Имитация могущества

Директор Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов о причинах кризиса иранской оборонной политики

Уже первые дни ирано-израильской войны наглядно продемонстрировали глубокий кризис иранской оборонной политики и оборонного строительства. Причины этого кризиса лежат на поверхности и делают всю историю весьма поучительной. Основой кризиса является подчинение внешней и оборонной политики не практическим, а химерным идеократическим целям, на реализацию которых у Ирана недостаточно (и никогда не будет достаточно) экономических, военных и технологических ресурсов. Вместо реального продвижения своего влияния (которого не было) Иран в значительной мере занимался его имитацией. Причем эта имитация устраивала как правящую верхушку Ирана, позволяя продавать это как «великодержавие» иранскому «глубинному народу», так и многочисленных реализаторов этой политики в Иране, прежде всего, конечно же, Корпус стражей исламской революции (КСИР).

КСИР, представляя собой типичную опричнину, закономерным образом превратился, по сути, в полумафиозную организацию, заинтересованную в постоянном расширении своего политического и экономического влияния, в освоении максимального количества государственных ресурсов.

В результате КСИР фактически «приватизировал» иранскую внешнюю и оборонную политику, а в значительной мере «приватизировал» само иранское государство, подчинив его политику узкокорыстным и корпоративным интересам верхушки КСИР.

В итоге пример Ирана стал наглядным образцом того, что попытка изображать и проводить великодержавную политику без соответствующего уровня ресурсов и развития ведет лишь к имитации «великой державы», к построению потемкинских деревень во внешней политике, военном строительстве и прочем. Это позволяет некоторое время успешно блефовать, пугать и торговать влиянием (внутри страны и вовне), но эта система разлетается вдребезги, как только кто-то серьезно решает попробовать ее на прочность. Именно это мы и наблюдаем.

Стремясь соперничать с коалицией США и Израиля на Ближнем Востоке, Иран в последние десятилетия вложил колоссальные ресурсы в союзников и сателлитов — преимущественно шиитские страны и движения (в первую очередь в пресловутую «Ось сопротивления»). Временами такая политика казалась успешной и ощущалась как серьезный вызов, но как только тот же Израиль всерьез взялся за такие ключевые элементы «Оси», как «Хезболла» и «Хамас», то он быстро и с успехом их нейтрализовал. Катастрофой завершилось и иранское вмешательство в Сирии. В итоге колоссальные затраты Ирана на всевозможные прокси вылетели в трубу и все иранское «влияние» было быстро обнулено сильными мира сего в реальном столкновении.

В военной области Иран занимался имитацией строительства якобы высокотехнологичных ВС, при этом не имея для этого достаточного уровня технологического и промышленного развития.

В результате, когда на поле боя пришли реально современные технологии (западные и израильские), иранские вооруженные силы потерпели фиаско. Ну да, несколько раз попали по Израилю ракетами, но так это еще и Саддам Хусейн в 1991 году мог. Накопление разнообразного арсенала, как мы видим, не самых совершенных и не высокоточных баллистических ракет стало главным иранским достижением, и этот арсенал даже отдаленно не смог соперничать с могуществом современных ВВС. Сейчас уже видно, что многие иранские образцы вооружения, выглядевшие даже вполне современными, были построены на примитивных и низкокачественных компонентах, ибо взять современные Ирану было неоткуда.

Типичный пример — некогда столь впечатлявшие многих успехи Ирана в беспилотных летательных аппаратах (БПЛА). Да, Иран попытался преодолеть свое отставание в авиации, в современных ракетах и высокоточном оружии через развитие БПЛА. Но вспомним тот же Shahed-136, ставший у нас «Геранью-2» образца 2022 года. Примитивные и очень низкие летные характеристики (по скорости и высоте), позволявшие массово их сбивать даже зенитными пулеметами калибра 7,62 мм. Шумный «мопедный» двигатель, оповещающий о появлении дрона всю округу. Слабая боевая часть. Очень простая и почти не защищенная от самых простых помех спутниковая система наведения. Для доведения до реально успешного оружия российской стороне пришлось в «Герани-2» переработать к настоящему времени почти все, включая установку 16-канальной системы наведения. При этом нельзя сказать, чтобы этот аппарат был дешев изначально, обходился он якобы в 25 млн руб. за штуку. И так во всем. Другие иранские БПЛА после кратковременного опробования в боестолкновениях с Украиной быстро исчезли из поля зрения. Большой иранский БПЛА «Мохаджер-6» был выловлен украинцами целым в море у Одессы. Неудивительно, что попытка массированного применения иранских дронов против того же Израиля закончилась, по сути, пшиком.

С самого начала военного конфликта Иран во многих аспектах оказался архаичным «бумажным тигром».

Это вовсе не значит, что он обречен на полное поражение при столкновении с Израилем или даже США,— отсталые и архаичные общества много раз в истории демонстрировали как раз высокую степень устойчивости в таких ситуациях.

Однако Иран с точки зрения своих долгосрочных национальных интересов нуждается в кардинальном изменении ориентиров своей внешней и оборонной политики, в приведении этой политики в соответствие с реальными интересами, возможностями и ресурсами. В том числе важным элементом этого, видимо, должен стать и добросовестный отказ от чемодана без ручки в виде иранской ядерной программы. Если этого не случится, Иран будет обречен на повторение катастроф и на дальнейшую деградацию. Неясно, сможет ли иранский анахроничный режим пойти на такую трансформацию. Собственно, это и есть основной вопрос и нынешней войны, и в целом иранской политики.