Вот тебе и раз…

Текст от Александра Роджерса как кажется заслуживающий внимания

Вот тебе и раз

Мой ребёнок в четыре года пошёл в детский сад. И где-то за пару недель выучил там все матерные слова. И ругался просто как помесь сапожника с портовой шлюхой. Вернее, даже не так. Он не ругался матами, он ими разговаривал. Потому что маленький человечек изучает новые слова и начинает их использовать.
Я объяснил ему, что такое обсценная лексика, когда она приемлема и уместна, а когда нет. И он больше не ругается матом. Более того, когда он слышит его на улице или в интернете, то начинает возмущаться и читать нотации прохожим (или мне, что я такое слушаю).
Потому что детей нужно воспитывать, а не запрещать им.
Аналогично я никогда не ставил заглушек в розетки. А объяснил ребёнку, как работает электричество и почему опасно совать пальцы в розетку. И он этого не делает.
Воспитание.
И да, мой ребёнок ходит по дому и распевает гимн России и «матушка-земля». Для него патриотизм естественен, как воздух.
Воспитание.

Вот тебе и два

Поздний СССР пошёл по пути запретов. В результате закрыть инфопространство не получилось, зато люди потеряли иммунитет к вражеской пропаганде. И сарафанное радио, «запретный плод», стало «более интересным» и воспринималось как более достоверное, чем официальная информация.
Об этом писало огромное количество людей, начиная от Почепцова и заканчивая Кара-Мурзой (не тем, который иноагент, а нормальным).
В результате та западная пропаганда, которая легко была бы разбита в открытом диспуте, выигрывала за счёт своей «запретности».
А сейчас некоторые чиновники (я называю таких «фунциклёры», то есть помесь «функционер» и «цикл») идут по пути «премудрого пескаря» из известного произведения.
Или, уже у Чехова «Волга впадает в Каспийское море. Как бы чего не вышло».
Я сейчас смотрел пятый сезон «Медленных лошадей» с Гэри Олдмэном. Там замдиректора МИ-5 в одном эпизоде говорит «Московский принцип – прикрывать своих. Лондонский принцип – прикрывать свою задницу».
Так вот, запрещать всё подряд – это не решать проблему. А прикрывать свою задницу.
Не по-русски, а по-лондонски.
Формализированная реакция. «Мы всё запретили, отреагировали, а дальше не наше дело».
В результате граждане не приобретают иммунитет к враждебной пропаганде и манипуляциям, а наоборот, теряют его.

Вот тебе и три

Иногда запреты бывают обоснованными. Я был только «за» запрет Фейсбука – потому что там сама платформа собирает личную информацию и шпионит за пользователями (отсылая их личные данные за границу и позволяя составлять их психологические портреты для манипулирования).
Аналогично с «Ваццап», который тоже шлёт шифрованные данные на свои иностранные серваки. Более того, я выступал за блокировку «Ваццапа» больше десяти лет,...
Запрет таких платформ – это как запрет вирусов или другого вредоносного ПО, «малваре».
Но это не должно доходить до абсурда.

Вот тебе и четыре

На днях РКН запретил «Роблокс».
Детскую песочницу. Которая, помимо всего, является инструментом разработчика, и на работе с которой тысячи детей учатся программировать (в игровой форме). У моего ребёнка в школе курсы по программированию в «Роблоксе». Были, теперь не будут.
России больше не нужны айтишники?

Сейчас я процитирую это особо потужное обоснование:
«Мониторинг Roblox неоднократно подтверждал неспособность внутренней системы модерации обеспечить стопроцентную безопасность появляющихся на платформе материалов. В игровом пространстве в большом количестве присутствует неподобающий контент, который может негативно повлиять на духовно-нравственное развитие детей, создаются условия и предпосылки для совершения противоправных действий», заявили в РКН.
В «Майнкрафте» из кубиков можно составить нецензурное слово из трех букв. Давайте запретим «Манкрафт».
Вы не можете стопроцентно обеспечить, что на асфальте мелом не напишут неподобающее слово. Давайте запретим асфальт.
На заборах и стенах тоже регулярно пишут нецензурщину. Давайте запретим заборы и стены.
Большинство звонков телефонных мошенников делается по телефонам. Давайте запретим мобильную связь.
Я уже молчу о том, что половину убийств совершают кухонными ножами. Давайте запретим кухонные ножи (катана гири, как в средневековой Японии).
В школы иногда приходят колумбайнеры. Давайте отменим школы.
Из букв можно составить антиправительственный призыв. Давайте отменим алфавит.

Вы понимаете, что из-за подобных идиотских инициатив уже есть мем «В Госдуме запретили всё».
Мем смешной, ситуация дебильная.
Я даже не утрирую. Я даже не довожу до абсурда, reductio ad absurdum.
Всё уже украдено до нас.
Мне ничего не нужно делать. Всё уже доведено до абсурда РКН (и отдельными сверхактивными в предвыборный период депутатами).

Вот тебе и пять

Причём такая запретительная активность носит крайне выборочный характер. В той же «ВК» много лет существуют экстремистские и нацистские группы, там полно порнографии и даже существуют группы по пропаганде самоубийств и колумбайнов (массовых расстрелов).
Но ВКонтакте РКН не запрещает, не штрафует и не строит (хотя надо!). Потому что там «увожаемые люди».
С «Яндексом» аналогичная картина. Волож уехал, но дело его живёт. Nobody care.
Про «Одноглазики» я вообще молчу. Туда просто страшно заходить, и там творится полный беспредел по распространению любой вредоносной информации – от украинской пропаганды и до условной «Поваренной книги анархиста».

Вот тебе и шесть

Давайте я задам вам предельно простой вопрос: после запрета «Роблокса» что будет с численностью детей и подростков, которых та же украинская разведка сможет завербовать, чтобы поджечь релейный шкаф в знак протеста?
Их станет больше или меньше?
Вопрос, конечно, риторический. Все мы знаем ответ – их станет больше.

И каждый такой запрет только толкает людей изучать ВПН и приучает их к мысли «чиновники м*даки».

Так на кого работает РКН? На Россию или на её врагов?

Причём мой ребёнок, который иногда сидел в «Роблокс» и в составе группы разрабатывал там собственные игры (простенькие, но нужно с чего-то начинать), теперь не сможет этого делать.
При этом он уже до этого сталкивался там со всяким экстремистским, типа размещения нацистских флагов (почему-то пользователями с украины). Но почему-то одиннадцатилетний ребёнок не стал от этого нацистом, а сообщал о таких случаях мне, а также писал жалобы в поддержку.
Потому что папа не запрещал ему ходить в интернет, а объяснил, как нужно себя там вести.
Воспитание, да.

Вот тебе и семь

Я глубоко убеждён в некоторых вещах.
1. Запреты в информационной сфере нужны тем, у кого не хватает аргументов. Мы видим, как Запад цензурит свои СМИ и соцсети – он делает это именно потому, что его позиции крайне слабы.
2. Мы выгрываем информационную войну. Я могу на эту тему многочасовые лекции читать, но достаточно того факта, что практически у всех вражеских лидеров рейтинги в районе плинтуса (10-14%).
3. Нам нужно не закрываться, а открываться и атаковать. Наступать на всех доступных платформах.
4. Запреты играют на руку врагу, закрывая нам возможность доносить нашу позицию до людей на западе.

Можно привести в пример прорыв информационной блокады, когда Владимир Путин дал интервью Такеру Карлсону. Его посмотрели сотни миллионов людей по всей планете. А глобалисты ещё долго бились в истериках, требуя распять и репрессировать Карлсона.
Так мы должны молчать с надетым РКН на нас кляпом, или мы должны говорить? Наш голос должна слышать планета!

Бигтех закрывает нам доступ к западным платформам, мешая доносить нашу позицию. И РКН закрывает нам доступ к западным платформам, мешая доносить нашу позицию.

И, самое главное моё убеждение: наш народ мудр.
Ему не нужно запрещать (этого никто не любит, это вызывает естественное возмущение и сопротивление).
С ним нужно РАЗГОВАРИВАТЬ. Как Путин на Прямой линии.

Я понимаю, что на слове «разговаривать с народом» у всех фунциклёров припадок в ужасе и нервный тик начинается. Но именно это и нужно делать.

Вот тебе и восемь

Нужно повышать грамотность населения. Политическую в том числе.
Почему-то люди, которые читают Роджерса, гораздо реже поддаются на разводки телефонных мошенников.
Почему-то люди, читающие Роджерса, придумали издеваться над ними, спрашивая «Чей Крым?».
Почему-то люди, читающие Роджерса, в 22-м году начали создавать стихийные группы информационного сопротивления (которые теперь записывают во всяческие «сеточки» и пытаются обвинять в прямо противоположном тому, что мы делаем) и противостояли засилию украинских ботов в соцсетях и миллионам (товарищ Матвейчев подтвердит, что были реально миллионы вражеских дезинформирующих сообщений) вбросов.
Почему-то людям, читающим Роджерса (Карманова, Мараховского, слушающим лекции Матвейчева и так далее) бесполезно втирать про «Запад стронг» и «ракет у России осталось на два-три дня».
Почему-то люди, читающие Роджерса, не поддерживали мятеж Пригожина. Как до этого не поддерживали Навального. Как до этого не поддерживали Мальцева. И так далее.

Вот тебе и девять

Я страшное для фунциклёров скажу. У нас нет информационной политики.
У нас есть ИМИТАЦИЯ информационной политики.

Запреты – это имитация деятельности. Для галочки.
Как говорил Штирлиц, «Трудно стало работать. Развелось много идиотов, говорящих правильные слова».
Выйти и рассказывать, как он любит Россию больше всех (особенно если ему дадут финансирование), может любой дурак. Вон, Малькевич рассказывал (а теперь под следствием о хищениях и мошенничестве).
Этого не достаточно!

Мне вчера прислали ссылку на группу с названием «Мы любим Россию!». А внутри «США стронг», «власти зажрались» и прочее «уси на майдан». «Пасматрите на кококопетализацию Эппл и Нвидиа, куда мы, лапотные, против потужного запада?! Нужно сдаваться, платить и каяться».
И это не только не запрещают, но ещё и они выложили отчёт о том, как
«2 декабря 2025 года в Государственной Думе ФС РФ прошел круглый стол по теме: «Интернет, мессенджеры и игры как поле информационной войны против детей. Система защиты и регулирования», организованный «Комитетом по развитию гражданского общества, общественным и религиозным организациям» под руководством Яны Валерьевны Лантратовой. По приглашению Комитета, представители МОД МЛР приняли участие в заседании и передали предложения в рамках повестки круглого стола для учета при совершенствовании законодательства».
Понимаете? Роджерса, читающего курс лекций по инфовойнам, не приглашают, а «всё пропало, нужно сосать у потужного государя Дональда» – приглашают.
Это не инфополитика. Это её отсутствие.
Мероприятия для галочки проводятся, деньги на них выделяются, а результат даже не нулевой – он отрицательный.

Вот тебе и десять

У нас всё информационное поле – не российское, а навязанное Западом.
У нас почти все СМИ (кроме маргиналов типа нашей «Журналистской Правды») годами писали «так называемые ЛДНР». В лучшем случае «самопровозглашённые». Хотя можно было бы писать просто, без оценочных эпитетов – ЛДНР. И это уже было бы лучше.
У нас почти все СМИ без вопросов приняли, что в ЛДНР «сепаратисты» (ну как же, они отделяются от украины!). Хотя я с первого дня говорил, что мы не сепаратисты, мы юнионисты. И не за отделение от украины, а за воссоединение с Россией. А сепаратисты в Киеве и Львове сидят.
В русской ментальности «на нас напали» призыв объединяться, а «сепаратизм» носит чёткую негативную коннотацию.
Но люди, которые отвечают за информационную политику, не знают слова «коннотация».
Равно как и «дискурс» или «нарратив». Вернее, слова может и знают – и даже вставляют их в свою речь для понтов, невпопад. Но не понимают смысла.

Я могу приводить примеры часами.

Нельзя выиграть информационную войну, находясь во вражеском понятийном поле, используя вражеские оценочные суждения и тенминологию.
А у нас большинство (да почти все!) СМИ тупо перепечатывают какие-нибудь «Дойче Велле», «Нью-Йорк Таймс» или «Би-би-си». Не разбирая по сути, не интерпретируя и не показывая их лжи.
«Так пишет «Таймс»(с)миссис Хадсон

Вы, (.....) не самобытны! Вы вторичны! Вы живёте в чужом понятийном поле!
Вы не думаете. Вы как заводные попугаи, тупо рерайтите чужие тексты, а не создаёте свои. Бездумные ретрансляторы вражеской пропаганды.
Вон из профессии, твари!

P.S. Вы себе не представляете, как надоело чувствовать себя Левшой из сказки, бегающим с «Англичане ружья кирпичом не чистят». И как иногда хочется плюнуть на всё и уехать в тихую уютную Самару, пойти там работать в столярке. Чтобы пальцы ощущали прикосновение к свежеошкуренному дереву, а вокруг разливался его чудесный аромат. И никаких нервотрёпок.
Но потом я вспоминаю, что делаю всякое полезное, приближающее нашу победу. И продолжаю. А столярка подождёт.