В.В.Путин - Недавний подрыв железнодорожных путей в Брянской и Курской областях – это, безусловно, террористический акт

По обсуждениям первой части нашей сегодняшней встречи хотел бы сказать несколько слов, а потом перейдем ко второй части. 
Прежде всего прошу Правительство, региональные власти принять все необходимые меры для помощи семьям погибших. И я от себя хочу выразить искренние соболезнования этим семьям. Необходимо оказать и помощь пострадавшим, всю необходимую помощь.
Хочу поблагодарить сотрудников МЧС, работников «РЖД», других служб за все, что вы делали, уважаемые друзья, оказывая помощь людям, попавшим в это тяжелейшее происшествие.
Недавний подрыв железнодорожных путей в Брянской и Курской областях – это, безусловно, террористический акт. И решения о совершении подобных преступлений, конечно, принимались в Украине на политическом уровне.
Что в этой связи хотел бы отметить? Конечно, везде и всегда в ходе вооруженных конфликтов, к огромному сожалению, страдают гражданские лица. Но то, что было в Брянске, в Брянской области, – это целенаправленный удар по гражданским лицам, а по всем международным нормам такие действия называются терроризмом. 
Все преступления, которые были совершены в отношении гражданских лиц, в том числе женщин и детей, накануне очередного раунда предложенных нами мирных переговоров в Стамбуле, были, безусловно, направлены на срыв переговорного процесса. Удар наносился по гражданскому населению намеренно. 
Это только подтверждает наши опасения в том, что и без того нелегитимный режим в Киеве, захвативший когда-то власть, постепенно перерождается в террористическую организацию, а ее спонсоры становятся пособниками террористов. 
Вспомним: еще совсем недавно украинские власти и их союзники грезили о стратегическом поражении России на поле боя. Сегодня на фоне огромных потерь, отступая по всей линии боевого соприкосновения, пытаясь запугать Россию, киевская верхушка перешла к организации террористических актов. И в то же время просят приостановить боевые действия на 30, а то и на 60 суток, просят о встрече на высшем уровне. 
Но как же проводить в этих условиях подобные встречи? О чем говорить? Кто вообще ведет переговоры с теми, кто делает ставку на террор, с террористами? И за что их поощрять, предоставляя передышку в боевых действиях, которая будет использована для накачки режима западным оружием, для продолжения насильственной мобилизации и подготовки других террористических актов, подобных тем, которые были осуществлены в Брянской и Курской областях?
Что касается вопросов, затронутых Сергеем Викторовичем [Лавровым], – мы говорили с ним еще отдельно на этот счет, – по поводу уровня наших переговорщиков, гуманитарной паузы, то в соответствии с общепризнанной международной практикой уровень этот определяется страной, которую те или иные лица представляют. Этот уровень со стороны могут оценивать только те люди, те эксперты, кто сам обладает безусловным авторитетом и высоким уровнем компетенции. 
Каким авторитетом могут обладать главари насквозь прогнившего и полностью коррумпированного режима? Во всем мире об этом говорят. Какой компетенцией могут гордиться те, по воле которых вооруженные силы Украины, например, в Курской области понесли абсолютно бессмысленные, огромные потери и сегодня терпят одно поражение за другим на поле боя? 
Судя по всему, мы имеем дело с людьми, которые не только не обладают какой бы то ни было значимый компетенцией в чем бы то ни было, но и элементарной политической культурой, если позволяют себе определенные высказывания и даже прямые оскорбления в адрес тех, с кем пытаются о чем-то договориться. 
Что касается очередного отказа от перемирия на два-три дня по гуманитарным соображениям, то это происходит не в первый раз. Нас это не удивляет, а только убеждает в том, что сегодняшнему киевскому режиму мир вообще не нужен. Мир для него, скорее всего, означает утрату власти. А власть для этого режима, судя по всему, важнее, чем мир и чем жизни людей, которых они своими, судя по всему, и не считают. 
Мы еще с некоторыми коллегами обсудим все нюансы этого дела. Поговорим и с Министром иностранных дел, и с представителями силового блока на ближайшем заседании Совета Безопасности.