Китаефобия

         Китаефобия словно ржа разъедает наше почти толерантное, почти демократическое общество. Неприятен сам прецедент — вроде все нерусские нации хороши, а китайцам иногда делается исключение. Реальных фактов в подтверждении дурной репутации китайцев не приводится, кроме сущей мелочевки. Нельзя же вспоминать, что китайские бандиты заслужили в 20-е годы на Дальнем Востоке репутацию сущих извергов. Ведь их репутация полностью соответствует репутации японских оккупантов. Но японцев не принято критиковать, а в адрес китайцев регулярно высказывают нелицеприятные обвинения. Антикитайские настроения маразматичны самим посылом, дескать, китайцы плохие, а остальные лучше. Объективно китайцы относятся к своим соседям не хуже японцев, албанцев, добреньких палестинцев, невинных нигерийцев и массы других народов. Разница не в отношении, а в умении устроиться жить. Китай растет, развивается, во многом научился давать отпор своим противникам и бороться за личные интересы. Давайте честно, в основе неприязни к китайцам лежат два примитивных чувства — зависть и страх. Разберемся с ними повнимательнее.

        Зависть понятна. Большинство стран развивается не шатко, не валко. Китай бумирует. Ну, и чему завидовать? Китай сочетает советскую модель управления с законами рыночной экономики. Есть ли нечто запрещенное в подобном сочетании? Это как сказать. Обращаясь к истории, выясним, что всё зависит от интересов США. Чан Кайши на Тайване действовал очень схожими методами, более того, сплошь и рядом он превосходил современную КНР в тяге к тоталитарным методам управления экономики — 90% экономики контролировалось государством или являлось собственностью госсектора экономики острова. Тайвань бумировал, США были в восторге. Однопартийная система управления цвела и пахла. Демократическая общественность была в восторге от Тайваня — форпоста демократии против КНР. Да, позднее тайваньцы снизили уровень госуправления производством до 80%, а сейчас только 70% экономики находится в руках местного государства. Хочешь стой, хочешь падай — перед нами классический пример госкапитализма. Мир не рухнул, демократия не пострадала. Японская экономика развивалась под государственным кредитным контролем, внешне независимые предприятия контролировались сверху. До сих пор японская экономика сверх централизованна и зависит от чиновников, внутренний рынок защищен целой системой мер, откровенно протекционистского характера. В 50-е и 60-е годы прошлого века США нарадоваться не могли на своего восточного друга — верный оплот борьбы с СССР и КНР. Никого государственный контроль не смущал, напротив, отсутствие госконтроля смутило бы США до невозможности — слабая Япония противоречила интересам американской политики. Несколько иначе развивалась Южная Корея. В результате США проплатили революцию против Ли Сын Мана, местных богатеев и чиновников стали сажать и расстреливать за воровство, а в экономике восторжествовало централизованное управление.

         Стоит вспомнить, что сильный госсектор восторжествовал в послевоенной Италии при прямом поощрении США и наличии американских оккупационных войск в Италии. Мотив — не довести страну до массового недовольства, толкающего в объятия коммунистов. Но самый большой конфуз получился с Чили. Добренький диктатор Пиночет специально импортировал американских советников для стабилизации экономики, подорванной США в борьбе против злодея Альенде. Ох уж этот Сальвадор Альенде, красная гадина и стопроцентный мерзавец! Результат — Пиночет сохранил госсобственность в медной промышленности, национализированной негодяем Альенде. Что не сделаешь с подачи американцев во имя американских интересов! Применительно к России такая политика равноценна тотальной национализации нефтяной и газовой отраслей в сочетании с полной свободой развития предпринимательства в сфере производства кроссовок и зонтиков. Боюсь, что советников вроде Гайдара и Чубайса энергичный Пиночет своими солдафонскими сапогами лично спускал бы с лестницы.
      Если подытожить примеры, то надо просто признать — современная рыночная экономика с точки зрения американской элиты заведомо малоэффективна и поддерживается исключительно в корыстных интересах крупных монополий. Китайцы вызывают зависть тем, что понимают и используют давно известные методы и средства. Они делают то, что должны были делать по рекомендации разных Киссенджеров, когда сильный Китай был нужен в качестве противовеса СССР, и единственная их ошибка в способности продолжать эффективную экономическую политику, когда потребность США в данной политике уже отпала. Осуждать их за это столь же глупо, как осуждать обезьяну, которую научили утолять голод, сбивая бананы палкой, а потом стали поучать, что не надо использовать палку, а стараться прыгнуть повыше. Особенно смешна критика российской обезьяны, критикующей китайцев и клянущейся в верности идеям Пиночета. Зависть к китайцам просто смешна и убога. Куда интереснее вопрос страха перед Китаем.

         Обычно страх является самым сильным раздражителем. Когда страшно — не до денег и славы, шкура важнее. Но где он, великий страх перед великим Китаем? Если серьезно рассмотреть данный вопрос, то страх перед Китаем окажется наигранным и фальшивым. Назовите хоть одно, действительно эффективное действие, призванное остановить потенциальную экспансию КНР. Их нет и не ожидается. В военной области успехи крайне сомнительны. Качество вооружений Китая растет быстрее, чем качество вооружений Российской Федерации.  Население из Сибири и Дальнего Востока бежит. Меры по увеличению рождаемости населения не эффективны. Экономика развивается слишком медленно. Налицо поведение, демонстрирующее отсутствие реального страха перед восточным соседом. Страх носит явно наигранный характер. Значит, в основе китаефобии лежит не страх, а зависть к чужим успехам и деньгам. Зависть, как известно, чувство агрессивное, достойное разве что пролетариев, зараженных марксизмом и мечтающих чужое отнять и поделить. Как нас учат относиться к чужому богатству? Правильно, понять, что более богатый — более умный, более трудолюбивый, более достойный. Более богатым не завидовать надо, а поклоняться. Не нравится? Не я создавал эти ценности, я только указываю, что в нашем отношении к Китаю нет ничего конструктивного — только малахольные вопли слабака, которому в камере указали место у параши. Идти не хочется, а менее достойного на это место по тем правилам, на которые слабак лично подписался, не существует и существовать не может.

          Между тем, опыт Китае достоин серьезного изучения. Отбросим в сторону экономическую политику и политическое устройство. Как я уже указал — ничего оригинального. Политика Китая полностью соответствуем тем рекомендациям, которые предлагают странам мира США, когда они действительно заинтересованы в их усилении. Значит, оригинальность в чем-то ином.
           Есть такое простонародное слово «пруха», равнозначное изысканно латинскому слову фарт или по-русски пердёж. Везёт китайцам безмерно. В 1989 году из-за развала СССР решили американцы китайский проект свернуть, студентов проплатили, диссидентов наштамповали, на связи нажали и устроили события на площади Тяньаньмень. По общему энтузиазму события были помасштабнее августа 1991 года. Ничего не получилось, устроили студентам коммунисты кровавую баню и на мировое, общественное мнение наплевали. Казалось, открылись возможности выждать пару лет и аналогичные события устроить. Ан, нет. Спас КНР развал СССР. Сначала развал СССР подпитал китайскую экономику, обеспечив рынком сбыта и дешевым сырьем. Одно дело сбывать качественные товары, другое — пуховики, создающие рабочие места из ничего. Одно дело обеспечивать перекачку средств из развивающихся отраслей экономики в малодоходные, но необходимые, другое — стимулировать малодоходные отрасли экономики напрямую — дешевые удобрения и строительные материалы для сельского хозяйства, цветные металлы, дешевые грузовики. Напомню, в те времена цены на удобрения упали от 180 долларов за тонну до 100, Камаз продавался за 10-15 тысяч баксов, станки и электромоторы шли за бесценок, лесоматериалы китайцы покупали от 10 баксов за кубометр. Да, Грузии или Прибалтике доход пошел не совсем впрок, но это их проблемы, а не вопросы реальных возможностей. Зато Китай за 4 года совершил отличный рывок и повысил жизненный уровень населения. Желающих идти на демонстрации с голодухи сильно поубавилось. Сам же развал СССР и последствия политики Гайдара-Чубайса служил лучшей агитацией против местных диссидентов. Тот, кто знает истинный уровень недовольства китайцев партократией в 1989-1990 годах может только удивляться близорукости американцев и наших демократов.

        Дальше — больше. Кризис, устроенный Соресом при обрушении рынка недвижимости в Гонконге КНР встретила во всеоружии. В Тайланде зарплаты упали в 1997 году в два раза, нищая часть населения умирала на улицах от голода, зашаталась экономика Южной Кореи, ей срочно пришлось выделить 40 миллиардов баксов кредитов, в Бразилии из ничего возник кризис. В КНР ограничились покупкой чужой недвижимости за бесценок и неплохо погрели руки на деятельности Сореса. Подозреваю, попутно они очень радовались массовой эмиграции части китайцев из Гонконга и даже ей помогали — приятно иметь своих людей, да ещё при деньгах, в Канаде и США. А кто китайцам помог создать крепкую общину в Америке? Сами американцы, понадеявшись, что кризис всё окупит. Они же этим кризисом укрепили позиции китайской общины в странах Юго-Восточной Азии.
          Естественно, китайцы стали ждать расплаты за быстрый рост экономики. Их очень напугали бомбардировки Сербии. В какой-то момент они были даже готовы проплатить националистическое правительство в России — не до Сибири, быть бы живыми. Спасибо, рожи наших патриотов произвели на китайцев крайне отталкивающее впечатление — жадные примитивы, неспособные на серьезное дело. И снова у китайцев «пруха». Палестинские шахиды с поясами смертников выводят американский, европейский и израильский истеблишмент из психического равновесия. Зачем они так нервничали, я толком не понял. Ещё события в Сомали в 1995 году всё поставили на свои места — идеи либерализма в мировом масштабе не сработают под угрозой американского ядерного оружия и авианосцев. Грубое давление не разваливает, а консервирует и даже подстегивает исламский фактор. Дальнейшие выводы совсем печальны — гей-парады малоэффективны, независимость Косово равна глупости, равно как бомбардировки Сербии, а политика подавления России и вымирание русского народа хуже преступления — это грубая ошибка, за которую приходиться расплачиваться не только расходами на «мир» в Ираке, но массой иных угроз, на фоне которых Ирак и Иран выглядят мелкими уколами.

         Истинным подарком судьбы стали для китайцев события 11 сентября 2001 года. Америка объявила себя в состоянии войны, Америке стало не до Китая. Американцы даже не понимали, что, влезая в Ирак и Афганистан, они увязнут там надолго. Ещё меньше они понимали двуличие европейцев. Саркози прямо поставил точки над И, заявив, что решение вывести войска из Ирака ставит под угрозу европейскую безопасность. Гм, и зачем они тогда прессинговали Америку за авантюру в Ираке последние годы? Зато Китай стал спокойно развиваться и даже кредитовать США, массово скупая их ГКО. В результате КНР купило ГКО на сумму, приблизительно равную американским расходам в Ираке. И дальше «случайная» щедрость приводит к массе приятных последствий. Попытки использовать Олимпиаду в Пекине в качестве орудия давления на КНР с треском проваливаются — в 2007 году какие-то косоглазые обрушили на пару дней рынок ГКО США, сбросив не более миллиарда долларов ГКО. Мир и дружба воцаряются в дипломатии вокруг Олимпиады. Даже проплата недавних волнений в Тибете ничего не решает.
            Ещё большая «пруха» — мировая рецессия и падение доллара, бардак в Ираке, высокие цены на нефть и продовольствие. Под давлением Запада Китай взял на себя торжественное обязательство понизить эффективность капиталовложений. Свои обязательства по растранжириванию народных средств Пекин выполнил. Например, построил железную дорогу в Тибет. Окупаемость низкая, зато выгоды стратегические очевидны. Гигантская система переброски воды с Юга на Север была заведомо почти убыточна. К счастью Китая, не успел он ввести её в эксплуатацию, как рост цен на продовольствие повысил эффективность китайской программы переброски вод в разы. Вбухивание средств в строительство автострад странным образом обернулось ускорением развития в бедных районах Китая. Жуткие расходы на нефтеразведку в прибрежный водах дали непредсказуемый для критиков Китая результат — добыча нефти в КНР начала расти, короче, любой рост цен на нефть будет сильнее бить по Европе, чем по КНР. И чем больше США будут жечь подсолнечного масла в качестве альтернативного топлива, тем сильнее будут страдать от голода страны третьего мира, а китайцы будут жарить пищу на подсолнечном масле орошаемых новых земель, а их зависимость от импорта нефти сравняется с уровнем зависимости США минимум лет на пять позже предсказываемого.

         Впрочем, Китаю отнюдь не приходится слишком переплачивать за нефть. За это он обязан поблагодарить США, Европу и Российское правительство. Большое количество нефти и газа КНР импортирует из Казахстана и Туркмении. Ещё Китай собирается покупать газ в Иране. Плата за пользование трубопроводами на территориях России, Украины и, особенно, Польши оказалась для Казахстана и Туркмении столь велика, что им выгодно продавать в Китай углеводороды со скидкой. Например, Туркмения поставляла в 2007 году газ Китаю за 110 долларов за кубометр, который обходился ФРГ уже в 200 с гаком долларов за кубометр. Нечто похожее твориться и с ценами на казахскую нефть. Как говориться, почувствуйте разницу. Что касается трубопровода по дну Каспийского моря, то сами США отказались его финансировать и не зря. Аппетиты Грузии, Турции и Азербайджана в виде платы за транзит явно играют в пользу Китая.
          А как отразились финансовые проблемы США и стагнация мировой нефтедобычи на отношениях КНР и России! Если раньше США были против покупки Китаем месторождений в России, то теперь они за — лишь бы скважины строились. Теперь китайцы прицениваются и покупают российские месторождения, включая территорию Европейской части России. Знаю, о чем говорю, сам переводил. Но это мелочи. Последние вести из района Тынды очень определенны — китайцы привлекаются к строительству железной дороги в сторону Якутска. Это кратчайший путь в сторону Вилюйской антисинклинали. Теоретически там возможны запасы нефти равные иракским. Эта территория — последний крупный, официальный нефтяной регион России.
         Самое интересное, что обвинить Китай в особой борьбе за столь выгодные условия развития невозможно. Не они тащили США в Ирак и Афганистан, не они пожадничали с ценами на транзит топлива, не они стали использовать подсолнечное масло в виде биотоплива, не они причастны к падению нефтедобычи в Венесуэле и Мексике, не они заставляли США увеличивать государственный долг, устраивали дефолт в России, кризис в Гонконге и не они заигрывали с исламом в Косово или Чечне. Так что же они делали?

         Сейчас КНР производит раза в два с половиной больше стали, чем США — более 500 млн. тон в год. 60 млн. тонн Китай продает. Например, в виде дешевых труб для нефтянки. Ещё бы им это не делать, если они для развития своей металлургии использовали лучшие советские технологии конца 80-х годов. Технологии КНР скупает повсюду и просто не слушает чужие рекомендации. Вот здесь китайцы большие мастера. Смешно, но подобное поведение было изначально предсказуемым. Ещё японцы отличились завидным умением отсеивать нужное лично им от советов посторонних. Вплоть до последних лет американцы обожают жаловаться на умение японцев оставаться во время переговоров при своем мнении. Какой умник предполагал, что психика китайцев окажется менее устойчивой, чем психика японцев? Уверен, за свою глупость он получал деньги не от китайцев. Если брать вопросы развития, то заслуга китайцев прежде всего в способности выдерживать психическую войну — иначе всевозможные «анализы» перспектив Китая и рекомендации назвать сложно.
           Мы подошли к главной причине кризиса Запада и катастрофы России — патологической вере в эффективность «наведенного сознания». Эта вера сродни безумию, поскольку исходит из убеждения в безграничность обаяния Запада, всепрошибающей силы мирового, общественного мнения и информационных технологий. Восток прошел через фазу поклонения перед Западом. Попытки искусственно её реанимировать заведомо ведут к обратному результату. Когда мы пытаемся давить на Китай, мы просто предупреждаем его о своих планах и дополнительно мобилизуем. Это в странах Ислама психическое давление ведет к нервным срывам. Несколько карикатур на Пророка, и страны Ислама начинают бурлить. И то бурлят они часто чисто формально. Поорали, покидали камни в сторону ближайшего посольства США и успокоились. С Китаем ещё сложнее — крику меньше, толку больше. С точки зрения китайцев и японцев Западная и Православная цивилизации больны неправильным выстраиванием отношений внутри общества. Слишком часто положение личности в обществе достигается «нахрапом», наглостью и неуважением к более умному. У японцев жесткая субординация, китайцы индивидуалисты. Общее в ином — культурный человек имеет право на первый кусок хлеба. Этого в нашей цивилизации нет в принципе. Достаточно посмотреть на схему найма в США — знания нанимаемого не должны превосходить определенный уровень. В России ещё хуже. Здесь даже среди ученых отсутствует понятие гамбургского счета — уже давно уважение к ученому не определяется его умом и способностью производить идеи, всё решают место и связи. Среди китайцев я постоянно видел не афишируемую дистанцию между умными и посредственностями. Причем дуракам и в голову не приходило восстать против такого порядка и сбиваться в стаи. То есть общество незримо структуируется. Подобная структуризация принципиальна противоположна нынешнему состоянию российского общества. За подобным явлением стоит нечто более серьезное.
        Структуризация Дальневосточного, конфуцианского общества прямиком связана с китайским понятием приличий и ритуала. Внешнее поведение человека не рассматривается как доказательство его внутреннего согласия (православный лад — заставили внешне уважать и любить, значит, можно заставить искренне уважать и любить). Китайца можно силой заставить подчиняться, но нельзя силой заставить поверить в вашу порядочность. В китайской культуре отсутствует иллюзия возможности достижения подобной цели, как чего-то простенького и всегда желательного. Подчиняются — хватит, и так имеешь, что хочешь. Пресловутая промывка мозгов имеет больше целью подчинение, чем стремление заставить уверовать в сказанное. Хотя внешне всё выглядит с точностью до наоборот. Поэтому восточные люди часто выглядят для наших олухов непонятными и загадочными. На самом деле они намного проще. И нечего рассчитывать на христианизацию Китая. Местные христиане никогда не станут авторитетом для остальных китайцев или действительно эффективной пятой колонной. Если кто-то не понимает, что такое структуризация общества по-китайски, приведу один пример — до 1979 года, то есть начала реформ, в Шаньдуне приходилось использовать воинские части для помощи крестьянам в уборке урожая. Надо представлять заселенность этой провинции Китая, чтобы понять уровень всеобщей «итальянской» забастовки. После реформ крестьянам требовалось от нескольких часов до полутора дней, чтобы собрать с наделов урожай. В СССР именно наиболее способные к подобным забастовкам народы получали наилучшее финансирование в сельской местности и прочие послабления. Вот что такое пытаться структурировать китайцев вразрез с их желаниями.
          Но как быть с тем поклонением перед Западом, которое заставило китайцев принять марксизм? Тут мы подходим к главной генетической загадке Дальнего Востока и народов конфуцианской культуры. Психологическое воздействие на китайцев или японцев способно оказать только чисто доминантное белое население. Китаец может разомлеть от удовольствия общения со здоровым, русским или английским мужиком. Он и водки с ними пропустит, и разоткровенничает. Но с более южными народами он автоматически чувствует себя равным по уму и хитрости. Если силы не равны, он уходит в сторону. Но сейчас белое население китаец воспринимает достаточно скептически, как людей, ослабленных, подчиненных и закомплексованных.
          Короче, пресловутой желтой опасности в привычном понятии для белых людей не существует, она существует только для людей, живущих начиная от Кавказа и южнее. Просто природа включила механизм замещения. С точки зрения природы, раз белые народы обязаны вымереть, то вверх обязаны взять более совершенные среди остальных народов нации. Естественно, это не турки и не арабы, и не ещё кое-кто. Если вспомнить историю, то монголоиды двигались в сторону Средней Азии и дальше, а также заняли Америку, но обратного движения не было. Только Россия смогла организовать обратное движение на Восток. Что касается Америки, то любопытно узнать ситуацию в Калифорнии. Негры бегут от мексиканцев. За последние десять лет население негров в Лос-Анджелесе сократилось наполовину. Никакие черные пантеры с их Аллах Акбар не помогли. И надо учесть, что мексиканцы — мягкий народ, исповедуют католицизм, по крови сильно смешались с белыми. Поэтому китаефобия — зло. Ненавидеть китайцев глупо, как ненавидеть законы дарвинизма и логику прогресса человечества. Там, где придут китайцы, экономика станет развиваться быстрее, чем в Ираке, Азербайджане или Сомали. Стоит ли жалеть белые народы, коль скоро они обязаны вымереть в силу собственной неспособности структурироваться? Наверно, не стоит, раз на смену им придут китайцы. Мы неправильно понимаем эволюцию человечества, отрывая её от развития человеческих особей. Эволюция человека состоит в выживании психологически устойчивых особей как общностей, а не отдельных личностей. В этом смысле китайцы оказались устойчивей. Тем более, торжество китайцев в этом столетии не затронет евреев. В случае серьезных проблем евреев ждет Бразилия, где много обезьян на деревьях, а под деревьями много веселых и доступных негритянок. Зачем волноваться?
         Китайцы просто подбирают. Не они жгут машины в Париже. Не они устраивают национальные землячества в российской армии или организуют национальные банды. Не они захватывают суда у побережья Сомали. Не они растят мак в Афганистане или распространяют его в России и Европе. Не они пропагандируют анормальные межчеловеческие отношения. И цены растут не из-за высоких цен на их продукцию. Другое дело, что они могут за себя постоять. Например, в Средние века они подсыпали интересный порошок в зерно и посылали особенно надоедливым кочевникам. Никто ничего не замечал, пока племя не вымирало полностью от бесплодия. Умеют они тонко мстить. Но они не обязаны решать чужие проблемы. К чему приводит иная постановка вопроса, их учить не надо, пример России достаточно ясен. И нечего на них злиться — у них психика лучше, это мы надорвемся их ненавидеть. Пора кончать с ненавистью к китайцам. Говорю как китаист.