Бездарное руководство Россией царем Николаем II привело к радикальным переменам и сверху, и снизу

Давно стала афоризмом фраза: «У победы много отцов, а поражение всегда сирота». Но вот в феврале 1917 года произошла успешная революция, потрясшая весь мир. И вдобавок почти бескровная. Но «отца» этой революции за 109 лет так и не нашли.

До 1991 года было всё просто и ясно. В России нарастала классовая борьба, её возглавили большевики во главе с Лениным, и пошло-поехало… В «перестройку» народ просветили, что Ленин в Швейцарии был в полной изоляции, в 1914—1916 годах большинство большевистских организаций в России были разгромлены жандармами, а уцелевшие ячейки перенасыщены провокаторами.

И тогда либералы истошно заорали о «масонском заговоре», погубившем Россию, находившуюся в «золотом веке» при императоре Николае II. Ну а Тихон Шевкунов выдал забавную версию: «Выбор своего будущего был сделан народом, объятым смертельной эпидемией». Правда, кто наслал оную эпидемию на народ, Шевкунов не уточнил: то ли масоны, то ли инопланетяне, а, может, и сам Лукавый?

Официальные историки не могут принять ни одну из этих версий и поэтому говорят нечто невразумительное, сваливая в одну кучу Февральскую и Октябрьскую революции.

В ХХ век въехала самодержавная сословная империя с церковным судом и монастырскими тюрьмами, что в Европе было уже в далёком прошлом. Кстати, и самодержавие в европейских монархиях XIII-XVIII веков было совсем другое. Там король своей волей издавал законы, а затем правил в строгом соответствии с ними. А у наших царей — что хочу, то и ворочу, а законы писаны были лишь для быдла.

Николай II не хотел никаких реформ, а вместо них планировал расширение империи на Северный Китай, Северную Персию и как минимум на треть Османской империи.

Русские генералы в военных журналах, наставлениях, таблицах стрельбы и других документах грамотно оценивали действия скорострельных полевых пушек, эффективной шрапнели, пулемётов и дальнобойных магазинных винтовок. Но понять, что эта техника исключила манёвренные войны в Европе как минимум на 30 лет, они не сумели.

Генералы обещали Николаю II и всей России за 3−4 месяца лихо взять Берлин и Константинополь.

Но чудес не бывает, и война на Западном и Восточном фронтах стала позиционной и многолетней. А к такой войне русская армия была абсолютно не готова. В принципе не было ни батальонной (окопной), ни полковой артиллерии, ни артиллерии большой и особой мощности. Не хватало винтовок и даже сапог. Министры и генералы не знали, что делать с сотнями тысяч раненых.

И тут на помощь армии пришла общественность — предприниматели, купцы, творческая интеллигенция и т. д. Опыта по организации «общественников» в России не было. И тогда они сами начали создавать внегосударственные структуры типа «Всероссийского Земского Союза», «Союза городов» и т. д. Возглавил Земгор масон высокого градуса князь Г. Е. Львов.

Земгор получил в свои руки большую власть, так как оперировал огромными финансовыми средствами, принадлежавшими не общественным организациям, а государству. Он принимал и распределял заказы Военного ведомства на вооружение, снаряжение и питание армии.

Могущество Земгора росло. В августе 1915 года он добивается разрешения организовывать дружины за счёт средств казны из лиц, подлежащих призыву в действующую армию.

Во второй половине 1915 года городское самоуправление в провинциальных городах переходит под контроль Земгора.

В своей основной деятельности Земгор отличался низкой эффективностью: по состоянию на 1 февраля 1917 года получил от военного министерства заказы на 242 млн. рублей, а выполнил только на 80 млн. рублей. Таким образом, вполне легально и в основном на казённые средства были созданы будущие управленческие структуры Временного правительства.

Общественность на свои деньги создала около 400 санитарных поездов, циркулировавших между фронтом и тылом. Вместе с врачами на фронт попадали и руководители земств.

Они же везли в армию, сапоги, снаряды, миномёты (на 90% негодные) и т. д. Генералы напрямую общались с земцами и думцами.

Ещё в Великую Французскую революцию говорили, что любой заговор начинается с разговоров о любви к отечеству. Естественно генералы, думцы и даже великие князья любили Россию и были обеспокоены её бедами. А затем возникали чисто русские вопросы: «Кто виноват?», «Что делать?», «С чего начать?»

Переворот сверху произошёл тихо и спокойно. На улицы Петрограда вышли демонстранты, стрелять в которых войска отказались. Любопытно, что в остальных городах России не было ни одной демонстрации. Священный Синод отказался осудить бунтовщиков. Ну а царский поезд был заблокирован генералом Рузским.

26 февраля (12 марта) левые и центристские депутаты Госдумы создали Временный комитет Государственной думы, который на следующий день объявил себя верховной властью России.

2 (15) марта на базе оного комитета было создано Временное правительство во главе с князем Г. Е. Львовым. В тот же день IV Государственная дума впала в летаргический сон аж до самой Октябрьской революции. Её никто не слышал и не видел.

Однако параллельно с революцией сверху шла революция снизу. После искусственного всплеска патриотизма в 1914 году по всей России начались забастовки, бунты, погромы магазинов, поджоги барских усадеб, принявшие к 1917 году массовый характер. В тылу бродило 3 миллиона дезертиров.

Давно вызывавшее социальную напряжённость помещичье землевладение было ликвидировано уже в первые месяцы 1917 год. А на момент выхода большевистского «Декрета о земле» почти вся помещичья земля была поделена.

Приведу два примера революции «сверху» и «снизу». В Москве, Нижнем Новгороде, Владивостоке, Ташкенте и Киеве в ходе Февральской революции был убит один (!) человек. Везде власть тихо перешла в заранее созданные земские структуры.

Ну, а в Кронштадте революция пошла «снизу». Матросы, доведённые до предела репрессиями адмирала Вирена, превратившего остров Котлин в «Матросский Сахалин», перебили около сотни офицеров, а ещё триста арестовали.

Власть в крепости и на острове перешла в руки беспартийного Совета. В начале восстания в Кронштадте находилось три-четыре рядовых эсера из мобилизованных студентов, а первые большевики прибыли на остров спустя 10 дней.

Кронштадтское восстание показало реальные требования народа: вся власть Советам, восьмичасовой рабочий день, отделение церкви от государства, и т. д. Матросы Кронштадта в своих требованиях за неделю перешли от Февраля к Октябрю и далее не нуждались во Временном правительстве.

Таким образом в феврале-марте 1917 года параллельно шли две революции. Причём, за царя не выступила ни одна рота, ни одна деревня. Кстати, и в Гражданскую войну ни один из белых генералов не призывал к реставрации монархии.

Какие же выводы мы должны сделать спустя 109 лет? В большом государстве должна быть сильная власть. Но обязательна система сдержек и противовесов. В XVIII веке ими была гвардия. (Сейчас такой гвардией становятся бойцы СВО. Правительство проводит целенаправленную политику введения их во властные структуры. Примечание моё) Можно только представить, к какой катастрофе привело бы Россию продолжение царствования Анны Леопольдовны, Петра III и Павла I.

В Англии за полтора века обошлись без удавки, но зато признали сумасшедшими трёх королей и отстранили их от власти.

Случись в России дворцовый переворот в самом конце XIX века, были бы две страшные войны с Японией и Германией, революции 1905 и 1917 годов и, наконец, Гражданская война 1917−1922 годов? А вряд ли, хотя доказать это тоже невозможно.

Сейчас системой сдержек и противовесов является реальная оппозиция в парламенте, свободная пресса и свободный интернет. Когда большинство граждан одобряет действия властей, государству не страшны ни бунты, ни цветные революции.