Комментарий МИД России в связи с прекращением для России действия Европейской конвенции по предупреждению пыток

Вопрос: 1 ноября Европейская конвенция по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания 1987 года прекратила действие в отношении России. Как Вы могли бы это прокомментировать?

Ответ: По сути речь идёт о техническом аспекте – дате вступления в силу денонсации нашей страной данного международного договора, о чём Совет Европы (СЕ) был уведомлен ещё 30 октября 2025 года. Тем не менее в Страсбурге продолжают использовать любой информационный повод, чтобы лишний раз подвергнуть критике нашу страну. С учётом интереса СМИ к данному сюжету, а также откровенных передёргиваний фактов в комментарии СЕ от 1 ноября с.г., хотели бы напомнить предысторию вопроса.

Россия заявила о выходе из организации 15 марта 2022 года, однако Комитет министров Совета Европы в спешке на следующий же день в нарушение Устава СЕ принял резолюцию о «немедленном» прекращении членства России. С этой же даты (16 марта 2022 года) наша страна перестала быть связана договорами, открытыми для государств-членов Совета Европы (в том числе Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод), однако продолжила участвовать в ряде договоров, открытых для «третьих» сторон, включая Конвенцию 1987 года. И уже здесь легенда страсбургских комментаторов не выдерживает критики: если Россия так стремится избавиться от мониторинга международных правозащитных структур, почему же она не вышла из всех конвенций СЕ разом?

На самом деле в основу решения России денонсировать Конвенцию 1987 года, которое принималось в межведомственном формате с учётом множества факторов, легли совершенно иные причины, о которых мы уже неоднократно говорили.

Во-первых, конвенционные права нашей страны были нарушены, когда СЕ по сути заблокировал – в нарушение собственных процедур – выборы нового члена Европейского комитета по предупреждению пыток (ЕКПП) от России после истечения полномочий предыдущего в декабре 2023 года. Несмотря на наши неоднократные обращения, Страсбург не выполнил даже формальных шагов, необходимых для запуска данного процесса – в нарушение установленного в статье 3 Конвенции принципа сотрудничества.

Во-вторых, на данном фоне обвинения Комитета в адрес нашей страны о якобы отказе от сотрудничества выглядят особенно лицемерно и абсурдно. Россия не отказывалась от сотрудничества и была готова обсуждать модальности потенциального визита ЕКПП на свою территорию – после восстановления нашей страны в её конвенционных правах. Сам же Комитет при этом требовал для себя неких дополнительных гарантий, выходящих за рамки положений Конвенции.

В-третьих, в пресс-релизе СЕ ловко скрывается тот факт, что за время, прошедшее с момента выхода России из организации, ЕКПП после долгой тишины «озаботился» положением заключённых в России лишь по двум вопросам (по ситуации вокруг А.Навального и о самочувствии задержанных исполнителей теракта в «Крокус Сити Холл»), хотя в мандат ЕКПП не входит рассмотрение индивидуальных дел, а также осуществление функций следственных органов. Выбор столь политизированных и неоднозначных вопросов в качестве повода для якобы возобновления сотрудничества был не случаен: ЕКПП был использован как ещё один инструмент антироссийской кампании Страсбурга – в нарушение конвенционных принципов независимости и беспристрастности Комитета.

В-четвертых, демонизируя Россию как злостного «уклониста» от публикации «объективных» докладов ЕКПП, в своём комментарии СЕ приводит в качестве «образца» Украину. При этом международные мониторинговые структуры в области прав человека – разумеется, не сам ЕКПП – фиксировали там многочисленные случаи незаконного содержания под стражей, пыток, запугивания, жестокого обращения, сексуального насилия, в том числе с целью принуждения к признанию вины или сотрудничеству. Спасибо, таких «примеров для подражания» нам не нужно.

Таким образом, денонсация Россией Конвенции 1987 года стала результатом целенаправленных действий СЕ и ЕКПП, направленных против нашей страны. В комментарии СЕ по данному сюжету, разумеется, все упомянутые факты намеренно опускаются, поскольку они тут же разбивают «стройную» логику страсбургских пропагандистов.

Наконец, выход России из Конвенции 1987 года не означает её отказ исполнять международные обязательства в сфере предотвращения пыток. Соответствующие обязательства Россия взяла на себя и на более «высоком», универсальном уровне: соответствующие положения содержатся и в Конвенции против пыток 1984 года, и в Международном пакте о гражданских и политических правах 1966 года.