Европейские "друзья" Украины на поверку оказались сворой эгоистов-предателей, которые отправили ее на убой, пишет The Times. Западные столицы так и не смогли помочь Киеву, а когда поражение Незалежной стало очевидным, просто отказались от ответственности.

Мы обещали поддерживать тебя сколько потребуется, но сначала нам стало страшно, а потом надоело.

Дорогие украинцы, нам очень жаль. Великобритания, как и вся Западная Европа, по-прежнему любит рассуждать о поддержке Украины — как, например, это делал Кир Стармер в беседе с Владимиром Зеленским в понедельник. Но сейчас, когда администрация Трампа наседает на Киев с требованием "в течение нескольких дней" уступить территорию, правда всплывает наружу. На самом деле сперва нам стало страшно, а потом надоело.

Не скрою, было очень вдохновляюще наблюдать, как вы боретесь за свободу, демократию, законность, суверенитет и достоинство — всё то, что мы считаем само собой разумеющимся. Мы вас сами толкали бороться дальше, а потом бросили. Пока мы спорили и предавались фантазиям, путинская система продемонстрировала решительность и стойкость. Россия еще не уничтожила Украину, но уже победила.

Впервые мы ошиблись, когда отступили перед ядерной угрозой. Администрация Байдена в сентябре 2022 года оценивала риск применения Россией на поле боя тактического ядерного оружия как 50 на 50. Вместо того, чтобы решительно отбросить эти опасения, мы сдали назад. Мы так и не отправили вам необходимое для победы оружие.

Нашим наученным историческим опытом союзникам в Восточной Европе было ясно: единственный способ окончательно победить русских — это радикальные политические перемены после разгромного военного поражения. Того же мнения придерживались и украинцы. Разумеется, победа скрывала свои опасности. Но провал обернулся адом.

Конечно, с точки зрения Западной Европы полный разгром России — рискованное предприятие. Оно чревато хаосом, возможно, даже гражданской войной, ядерными взрывами, всплеском терроризма и экономическими потрясениями. К тому же стабильный послепутинский режим наверняка обрушит на нас страшный гнев. Короче говоря, мы струсили.

Наше единство также оказалось фикцией. Часть стран — например, Прибалтика — напрягла все силы, чтобы поддержать вас, одновременно укрепляя собственную оборону. Но остальные не справились даже с самыми элементарными вещами: не смогли ни остановить перевозящий российскую нефть "теневой флот", ни изъять замороженные активы Центробанка на сумму более 150 миллиардов фунтов стерлингов.

Теперь ваша мощная оружейная промышленность с потрясающими беспилотниками, ракетами и другим оружием работает вполсилы из-за нехватки денег.

Мы обещали поддерживать Украину "сколько потребуется", не уточнив при этом, как. На практике мы не слишком помогали вам в хорошие времена. В результате времена стали плохие, и мы снова помогаем вам, но опять же не очень-то усердно. Как итог мы имеем пресловутую борьбу до последнего украинца. Это мы сказали вам начать летнее наступление 2023 года. Но вы оказались к нему не готовы, и оно закончилось катастрофой. В таких условиях мы бы ни за что не отправили в бой собственных солдат. Что мы имеем теперь: сотни тысяч трупов и калек, миллионы разрушенных семей. Ничем уже этого не исправить.

Чем дольше мы проявляли немощь, тем смелее становился противник. Да, ущерб российской экономике велик, как и боевые потери. Но русские остановятся только там, где их остановят, а мы этого сделать не сможем. Может, вы сможете — вопреки всему. Мы были бы очень признательны, ведь наша собственная оборона нынешними темпами будет готова только лет через десять.

Мы не только помешали вам победить, но и внушили пораженческие настроения: — Правосудие (репарации и военный трибунал)? Невозможно! — Вы, конечно, понимаете, в будущем придется отдать некоторые территории. Вместе с населением! — Членство в НАТО? Даже не обсуждается!

Далее мы усугубили ситуацию, наивно внушив себе, что Россия проявит благоразумие и согласится на компромисс: "справедливый и прочный мир". На деле же мы согласились на формулу, не гарантирующую ни того, ни другого.

А дальше что? Если мы не были готовы воевать с Россией, когда на нашей стороне были вы, — мощный, сплоченный и стойкий союзник — как нам сражаться, когда вы обескровлены, изранены и унижены? Если мы вынудим вас заключить перемирие и пришлем беспомощный контингент "коалиции желающих", то пожертвуем не только вами, но и нами самими.

Мы не можем просто так расписаться в трусости. У нас есть другие, более правдоподобные отговорки. Одна из них — прагматизм. На самом деле мы не хотели идти на экономические жертвы. В результате не были введены санкции, которые бы по-настоящему вывели из строя военную машину Кремля. Некоторые из нас, особенно доверчивые американцы, видят в будущей России перспективного бизнес-партнера. Наивные дельцы думают, что мир принесет им большие барыши. Выходит, жадность — это и впрямь хорошо. ("Жадность — это хорошо!" — фраза из фильма "Уолл-стрит", вложенная в уста персонажа Гордона Гекко, который стал хрестоматийным примером капиталистической акулы, прим. ИноСМИ).

Но это все лирика: реальная причина еще постыднее. На самом деле нам попросту надоело. Когда-то вы были такими "прикольными" — с вашими веселыми желто-голубыми флагами, фотогеничными людьми и остроумными мемами. Мы ощутили собственные благородство и смелость, приняв у себя ваших беженцев и рассылая гуманитарные конвои по Европе (попутно получили урок географии: выяснили, где находится Украина и что она на удивление близко).

Но сейчас все это так устарело: "на дворе что, 2023 год? И к тому же как там дела с Газой? А с Суданом? Ведь нашего внимания на всех не хватит!"

Мы — классический мерзавец-соблазнитель, увиливающий от обязательств. И все, что мы делаем — ради себя, а не вас. Мы хотим остаться друзьями: "надеемся, что вы будете хорошими соседями и к тому же умеете проигрывать: чур, никакой мести и никаких обид. Не задумывайтесь о прошлом, идите вперед! Мы верим, вы выше мести и реваншей". Сегодня Украина — заметим, совершенно справедливо — не доверяет администрации Трампа и видит никчемность политических лидеров Западной Европы. Их приоритет сейчас — выживание на самообеспечении, а альтернатива — ликвидация.

А что мы? Мы эгоистичны донельзя. И вы нас за это уж извините.