Что говорит международное право о захвате США нефтяного танкера у берегов Венесуэлы?

«Мы только что захватили танкер у берегов Венесуэлы — большой танкер, очень большой, самый большой из всех, что когда-либо захватывали», — заявил Дональд Трамп 10 декабря. В ходе драматичной операции американские военные захватили нефтяной танкер Skipper, который в 2022 году попал под санкции США, хотя и ходил под другим названием. «Полагаю, мы оставим нефть себе», — добавил позже президент США.

Венесуэла находится под санкциями США с 2019 года, когда Трамп впервые занял пост президента. В последние месяцы вооружённые силы США нанесли удары по нескольким судам в Карибском море, преимущественно у берегов Венесуэлы и Колумбии, которые, предположительно, занимались контрабандой наркотиков из этого региона. В результате этих ударов погибло более 80 человек.

Захват судна Skipper стал последним эпизодом в нарастающих враждебных отношениях между Трампом и президентом Венесуэлы Николасом Мадуро. Но что говорит международное право об этом захвате?

Представляя официальное юридическое обоснование, генеральный прокурор США Пэм Бонди заявила, что американские военные действовали на основании «ордера на арест танкера, перевозившего нефть из Венесуэлы и Ирана, в отношении которых действуют санкции». Она добавила, что танкер находился под санкциями в течение многих лет «из-за его участия в незаконной сети по перевозке нефти, поддерживающей иностранные террористические организации».

Точное место захвата судна неизвестно. По некоторым данным, судно было захвачено «на побережье Венесуэлы», в то время как другие источники предполагают, что операция проводилась «в международных водах».

Если предположить, что захват произошёл либо в прибрежных водах Венесуэлы, либо в открытом море, то международно-правовой режим регулируется Конвенцией ООН по морскому праву 1982 года (Unclos). США не являются участником конвенции, но признают её обязательную силу.

В качестве отправной точки Unclos предоставляет исключительную юрисдикцию «государству флага». Судя по всему, Skipper ходил под флагом Гайаны, которая граничит с Венесуэлой, хотя власти Гайаны поспешили заявить, что судно не было зарегистрировано там.

Ни одному другому государству не разрешается осуществлять надзор или обеспечивать соблюдение юрисдикции, если только арест не происходит в прибрежных водах государства, осуществляющего арест, или если ситуация не подпадает под конкретное исключение, предусмотренное статьей 110 конвенции.

Такие исключения применяются, если есть основания подозревать, что судно занимается пиратством, работорговлей или, при определённых обстоятельствах, несанкционированным вещанием. Исключения также применяются, если судно не имеет гражданства или если судно на самом деле принадлежит тому же государству, что и военный корабль, осуществляющий захват.

Таким образом, похоже, что утверждение Бонди о том, что судно Skipper было арестовано в соответствии с санкциями, введёнными внутри страны, не имеет юридической силы в международном праве.

Международный трибунал по морскому праву также ясно дал понять, что государства не могут в одностороннем порядке и произвольно подниматься на борт судов под иностранным флагом за пределами своих территориальных вод и применять к ним национальное законодательство, если только Конвенция ООН по морскому праву не предусматривает для этого исключения. Одних лишь заявлений о борьбе с преступностью или терроризмом недостаточно — особенно в отношении задержаний в открытом море.

Однако тот факт, что регистрация судна в Гайане была поставлена под сомнение, открывает возможность для законного ареста. Это связано с тем, что Конвенция ООН по морскому праву разрешает досмотр судов, «не имеющих гражданства».

В таких обстоятельствах международное право рассматривает суда как «суда без гражданства», не находящиеся под защитой какой-либо страны. Это утверждение было выдвинуто США в 1982 году при захвате судна без гражданства у восточного побережья США, которое контролировалось подозреваемыми в торговле наркотиками.

Однако мнения исследователей о том, существует ли общее право на сохранение доходов от таких конфискаций в соответствии с международным правом, расходятся. И несмотря на сомнения по поводу регистрации Skipper, США не пытались опираться на этот правовой подход.

Остается еще один, возможно, более важный вопрос: можно ли охарактеризовать захват «Шкипера» как акт войны со стороны США. Международное право касается объективного существования вооруженного конфликта, а не объявления войны, и теоретически захват «вооруженными силами государства территории другого государства» может считаться актом войны. Это потенциально может включать в себя захват судна другого государства.

Однако считается, что относительно маломасштабные столкновения не могут квалифицироваться как “вооруженный конфликт”. Например, обычно не считается, что потопление Францией судна Rainbow Warrior под флагом Великобритании в Окленде, Новая Зеландия, в 1985 году создало ситуацию ”вооруженного конфликта". Аналогичным образом, считается, что израильский рейд на судно "Мави Мармара", находящееся под флагом Коморских островов, в 2010 году не привел к возникновению ситуации вооруженного конфликта между этими государствами.

Другие подходы к определению наличия вооружённого конфликта основаны на оценке уровня интенсивности или организации любых боевых действий между вооружёнными формированиями. Однако, по крайней мере на данный момент, Венесуэла и США вряд ли соответствуют этому критерию. Отсутствие у «Шкипера» государственного статуса также создаёт технические препятствия для установления факта «вторжения» и, соответственно, «вооружённого конфликта».

Остаётся последний вопрос: были ли венесуэльские чиновники правы, называя американских военных «пиратами, преступниками в открытом море [и] буканьерами». Это, безусловно, заманчивое сравнение, учитывая тенденцию называть противников на воде «пиратами» — древний риторический приём, который восходит как минимум к римскому оратору Цицерону, писавшему в I веке до нашей эры.

Однако ошибочно применять этот термин к действиям государства или спонсируемых государством лиц, поскольку в статье 101 Конвенции ООН по морскому праву чётко указано, что пиратством могут заниматься только частные лица, действующие с частных судов. Какие бы другие юридические проблемы ни возникали в связи с захватом судна, пиратство к ним не относится.