"Мы хотим вымирать и нищать или размножаться и богатеть?"

Институт Юрия Крупнова предлагает выплачивать многодетным семьям по 100 тысяч рублей, но за чей счет?

Сразу два предложения по стимулированию в семьях многодетности поступило накануне. Минвостокразвития России предложило выделять многодетным семьям 300 га земли в Приморском крае, а институт демографии, миграции и регионального развития Юрия Крупнова направил президенту России концепцию закона "О статусе многодетных семей". Директор института Юрий Крупнов предлагает ввести ежемесячные денежные выплаты, в зависимости от количества детей в семье: 25 тысяч рублей — семьям с тремя-четырьмя детьми, 45 тысяч — с пятью-семью и 100 тысяч рублей для семей, у которых восемь и более детей. Средства на это предлагает получить от налога на малодетные и бездетные семьи. Последнее предложение восприняли как повод ввести очередной побор с населения. Директор институт демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов в интервью Накануне.RU рассказал, что на самом деле он имел в виду, когда составлял свою концепцию

Вопрос: Предложение, которое Вы направили президенту, это законопроект, текст закона, что это?

Юрий Крупнов: Я направлял не проект закона, а концепцию, это то, что еще предстоит оформить в виде закона, в виде статей и положений.

Вопрос: В чем суть вашего предложения, можете разъяснить?

Юрий Крупнов: В России существует система принудительной малодетности, как мне кажется, это и есть основная проблема нашей демографии, ведь колоссальная территория, демографические катастрофы XX века, и требование быть конкурентноспособными на фоне ведущих цивилизаций мира, диктуют нам необходимость как минимум не снижать количество нашего населения. Однако фиксируемый коэффициент рождаемости очень небольшой, полномасштабного воспроизводства населения в стране просто не происходит. При этом даже если представить, что в результате всех мер стимулирования рождаемости коэффициент станет 1,8, то естественная убыль населения все равно не будет восполняться, и если такая ситуация будет длиться и до конца столетия, то Россия просто потеряет половину населения. Территорию в одну седьмую часть суши таким количеством людей удержать нельзя. Отдельной проблемой сразу станет и этносостав оставшегося населения. В этой связи единственно возможный путь, пусть и крайне трудный, полуфантастический и идущий наперекор всем современным трендам потребительского общества – многодетность.

Если у нас к 40-му году этого века у половины семей не будет трех и более детей, то количество населения будет снижаться и мы будем вымирать.

Вопрос: Из того, как подан ваш проект в СМИ, есть ощущение, что оплатить спасение страны от вымирания придется малодетным и бездетным гражданам

Юрий Крупнов: Дело не в перераспределении от малодетных к многодетным. Хотя, в конечном счете, эта ситуация перераспределения все-таки будет существовать. Оно просто так или иначе будет существовать или в виде налога на бездетность и малодетность, или в том, что многодетные будут получать определенные льготы и субсидии. Потому что стимулирование многодетности остается фундаментальной основой нашей концепции. Да, нам нужно значительно больше многодетных семей и поскольку подавляющее число семей малодетные, то они и будут спонсорами многодетности. Но проблема тут не в налоге на бездетность, потому что это всего лишь один из десятков инструментов, проблема в том, что либо такое перераспределение состоится, либо страна вымрет. Это вопрос политический и даже геополитический. Я бы сравнил этот момент с 22-м июня 1941 года. Тогда тоже стоял вопрос у некоторых, жертвовать людьми, воевать в смертельных боях или дождаться оккупации в надежде на баварское пиво? В Великой Отечественной войне людей посылали на фронт, люди погибали, умирали за нас и, можно сказать, строили так наше с вами будущее.

Вопрос: Есть ощущение, что уговорить государство двигаться в направлении развития, заинтересовать его каким-то проектом развития, например, стимулировать рождаемость рублем, можно, только если прямо указать ему, где взять на это деньги. Желательно, чтобы способ был максимально прост и понятен. Это так? Новый налог как раз такой способ?

Юрий Крупнов: Не совсем так. Если мы продолжим проводить аналогию с Великой Отечественной войной и вообще с войной, то можно сказать, что перспектива вымирания страны, перспектива потери половины населения в каком-то смысле ничем не отличается от перспективы потерять полстраны под обломками и в бомбежках. Так, по аналогии с военной экономикой, мы предлагаем ввести демографическую экономику. Тут вопрос не в том, кто кого объест, кто у кого какой кусок заберет.

Когда страна производит пушки для войны, кто-то может сказать, что таким образом оно отбирает сливочное масло у населения, но можно не производить пушки, и тогда просто позволить себя захватить. Точно также вопрос сейчас стоит и в демографии.

При этом у нас наблюдается искаженное восприятие действительности на уровне нации, вопрос абсолютных приоритетов и ценностей мы ставим в зависимость от существующей модели экономики. Да, мы видим, что существующая модель экономики даже то, что есть сейчас удержать толком не может. У нас нулевой рост. При этом мы полностью зависим от экспорта углеводороводов. И да, именно на этом фоне мы еще и предлагаем многодетным семьям оказывать серьезную финансовую поддержку - отдавать им большой кусок от общего пирога. Но, может быть, просто пора уже выйти из положения заложника бесперспективной экономики, заложника тех, кто умеет реализовывать только существующий сейчас вариант экономики? Вот, пожалуйста, есть проектная экономика развития, о которой уже говорят очень многие академики, специалисты. Это экономика, которая предлагает совершенно другие масштабы экономического роста. Был такой товарищ по фамилии Сталин, он за 10 лет до начала войны сказал, что страна отстала на 100 лет, и если не пробежать за 10 лет это расстояние, то нас сомнут. Как известно, ошибся Сталин всего-то на несколько месяцев. При этом, при нем проценты роста экономики по отдельным отраслям достигали 30-40%. Мы предлагаем, в интересах выживания нации сделать другую экономику, а не страну и ее население приспосабливать под ту экономику, которая есть.

Вопрос: Если все же спуститься с глобального уровня на уровень простого человека, как объяснить ему, что демографический подъем должен обеспечивать именно он, из своего кармана. Ради чего? Тут, наверное, должен прозвучать какой-то мобилизационный призыв, может быть, похожий на то, что Вы говорите, но ведь вполне вероятно, что будет просто введен еще один побор. Вся новая демографическая политика закончится, как это часто бывало, полумерой, а не комплексом мер, сопровождающимся информационной и идеологической поддержкой. Отдайте, мол, свои деньги, чтобы другие заводили детей, либо сами заводите и живите на 50 тысяч всемером.

Юрий Крупнов: Комплекс мер все-таки предполагается. Если мы говорим про пять-семь детей, то в нашей концепции предполагается выплачивать 100 тысяч рублей в месяц. Но вы задаете вопрос, которые надо ставить в тот же контекст, что был 22 июня. Вы понимаете?

Вопрос: Но без мобилизационного призыва в духе сталинского "братья и сестры" или черчиллевского "не могу предложить ничего, кроме крови, тяжелого труда, слез и пота" это не будет похоже на 22-е июня, разве нет?

Юрий Крупнов: Во-первых, в конечном итоге, именно государство будет принимать закон, поэтому все-таки речь идет о государственной политике. Второй момент, вопрос не о том, чтобы буквально сегодня ввести какой-то налог, сразу начать перераспределять. Конечно, вопрос и о колоссальной идеологической работе в стране. В третьих, необходимо повышать статус многодетных семей. 80% проблем – это повестка на госканалах, которые должны на государственные деньги вести несколько иную политику информационную. Народ действительно должен осознать, что ситуация критическая, она сравнимая с 22 июня, только еще более сложная, потому что, когда враг переходит границу и стреляет, всем понятно о чем речь, а когда нация просто медленно вымирает, кажется, что все самое страшное случится еще не скоро и будет не больно.

Вопрос: С другой стороны, допустим, все, что вы говорите, сделано, регулярно идут выплаты многодетным семьям, но остаются ювенальные институты. Ювенальная система даже от родителя одного ребенка требует многого, а если детей в семье пять или семь, то человек автоматически поставлен в условия, когда он что-то да будет нарушать, разве нет?

Юрий Крупнов: Я еще раз предлагаю посмотреть на вопрос через призму демографической политики, я бы даже сказал геополитики. Выживает только тот, у кого пять-семь сотен миллионов населения. Лучше - миллиард. Это суть вопроса. Математика тут такая же, как на войне, с ее пушками, автоматами и танками.

Да, нашу дурацкую ювенальную систему, уже частично внедрившуюся, надо менять, но если говорить по существу, то требуется комплексное изменение подхода государства к детству.

Очевидно же, что все эти ювенальные штучки, на самом деле, являются инструментом, с помощью которого замазывают пустоту, компенсируют снижение содержательного внимания к детству, например, создания инфраструктуры бесплатного дополнительного и базового образование. Вторгаясь в семью, государство просто изображает, что переживает о состоянии детей, но при этом оно же оптимизирует систему образования, делает детские кружки платными и занимается другими подобными вещами.

Государству тут надо просто вправлять мозги. Надо прижать государство к стенке и, наконец, добиться от него ответа на вопрос: что ты хочешь в этом направлении, какая у тебя политика? Разбить всю инфраструктуру детства, а чтобы скрыть это, завести на каждую семью по одному соцработнику, который будет ежедневно наблюдать за каждым родителем, или все-таки создать бесплатные кружки мирового качества? Решись уже!

Вопрос: Таким образом, если посчитать все, что потребуется для запуска новой демографической политики: медиаподдержка, поддержка финансовая, допустим, в том размере, в котором вы обозначили, а также бесплатное образование и детские кружки, возникает вопрос, где взять деньги? Это все должны оплатить малодетные семьи?

Юрий Крупнов: Вы предлагаете ложный выбор. Как страна мы просто должны зарабатывать в три-четыре раза больше. Да, для этого нужна новая экономика. С нашей экономикой мы просто не сохраним уже и то, что имеем, будет продолжаться ухудшаться качество жизни, в итоге мы станем страной третьего мира. Опять же, надо просто определиться: вымирать и нищать или размножаться и богатеть. Да, доход и количество детей в семье не противоречат друг другу – это ложная дихотомия. Меньше есть и меньше развиваться приходится, как раз не потому, что много детей, а потому что детей мало.

Вопрос: Вы имеете в виду¸ что чем больше людей, тем богаче страна, так?

Юрий Крупнов: Да, и это фундаментальный момент. Все ведущие мировые экономисты в качестве основного источника глобального кризиса обозначают, что в развитых странах просто снижается рождаемость и не хватает рабочих рук. Количество иждивенцев растет, а количество работающих уменьшается. Поэтому большее количество работников – универсальный способ дать импульс к новому развитию. Ну, а кроме того, это еще и стимулирование спроса на товары, потому что все работающие что-то да покупают.