Путин принял митрополита старообрядцев Корнилия. У РПЦ больше нет монополии на православие?

Президент РФ Владимир Путин 16 марта встретился с предстоятелем Русской православной старообрядческой церкви (РПСЦ) митрополитом московским и всея Руси Корнилием (Титовым). Предстоятель российского старообрядчества поблагодарил главу государства "за внимание к нуждам Церкви" и содействие в проведении международной конференции представителей мирового старообрядчества.

"Думаю, что наша сегодняшняя встреча имеет поистине историческое значение - глава государства впервые за последние 350 лет официально принимает предстоятеля православной старообрядческой церкви", - передает слова митрополита Корнилия официальный сайт РПСЦ.

 

Сами старообрядцы считают, что именно их церковный институт – истинно-православный, а РПЦ они называют нововерцами или никонианами. Доктор исторических наук, профессор МПГУ Александр Пыжиков в беседе с Накануне.RU напоминает, что и сам Владимир Путин такого "старообрядческого" происхождения.

Вопрос: Чем было старообрядчество для России и почему оно не едино с РПЦ сейчас?

Александр Пыжиков: Старообрядческая – это коренная церковь, которая идет "изнутри", из народных глубин, собственно, она и есть главная церковь России. РПЦ – побочная ветвь православия – я имею в виду никонианство, как его в простонародье называют. Эта ветвь была сконструирована малороссийскими выходцами католической закваски. Их десант высадился в царствие Алексея Михайловича Романова, и они взяли в свои руки всю церковную политику. При них она подразумевала уничтожение коренной церкви, избавление от "варваров", с их точки зрения "неполноценных", и насаждение униатских моделей, на которых они были воспитаны. То есть, изначально это адаптированное униатство – механизм для продвижения католицизма. И элита начала жить по этим церковным образцам.

 

 

Вопрос:А что это означало?

Александр Пыжиков: Означало это то, что государственный пост – какой угодно – могли занимать только те, кто исповедуют никонианство. Собственно, так элита и была создана по никонианскому покрою. В этом и был закон, не принятый основной массой населения, привнесенный кучкой "оккупантов". По сути, они сделали то, что не смогли сделать две Отечественные войны. И примечательно, что все же любой колониальный режим держит дистанцию по отношению к "туземцам", а здесь "ноу-хау" украино-польской элиты заключалось в том, что эту дистанцию просто уничтожили – не "мы сюда приехали", а "мы и есть коренные, мы олицетворяем исторический и духовный путь России". А Россия, с их точки зрения, началась с Киева. Это не просто идеологическая диверсия – этому слов не подобрать. И наше население является жертвой этой диверсии, которую провели настолько искусно, что мы даже не понимаем, что мы жертвы. Это высший пилотаж. У нас население со стертой памятью.

Вопрос:Чем это чревато?

Александр Пыжиков: Если население страны лишено памяти и не понимает, кто оно и откуда, то с такой страной ничего хорошего произойти не может. Не будет никакого прогресса, улучшения жизни – это все невозможно, потому что на стране как будто лежит проклятье. Нужно осознать то состояние, в котором мы находимся, и только тогда мы снимем с себя это проклятье, тогда можно надеяться, что улучшения будут.

 

 

Вопрос: Исторически чем была никонианская церковь?

Александр Пыжиков: Никонианское государство, никонианская церковь – это колониальный режим фактически для всех народов, которые проживают в России. И так было до 1917 г. – когда случилось освобождение от этого режима. Но, к сожалению, этот режим не был выкорчеван окончательно, как произошло в Китае, где маньчжурская династия не может восстановиться уже никогда, там точка поставлена. Здесь же страницу не перевернули, точку не поставили. Украинизированная публика всегда лезет во власть, особенно со времен Брежнева, когда произошла украинизация партийной советской верхушки. И это закончилось катастрофой – распадом СССР. 

 

 

Вопрос:В Китае поступили еще жестче с династией?

Александр Пыжиков: В Китае этих маньчжуров никто не убивал, надо сказать, там вопрос решили по-другому. Просто сформировали для них четкие рамки - вследствие того, что эти маньчжуры 300 лет грабили и убивали всех предков китайских народов, то к ним сформировано определенное отношение.

Ни один маньчжур не может занимать никакой государственной должности. Вообще. Это даже не обсуждается.

Представители маньчжурской династии, а она там большая, не могут публично поднять голову. Они могут посещать Китай, если там не живут, но исключительно в частном порядке, а не как у нас, когда встречают Романовых публично хлебом-солью. Так Китай перевернул эту страницу. А у нас что творится? Некоторые украинизированные депутаты Госдумы ходят с иконами Николая II.

 

 

Вопрос: И что  же можно сделать сейчас на государственном уровне?

Александр Пыжиков: Мы должны дать четкую оценку и церковному этапу, и романовской династии, которая правила 300 лет. Могут сказать, что я призываю поставить под сомнение существование РПЦ сейчас – да ни в коем случае! Никонианская церковь имеет полное право на существование в России, и никаких вопросов здесь быть не может. Только существование ее должно быть ограничено исторической территорией, где ее корни были сильны – а это Украина, там ее позиции стопроцентны. А если Россия – то это черноземные районы, которые прилегают к тем краям. Когда Сталин восстановил церковь, то 13 тыс. приходов образовалось в СССР в 1947 г. – нужно посмотреть на их географию, и все станет понятно: около 9 тыс. – на Украине, около 500 – в Молдавии и Белоруссии. Итого примерно 10 тыс., а из 3 тыс., которые приходились на другие республики, – 1,5 тыс. располагались в южных регионах и прилегающих к Украине областях, и на всю оставшуюся территорию было только 1,5 тыс. приходов. Вот это реальная конфессиональная карта нашей страны, ее и надо придерживаться.

 

 

Вопрос: Какую роль играли старообрядцы в истории России?

Александр Пыжиков: Никонианская элита "романовского пошиба" является военно-земельной, это очень важно понимать. Генералитет, офицерство и помещики – являются сферой их материальных интересов. Карьера – это военная служба, это суть романовского режима, романовской монархии. Это украино-польских дух. Поэтому примечательно то, что Украина и Польша (Речь Посполитая) всегда были абсолютно сельскими странами и воинственными, естественно. Землю возделывать и воевать – дальше интересы не идут.

Им просто чужд индустриальный дух. И вся дворянско-аристократическая элита, церковь, которые сюда внедрились – они с такими же "родимыми пятнами" – на дух не переносят прогресс, индустрию.

 

 

Вопрос: Как же шло промышленное развитие Российской Империи? Вопреки?

Александр Пыжиков:Развитие шло из народных масс. Когда Екатерина II разрешила крестьянам заниматься предпринимательской деятельностью – тогда стали возникать предприятия, купечество, развивалась торговля. То есть, становление промышленности пошло из купеческо-крестьянской прослойки, которая была народная по своей сути. Она формировалась вне дворянской аристократии. Поэтому вся промышленность России стояла на старообрядцах. Плюс, конечно, иностранный капитал. Стенают, что в дореволюционной России иностранный капитал присутствовал – если бы не присутствовал, то и не было бы никакой промышленности. Тем более, наша тогдашняя элита не ставила для себя целью развитие промышленности.

Вопрос: А как же прогресс во времена Петра I?

Александр Пыжиков: Петр I в свое время уже понял, что хоть эта "украинская публика" ему и родная, но с ней все рухнет, как и рухнула Речь Посполитая в середине 17 века. Рассыпалось, как карточный домик, все сельпо с церковью. Вот Петр I и начал завозить иностранцев.

В середине 19 века тоже пришло осознание, что никакого индустриального рывка не будет с этой элитой, потому начали привлекать иностранный капитал. Вот та промышленность, что была в Российской Империи – это то, что выросло снизу из старообрядческих слоев плюс иностранный капитал. Участие аристократии было минимально.

Очень важно это понять – все корни украинско-польской братии от индустрии просто дохнут, просто не могут ее переносить. Вся промышленность, которую мы видим сейчас на Украине – это дело рук Витте (в конце 19 века), и самое главное – это дело рук Советского Союза, специалистов, которые туда приезжали, строили там предприятия. То же самое, кстати, с Польшей: думаете, что поляки – индустриальные строители, что они создавали промышленные предприятия? Тогда вы ошибаетесь: вся основа промышленности Польши заложена немцами в 19 веке, сами поляки ничего бы делать не стали. Потому там так и сильно немецкое присутствие, промышленные предприятия всегда принадлежали немецким предпринимателям, которые способны были эту промышленность создавать.

Этот украинско-польский дух попал к нам с Романовыми, превратил страну в черт-те что.

 

 

Вопрос: В книге "Корни сталинского большевизма" Вы пишите, что у руля индустриализации оказались именно выходцы из старообрядческой среды, а какое было происхождение у творцов нашей промышленности?

Александр Пыжиков: Явно не украинское. Хотя в СССР науку и индустриализацию двигали все национальности – не только русские. Я считаю, что вся индустрия СССР и научно-производственная база после войны – это дело рук выходцев из старообрядчества. Не старообрядцев напрямую, а выходцев.

Вопрос: У РПЦ и старообрядчества до сих пор, мягко говоря, натянутые отношения?

Александр Пыжиков: Да, потому что совершенно разная суть. Корнилий – это человек, который вышел из народа, и он действительно из своих 70 лет 30 лет отработал на заводе по рабочей специальности. Мы можем представить, чтобы патриарх Кирилл работал в юности на заводе? Или вообще, чтобы кто-то из них был некоторое время рабочим?

Никонианство – это поддержание сельского духа в самом нехорошем смысле отсталости, патриархальности. Это могильщики России, которые, как камень, висят у нее на шее. И нам надо сбросить этот могильный камень, а нам не дают его сбросить, говорят, что это не могильный камень, а спасительный амулет. Вот в чем проклятье, вот в чем трагедия.

 

 

Вопрос: Что сейчас означает для РПЦ встреча Путина и митрополита Корнилия? Намек, что у РПЦ нет монополии на официальную религию?

Александр Пыжиков: Не без этого, конечно. Здесь мне кажется еще важным и то, какого происхождения сам Путин. Его родовые корни уходят в деревню Поминово, это беспоповская деревня, старообрядческая. Предки Путина по отцовской и материнской линии (Путины, Шеломовы, Чурсановы, Буяновы, Фомины и другие) на протяжении, по меньшей мере, 300 лет были крестьянами Тверского уезда - это был такой особый пояс из деревень и сел в Тверской губернии. Это старообрядческая среда, и предки Путина как раз и выходили оттуда. И таких, как он, по происхождению не то, что миллион, а десятки миллионов. А там совершенно другая ментальность – из этой атмосферы, я считаю, советская власть и родилась. Такая атмосфера всегда была в тех краях, она вышла на поверхность и обрела государственный статус.