Исторические напёрстки:О «договорнячках» 85 лет назад

Без предисловий, тема будет обширная, историческая, спорная. Если кто увидит вопиющие и прямые параллели с днём нынешним — небесный всемогущий мужик вам судья, лично не особо настаиваю.

Итак, 26-ноября 1940-го года руководство Третьего Рейха получило тощенький засургученный пакет из германского посольства в Москве, доставленный спецбортом. С пояснительной запиской герра Шуленбурга, имевшего короткую аудиенцию у товарища Молотова. СССР в очень деликатной форме отказывалось присоединяться к Странам Оси (Тройственному Пакту), поскольку Москва так и не получила от Берлина внятных ответов на предложения советской стороны, сделанные 12-14 ноября в Берлине.

Диалог глухих

Занятный был тот «саммит». Председатель Совета народных комиссаров СССР и народный комиссар иностранных дел Вячеслав Молотов прибыл на Ангальтский вокзал Берлина 12 ноября, имея за спиной солидную делегацию из 65-ти высокопоставленных чиновников (наркомов и заместителей наркомов), военных, дипломатов. Сопровождал второе лицо Советского Союза посол Германии в СССР, граф Фридрих Вернер фон дер Шуленбург, уверенный в скором заключении Великого Соглашения о переделе мира.

Товарищ Молотов вёз на официальную аудиенцию с фюрером подробнейшую инструкцию, составленную лично Иосифом Виссарионовичем. Вячеславу Михайловичу настрого было велено выведать у бесноватого:

• намерения Стран Оси о создании (с подробными границами) «нового миропорядка Европы» и самурайского «Великого Восточно-Азиатского Пространства»;
• этапы и сроки осуществления данных планов с ролью отдельных государств в архитектуре «нового миропорядка», какова роль назначена СССР;
• готовы ли Германия с Италией выслушать соображения Москвы о видении «сферы интересов СССР в Европе, в Ближней и Средней Азии».

Из деталей в Инструкциях товарищ Сталин подробно остановился на выводе из всех уравнений новой европейской конструкции... Финляндии. Безусловно назначенной в сферу советского влияния/интересов. Немцам предлагалось выполнить обязательства Пакта Молотова-Риббентропа.

Вывести свои войска из страны Чухонии, перестать проводить «всякие политические демонстрации в Финляндии и Германии, направленные во вред интересам СССР». Также фюреру напомнили: его обещание о нейтралитете Румынии нарушается немецкими военными моряками, уже чувствующими себя на Дунае столь же вольно, словно те пребывают на Одере или Шпрее.

Ключевыми вопросами переговоров назначались переход Болгарии в исключительную сферу интересов СССР (с вводом войск), контроль за турецкими Проливами посредством размещения в Босфоре и Дарданеллах военно-морских советских баз. Темы «о дальнейшей судьбе Румынии и Венгрии, как граничащих с СССР, нас тоже очень интересует», как и иранская тема, поскольку у Москвы «там присутствуют серьёзные интересы, но без нужды об этом с немцами не говорить», конец ЦУ тов. Сталина.

Молотову предписывалось выяснить отношение Берлина к греческому и югославским «кейсам», затвердить нейтралитет Швеции, подготовить Соглашение о свободном проходе советских судов из Балтики через Малый и Большой Бельты, Эрезунд, Каттегат и Скагеррак. Если будет понимание, спроецировать решение на свободное судоходство по Дунаю. По вопросам отношений Москвы с Токио, Стамбулом, Лондоном и Вашингтоном товарищу Молотову было приказано изобретательно лавировать. Без конкретики, но «благожелательно учитывая позицию Берлина».

Остальные «поручения» в инструкциях были тоже любопытны, они прямо указывали, каким будет Миропорядок в случае движения навстречу пожеланиям советской стороны. Например, организация посреднического трио (СССР, Италия, Германия) для заключения почётного мира самураев и китайского Чан Кайши. Манчжурию с Индонезией предлагалось подарить Токио, чтобы японская военщина угомонилась.

Великобританию тов. Сталин предложил коллективно поставить перед выбором: скотты не лезут в турецкие и болгарские дела, если хотят сохранить подмандатные территории в Средиземноморье (Б.Восток, Гибралтар, Египет). Также СССР поддержит Германию в вопросах возврата колоний, утраченных по итогам Версальского Мира. И остальное... по мелочи.

Вот с такой широкой программой мирового переустройства прибыла представительная советская делегация в Берлин. Если включить сепаратор, отделяя несколько второстепенных фракций от конечного продукта, с которым должен был Молотов вернуться домой, то получалось негусто. Фюрер должен надавить на Болгарию и Турцию, зафиксировать сферу советских интересов «южнее Батуми и Баку» на Чёрном море и Персии.

Вывести войска из Финляндии, прекратить раздувать информационное непотребство о действиях СССР против Прибалтики и внезапно осмелевших чухонцев. Привести к переговорному меридиану самураев, начавших ускоренными темпами буквально разорять Южный Сахалин.

И последнее, товарищ Сталин деликатно намекнул, что одержать победу над Великобританией нацисты не сумеют, если СССР не поддержит их интересы в Передней Азии, на Ближнем Востоке, в Турции. Нефти фюрер не обрящет, одним словом. В Румынии тоже, кстати. Потому давайте говорить.

Переговоры сразу пошли поперёк сценария, в нарушение заранее согласованного через графа Шуленбурга протокола визита. Первым товарища Молотова принял Риббентроп, а не Гитлер. Сразу начав вилять по финскому вопросу, включая эстонскую деревенскую дурочку. Мол, не о том договаривались. Потом Вячеслав Михайлович попадает на аудиенцию к фюреру и узнаёт потрясающие новости от раздутого сверх обычного Адольфа: Англия разгромлена наголову, Люфтваффе добьёт Черчилля следующей весной-летом бомбардировками и обязательно капитулирует.

Третий Рейх полностью контролирует всю Западную Европу, угроз от Восточной, Северной и Южной не наблюдает, германо-итальянские войска громят супостатов в Африке, за зиму управятся и отметят грандиозную победу в Александрии уже к исходу зимы. Победа Держав Оси предрешена самой судьбой и личным гением Гитлера (чуть-чуть сеньора Муссолини), потому СССР делается великодушное предложение. В связи с неизбежным крахом Великобритании поделить её «бесконтрольное наследство». Другие «незначительные вопросы» фюрера не беспокоят.

Бывший ефрейтор напыщенно трепался полтора часа в одно лицо, а когда дисциплинированный Молотов задал первый вопрос из переговорной директивы товарища Сталина (что делают сотни военных вермахта, Люфтваффе и Кригсмарине в Румынии/Финляндии без консультации с Советским правительством согласно Пакту-1939) ... Гитлера нешуточно перекосило.

Как вежливо написали в мемуарах свидетели из германского и советского МИД, сидевшие на диванчиках вдоль стеночки: «несмотря на недюжинные актёрские способности, фюреру не удалось скрыть растерянности».

Он сквозь зубы процедил «в Румынии находится невооружённая учебная миссия по просьбе правительства Антонеску». А в Финляндии немецкие войска вообще проездом, накапливаются для последующей переброски в Норвегию. Молотов поделился данными советской разведки: вермахт на территории Южной Финляндии обустраивается капитально, словно в пригородах Берлина, из расчёта мест дислокации на дюжину пехотных дивизий. Инженерные подразделения Люфтваффе строят аэродромы с бетонными ВПП.

Фюрер махнул рукой, мол сие является «второстепенными вопросами», давайте к основному блюду. И ещё на один час и семнадцать минут устроил декламацию фантастических рассказов из серии «Англия будет оккупирована в 1941-м», «Америка трусливая собака», «Силы стран ОСИ уже стали фундаментом нового порядка на земном шаре». И так далее.

В конце монолога Адольф кратко протараторил, глянув в раскрытый перед ним бювар: Германия, Италия и Япония определили сферу своих интересов. Это вся Европа и Африка, Токио интересуют районы Восточной Азии. А Советский Союз «мог бы проявить заинтересованность к югу от госграницы в направлении Индийского океана для доступа к незамерзающим портам».

Молотов начал перебивать Гитлера, прося вернуться к «незначительным вопросам», поскольку он не уполномочен:

«обсуждать подобного рода грандиозные комбинации, Советское Правительство просто заинтересовано в обеспечении спокойствия и безопасности тех районов, которые непосредственно примыкают к границам Советского Союза».

Далее, как сообщают очевидцы, начался «странный диалог двух глухих людей, Гитлер говорил об одном, Молотов — о другом; Гитлер стремился затрагивать общие концепции переустройства мира, Молотов же сосредоточился на конкретных вопросах безопасности СССР». В вечерней телеграмме Сталину было сообщено, что Гитлер стремится укрепить дружбу с СССР и договориться о сферах влияния, но проявляет скрытое желание толкнуть нас на Турцию, о делах Финляндии старательно отмалчиваясь. Вторая встреча с фюрером разительно отличалась от первой, ранее любезный, говорливый и благожелательный Адольф начал откровенно хамить тов. Молотову.

Обрывая на первых же предложениях Вячеслава Михайловича, стоило тому заговорить о советских «незначительных вопросах». После взаимной трёхчасовой пикировки, Гитлер раздражённо встал и чётко проговорил: сначала СССР должен присоединиться к Тройственному пакту Германии, Италии и Японии и участвовать в разделе Британской Империи, только потом будут обсуждаться «частные» вопросы Финляндии, Болгарии, черноморских Проливов и прочее. Когда откровенно запаниковавший Молотов предложил хоть как-то прояснить «финский вопрос», получил ответ:

«Если там будет война, этим будут усложнены и затруднены отношения между Германией и Советским Союзом, а также парализована дальнейшая совместная работа. Эта моя точка зрения будет неизменной».

В Москву улетела депеша о провале всех попыток говорить с Адольфом «по существу», даже вопрос свободного судоходства в Балтике фюрер увязывает с советско-финскими отношениями. А болгарскую тему Рейхсканцлер технично слил, ибо без авторитетного мнения Муссолини он такие вопросы обсуждать не имеет права. Мол, у Дуче есть свои виды на Балканы. Тот настаивает, что предоставлять гарантии безопасности нужно не только Болгарии, но и Турции, Югославии, Румынии, Венгрии, всем другим. Не односторонние по вольному выбору, как предлагает СССР, а коллективные. В рамках Стран Оси.

Итоги Договорняка

После двух аудиенций у фюрера стало понятно: болтливый Адольф пребывает в состоянии небывалой ажитации, безоговорочно убеждён в победе над Великобритании, вынося США за скобки глобального конфликта. Мол, не посмеют вмешаться. Имел на подобные смелые предположения все основания, кстати. Потому Советскому Союзу высокомерно указали направление интересов. Ступайте через нищую Персию к южным морям, боритесь с британским колониализмом. Об Европе, даже касательно чуди белоглазой и чухны оголтелой думать не смея, то кормовая база Третьего Рейха.

Гитлер своё отношение к визиту высокой делегации выразил понятно, даже не прислав вежливые извинения «о чрезвычайной занятости» и невозможности посетить наше посольство по случаю особого приёма в его нацистскую честь. Просто не приехал. Тем самым оставив за бортом десятки запланированных встреч «на полях» между промышленниками, дипломатами, военными, расписанных и утверждённых Молотовым-Шуленбургом ещё в Москве.

Зато Риббентроп через несколько часов после второй аудиенции у Гитлера вручил «черновые наброски» будущего Соглашения о присоединении СССР к Тройственному пакту Германии, Италии и Японии.

И отклонил судорожное предложение Вячеслава Михайловича посетить Москву, обсудить столь серьёзные вещи лично с товарищем Сталиным. Ответ туманными намёками немцы потребовали предоставить до «истечения ноября 1940-го». Чтобы гениальный фюрер сделал свой выбор. Ему наследство Европы и Британской Империи придётся переваривать с макаронниками и самураями, или русские желают остаться на обочине истории.

Столь нетипичное для 1940-го года, перевозбуждённое и хамское поведение фюрера объяснили послевоенные документы. Оказывается, в день приезда советской делегации в Берлин, аккурат после первой встречи с Молотовым, напыщенный Адольф вызвал адъютанта и приказал отправить в нацистский Генштаб (Верховное Командование вермахта, ОКВ) директиву № 18:

«Россия. Политические переговоры с целью выяснить позицию России на ближайшее время начаты. Независимо от того, какие результаты будут иметь эти переговоры, приказываю продолжать все приготовления в отношении Востока согласно отданному ранее устно приказу».

Продолжение Директивы №18 нацистские планировщики во главе с Паулюсом получили через месяц, 18 декабря 1940 года. В облике Директивы ОКВ № 21 «План Барбаросса» и словами в преамбуле:

«Германские вооружённые силы должны быть готовы разбить Советскую Россию в ходе кратковременной кампании ещё до того, как будет закончена война против Англии».

Выводы

Как и обещал, делать не буду. Но наброшу для самостоятельного анализа уважаемой аудитории несколько фактов. Первый: в марте 1940-го закончилась фактической капитуляцией Хельсинки советско-финская Зимняя война. Товарищ Сталин, несмотря на очень-очень настойчивые предложения чутка опростоволосившегося командования РККА (на первом этапе данной СВО) задушить фашистскую белофинскую гадину в её логове — предпочёл разойтись совсем цивилизованным миром... полюбовно.

Во-первых, таковыми были договорённости Пакта Молотова-Риббентропа с переходом Финляндии в сферу интересов СССР без утраты политической чухной суверенитета. Во-вторых, «мировое сообщество» проявило себя однозначно, стоило СССР очень вежливо попросить отодвинуть госграницу от Ленинграда на х3 дистанции стрельбы дальнобойных орудий, разоружить Линию Маннергейма. Предложив в качестве компенсации кратно большую территорию в Карелии. И подписать Пакт о Ненападении.

Любимый на тот период международный договор. Западные партнёры клятвенно пообещали финнам любую помощь, вплоть до прямой военной, если они в особо циничной форме пошлют Советы по своей чухонской матери. А чтобы дело стало надёжным, как швейцарский хронометр — «спровоцируют агрессию». Так и случилось. Запустили механизм «стратегического поражения СССР» янки, объявив «моральное эмбарго», в переводе — санкции. Вашингтон поддержал весь западный цивилизованный мир, кроме Рейха.

Британия, Франция, Польша, Венгрия, Италия, Испания, Норвегия, Швеция и стайка холуёв помельче отправили финнам вооружений на оснащение и вооружение двух общевойсковых армий, сформировали чухонские ВВС и национальную артиллерию, как род войск. Янки создали благотворительный Фонд Гувера, через который в Хельсинки за один финансовый квартал утекли два с половиной годовых бюджета той забавной страны.

Скотты и лягушатники каждый день сообщали изнемогающим «суоми» о формировании, накоплении, оснащении, вооружении и перемещении несуществующего двухсоттысячного Экспедиционного Корпуса, который отказываются пропускать нехорошие нейтральные шведы. На таких «переможных» газетных заголовках Финляндия стояла до начала марта, пока к Маннергейму не явился кабинет министров в полном составе.

Сухо сообщил: Ваша неприступная Линия прорвана на всю глубину, в Карелии РККА перехватила инициативу, русские намерены поквитаться за неудачи. Если продолжим сопротивление в текущей динамике потерь личного состава — финская нация закончится к лету. Но бывший царский кавалергард тянул ещё несколько суток, пока ему в суп не начала сыпаться потолочная побелка во время демонстративных бомбардировок советских ВВС. Весьма ограниченных, выборочных, щадящих. На подумать, так сказать.

Великобритания постаралась сорвать мирные переговоры финнов с Москвой, через шведов уведомив Маннергейма: только-только подписан секретный Меморандум комитета начальников штабов «Военные последствия военных действий против России в 1940-м году». С оперативными планами начать прямую войну против СССР. Начать бомбардировки Петсамо, морскую блокаду Мурманска и Архангельска — раз; сжечь бакинские, грозненские и батумские нефтепромыслы с предприятиями переработки — два; посильно блокировать Дальний Восток, не особо тревожа самураев — три.

Планы были реальными, соответствующие приготовления произвели образцово-показательно со всеми приказами, перебросками, составлениями нужных приказов под роспись ответственных генералов-адмиралов. Их реализации помешал мгновенный разгром союзных войск Великобритании и Франции в конце мая – начале июня 1940 года. А когда безоружные британцы штурмовали шаланды, катера и прогулочные яхты на пляжах Дюнкерка — в Хельсинки уже сидели высокие чины вермахта, Люфтваффе и Кригсмарине, согласовывая параметры военно-технического Договора.

Он был рамочно и очень тайно утверждён в конце августа, подписан 1-го октября 1940-го. Как транзитное Соглашение о переброске германских войск в Норвегию, но там были невозможные для СССР пункты о перевооружении финнов. С единовременными поставками шестисот противотанковых и зенитных орудий, семидесяти истребителей, двухсот противотанковых ружей, 150-ти тысяч мин, полумиллиона крупнокалиберных снарядов. С полной концессией Третьего Рейха над никелевыми рудниками, их защитой силами вермахта и передачей под немцев всей железнодорожной сети.

Помимо официальных военных поставок, под наклейками «лимоны-апельсины» на деревянных контейнерах в порты Суоми рекой текли авиабомбы, морские мины и торпеды, средства связи, обмундирование, снаряжение и... деньги. Рейхсмарки и шведские кроны для поддержания на плаву развалившейся экономики Финляндии. А ведомство Риббентропа «не возражало», чтобы будущая Великая Финляндия вернула себе Выборг, распространилась до Уральского хребта через Карелию и Коми. Приняв в состав все финно-угорские народы СССР. Как только сложатся выгодные и удобные политические условия. Такая вот история. Договорняковая. Поучительная.