-1947-1948 гг. Карабашский лагерь
...Почти везде в мире животных происходит борьба самцов за обладание самками. Карабаш не был исключением: женщины здесь часто становились причиной кровавых битв. Но в отличие от того, как это принято в высокоразвитом обществе, никто здесь не принимал во внимание желания и пристрастия самой женщины. Ей приходилось либо принимать ухаживания негодяя, который сумел завоевать ее, либо самой пасть от удара ножа его приятелей.
У женщин, как и у мужчин, были свои уголовные кланы, которые тоже делились на две группировки. Некоторые из женщин были самыми грубыми и извращенными существами их пола, с которыми мне когда-либо приходилось сталкиваться. Они не боялись охранников и не допускали чьего бы то ни было вмешательства в свою сексуальную жизнь. Для того чтобы отправиться к своим дружкам, они часто без разрешения покидали территорию своего барака. Если по дороге их перехватывали охранники, эти дамы осыпали их такими бранью и проклятиями, которые мне не приходилось слышать даже от мужчин. Суть претензий обычно сводилась к следующему: «Живи и дай жить другим; у тебя есть своя женщина, поэтому оставь нас в покое; тебе ведь просто получить то, что ты хочешь; поэтому не создавай лишних сложностей для нас; для чего вообще здесь находятся мужчины?». В результате охранники только пожимали плечами и отпускали таких женщин, не желая иметь неприятности, а может быть, даже опасные последствия, которыми могло быть чревато их задержание. Женщины же продолжали свой путь, громко смеясь и вызывающе демонстрируя части тела.
То, что и у охранников имелись свои женщины, было правдой, они поддерживали связь с самыми привлекательными женщинами-заключенными, поскольку по соседству не было других существ женского пола. На этих территориях практически не было поселений свободных людей. (Большинство из представителей лагерной администрации и охраны сами были ссыльными, совершившими те или иные проступки против режима, в основном служебного характера).
Секс в Карабаше был абсолютно лишен флера тайны. Очень часто уголовники вдвоем или втроем по очереди занимались любовью с одной из своих женщин на виду у двух сотен прочих обитателей барака. При этом они вели себя так, будто занимаются совершенно обыденным делом и именно так и подобает вести себя в обществе. Закончив занятие любовью, они садились вместе, ели, курили и договаривались о том, когда дама придет к ним снова.
Иногда происходили эксцессы, причиной которых было либо грубое обращение со стороны уголовников, либо непомерно алчные требования, выдвигаемые партнершами по временному досугу. Тогда приходилось убирать тело женщины из мужского барака. А если она все еще была жива, вызывали подруг из ее барака, чтобы ее отнесли обратно. Обычно такое происходило ночью, но иногда и при свете дня. Если женщину убивали, уголовники давали своим подручным указание под покровом темноты отнести тело куда-нибудь поближе к ее бараку и оставить там. Позже женщины-уголовницы найдут способ занести ее внутрь и сделать все дальнейшие распоряжения.
Вокруг подобных происшествий никогда не поднимали шум. Лагерное начальство полагало, что жертва получила то, что заслуживала. Как-то я случайно услышал замечание женщины-заключенной, брошенное при виде одной из таких процессий:
- Ну вот, еще одна, которую так и не смогли удовлетворить. И вот теперь она заработалась до смерти. А может быть, лучше умереть, как она, чем жить так, как я?
-1950 год. Возвращение из Сибири домой по амнистии
Через шесть недель ожидания нас наконец отправили из главного лагеря сначала в Карабаш, а оттуда, как мы горячо надеялись, по дороге на Запад.
В Карабаше ничего не изменилось с тех времен, которые я там провел прежде. Все те же дикие выходки бандитов, и, несмотря на колючую проволоку, все та же продажная любовь. Многих женщин убивали за отказ выполнять роль проституток при бандитах, многие согласились с этой poлью перед лицом явной угрозы для своей жизни и здоровья. Некоторые женщины-заключенные настолько опустились, что были готовы легко вступить в связь с любым мужчиной, который этого хотел. И все-таки на фоне общей деградации какое-то, пусть очень небольшое количество женщин cyмeли сохранить в себе в заключении чувство достоинства и при этом выжить. Это было что-то новое для лагерей, и, наверное, такие люди и составляли последнюю надежду в этих краях.
Беккер Ханс – «На войне и в плену». Воспоминания немецкого солдата 19З7 -1950

Комментарии
Романтика!
Похождения военнопленного по женским баракам.
А вот в немецких концлагерях никакой романтики у выживших. Только унылые ожидания крематория. Ненависть и отчаяние.
Слишком мягко с немцами обходились в своё время. Время показало.
Если "сталинский" лагерь, то тогда уж пленного "гитлеровца", националиста, сторонника рассовой чистоты и просто опущенного ублюдка.
Ну что вы, какой же "фашист" или "гитлеровец", он же классово-близкий к антисталинистам и антисоветчикам.
А-а, понятно если бы был засоветчиком то писал бы про образцовый порядок и званые обеды по праздникам?
А антисоветчик всегда азербайджанофоб . Ну и "Гитлеры приходят и уходят, а немецкий народ остается". Еще было про немецких пролетариев ,ктр стрелять не будут
Вот ужас то уголовный мир, оказывается, не похож на пансион благородных девиц. Так-то Шаламов пейсал, что бабы в заключении, чтобы забеременеть, прибегали к забору для занятия сексом(хз, как они об этом договаривались), а тут достаточно свистнуть и из соседнего барака прибегут.
А, вот оно что. А я думал, что это? А оно вон оно что.
какая хрень
Немецкая мразь должна была написать про то что его условия содержания позволили ему безбедно прожить в плену более пяти лет, и вернуться на родину.
В то время как время жизни пленного советского солдата в немецком плену измерялась месяцами, и большая их часть никуда не вернулась, а сгинула в безымянных ямах на неметчине.
А эта мразь пишет непроверяемые басни про русских, про их распутных женщин, про режим. Типичный Ганс Солженицын.
Тот случай когда понимаешь что всем было бы лучше если бы охрана его там на сервере и прикопала, чтоб морошку удобрял.
Сейчас внуки этого Ганса Солженицына начитаются дедушку, и снова захотят "этих вонючих русских" к цивилизации приобщить...
Половина все таки вернулась, и после этого часть опять села.
А вот и местная солженицщина подтянулась. Как всегда, мразь из америк Рассию освобождает.
НЯП, в армии Паулюса было 300 000 человек, в плен попали 180 000, а домой в Германию лет эдак 5-10 после окончания войны вернулось 5 000 человек. Так что порядок с немецкими писателями.
А вот и местная солженицщина подтянулась. Тоже из Америки за Рассею болеешь.
Чушь. Хоть я и уважаю Солженицина, этот рассказ абсолютно не похож на правду.