Интервью Постоянного представителя В.А.Небензи сербской газете «Политика»

Вопрос: Как Вы оцениваете сегодня способность Организации Объединенных Наций реагировать на кризисы в мире, который становится все более многополярным?

В.А.Небензя: По своей сути Всемирная организация была создана для того, чтобы играть центральную координирующую роль в мировых делах, а ее Совет Безопасности, как известно, несет главную ответственность за поддержание международного мира и безопасности. Поскольку ООН объединяет 193 государства-члена с самыми разными политическими и цивилизационными моделями, сама по себе многополярность не несет в себе вызовов для Организации. Напротив – она является ключевой частью ее ДНК.

Способность ООН реагировать на кризисы сегодня по большей части определяется готовностью государств-членов вести равноправный взаимоуважительный диалог, соблюдать Устав и искать компромиссы. Когда принципы суверенного равенства, невмешательства и уважения к международному праву соблюдаются последовательно, Всемирная организация демонстрирует большую отдачу и эффективность. Однако страны коллективного Запада в последние годы идут по другому пути. В стремлении предотвратить закат эпохи колониального доминирования над Глобальным югом они продвигают модель «миропорядка, основанного на правилах», которые разрабатываются исключительно в собственных интересах. ООН при этом используется ими для достижения этой цели, она рассматривается как площадка для информационных войн и сведения счетов с политическими оппонентами.

Очередным наглядным тому примером стали выступления целого ряда членов Совета Безопасности в ходе его срочного заседания 28 февраля, посвященного ударам США и Израиля по Ирану. Ремарки европейских делегаций напоминали представления в «театре абсурда». Они не то что не осудили неприкрытый акт агрессии против государства-члена ООН в нарушение Устава ООН и норм международного права в момент, когда Тегеран добросовестно участвовал в переговорном процессе, – большинство из них его даже не упомянуло. Вместо этого европейцы озвучивали свои привычные и ничем не подкрепленные обвинения в адрес иранцев из серии «сами виноваты», а также абсурдным образом призывали Тегеран, на который в этот момент падали бомбы и ракеты, немедленно «встать на путь дипломатии и переговоров». Мандат СБ – поддержание международного мира и безопасности – их в этот момент не интересовал. Западные коллеги всего лишь пользовались «большой трибуной» для критики в адрес неугодного им государства. Это уже даже не двойные стандарты, а какое-то «зазеркалье».

Цену за подобные театральные постановки на площадке СБ ООН платят рядовые, ни в чем не повинные жители обширного ближневосточного региона. Реальность такова, что счет жертв американо-израильской агрессии против Ирана идет на сотни, наносится непоправимый ущерб критически важным объектам гражданской инфраструктуры. По сути, Вашингтон и Тель-Авив собственноручно спровоцировали беспрецедентный всплеск насилия на Ближнем Востоке: в СМИ и соцсетях в режиме реального времени транслируются кадры с последствиями масштабных взрывов и авиаударов в странах, прежде в странах Залива, живших в относительном мире и спокойствии. Поражает и то, что идея «процветающего Ближнего Востока» была сквозной в ходе состоявшегося 19 февраля инаугурационного заседания участников Совета мира в Вашингтоне. Убежден, что наши ближневосточные друзья и думать не могли, что спустя буквально 10 дней получат от американцев и израильтян такой «сюрприз» в виде заранее скоординированного масштабного регионального взрыва.

Вопрос: Отражает ли Совет Безопасности сегодня реальный баланс сил в современном мире или, прежде всего, структуру международного порядка, установленного в 1945 году?

В.А.Небензя: Окружающий нас мир за последние 80 лет, безусловно, изменился. На момент основания ООН ее членами являлось лишь 51 государство, почти вчетверо меньше от текущего состава. Расширялся и Совет Безопасности, однако в последний раз это происходило в далеком 1965 году. Затем состав Организации пополнили еще 76 государств-членов. Существенно укрепили свои позиции крупные развивающиеся страны мира, подтверждением чему является активизация таких объединений как БРИКС и «Группа двадцати». Поэтому перед нами стоит задача обновления Совета с тем, чтобы он отражал современную картину мира.

В рамках межправительственных переговоров по реформе СБ, которые ведутся с 2009 года, Россия последовательно поддерживает идею расширения состава органа за счет государств Азии, Африки и Латинской Америки. Разумеется, ни о каком увеличении числа «кресел» для западных государств и стран, придерживающихся блоковой дисциплины, речи идти не может. Они и так перепредставлены. К сожалению, по ряду принципиальных моментов реформы, позиции государств по-прежнему расходятся, зачастую диаметрально. Однако мы рассчитываем, что с ростом коллективного запроса на укрепление подлинно многополярного миропорядка, участники переговоров найдут в себе силы проявить политическую волю для преодоления разногласий.

В этих условиях не стоит относиться к реформе Совета Безопасности как к сугубо символической задаче, которая некоторыми сводится к арифметическому увеличению членов. Ведь речь идет об органе, несущем главную ответственность за поддержание международного мира и безопасности. Ставки, как и динамика развития международных процессов, сегодня чрезвычайно высоки. Поэтому мы убеждены, что состав Совета должен оставаться компактным, а методы его работы – максимально эффективными.

Нельзя забывать, что данный механизм был задуман отцами-основателями ООН не как привилегия, а как гарантия выработки Советом взвешенных решений, которые могут быть реализованы на практике.

Вопрос: Помимо Российской Федерации и США, кто еще из членов ООН может сформировать новый многополярный порядок, основанный на сбалансированных отношениях без гегемонии?

В.А.Небензя: В формирующемся многополярном мире вопрос не в том, какие конкретные страны поведут за собой международное сообщество, а в том, насколько все его члены готовы строить отношения между собой на принципах равноправия и взаимного учета интересов.

Разумеется, ключевую роль в этом процессе играют государства, обладающие значительным экономическим и политическим потенциалом, чье влияние в глобальной политике заметно растет. При этом принципиально важен вклад всех государств-членов. Иначе процесс обречен пойти по однополярному пути, при котором наиболее могущественные страны диктуют свою волю остальным. Мы проходили этот этап после распада биполярной системы международных отношений, его плачевые последствия проявляются сегодня со всей силой. Вам ли в Сербии не знать об этом?

Иными словами, новый многополярный миропорядок может сформироваться только как результат коллективного процесса – путем укрепления универсальных площадок, прежде всего, Организации Объединенных Наций, и развития региональных механизмов сотрудничества. Международно-правовая основа для достижения этой цели есть – это цели и принципы Устава ООН, которые полностью сохраняют свою актуальность.

Вопрос: Российское руководство, включая Президента Владимира Владимировича Путина, часто указывает на то, что сохранение Устава ООН является основой будущего многополярного порядка. Как эта идея конкретно защищается и реализуется внутри самой организации?

В.А.Небензя: Россия действительно уделяет повышенное внимание вопросам соблюдения Устава Организации, который остается краеугольным камнем международного права, формирует «кодекс поведения» государств, не допуская скатывания мира в анархию и обеспечивая надлежащие условия для перехода к полицентричности. Принципиально важным является отстаивание принципов Устава ООН во всей их полноте, совокупности и взаимосвязи, а не их избирательное толкование, чем в последнее время грешит Генеральный секретарь ООН, его подчиненные и, в особенности, коллективный Запад.

В октябре 2025 года одним из центральных мероприятий российского председательства в СБ стали открытые дебаты на тему перспектив развития Всемирной организации с опорой на выполнение ее учредительного документа. По итогам заседания нам удалось обеспечить консенсусное принятие российского проекта заявления Председателя Совета, приуроченное к 80-й годовщине ООН, в котором зафиксирована важность соблюдения Устава во всей его полноте.

Одним из важных направлений работы на данном направлении является деятельность Группы друзей в защиту Устава ООН. Авторитет этого неформального объединения продолжает неуклонно возрастать, несмотря на внешние и внутренние вызовы. Оно становится все более заметным проводником и выразителем интересов стран Мирового большинства, которые выступают за построение справедливой многополярной архитектуры.

Вопрос: На Ваш взгляд, является ли сегодня более серьезной проблемой открытое нарушение Устава ООН или его избирательное толкование отдельными государствами?

В.А.Небензя: Попытка провести различие между этими явлениями виделась бы искусственной. Они оба наносят ущерб системе международных отношений, делая ее менее стабильной и предсказуемой.

Реагирование на прямое нарушение норм Устава входит в мандат уполномоченных органов ООН, включая Совет Безопасности и Международный суд. Так, если нарушение создает угрозу для международного мира и безопасности – СБ может задействовать свой обширный инструментарий для урегулирования кризисной ситуации и предотвращения ее дальнейшей деградации. Речь о поддержке двусторонних и региональных договоренностей, миротворческой деятельности, санкционных механизмах, «добрых услугах» Генерального секретаря. При наличии политической воли и слаженной работе членов органа такие механизмы могут быть весьма эффективны.

Избирательное толкование Устава опасно именно своими разрушительными последствиями в долгосрочной перспективе. Страны НАТО многократно отметились вопиющими двойными стандартами, придерживаясь в зависимости от политической конъюнктуры диаметрально противоположных позиций по вопросам соотношения, например, принципов суверенного равенства, невмешательства во внутренние дела, территориальной целостности и права народов на самоопределение. Такое поведение укладывается в логику сомнительной концепции «миропорядка, основанного на правилах»: исключения для «избранных» и правила для всех остальных. Подобные подходы с международным правом не имеют ничего общего и должны получать решительный отпор со стороны мирового сообщества. Терпимость к ним будет неминуемо подтачивать фундамент международного права и снижать доверие к ООН и ее решениям.

Приходится констатировать, что Генсекретарь не только не борется с настоящей эпидемией двойных стандартов среди своих сотрудников, но и сам активно включился в произвольную интерпретацию положений Устава.

Прежде всего, стоит подчеркнуть, что по Уставу он как «главное административное должностное лицо» такими полномочиями не обладает в принципе. Его субъективные публичные оценки по данной проблематике являются нарушением Устава, представляя собой грубое вторжение в компетенцию государств – членов и Международного Суда ООН. Так, совсем недавно А.Гутерреш заявил, что принцип самоопределения народов, закрепленный в ст. 1 Устава Организации, неприменим к жителям Крыма и Донбасса, в отличие от народа Гренландии. Сослался при этом на «фактор применения силы». А как же тогда быть с многократными угрозами силой в адрес Дании, которые тоже запрещены статьей ст. 2 (4) Устава ООН? Или с поддержанным западными странами т.н. «косовским прецедентом», который вообще был бы невозможным, не начни НАТО агрессию против Югославии?

Подобные неправомерные, предвзятые и субъективные заявления вредят Организации в целом, ставя крест на ее участии в каких-либо процессах мирного урегулирования.

В этой связи регулярно напоминаем А.Гутеррешу о том, что корректное соотношение между различными принципами международного права давно отражено в консенсусной и авторитетной резолюции ГА ООН 26/25, утвердившей Декларацию о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН. В ней прямо зафиксировано, что упомянутые в ней принципы являются «взаимозависимыми, и каждый принцип должен рассматриваться в свете других принципов».

Вопрос: Наблюдается ли в работе Организации Объединенных Наций все более тесная политическая координация некоторых европейских государств, особенно Франции и Германии, и как Россия относится к такому европейскому тандему в рамках Совета Безопасности?

В.А.Небензя: Координация таких европейских государств, как Франция и Германия, и так максимально тесная. Хотя, что касается СБ ООН, то Берлин сейчас туда не входит. Однако в том, что касается, например, вопроса Украины, то их тандем никогда не был направлен на созидание, а скорее разрушение. Эти страны не только сыграли ключевую роль в разжигании конфликта на Украине, срежиссировав там госпереворот, но и сейчас делают все, чтобы воспрепятствовать мирному урегулированию, по сути, саботируя все подлинно миротворческие усилия, в том числе предпринимаемые Президентом США Д.Трампом. Выдвигают нереалистичные и заведомо неприемлемые условия достижения мира лишь для того, чтобы потом обвинить Россию в якобы отсутствии у нее мирных устремлений.

Самопровозглашенным «светочам» демократии, отличающимся особым цинизмом, безразличны человеческие жертвы. Они усиленно накачивают киевский режим вооружениями, которые украинские боевики используют для совершения терактов на территории России. Причем им хватает лицемерия называть эти направленные на эскалацию шаги «содействием Украине в области самообороны», да еще и ссылаться на ст.51 Устава ООН. В их парадигме, чем дольше продолжается конфликт, тем лучше. Тем сильнее он ослабит Россию, даже если это и не будет означать ее «стратегического поражения».

Не питаем иллюзий относительно того, что в случае избрания Берлина в июне непостоянным членом СБ ООН на ближайшие два года франко-германский тандем отойдет от своей деструктивной линии.

Вопрос: Балканы остаются регионом, где Организация Объединенных Наций по-прежнему имеет активный мандат. Как Россия видит роль ООН в мониторинге ситуации на Балканах, особенно в контексте выполнения Резолюции 1244 Совета Безопасности?

В.А.Небензя: Балканы неспроста остаются регионом, активно вовлеченным в повестку Совета Безопасности ООН.

Непростая ситуация складывается в Боснии и Герцеговине, там по мандату СБ ООН размещена операция «Алтея». Причиной нестабильности в БиГ, по нашему глубокому убеждению, является многолетняя линия западных государств на подрыв дейтонской системы баланса интересов, причем с подчеркнуто антисербским креном. Всем также известны наглядные примеры вопиющего неуважения к БиГ как независимому европейскому государству и попытки вмешательства в его дела. Это, и продавливание на пост высокого представителя в БиГ гражданина Германии Кристиана Шмидта вразрез с действующей процедурой и без согласия Совета Безопасности, и вся его последующая «деятельность».

Однако главную роль СБ мы видим в поддержании незыблемости Дейтонского мирного соглашения. «Дейтон», 30-летие которого мы отметили в прошлом году, остается безальтернативной, одобренной СБ ООН, основой урегулирования в БиГ. Только дейтонские принципы, краеугольным камнем которых является формула равноправия трех государствообразующих народов и двух энтитетов, способны обеспечить необходимый баланс.

Однако крупнейшим очагом нестабильности по-прежнему остается Косово. Начало этому положили бомбардировки Североатлантическим Альянсом Югославии в 1999 г. Эти беззаконные действия привели к дальнейшему ухудшению обстановки не только в суверенной стране, но и в регионе в целом.

Дальнейшие шаги западной коалиции по насильственному отделению Косово от остальной части Сербии, взращиванию албанского национализма, этническим антисербским чисткам, потаканию косовоалбанцам не могли не усугубить текущее положение вещей и подвести страну к опасной черте. Чувствуя свою безнаказанность, Приштина цинично играет «на повышение ставок». Каждый ее шаг порождает новые угрозы безопасности и ухудшает положение сербов. Посредничество Евросоюза в диалоге Белграда и Приштины провалено. Налицо неумение и нежелание есовцев добиться от косоваров выполнения согласованных договоренностей по обеспечению прав косовских сербов. Все шаги Брюсселя сводятся к усилению нажима на Сербию.

Драматичное развитие событий вокруг Косово подтверждает актуальность и безальтернативность резолюции СБ ООН 1244, которая остается фундаментом косовского урегулирования и определяет рамки выработки сбалансированного, справедливого решения косовской проблемы, соответствующего международному праву. Резолюции СБ ООН должны соблюдаться, и 1244 не является исключением. Именно поэтому мы поддерживаем достижение Белградом и Приштиной устойчивого взаимоприемлемого решения строго в международно-правовых рамках, на основе указанного документа.

Сегодня ни в коем случае нельзя ослаблять внимание международного сообщества, и СБ в частности, к косовской проблематике. Это поможет избежать нового витка эскалации. Это одна из причин, по которой мы полностью поддерживаем деятельности Миссии ООН в Косово.

Вопрос: В свете все более острых глобальных вызовов в области энергетики, санкционной политики и экономического давления, как российская миссия при Организации Объединенных Наций оценивает важность этих вопросов, включая обсуждение будущего сербской нефтяной промышленности, в рамках работы ООН и более широкого международного сотрудничества?

В.А.Небензя: Неприятие международным сообществом нелегитимного санкционного давления – это факт. В ООН согласован призыв к отказу от принятия либо применения односторонних принудительных мер, противоречащих международному праву. По мере усиления вторичного санкционного давления, имеющего экстерриториальный характер, в ООН только укрепляется оппозиция к таким действиям со стороны государств Глобального юга.

Случай Сербии и имевшее место «выкручивание рук» Белграду за сотрудничество с Россией и отказ присоединяться к западным санкциям - безусловно, один из таких примеров. Выход из сложившейся ситуации вокруг «Нефтяной индустрии Сербии», как мы понимаем, обсуждается по двусторонним каналам. Вместе с тем, это очередное доказательство несбалансированности существующей глобальной финансовой архитектуры, реформа которой – предмет острых дискуссий в ООН, в том числе имея в виду вопросы создания альтернативных платежных систем, над которыми мы, как известно, активно работаем в формате БРИКС.

При этом следует признать, что, учитывая заложенные в законодательство западных стран положения, перспективы отмены односторонних ограничений против неугодных государств пока не просматриваются. Однако российская делегация продолжит координироваться с единомышленниками в ООН и продвигать в документы призыв к отказу от односторонних принудительных мер. Успехи на этом направлении есть. Даже осторожный в своих заявлениях по вопросам односторонних санкций Генсекретарь стал, наконец, признавать гуманитарные последствия от незаконных рестрикций. Причем наша делегация продвигает эту тему не потому, что мы «жалуемся на санкции в отношении России». Нет, пусть эти действия, бьющие и по бизнесу вводящих против нас санкции стран, будут на их совести. Мы же обеспокоены губительными последствиями санкций для наиболее уязвимых стран.

Вопрос: На этот раз ожидается, что следующим Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций станет представитель стран Латинской Америки. На ваш взгляд, такой выбор станет шагом к большему географическому и политическому балансу в ООН, или даже в этом случае пространство для действий Генерального секретаря будет ограничено более широкими отношениями между центрами силы?

В.А.Небензя: Хочу отметить, что географический и политический баланс в Секретариате ООН не должен зависеть от фигуры Генерального секретаря. Он определяется конкретными статьями Устава ООН – 100 и 101, запрещающими руководителю и персоналу Секретариата получать указания от кого-либо из государств-членов. В то же время набирать сотрудников предписывается на возможно более широкой географической основе.

Тем не менее, в реальности мы, к сожалению, наблюдаем засилье в Секретариате западников или лиц с двойным гражданством – которые, формально, вроде бы представляют Глобальный юг, однако тесно связаны со странами Запада, а многие из них имеют соответствующие паспорта. Антониу Гутерреш, несмотря на все его заверения, эту ситуацию никак не исправил, а скорее, наоборот, лишь усугубил.

От любого кандидата на эту должность вне зависимости от того, какую страну он представляет, мы, несомненно, будем требовать реальных мер по выправлению географического и политического баланса. Как Вы понимаете, ровно обратного будут требовать от него США, Великобритания и Франция. Время покажет, сможет ли новый Генсекретарь найти мужество выправить эту неутешительную ситуацию.

Что касается процесса отбора следующего руководителя Секретариата, то на данный момент на «столе» Совета Безопасности находятся заявки трёх латиноамериканских кандидатов: это аргентинец Рафаэль Гросси, чилийка Мишель Бачелет и костариканка Р.Гринспен. В ближайшие месяцы мы ожидаем выдвижения других. Впереди большая работа по определению наиболее достойной фигуры для замещения этого весьма ответственного поста.

Вопрос: В случае если трехсторонние переговоры между Россией и Украиной при посредничестве Соединенных Штатов Америки приведут к конкретному политическому соглашению, будет ли такой результат подтвержден в рамках Организации Объединенных Наций, и как Россия видит роль ООН в обеспечении его международной легитимности?

В.А.Небензя: В случае достижения соглашения в ходе переговоров между Россией и Украиной при посредничестве США вопрос его дальнейшего оформления будет зависеть от содержания самого документа и достигнутых пониманий сторон.

ООН как универсальная международная площадка располагает необходимыми механизмами для придания таким решениям дополнительной международно-правовой легитимности. Вероятные варианты включают принятие резолюции Совета Безопасности.

Как Вы знаете, на данный момент ООН не участвует в переговорах, и это не случайно, ведь ее беспристрастность и нейтральность остается под вопросом. Мы наблюдаем явные «двойные стандарты» со стороны Секретариата, о примерах которых я уже упоминал. Его избирательность в подходах лишает доверия к Организации как к объективному арбитру в международных делах.