Адвокаты снова стремятся к власти?

Пользуясь каждым удобным случаем, руководство адвокатского сообщества пытается продвигать запрет на представительство в судах кому-либо, кроме адвокатов.

Все прошлые попытки оказались неуспешными, разумные люди остановили это явно вредное для государства предприятие.

Единое, сплочённое и объединенное в единую корпорацию сообщество адвокатов — это общественная сила, выступающая с самостоятельных позиций в обществе и государстве. Безусловно, такой институт всегда обрамляется благородными словами и целями о служении праву, закону, государству и людям, однако надо учитывать и другие последствия.

Только адвокатов в стране 78000 человек, а после реформы к ним прибавится ещё примерно 150000 человек, возможно, и больше. Это уже приближается к 0,3% от всего работающего населения страны, а от всего работающего населения с высшим образованием это будет около 1%. На данный момент нет ни одного настолько крупного негосударственного объединения в стране со столь широкими полномочиями, и созданием такой структуры будет сделан важный шаг к возникновению нового центра власти. Каким он будет, конечно, зависит от персоналий, но забастовка адвокатов несколько лет назад показала, какими методами будут выбиваться нужные решения у государства. Адвокатская палата в состоянии парализовать всю судебную и правоохранительную систему страны, и это не предположение, а достаточно обычная практика.

Можно было бы предположить, что адвокатская монополия позволила бы ограничить как-то возможности разного рода иноагентов, но факты и тут говорят об обратном: сообщество никак не воспрепятствовало деятельности таких людей как Новиков, Павлов и другие. Напротив, пользуясь адвокатскими привилегиями и повышенной защитой, представленной законом, они продолжали свою работу даже из-за рубежа, пока непосредственные шаги не были предприняты уже правоохранительными органами.

Более того, в силу самой профессии эта корпорация по определению будет более либеральной, что показывает и опыт прежних лет — именно присяжные поверенные первыми поддержали Февральскую революцию и вошли во многие органы новой власти.

Расчёты на то, что чиновники из Министерства юстиции смогут контролировать эту корпорацию — несерьёзны. Работа эта находится в ведении небольшого департамента, который тоже приобретёт особую значимость с появлением этой новой властной структуры, но всё как обычно будет сводиться к усмотрению конкретного человека, который, конечно, не будет в состоянии справиться с 200-250-тысячной корпорацией, тем более уж поднаторевшей в написании разного рода юридических документов.

Любую, самую вредную идею, они смогут подать этому чиновнику в красивой обёртке, что демонстрирует и предлагаемый законопроект. Например, в пояснительной записке там пишется: «Реализация положений, предусмотренных законопроектом, не повлечет социально-экономических, финансовых и иных последствий, в том числе для субъектов предпринимательской и иной экономической деятельности...». Но ведь если юристы государственных компаний или даже госорганов не смогут вести дела в суде, а вынуждены будут либо сами уходить в адвокатуру, либо нанимать для этого сторонних адвокатов, — это неизбежно повлечёт увеличение расходов государственного бюджета, да и для обычных граждан и компаний это будет представлять собой дополнительное финансовое бремя. Зато, как указывается в том же документе, это обеспечит право на судебную защиту.

Самим адвокатам стоило бы опасаться этой монополии в первую очередь.

Сейчас полномочия адвокатских палат несколько ограничены. Исключив из своих рядов неугодного адвоката, по каким бы то ни было причинам, сейчас его просто отправляют на «вольные хлеба» — он может работать по своей специальности, в то время как с введением монополии его будут уже полностью исключать из профессии, так что любой внутренний конфликт — а практика показывает, что для этого достаточно просрочки уплаты очередных взносов в палату — может стать концом карьеры.

Намерения конкретных функционеров из Федеральной адвокатской палаты могут быть вполне тривиальными. Ясно, что это увеличит денежный поток в сторону руководящих органов, усилит их полномочия и позволит приобрести больший вес в государственных органах. Но когда решается вопрос о стабильности в стране, надо игнорировать интересы частных лиц и смотреть на перспективу.

А перспектива подобного шага проста: создание сильной либеральной и независимой от государства корпорации, обладающей денежными ресурсами, властью над своими членами и возможностями атаки на правоохранительные органы.

Кому это выгодно?

Юрий Николаев, правовед, Санкт-Петербург