То, что Европа и США активно наращивают военный потенциал именно в сфере конвенционального оружия, якобы готовясь к будущему нападению России, есть факт

Газета Суть Времени №660 / 12 февраля 2026

Гонка вооружений

5 февраля 2026 года истек срок действия Договора о стратегических наступательных вооружениях (ДСНВ). Российская сторона неоднократно призывала США к продлению данного соглашения в той или иной форме, но администрация Дональда Трампа осталась глуха к этим призывам. Сам Трамп заявляет, что данное соглашение было не ахти, и поэтому надо разработать и заключить новое, хорошее. «Хорошее» в данном случае означает выгодное для Соединенных Штатов.

Но, как указывают юристы, продление Договора было невозможно с формальной точки зрения, так как, согласно тексту, было возможно лишь единоразовое продление, которое уже было осуществлено в 2021 году. Соответственно, «продлить» его во второй раз даже на 6 месяцев можно было только как джентльменское соглашение, т. е. основанное на доверии, но без возможности контроля его соблюдения обеими сторонами. Именно это и предлагала Россия.

Впрочем, даже предыдущее продление не давало почти никаких гарантий договаривающимся сторонам. В силу сложившихся на тот момент обстоятельств подавляющее большинство контрольных механизмов договора, таких как взаимные инспекции, обмены данными, двусторонние встречи и тому подобное, уже перестало работать. Инспекции прекратились еще в 2020 году на фоне пандемии коронавируса — и так и не были возобновлены. Затем с началом СВО на Украине в феврале 2022 года принципиально сократились возможности для диалога. Потому и теперешнее предложение о «продлении» ДСНВ носит чисто декларативный характер, демонстрирующий добрую волю со стороны России и приверженность пресловутому «духу Анкориджа». Который почему-то все никак не превратится в букву, и есть подозрение — в принципе к этому не способен.

Также стоит отметить, что весь свой первый срок на посту президента США Дональд Трамп активно занимался демонтажом «обвязки» к ДСНВ (договоры по встречным мониторинговым полетам и о ракетах средней и меньшей дальности). Так что винить в том, что ДСНВ приказал долго жить, надо не только старика Байдена (хотя при нем его худо-бедно, но продлили), но именно Трампа, который завершил начатое, окончательно и бесповоротно похоронив ДСНВ-3.

На замену этому договору, скорее всего, ничего толкового не придет. Потому что, с одной стороны, Трамп известный приверженец двусторонних соглашений, а его в данный момент, по его же собственным словам, гораздо больше беспокоит ядерный арсенал Китая, который, в отличие от России, вообще никакими договорами в этой области не связан. Конечно, Трамп может использовать многосторонние переговоры, чтобы давить на оппонента с помощью других участников.

С другой стороны, в эти новые соглашения необходимо, помимо Китая, включать как минимум Индию и Пакистан, притом что Россия настаивает на участии европейских ядерных держав — Франции и Великобритании. Такая конфигурация содержит предельно большое число взаимных претензий и противоречий между участниками, которые в принципе нельзя удовлетворить ни в каком виде. И уж тем более Трампу с его манерой вести переговоры.

Китай вряд ли захочет ограничивать себя, понимая, что именно он является для США целью № 1. Уговорить Индию и Пакистан также невозможно, тем более при отказе Пекина сделать то же самое. Значит, никакое реальное (а не медийное) добровольное соглашение в данной сфере в принципе недостижимо. Как мы помним, именно сейчас США под угрозой силы пытаются добиться чего-то подобного от Ирана. Но Китай — не Иран, тут такой трюк не сработает.

Правда, есть одна гипотетическая возможность, с которой США уже несколько десятилетий носятся как с писаной торбой. Это идея Бернарда Баруха о создании наднационального органа, которому будет переданы все ядерные арсеналы. В отсутствие других договоров это гипотетически могло бы подтолкнуть все страны ядерного клуба передать свои ракеты и бомбы означенному органу (типа недавно созданного Трампом «Совета мира»). Но для этого сначала должно произойти некое такое (!) событие, которое убедит власти этих стран в неизбежности подобного шага.

Пока такого события не произошло.

Но то, что Европа и США активно наращивают военный потенциал именно в сфере конвенционального оружия, якобы готовясь к будущему нападению России, есть факт. А такая подготовка говорит о том, что власти этих стран почему-то уверены, что эта будущая война с Россией обязательно будет неядерной. Что, в свою очередь, очень косвенно и с большими оговорками может быть расценено как аргумент в пользу сценария о передаче ядерных арсеналов некоему наднациональному органу. Не исключено, впрочем, что это лихорадочное инвестирование в классическую продукцию военно-промышленного комплекса есть часть некой большой игры по дезинформации России, с тем чтобы она наращивала именно конвенциональные виды вооружений вместо обновления новых перспективных видов вооружения.

Кстати, сами США в 2023 году произвели более 200 обновленных ядерных боеприпасов — рекордное количество с окончания холодной войны. На модернизацию ядерных боеголовок Пентагон планирует потратить до 2049 года $138 млрд. Разоружаться Америка явно не собирается.

Не грех напомнить, что в самих США придерживаются концепции ядерной войны с ограниченным ущербом. То есть если потери США в результате такой войны в материальных и людских ресурсах не превысят некоего порогового значения, то воевать можно и даже нужно.

Так, в январе 1974 года министр обороны США в администрации Джеральда Форда Джеймс Шлезингер публично объявил о переходе к доктрине ограниченных ядерных опций. Данная концепция предполагала, что США должны иметь возможность наносить избирательные ядерные удары по военным целям на территории СССР. А в 1980 году президент США Джимми Картер подписал директиву № 59, которая официально закрепила концепцию, предполагающую возможность «победы» в ограниченном ядерном конфликте.

Наиболее честно концепцию победоносной ядерной войны в знаменитой статье «Победа возможна» (Victory is Possible) в журнале Foreign Policy в 1980 году обрисовали Колин Грей и Кит Пейн. По их мнению, «разумная» американская наступательная стратегия в сочетании с системами противоракетной обороны должна сократить потери США в результате обмена ядерными ударами примерно до 20 млн человек. Два года спустя глава Пентагона Каспар Уайнбергер повысил ставки: «Покажите мне министра обороны, который не планирует одержать победу [в ядерной войне], и я покажу вам министра обороны, которого следует подвергнуть импичменту».

Затем, на первом сроке Трампа, США вышли и из ДРСМД, и из программы «Открытое небо», позволявшей проводить обоюдные инспекции. Чуть позже при Байдене много шума наделало изданное в Луизиане руководство по ядерному сдерживанию в эпоху конкуренции великих держав. Авторы считали концепцию ограниченной ядерной войны приемлемой.

В текущий момент, как это ни странно звучит, главным бенефициаром отказа от ДСНВ является… Израиль. Трамп последовательно легализует военную ядерную программу Израиля, а иранская ядерная программа — лишь предлог.

Также отметим недавнее заявление госсекретаря США Марко Рубио (известный ястреб) о том, что США собираются вести переговоры о новом договоре с Россией вместо ДСНВ с позиции силы. То есть попросту шантажировать.

«Наше желание уменьшить глобальные ядерные угрозы является искренним, но мы не примем условий, которые наносят ущерб Соединенным Штатам или игнорируют несоблюдение в стремлении достичь соглашения ради самого соглашения», — заявил госсекретарь США.

Полагаем, что с учетом опыта войны на Украине Вашингтон сейчас больше заботит не контроль над стратегическими вооружениями, а минимизация своего ущерба в случае стратегического конфликта с Россией, т. е. «обнуление» ядерных ответных возможностей нашей страны. Направление удара — из Арктики и с Запада (в т. ч. с Украины). (Не зря же Трамп так добивается у Европы передачи США Гренландии.)

Цель — дезорганизация управления страной, нарушение внутренних коммуникаций, снижение потенциала ответного удара, хаос. Сопровождая разведкой и объективным контролем украинские удары вглубь нашей страны, США по большому счету этим сейчас и занимаются, прикрываясь переговорами. Они стремятся выявить наши уязвимости, местоположение и алгоритмы работы средств ПВО.

Второй задачей является нейтрализация нашего стратегического ядерного потенциала и возможности применения ядерного оружия в ответном ударе. И Украина с Гренландией тут тоже играют далеко не последнюю роль.

Наконец, третьей их задачей является вывод в космос наступательных вооружений, обладающих возможностью маневрирования в атмосфере. Как предполагают их разработчики, они будут недоступны для перехвата традиционными средствами ПВО и ПРО, которыми располагает Россия.

Кто предупрежден, тот вооружен.

Под вечер павшего порядка
Прошедший в этом году Давосский форум был отмечен не только сменой главного ведущего, но и ярко обозначившимися конфликтами между различными конкурирующими глобальными проектами. Если прежде безраздельно властвовал проект глобализации, в котором США отводили себе главную роль, то в этом году различными группами было заявлено сразу три альтернативных проекта мироустройства.

Начнем с проекта, который представил президент США Дональд Трамп в рамках инициативы «Сделаем Америку снова великой». Несмотря на то, что глава Белого дома посвятил свою речь в основном обоснованию американских притязаний на Гренландию и тому, как неправильно себя ведут в этом вопросе европейцы, ряд экспертов уловил в выступлении намек на реализацию проекта «Большая Америка». В рамках данного проекта предполагается объединение США в единый агломерат с Канадой, Мексикой (возможно еще с несколькими странами Латинской Америки) и, конечно же, Гренландией. Причин, по которым США так заинтересованы в приобретении самого крупного острова в мире, много, и они подробно разобраны в передовице данного номера.

Вашингтон хочет (и не скрывает этого) полностью взять под контроль Западное полушарие. При этом такая «большая Америка» станет не только самым крупным по площади и самым экономически мощным государством на планете, но и сможет рассылать военные экспедиции в различные части Земли для усмирения непокорных народов или проведения хищнических набегов. Напомним, что в рамках борьбы с «теневым флотом» в США активно обсуждается выдача каперских лицензий. А значит, и вероятной возможности для США превратиться в большую Тортугу, с той лишь разницей, что прежняя Тортуга была просто прибежищем пиратов Карибского моря всех мастей без претензий на государственность и гегемонизм, а «Большая Америка» обладает и амбициями и, главное, технологическими возможностями для их реализации. Включая ядерное оружие и авианосцы.

Вообще, примерно последние двадцать лет мир существовал в уникальной ситуации, когда дешевизна и доступность морских перевозок делали локальное производство товаров менее выгодным, чем их экспорт. Парадоксально, но факт. Знаменитая русская поговорка «за морем и телушка — полушка, да рупь перевоз» временно утратила свою актуальность.

В сельском хозяйстве, текстильной и легкой промышленности, в производстве электроники и даже строительных материалов глобальная морская логистика задавала тон глобализации в целом, управляя потоками ресурсов, сырья и готовой продукции.

На рубеже 2010-х целые отрасли в национальных экономиках начали отмирать, уступая натиску импорта. Ставшие регулярными в последнее время протесты европейских фермеров против привозной дешевой сельхозпродукции — наглядное тому свидетельство. Но экономическая логика, подкрепленная «правильно направленными» финансовыми и кредитными потоками, была неумолима — морские и океанские перевозки сделали глобализацию выгоднее локализации.

Теперь же борьба с «теневым» флотом — предлог и возможность для США скорректировать глобализацию, пошедшую в неправильном направлении. Поскольку ее главным бенефициаром стал Китай, а вовсе не США и уж тем более не Европа.

Проект, который представил в Давосе Пекин, — это все та же «старая добрая глобализация», но с китайским лицом. И при этом не нужно устраивать глобальную перестройку мирового порядка, поскольку все уже развивается так, как нужно Китаю.

Говоря о выступлении китайских представителей на форуме, МИД КНР отметил: «Китай намерен решительно продвигать высококачественное развитие, расширять открытость внешнему миру на высоком уровне, содействовать общедоступной и инклюзивной экономической глобализации и совершенствовать международный экономический порядок».

Другими словами, китайские коммунисты заявили, что все правила, которые работали в глобальной экономике, их устраивают.

«Мы никогда не стремимся к торговому профициту. Помимо роли мировой фабрики, мы надеемся стать и мировым рынком», — подчеркнул вице-премьер-министр Госсовета КНР Хэ Лифэн в своем выступлении на Давосском форуме. То есть Пекин официально заявил о своей претензии на роль лидирующей сверхдержавы мира. И, по сути, бросил вызов США.

Третий тип проектов, заявленных в Давосе, — это проекты по объединению держав второго эшелона в третий полюс силы в дополнение к двум существующим — США и Китаю. Эти страны второго эшелона отдают себе отчет в том, что борьба за лидерство между Вашингтоном и Пекином идет не на жизнь, а на смерть, но при этом не хотят вставать ни на чью сторону, понимая, что ничего от этого не выиграют в стратегической перспективе.

Уже сейчас очевидно, что противостояние между США и Китаем отменяет все правила игры, которые существовали ранее. Об этом вполне себе недвусмысленно и неоднократно заявляли высокопоставленные американские официальные лица.

Весь первый год второго президенства Трампа яркое тому доказательство. Договоренности отменяются, сделки нарушаются, правила не соблюдаются, а главным критерием целесообразности является единоличное мнение Трампа.

Участвовать на равных в этой драке за существование на политической карте могут только объединения стран второго уровня. Существует несколько проектов подобного объединения.

Один из вариантов на том же самом Давосском форуме озвучил премьер-министр Канады Марк Карни. Отметим, что долгое время Карни возглавлял Банк Англии в Лондоне, и его связи с британскими элитными кругами не тайна, а значит и мнение, озвученное им, не его личное, а отражает точку зрения неких групп британской элиты. Которые очевидным образом недовольны тем, что творит Трамп и его команда.

В своей речи на форуме Карни признал, что старый миропорядок, «основанный на правилах», перестал работать.

«Когда правила больше не защищают вас, вы должны защитить себя сами», — сказал он. Чтобы выжить, Карни предложил объединиться так называемым «средним державам». Хотя он в своей речи на форуме и не назвал их, понятно, что под такими державами подразумеваются прежде всего сама Канада, Великобритания и страны Евросоюза.

И действительно, их объединение в единый альянс может дать сопоставимый с США промышленный, экономический и военный потенциал. Также понятно, что серым кардиналом нового объединения будет Лондон, чьи интересы очень сильно задеты политикой Трампа.

Кроме деклараций, официальная Оттава уже предприняла первые шаги по выстраиванию взаимоотношений с мировыми сверхдержавами. Так, накануне Давоса Карни с официальным визитом посетил Пекин, где провел переговоры с председателем КНР Си Цзиньпином. Этот визит стал первой за 8 лет встречей лидеров двух стран и открыл новый этап сотрудничества между Пекином и Оттавой.

Отметим, ранее Канада не очень горела желанием выстраивать собственные торговые взаимоотношения с КНР, отдельные от США. Но после того, как Трамп стал давить на канадцев, грозя включить страну в состав США, Канада решила, что лучше лавировать меж двух полюсов, чем стать 51-м штатом США.

Также неожиданно, впервые за 8 лет, британский премьер-министр Кир Стармер с официальным визитом посетил Китай и встретился с Си Цзиньпином. Большая часть переговоров была посвящена торговому и дипломатическому взаимодействию двух стран.

Сам факт начала диалога Лондона и Пекина на высшем уровне уже говорит о повороте британской политики в сторону налаживания тесных взаимоотношений со второй сверхдержавой мира и выхода Лондона из колеи следования политике США.

Другим важным участником альянса держав второго уровня должна стать объединенная Европа. Правда, у самой Европы есть свои собственные взгляды на ее ближайшее будущее.

Если внутриполитические весы ЕС склоняются все больше в сторону Берлина и его нового ближайшего партнера Италии, то во внешней политике Евросоюз лихорадочно ищет новые крупные рынки сбыта своей продукции. Потеря российского рынка из-за санкций вкупе с желанием Трампа больше продавать Европе, чем покупать производимые ею товары, заставляет европейцев обратить свой взгляд в Азию и Латинскую Америку. Так, в начале этого года Брюссель заключил новый масштабный торговый договор с Индией и не менее масштабное торговое соглашение с МЕРКОСУР (Южноамериканский общий рынок).

По словам индийского премьер-министра Нарендры Моди и главы Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен, им удалось заключить «главную торговую сделку всех времен».

Так, согласно договору, Индия отменяет пошлины почти на 97% европейского экспорта. В итоге Индия становится для Евросоюза огромным рынком сбыта почти в 2 миллиарда человек и новой производственной площадкой с дешевой рабочей силой. То есть тем, чем когда-то Китай стал для США.

В краткосрочной перспективе выгода для экономики Евросоюза очевидна. Однако на длительном отрезке времени Индия, похоже, намерена повторить китайский путь развития и перегнать по экономической мощи Евросоюз. А значит, Индия превратится в очередного субгегемона и начнет диктовать свои условия, как сейчас это делает Пекин. Готов ли Брюссель к такому повороту событий? Или он надеется на то, что у мира впереди нет нескольких десятков спокойных лет, которые были у Китая?

Конечно, Европа хватается за Индию не от хорошей жизни. США хотят отрезать все трубопроводные поставки нефти и газа в Европу и поставлять энергоресурсы только танкерами, а цену на нефть и газ формировать на своих площадках. Тем самым американцы уничтожают Европу как конкурента. Индия, которая ближе к Европе, чем Китай, может доставлять свои товары в Евросоюз посуху. Но и здесь все упирается в логистику и контроль за транспортными коридорами.

Лондон, в свою очередь, хочет взять под свой контроль поставки энергоносителей с востока и контролировать их через Турцию. Это крупная тема, со своими плюсами, минусами и сложностями, и она достойна отдельной статьи.