Как начиналось фабричное законодательство в Российской Империи

До 1861 г. промышленность в Российской Империи обеспечивалась, в основном, силами частновладельческих крестьян-отходников или государственных крестьян, прикрепленных к предприятиям. Отмена крепостного права изменила положение и тех, и других, создав приток рабочей силы в промышленные районы. Ряд высокопоставленных чиновников сознавал, что этот процесс требует некоторого контроля со стороны правительства, и предлагал свои варианты. Но их согласование продвигалось медленно, а реализация - еще медленней. Основные этапы оформления фабричного законодательства в России освещены в книге современника этих событий, А.А.Микулина "Фабричная инспекция в России, 1882-1906". Ниже - отрывки из 2 главы, для понимания обстановки.

=======================================

Первое опредѣленное указаніе о необходимости учредить, одновременно съ изданіемъ фабричнаго закона, и особую инспекцію для надзора за промышленными заведеніями мы встрѣчаемъ въ трудахъ комиссіи, организованной въ 1859 году   при С.-Петербургскомъ генералъ-губернаторѣ, которою былъ выработанъ проэктъ постановленія о санитарныхъ  и  гигіеническихъ мѣрахъ , а также о мѣрахъ по огражденію машинъ для фабрикъ г. С .- Петербурга и его уѣзда , причемъ для надзора за исполненіемъ сказанныхъ предположеній имѣлось въ виду учредить особый инспекторатъ, которому было бы предоставлено право входа во всѣ промышленныя заведенія какъ днемъ такъ и ночью.

Выработанный этой комиссіей проэктъ, - равно какъ и проэктъ, учрежденной въ томъ же году при министерствѣ финансовъ комиссіи подъ предсѣдательствомъ Т.С. Штакельберга, не получили дальнѣйшаго движенія и вопросъ объ урегулированіи отношеній фабрикантовъ къ ихъ рабочимъ замеръ болѣе чѣмъ на десятилѣтіе —

до 1869 года, когда онъ вновь подвергся разработкѣ въ комиссіи подъ предсѣдательствомъ генералъ-адъютанта Игнатьева, учрежденной по представленію министра внутреннихъ дѣлъ «для совокупнаго разсмотрѣнія  всѣхъ отдѣльныхъ вопросовъ о наймѣ рабочихъ и домашней прислуги, въ видахъ наилучшагоя обезпеченія быта рабочаго класса и неотложной потребности устроенія прочныхъ отношеній между нанимателями и  нанимающимися», въ томъ числѣ и  между фабрикантами и заводчиками и ихъ рабочими. Этотъ проэктъ устава о личном наймѣ рабочихъ и прислуги представленъ былъ министромъ внутреннихъ дѣлъ въ 1871 году на разсмотрѣніе государственнаго совѣта, изъ котораго, однако, былъ возвращѣнъ министру внутреннихъ дѣлъ, послѣ чего, по внесении в него нѣкоторых измѣненій, вносился вновь в Государственный совѣтъ, но законодательной санкціи все-таки не получилъ.

Первый фабричный законъ 1-го іюня 1882 г. далеко не соотвѣтствовалъ тому проэкту, который былъ выработанъ и внесенъ на разсмотрѣніе государственнаго совѣта за подписью четырехъ министровъ - народнаго просвѣщенія, юстиціи, внутреннихъ дѣлъ и финансовъ.

По проэкту предполагалось: ограничительный возрастъ установить въ предѣлахъ отъ 12 до 17 лѣтъ ; воспретить работу въ возрасте до 12 лѣтъ ; допускать работать малолѣтнихъ въ возрастѣ отъ 12 до 14 лѣтъ лишь днемъ не болѣе 8 часовъ , а подростковъ, въ возрасте 14 — 17 лѣтъ , - днемъ не более 10 часовъ , а ночью не более 6 часовъ – министру финансовъ предоставлялось право, по соглашенио съ министром внутреннихъ дѣлъ определять предельный возрастъ въ пределахъ отъ  12 до 17 летъ, ранее котораго  дѣти не могли быть допускаемы къ занятію тѣми или другими производствами, а также списокъ тѣхъ производствъ въ которыхъ, как исключение, допускалась бы работа малолѣтнихъ отъ 10 до 12 летъ.

По отношению къ школьному обученію малолѣтнихъ, по проэкту, предполагалось обязать фабрикантовъ предоставлять малолѣтнимъ возможность посѣщения школъ не меньше двухъ  часовъ въ день или 12 часовъ въ неделю , при чемъ если школъ , которыя могли-бы быть посещаемы посещаемы малолѣтними и подростками, нетъ на разстояиіи двухъ верстъ отъ промышленныхъ предпріятій, на которыхъ работаютъ дѣти , то на хозяевъ такихъ предпріятій возлагалась обязанность учреждать такія школы, если число рабочихъ предпріятія соответствовало той нормѣ, при которой учрежденіе такихъ школъ было обязательно.

Такія нормы предполагалось предоставить опредѣлять министру финансовъ по соглашенію с ъ мин. вн. дѣлъ и народн. просв.
Инспекцію предполагалось учредить сперва  лишь въ трехъ губерніяхъ : — С . - Петербургской, Московской и Владимірской и поставить инспекторов въ непосредственное вѣдѣніе :

въ С . - Петербургѣ — оберъ -полиціймейстера,

въ Москвѣ — генералъ - губернатора,

а въ прочихъ губерніяхъ — губернаторовъ.

На инспекторовъ предполагалось возложить и надзоръ за примѣененіемъ постановленій о работѣ малолѣтнихъ и подростковъ и составленіе актовъ объ ихъ нарушеніяхъ для передачи ихъ мировымъ судьямъ .

Въ проэктѣ были установлены  также особыя карательные статьи. Въ каждой губерніи предполагалось учредить по одной должности старшаго инспектора и по двѣ младшихъ. На возмѣіценіе расходовъ по содержанію инспекціи было предположено установить особый сборъ съ фабрикантовъ въ размѣрѣ отъ 5 до 100 р. съ каждаго заведенія, въ зависимости отъ числа рабочихъ.  (…)

При разсмотрѣиіи проэкта государственным совѣтомъ , его многія важнѣйшія части подверглись существеннымъ изменениямъ.

 По вопросу объ установленіи ограничительного возраста, было признано болѣе осторожными начать с урегулирования работы лишь малолѣтнихъ рабочихъ, но не  подростковъ, установивъ возрастъ  первыхъ въ предѣлахъ 12 — 15 лѣтъ .

По поводу сферы, распространенія надзора было признано принципіально необходимыми распространить его на всю Россію , назначая инспекторовъ не въ каждую губериію, а на нѣсколько смежныхъ ; расходы на инспекцію возлагать на фабрикантовъ путемъ установленія особаго налога было признано не соотвѣственнымъ, въ виду общегосударственнаго значенія огражденія здоровья подростающаго рабочаго поколѣнія.

Введеніе закона в деѣйствіе было назначено почти черезъ годъ по его опубликованіи
— съ 1-го мая 1883 г. (…)

    Разработка положеній о способахъ организации школьнаго oбyченія малолѣтнихъ, а также распредѣленія имперіи на округа потребовала довольно продолжительная времени, что повлекло за собою необходимость продленія срока введенія въ дѣйствіе закона 188 2 яд а который, Высочайше утвержденными 13 апрѣля 1883 года, мнѣніемь государственная совѣта, былъ отдаленъ до 1-го мая 1884 г.

     Первымъ лицомъ, назначеннымъ въ іюлѣ 1882 г. по штатамъ новорожденнаго института фабричной инспекціи, былъ главный фабричный инспекторъ тайный совѣтникъ Е . Н . Андреевъ, технологъ, видный дѣятель на педагогическомъ поприіщѣ, бывшій въ то время предсѣдателемъ учрежденной по его иниціативѣ постоянной комиссіи по техническому образованію при Императорскомъ техническому обществе.

Принимавъ значительное участіе въ предварительныхъ обсужденіяхъ при разработке постановленія о малолѣтнихъ рабочихъ, онъ тѣмъ не менѣе не оставилъ значительного слѣда своей деятельности въ должности главнаго фабричнаго инспектора. Пробывъ въ должности менее года, Е . Н. Андреевъ вышелъ въ отставку, а на его место въ 1883 г . былъ назначенъ, также педагог Я.Т. Михайловскій, пробывшій въ должности главнаго инспектора более десяти лѣтъ вплоть до ея упраздненія въ 1894 году.

    Первыми окружными инспекторами были назначены: 30 августа 1882 г . профессоръ финансоваго права Московскаго университета (ныне академикъ) И. И . Янжулъ въ Москву, и 7 ноября того-же года докторъ медицины П.А. Песковъ, (ныне въ отставке) много до того времени работавшій по изслѣдованію санитарныхъ условій фабричнаго быта — во Владиміръ.

Эти два лица и были первыми піонерами проникновенія въ фабрично-заводскую жизнь и освѣщенія обстановки труда фабричнаго рабочаго, скрытой до того времени почти подъ непроницаемой завесою…

(Примечание: кромѣ того были назначены еще два лица на должности окружныхъ инспекторовъ въ Петербург и Варшаву, но они очень скоро вышли въ отставку не оставивъ никакого слѣда своей дѣятельности.)

…Обстановка, при которой пришлось дѣйствовать инспекторамъ далеко не облегчала имъ возможности выполненія возложенной на нихъ задачи. Отсутствіе точныхъ списковъ промышленныхъ заведеній, вѣрныхъ картъ съ указаніемъ мѣстонахожденія фабрикъ и кратчайшихъ путей для проѣзда на желаемое заведеніе, обширность раіона подлежащаго изслѣдованію ( по губерніи на каждаго)—все это заставляло инспекторовъ терять не мало лишняго времени, несмотря на громадную затрату ими труда. Кромѣ того по пріѣздѣ на фабрики, приходилось предварительно долго разъяснять о цѣли пріѣзда и о томъ, кого представляетъ изъ себя инспекторъ. При полномъ почти незнакомствѣ промышленииковъ съ новымъ закономъ, инснекторовъ принимали за судебныхъ слѣдователей, за губернскихъ механиковъ, земскихъ служащихъ, а г . Янжула , представлявшагося какъ „окружной инспекторъ надъ занятіями малолѣтнихъ", приняли однажды за окружнаго надзирателя по надзору за питомцами воспитательнаго дома. (Примечание: трудъ г. Янжула вскорѣ по выходѣ былъ удостоенъ золотой медали Императорскаго географическаго общества).

     На болѣе крупныхъ мануфактурахъ съ просвѣщенными хозяевами или администраціей во главѣ, инспекторамъ не приходилось встрѣчать затрудненій, такъ какъ содержаніе закона было имъ хорошо извѣстно и оказывалась полная готовность помочь всячески въ изслѣдованіяхъ. Но такія исключенія, какъ замѣчаетъ г. Янжулъ,  были, къ сожалѣнію, сравнительно рѣдки и въ большинствѣ случаевъ приходилось лишь бороться съ полнѣйшімъ невѣдениемъ и paвнодушіемъ къ гуманнымъ предначертаніямъ правительства. Приходилось наталкиваться на фабрикантовъ даже съ университетскимъ образованіемъ, которые, спустя уже много времени по изданіи закона (даже летомъ 1883 года), ничего не знали о его сущности и отнеслись — въ первый разъ ознакомившись съ его содержаниемъ изъ разъясненій сдѣланныхъ инспекторомъ,—не только недоброжелательно къ самому закону и къ инспектору какъ его представителю, но даже неприязненно къ самой попыткѣ вмѣшиваться-де въ ихъ отношенія къ рабочимъ и на бесполезность разныхъ «чиновничьихъ мѣропріятій».

     Къ счастью, надо отмѣтить, что подобные случаи встречались сравнительно рѣдко и г. Янжулъ припоминаетъ лишь только три дѣствительно враждебные встрѣчи со стороны фабрикантовъ, принесшихъ ему нѣсколько непріятныхъ часовъ и заставившихъ его напомнить представителямъ фабричной администраціи, о его правѣ, указанной въ открытомъ мѣстѣ, обращаться за содѣйствіемъ къ полиціи, и просить ихъ съ большимъ уваженіемъ относиться въ своихъ отзывахъ къ правительственнымъ мѣропріятіямъ. Въ огромномъ же большинствѣ случаевъ инспектора отмѣчаютъ полнѣйшее равнодушіе фабрикантовъ къ закону и его будущности, видимо проистекавшее – какъ нѣкоторые и сознавались въ этомъ - изъ недовѣрія къ возможности его осуществлѣнія.

===========================================

Вот так, в обсуждениях, прошли первые 25 лет "догоняющей" индустриализации в Российской Империи - практически "диким" образом (который в экономических статьях того времени иногда мягко называли "патриархальным"), без всякого правового регулирования.

В 1881 г. министром финансов (в ведении которого находилась промышленность) стал Н.Х.Бунге, и дело вроде бы сдвинулось с мертвой точки. В 1887 г. Бунге на 5 лет сменил И.А.Вышнеградский, а затем - С.Ю.Витте. С уходом Бунге из министерства приоритеты сменились, но вектор был задан, и часть планов по упорядочению отношений фабрикантов и наемного персонала все-таки была реализована. Однако, масштаб улучшений далеко отставал от первоначально задуманного. Обзор А.А. Микулина рекомендую всем, кто желает цифр, фактов, подробностей по данной теме.