Становится ли Израиль государством-изгоем?

Израильтяне на протяжении многих лет опасаются, что однажды они окажутся в изоляции. Будучи маленькой страной, в значительной степени зависимой от внешней торговли и инвестиций и считающей себя частью западного демократического мира, Израиль намного хуже, чем, к примеру, Иран и Россия, способен справиться с санкциями и осуждением со стороны международного сообщества в экономическом, военном и психологическом плане.

Эти опасения еще ни разу не оправдались, но за последние две недели угроза стала более реальной, чем когда-либо. Непосредственной причиной является решение возобновить военную операцию в секторе Газа и блокировать гуманитарную помощь. Однако за этим стоят более долгосрочные тенденции, которые не сулят ничего хорошего...

***

Как пишет Foreign Policy, все больше союзников дистанцируются от Израиля на фоне конфликта с Палестиной. Европейцы пересматривают соглашения о свободной торговле, а Трамп налаживает связи со странами Персидского залива — и радикальная позиция Нетаньяху ему мешает. Даже такие верные союзники, как Германия и Великобритания, начинают дистанцироваться.

Наиболее конкретная угроза исходит из Европы. 20 мая в Европейском союзе заявили, что пересмотрят соглашение о сотрудничестве с Израилем, которое, среди прочего, включает соглашения о свободной торговле (ССТ). В тот же день Великобритания приостановила переговоры о двустороннем ССТ.

Некоторые европейские страны либо прекратили поставки оружия, либо приостановили выдачу экспортных лицензий, а Испания в мае призвала к введению общего эмбарго на поставки оружия. Ряд стран, в том числе Германия и другие исторические союзники, выступили с необычно резкими заявлениями в отношении возобновления боевых действий в Газе.

На бумаге США по-прежнему остаются верными Израилю, и поставки оружия продолжаются без перебоев. На практике же Израиль постоянно оказывается не на стороне приоритетов администрации Трампа на Ближнем Востоке. В Иране глава Белого дома предпочел переговоры нанесению ударов по ядерным объектам, как того хотелось Израилю; в Сирии он проигнорировал израильские опасения, отменил санкции и вновь открыл резиденцию посла; а с хуситами администрация заключила перемирие, оставив Израиль один на один со своими врагами.

Пожалуй, важнейшим моментом является то, что нашумевший визит Трампа в страны Персидского залива продемонстрировал, в чем заключаются его интересы в регионе: в проведении деловых сделок и в избежании военных конфронтаций, которые, судя по всему, так стремится продолжать Нетаньяху.

***

Ничто из вышеперечисленного пока не свидетельствует о скорой изоляции Израиля. Например, для того, чтобы пересмотр политики ЕС привел к каким-либо конкретным шагам, необходимо согласие большинства стран, что на данный момент маловероятно. Эмбарго на поставки оружия не будет иметь смысла, если к нему не присоединятся США, которые вместе с Германией поставляют большую часть импортируемого Израилем оружия.

Правда, 3 июня Испания заявила, что аннулирует сделку на поставку оружия на сумму 285 миллионов евро, что поможет "разорвать связи" с Израилем в вопросах безопасности. Великобритания заморозила переговоры по соглашению о свободной торговле, но действующее торговое соглашение с Израилем остается в силе.

Если в ближайшее время Тель-Авив положит конец конфликту в Газе, что отнюдь не является само собой разумеющимся, непосредственная угроза изоляции, с которой он сталкивается, вероятно, исчезнет, хотя его международный авторитет значительно снизится. Вместе с тем долгосрочные тенденции, поставившие израильтян в такое опасное положение, сохранятся.

Первая из них — общественное мнение в США и Европе. Согласно опросам института Гэллапа, американцы по-прежнему больше симпатизируют израильтянам, чем палестинцам, но за последнее десятилетие разрыв сократился. В феврале, когда институт Гэллапа проводил последний опрос, соотношение составляло 46% против 33% в пользу Израиля, что не является подавляющим большинством, необходимым стране, столь зависимой от поддержки США.

В Европе же Израиль сейчас не пользуется популярностью у общественности, в том числе в Германии, которая обычно является одним из самых надежных его сторонников. Согласно опросу фонда Bertelsmann, проведенному в начале этого года, только 36% немцев положительно относятся к Израилю, в то время как 38% относятся к нему отрицательно. Всего четыре года назад тот же опрос показал, что 46% немцев положительно относятся к Израилю.

Огромные человеческие жертвы и разрушения, вызванные вооруженным конфликтом в секторе Газа, усугубленные широким освещением в СМИ и массовыми уличными протестами в США и Европе, нанесли ущерб репутации Израиля в глазах общественности.

***

При этом у Тель-Авива есть и более глубокая проблема, которая не исчезнет с окончанием боевых действий: молодежь смотрит на израильско-палестинский конфликт через призму расовой политики и наследия европейского колониализма, что автоматически ставит Израиль в невыгодное с моральной точки зрения положение.

Неудивительно, что опрос, проведенный исследовательским центром Пью в 2024 году, показал, что среди американцев в возрасте от 18 до 29 лет симпатию к палестинцам выразили вдвое больше респондентов, чем к израильтянам.

Результаты опросов неизбежно влияют на избранных лидеров, которые в свою очередь чувствуют необходимость высказаться и, возможно, даже действовать. Но их влияние не следует переоценивать, поскольку для подавляющего большинства избирателей вопрос об Израиле и Палестине не является решающим.

И все же Тель-Авива терпит серьезное поражение в борьбе за дипломатическую поддержку среди западной элиты — в СМИ, университетах, неправительственных организациях и среди правительственных чиновников, одним из примеров чего является группа "Сотрудники Европейского союза за мир".

А по мере того, как представители молодого поколения будут занимать все более влиятельные посты, их мировоззрение станет еще более доминирующим среди лидеров общественного мнения.

***

Вторая тенденция, работающая не в пользу израильтян, — это меняющаяся динамика на Ближнем Востоке. Израиль был в значительной степени защищен от действий западных правительств, поскольку считался важным союзником для отстаивания их региональных интересов, будь то в противостоянии с Ираном, поддержке умеренных режимов или предоставлении ценной разведывательной информации.

Однако в течение первых нескольких месяцев второго срока Трампа становится все более очевидным, что многие старые принципы американской политики отходят в прошлое. Как заявил сам президент во время своего турне по странам Персидского залива: "На наших глазах новое поколение лидеров преодолевает древние конфликты и устаревшие разногласия прошлого и строит будущее, в котором Ближний Восток определяется торговлей, а не хаосом; экспортирует технологии, а не терроризм; и где люди разных наций, религий и вероисповеданий вместе строят города, а не бомбят их до основания".

Тем не менее, Израиль (или, по крайней мере, правительство Нетаньяху) воспринимает Ближний Восток не совсем так. В Тель-Авиве по-прежнему считают, что Иран представляет угрозу, поскольку стремится к господству в регионе и уничтожению Израиля; что Сирия находится под руководством нераскаявшихся экстремистов, а ХАМАС и "Хезболла" остаются непобежденными.

По мнению израильских властей, дипломатия и торговые соглашения не имеют значения: эти проблемы можно решить только с помощью таких же непрерывных и активных военных действий, которые Израиль предпринимает в Сирии, Ливане и Газе — и предпринял бы в Иране, если бы позволил Вашингтон.

В долгосрочной перспективе Израиль может оказаться прав, но в краткосрочной его роль регионального "полицейского" ослабла. Ястребиная позиция Тель-Авива может сорвать дипломатические усилия Трампа. А если Израиль станет в меньшей степени стратегическим активом — а может быть, даже обузой — Вашингтон будет менее заинтересован в его защите от каких-либо карательных мер со стороны Европы. Возможно, даже будут приняты некоторые меры, в первую очередь (учитывая нелюбовь Трампа к внешней помощи) значительное сокращение ежегодного пакета помощи, который Тель-Авив получает по истечении срока действия нынешней программы в 2028 г.

***

Сами по себе две вышеупомянутые тенденции не были бы достаточными, чтобы поставить Израиль под серьезную угрозу изоляции. Проблема заключается в том, что израильские власти в настоящее время не способны ответить на эти тенденции должным образом.

В качестве незначительных уступок Израиль пытается успокоить своих критиков, в частности, возобновив ограниченную гуманитарную помощь в Газу. Однако в основном его реакция сводится к обвинениям европейцев в "поддержке терроризма", в том, что они "стоят на неправильной стороне истории", и даже в "антисемитизме".

Наиболее очевидная причина заключается в том, что Израиль находится под руководством "крайне правого религиозного правительства". Многие из его влиятельных членов считают Европу "безнадежно антиизраильской" и не верят, что какие-либо их действия могут изменить эту ситуацию.

Их уважение к Соединенным Штатам ограничивается Трампом и Республиканской партией, но даже оно сегодня подвергается испытанию, поскольку Белый дом выступает против Тель-Авива в вопросе Ирана и, что еще хуже, давит на него, чтобы он прекратил боевые действия в Газе.

Для "крайне правых" завоевание Газы с целью восстановления там израильских поселений является "священным Граалем", задачей, уступающей по важности лишь аннексии Западного берега. Для этого жертвовать торговым соглашением или научным сотрудничеством с Европой вполне оправданно. И потому вместо того, чтобы преуменьшать гуманитарную катастрофу в Газе, они с восторгом клянутся сравнять анклав с землей, изгнать его жителей и лишить их еды и медикаментов.

Позиция самого Нетаньяху по поводу идеологии "Сделаем Израиль великим снова" неясна. Он всегда был прагматиком, который обычно знал, как далеко можно зайти, испытывая терпение друзей Израиля. Однако сегодня он находится в плену у своих экстремистских партнеров по коалиции, которые, как он опасается, могут свергнуть его правительство и, возможно, положить конец его политической карьере. Для него "священный Грааль" — это сохранение власти.

***

Подавляющее большинство израильтян считают себя частью либерального Запада в политическом, экономическом и культурном смыслах. Опросы показывают, что большинство желает достичь соглашения об освобождении оставшихся израильских заложников и положить конец конфликту. Впрочем, есть и два "но".

Во-первых, правительство не интересуется мнением избирателей, а только мнением своего основного электората, который по-прежнему настроен на войну. Во-вторых, даже израильтяне, сомневающиеся в политике правительства, не решаются открыто выступить против него, пока их близкие рискуют жизнью в Газе, что, вероятно, объясняет, почему антивоенные протесты не набирают обороты.

Травма, нанесенная нападением ХАМАС 7 октября 2023 года, заставляет многих не прислушиваться к критике со стороны иностранцев, даже тех, кого они традиционно считают друзьями.

Единственное событие, которое может изменить курс Израиля, — это падение правительства Нетаньяху и приход к власти более умеренной коалиции. Опросы избирателей показывают, что, если бы выборы состоялись сейчас, такой исход был бы вероятен.

Однако Нетаньяху и его союзники намерены удержаться у власти как можно дольше. Если им это удастся, падение международного авторитета Израиля может стать необратимым даже при более умеренном руководстве.