В ближайшее время Госдума должна внести изменения в закон «О торговле», которые, по мнению экспертов, способны существенно повлиять на взаимоотношения субъектов отрасли. Об этом и других проблемах ритейла рассказал заместитель министра промышленности и торговли РФ Виктор Евтухов.

– Минпромторг по поручению правительства разработал свои предложения по корректировке поправок в закон «О торговле», внесенных большой группой депутатов и сенаторов. Госдума должна окончательно утвердить эти поправки, одобренные правительством и в конце апреля переданные в парламент, в весеннюю сессию (законопроект принят пока только в первом чтении). О каких изменениях идет речь?

– Отношения производителей продуктов (прежде всего говорим о них, хотя претензии к торговым операторам высказывают и производители непродовольственных товаров) и сетей складывались очень тяжело. Долгое время нормы, установленные законом «О торговле» от 2010 года, не являлись инструментом защиты всех участников процесса. Я имею в виду и производителей, и ритейлеров. Ритейлеры, которые пытались вести бизнес ответственно, выполняя обязательства перед поставщиками, ставили себя в заведомо проигрышное положение по отношению к конкурентам. Со временем и они отказывались от такой модели поведения. В то же время парламентарии всегда уделяли пристальное внимание этой отрасли и занимали сторону производителей. Мы с ними в принципе разделяли озабоченность, но предложили существенно смягчить требования в отношении торговых операторов, особенно учитывая ситуацию в российской экономике.

– Какие предложения Минпромторга в итоге одобрил кабмин?

– Мы сохранили четыре основных положения законопроекта. Во-первых, сокращение так называемых ретробонусов, достигающих 10 процентов стоимости проданного товара. Это вознаграждение, которое получают сети при выполнении обязательств по объемам продаж. Остальные услуги – маркетинг, реклама, продвижение, фасовка, упаковка, логистика и прочее – не входят в этот платеж и фактически составляют так называемую «бэк маржу», или, как называли ее между собой отдельные поставщики, «легальную форму отката». Депутаты предлагают сократить этот бонус до 3 процентов, включив в него стоимость всех услуг. В этом есть логика, потому что суммы расходов на рекламные и другие услуги зачастую совершенно космические. И эта проблема неоднократно рассматривалась и на совещаниях в министерстве, и на заседаниях Межотраслевого экспертного совета, куда входят представители заинтересованного предпринимательского сообщества.

– Насколько космические?

– В зависимости от категории. От 20 до 50 процентов стоимости товара, а на алкогольную продукцию достигают 70. Поставщики называют это платой за право присутствия на полке. Поэтому мы поддержали предложение, но рекомендовали снизить планку не до 3, а до 5 процентов и исключить логистику. Мы полагаем, что эта услуга должна оплачиваться отдельно. Все дополнительные услуги по продвижению могут оплачиваться за счет дополнительной скидки, то есть за счет учета этих услуг в так называемой «фронт-марже», прямой наценке.

– Производители жаловались также на значительные отсрочки оплаты товара со стороны сетей…

– Это второе предложение – сокращение сроков оплаты поставленного товара, которые сейчас составляют от 10 до 45 дней в зависимости от срока годности. Однако здесь важно соблюсти баланс и не перегнуть палку. Поставщики жалуются, что они кредитуют сети, отчасти это справедливо. Но задача торговли – продавать не только быстро оборачиваемые товары, пользующиеся стабильным спросом, но и сохранить широкий ассортимент для потребителя. А это возможно за счет приобретения товаров, за которые в свою очередь сетевые операторы рассчитываются быстрее, чем товары реализуются по факту. Третье важное изменение, также поддержанное нами, – это перенос условий, запрещенных к навязыванию сторонами друг другу, в безусловный запрет по включению их в договор поставки. Это направлено на то, чтобы полностью исключить любые дополнительные сборы с производителей в рамках договора о поставке продуктов. И, наконец, четвертое положение в законопроекте: создание возможностей для ФАС привлекать к административной ответственности за длящиеся правонарушения.

– Контролировать исполнение требований к сторонам договора будет ФАС России?

– Да, это компетенция ФАС. Но пока нам неясна позиция ведомства. Глава антимонопольной службы Игорь Артемьев недавно заявил, что поправки в закон «О торговле» вообще не нужны, хотя именно ФАС неоднократно предлагала ввести дополнительные требования к взаимоотношениям торговых сетей и поставщиков.

– Как отнеслись торговые сети к инициативам правительства?

– Мы еще осенью обращались в Ассоциацию компаний розничной торговли (АКОРТ) с предложением совместно откорректировать поправки, чтобы не был принят чрезмерно жесткий вариант. Но, к сожалению, в АКОРТ нас не услышали. Всем стало понятно, что градус напряжения зашкаливает, после того как Ирина Яровая задала вопрос об изменениях в законе «О торговле» президенту России Владимиру Путину в ходе прямой линии в апреле 2016 года. Она, правда, назвала нас лоббистами ритейлеров. Мы, как регулятор отрасли, действительно поддерживаем торговлю, хотя стараемся делать это разумно. Отрасль очень важная, вносит большой вклад в ВВП, уплачивает существенный объем налогов в консолидированный бюджет России, создает огромное число рабочих мест, успешно адаптируется к любым кризисам. Самое главное – это каналы продаж для российских производителей. Обывателю кажется, что это очень легко: за рубль купил, за два продал. Но торговля – крайне сложный бизнес с точки зрения привлечения инвестиций, логистики, программного обеспечения. Наши крупнейшие торговые сети активно участвуют во многих социальных проектах, и надо прекратить рассматривать торговлю как простую спекуляцию. Я как человек, отвечающий за отрасль, вижу, что отношение общества к российскому ритейлу за последние годы изменилось в позитивную сторону.

– Почему вы поддерживаете развитие малоформатной торговли? В крупных сетях цены ниже, а проконтролировать качество проще.

– Да, крупные торговые сети – это в основном дискаунтеры с низкими ценами. На первый взгляд, хорошо, что сетевики в регионах развиваются. Но что если они займут весь рынок? У нас проблемы с малыми форматами в регионах. В связи с кризисом оборот российской торговли в 2015 году снизился на 10 процентов, а выручка крупных сетей, наоборот, выросла. То есть малые торговые форматы не выдерживают конкуренции на падающем рынке. У нас от 30 до 40 процентов сельхозпродукции вообще не доходят до потребителя, потому что не хватает каналов продаж. Поэтому нужно развивать ярмарки, рынки, нестационарную торговлю. Это абсолютно неадекватная ситуация, когда для производителя в каком-то муниципалитете не хватает места на ярмарке. Но чтобы развивался такой формат торговли, а мелкие производители могли без проблем сбывать продукцию, нужны четкие юридически закрепленные правила игры.

Показательна ситуация с мобильной торговлей. В законе прямо написано, что объект должен быть привязан к определенному месту, как, к примеру, ларек или павильон. Это противоречит самой идее торговли с колес. Там, где такие мобильные фургончики работают на свой страх и риск, цены на 10-20 процентов ниже, чем в обычной рознице. Минпромторг разработал для них новые правила, которые в ближайшее время рассмотрит Госдума. По нашим оценкам, в России спрос на специализированные торговые автомобили составляет около 50 тысяч единиц. А такие машины, кстати, выпускают наши автоконцерны, и это послужит дополнительной мерой поддержки автопрома. Аналогичная ситуация по нестационарным объектам – существующая система во многом непрозрачна. Неясно, как составляются схемы размещения объектов, по какому принципу выделяются места, почему меняются требования к оформлению и сроки ведения торговой деятельности. Необходимые изменения в законодательство уже разработаны.

– Вы хотите сказать, что Минпромторг не поддерживает снос ларьков в Москве?

– Для Москвы мы сделали исключение в законопроекте. Это огромная агломерация, куда притягиваются и финансовые, и трудовые ресурсы. Инфраструктура мегаполиса активно развивается, и все хотят торговать исключительно в Москве. Наша задача – привлечь инвестиции малых предпринимателей в регионы. К тому же в Москве не так много своих сельхозтоваропроизводителей, но их хватает в субъектах. По мобильной торговле – правила будут одинаковые для всех, а для нестационарной сделали исключение для городов федерального значения. Кроме того, договорились с некоторыми сетями, например, о размещении ярмарок на территории около торговых центров и других мерах поддержки малого торгового бизнеса.

Но в целом если бы все торговые операторы, прежде всего крупные, охотнее шли на компромиссы, то, возможно, не пришлось бы вводить жесткие, а иногда, как кому-то может показаться, избыточные требования. Но есть и те, кто не прислушивается. Хотя я считаю, что в перспективе мы должны достичь саморегулирования в отрасли, чтобы по большинству спорных вопросов стороны находили решение через создание добросовестных практик и следование им. Поэтому мы в министерстве, безусловно, поддержали идею бизнес-сообщества по формированию саморегулируемого Совета рынка.(Минпромторг предлагает создать саморегулируемый Совет рынка)

– Нужна ли России система tax free?

– Убежден, что нужна. Количество туристов, посещающих Россию, ежегодно растет. Недавно, например, был в ГУМе и встретил там игроков одной из хоккейных сборных, участвующих в чемпионате мира. Они приобретали у нас то, что, в принципе, могут купить и у себя. А внедрим систему tax free, уверен, что иностранцы станут увозить еще больше различных товаров, в том числе и отечественных. Для пилотного проекта обсуждаются три города с крупными торговыми комплексами и достаточной прозрачностью бизнеса: Москва, Санкт-Петербург и Казань. Нам нужно выбрать оператора и определить, как работать системе – через агента, помогающего с администрированием, или напрямую. Tax free – это, в том числе, и имиджевая история, это одно из конкурентных преимуществ любого государства. В соответствии с поручением первого вице-премьера Игоря Шувалова, модель работы tax free должна быть представлена до конца года.

– Недавно президент России подписал документ о чипировании изделий из меха. Кроме того, планируется выявлять некачественную школьную форму. Все эти инициативы направлены на борьбу с контрафактом?

– Мы ждем, когда решение о введении радиочастотной маркировки ратифицируют все страны Евразийского союза (кроме России, туда входят Белоруссия, Казахстан, Армения, Киргизия). В России некоторые производители уже тестируют эту систему. Важно, что когда эти требования сделают обязательными, немаркированный товар будет изыматься и уничтожаться, а штрафные санкции предусмотрены не только за реализацию, но и за оборот таких товаров в целом. Избежать ответственности невозможно. Даже потребитель, скачав соответствующее приложение на телефон, сможет считать всю информацию о товаре, обязательном для чипирования. Мы рассчитываем серьезно зачистить рынок от нелегально ввезенной и нелегально произведенной продукции. После того как пройдет «пилот» по меховым изделиям, RFID-метки появятся и на других товарах. Прежде всего будем предлагать маркировку школьной формы. Также есть поправки, ужесточающие ответственность за нелегальный оборот товаров легпрома, в том числе для ускоренного их изъятия и уничтожения. Соответствующие изменения подготовлены в КоАП, Уголовный кодекс и УПК.(В. Евтухов : Идея - повысить финансовую ответственность контрабандистов и максимизировать их риски утраты товаров.)

http://minpromtorg.gov.ru/press-centre/news/#!viktor_evtuhov_rasskazal_o...