста Тихона Дзядко. А ведь по сути сам Тихон кормит говном своих слушателей с эфиров телеканала Дождь или радиостанции «Голос Америки».

Какасластцы – такие же обычные люди как геи или чадосластцы и заслуживают уважения своих прав. Почему гендерквиры могут проводить гей-парад, а какасластцы не могут открыто назвать говнопарадом «Марш миллионов»? Нужно сбрасывать с себя оковы тоталитарного общества и ханжескую мораль, и позволить вещам называться своими именами. В конце концов позвольте модному лойеру Марку Фейгину выйти из шкафа и официально именоваться какасластцем, как и другим властителям либеральных дум наподобие блоггера Сталингулага. Общество должно понять, что какасластцы очень страдают от отсутствия в меню ресторанов или кафе митболов из говна. И если их еще нет в “Жан-Жаке”, «Гейлофте» или” Абажуре” то становится совестливо и гадливо на душе. Или от того, что должны подпольно у барыг на Горбушке (AppeJesus) доставать жижу из элитных сортов говна лос-анджелесских геев. Хватит это терпеть! Ведь жить надо не по лжи. Какасластец тоже человек! За вашу и нашу свободу. Не все гею масленица. Я требую уважать права сексуальных меньшинств. Мы здесь власть! Так победим!

С уважением, Лев Щаранский.