О тяжелой судьбе хатаскрайников

Одна моя знакомая, которую как-то оставили на домашнем хозяйстве на пару месяцев, повела дела совершенно чудным образом. Живя в деревенском доме и испытывая нехватку времени на развлечения, она своим нежным девичьим сердцем приняла два волевых решения: полностью прекратила выгуливать собаку и выносить мусор. В результате на дальних подступах стали потихоньку образовываться два типа куч: мусорные и собачьи. И кучи эти росли и множились, постепенно выбираясь из сеней и предбанников. Они начали подбираться к гостиной и уже угрожали захватить то единственное, за что знакомая, наверное, ещё готова была сражаться, — её личную спальню. Но ту девушку выручило возвращение родни. А вот что спасёт украинских хатаскрайников, которых подпёрло уже со всех сторон, пока что непонятно.

Такие разные, но такие похожие

За что скакали на майдане? За что людскую лили кровь? Известно за что: за то, чтобы у власти оказался тот самый избранный выходец из народной гущи. Такой, который сразу наведёт порядок, посадит всех воров и отменит налоги. Однако такого избранного не нашлось. И не сыщется. Потому что идеальный порядок по-украински — это когда государство не вмешивается в жизнь граждан, то есть разрешает им воровать, но сами граждане при этом должны иметь право вмешиваться в жизнь государства и чутко следить, чтобы воровать могли только простые люди из народа, а не какие-то там депутаты, министры и президенты.

Послушайте, о чём говорят российские несистемные оппозиционеры, почему-то называющие себя либералами. Они мечтают о некоем устройстве жизни в России, когда государство не мешало бы им жить и не лезло бы с требованием соблюдать глупые законы. Им не нравятся налоги, не нравятся статьи в Административном и Уголовном кодексах. Но при этом они совсем не против бесплатного медобслуживания, такой же учёбы, ну и, конечно, чтобы при случае их права были бы защищены в каком-то особенном либертарианском суде, где можно было бы засудить всех ватников с «Уралвагонзавода».

Удивительно, но в общем-то про аналогичное мечтают и свидомые укропатриоты, которым подавай такого лидера, который бы и порядок наводил, и к ним бы, таким хорошим, не лез никогда. Потому что государство всегда, как кажется простым украинским громадянам, мешало им жить.

«От государства никакой пользы никогда не бывает. Оно всю жизнь дерёт с тебя налоги, а когда ему что-то от тебя надо, то оно превращается в Родину!» — такие мысли одновременно излагают и российские леволиберальные оппозиционеры, и украинские патриоты.

При этом, если либерала прижать к холодной стенке неудобными фактами, например о его любимой Европе и Америке, он заявит в ответ, что заграница его не интересует и что ему нужно, чтобы в России было хорошо. А евроукр ответит вам, что он человек маленький и что в политике — большой сюрприз — не разбирается. Хотя казалось бы.

Если кто не знает, то украинское общество на самом деле чудовищно политизировано уже лет тридцать как. Чудовищно! Причём эта политизированность существовала задолго до последнего майдана и известных событий.

Одна моя украинская знакомая когда-то еще в девяностых поделилась наблюдением о том, что, мол, вот мы не знаем вообще никаких своих украинских депутатов. Ну, знаем там президента, премьер-министра и всё. А какого-нибудь спикера Верховной рады или там министра сельского хозяйства вообще в лицо представить не можем. Вместо этого, мол, мы знаем всех российских: Жириновский, Черномырдин, Зюганов, Примаков и т. д.

Но шли годы, и пути России и Украины расходились всё сильнее. Россия убежала куда-то вдаль, решая какие-то свои взрослые дела, которые в украинском детском саду были непонятны, а оттого неинтересны.

Украина же, застыв навеки в девяностых годах, постепенно начала сходить с ума, ввергая собственное население в политический психоз. Бабушки на лавочках, встречаясь по вечерам, сначала обсуждали события последнего эпизода очередного южноамериканского сериала, а потом принимались за политику. Настоящая ли у Тимошенко коса? Чем болен Кучма? Бабник ли Симоненко? Тем для обсуждений было множество. Благо сам украинский зомбоящик постоянно разжигал старые темы и подкидывал новые.

И знаете, чем всё это в итоге закончилось? Тем, что быть политически грамотным на Украине стало просто опасно. Поэтому громадяне всё чаще и чаще, когда их ловят журналисты с микрофонами, отвечают, что в политике не разбираются и ничего сказать не могут. Ибо, если сказать правду, о чём думаешь, попадёшь на фронт как вредный сепаратист. А если сказать неправду, похвалив высшее начальство, тоже попадёшь на фронт, но уже как тупой патриот.

Поэтому Украина уже несколько лет как максимально хатаскрайная страна. Точнее, не страна в целом, а её население, численность которого всё уменьшается и уменьшается. В идеальном финале там останутся две нетронутые хаты с пока ещё живыми людьми. И когда тэцэкашники вломятся в одну из них, в другой хате молча будут смотреть на это из-за занавесок.

Теперь это явление уже распространилась на всю незалэжную, а вообще-то изначально эпицентром украинского хатаскрайничества являлась Галиция. Именно галичане были главным топливом, при помощи которого разжигали украинские майданы. И именно они первыми потикали в Европу, когда стало понятно, что в Донбассе перед ними никто на колени вставать не будет, а вот убивать будут, и даже очень. Зря что ли Западная Украина в позднесоветские времена лидировала по числу партийных? А сейчас лидирует по числу фанатов Бандеры. Ничего личного, просто обычное украинское приспособленчество.

Как закалялось хатаскрайничество

Мы уже неоднократно убеждались в том, что евроукры не любят математику, физику, химию и прочие москальские лженауки. Не любят, потому что с помощью этих дисциплин им как дважды два доказывают всякое нехорошее, чего они сами о себе думать бы не хотели. Но, кроме всего прочего, у них ещё и большущая обида на географию. Ведь именно она и породила то самое украинское хатаскрайничество.

Не зря Украина называется так, как называется. Окраина вселенной. Край ойкумены. А почему? А потому что там тысячелетиями жили в режиме перекати-поля. Ибо степи. И опасный юг. Скифы, анты, сарматы, потом всевозможные крымчаки, половцы, печенеги, всякие там воинственные хазары, монголо-татары, конечно, наши «западные партнёры» в лице всевозможных австро-венгров, поляков, немцев, французов, турок, шведов и прочих занятных ребят. Все они в разные времена бродили по землям нынешней незалэжной и кошмарили тех смельчаков, которые почему-то решили поселиться поблизости.

Даже Россия, будучи уже могучим царством, а потом и империей, долго не могла собрать достаточно сил, чтобы навести порядок на тех окраинных землях, нормально распространив на них свою юрисдикцию. Но даже когда это случилось и юго-западные окраины полноценно вошли в состав Российской империи, порядка там много не стало.

Особенно беспокойно приходилось, когда эти многострадальные территории посещали очередные европейские демократизаторы. А потом и вовсе империя рухнула, и вся Украина превратилась в одно большое Гуляйполе, где во времена гражданской войны ходило свыше 250 видов разных денежных знаков, начиная с керенок и заканчивая «деньгами Махно».

Видели кинофильм «Свадьба в Малиновке»? Вот, собственно, где-то таким образом на Украине и развивались события последние лет пятьсот, а то и больше, если прихватить «украинскую» античность, о которой мы мало что знаем, но про которую в самой Украине уже написаны целые трактаты.

Выживать в таких условиях было очень непросто, а выживать, имея при этом какие-то твёрдые принципы, чёткую политическую позицию и ярко выраженную религиозную направленность и вовсе невозможно. Утром в хутор зашли красные, днём — белые, вечером — немцы, а ночью вообще анархисты нагрянули. В таких непростых условиях и закалялась одна из фирменных черт нынешнего украинства.

Весомый вклад в украинское хатаскрайничество внесли поляки. Заносчивые и высокомерные, но при этом совсем не глупые шляхтичи быстро разобрались в душевной структуре евроукраинских предков, обеспечив им в полной мере то единственное, что они любят и что уважают, — непрестанный холод тяжёлого кованого сапога на шее. Сердобольные русские, всю жизнь считавшие украинскую публику своей, так и не добились такой её любви, какой добились поляки, пусть и действовавшие, казалось бы, столь нелогичным для влюблённого способом.

Иными словами, можно сказать, что укрограждане как бы и не виноваты в том, что они такие застенчивые хатаскрайники. Их такими сделало непростое месторасположение, где демонстрировать твёрдость характера по жизни, конечно, можно было, но очень недолго.

С другой стороны, определённо это самое хатаскрайничество шароварное панство самостоятельно культивировало в себе и даже хвалилось им иногда.

Вот взять, например, лучших из лучших — украинских народных избранников. Так сказать, лидеров общественных масс, вытолкнутых этими самыми массами как бы решать её, массы, насущные проблемы. Кто следил за тем, что происходило на украинской политической арене после майдана, тот прекрасно видел, как именно повели себя многие тамошние депутаты, включая аж целых лидеров партий. Если сильно вкратце, то они засунули свои языки в известное место и старались не отсвечивать. При этом, конечно, не забывали подписывать все новоявленные бандеровские законы.

Яркий пример эталонного хатаскрайничества — украинская коммунистическая партия, которая сначала подмахивала новому режиму со всей старательностью в надежде, что её усилия оценят, а потом благополучно была разогнана и запрещена. Потому что если между позором и войной выбрать позор, то получить придётся и то и другое. Туда же вошла ещё дюжина партий, начиная с Партии регионов, ставшей «Оппозиционным блоком», и заканчивая всякими там социалистами и «Оппозиционными платформами». Все они предпочитали до последнего делать вид, что не замечают творящегося вокруг кошмара. Вы меня не троньте, и я вам не помешаю. Верные заветам Виктора Фёдоровича Януковича!

Как бы это ни было неприятно для многих, но аналогичным образом повела себя и Украинская православная церковь, чьи лидеры тоже полностью прогнулись под бандеровскую власть в надежде, что их не тронут, если будут сидеть тихо. Но и тут номер не прошёл. Когда управились с наиболее удобными оппонентами, начали крушить и УПЦ. Никогда такого не было, но вот опять хатаскрайщина подвела!

Совершенно отдельным образом, можно сказать на весь мир, Украина прославилась, когда во время коронавирусной пандемии отказалась принимать своих же граждан, находившихся в тот момент за границей. Особенную истерику вызвали порядка сотни человек, которых нужно было вернуть домой из Китая. Тогда три украинские области: Киевская, Тернопольская и Львовская — взбунтовались против возврата своих же соотечественников. Причём взбунтовались не только простые обыватели, но и местные чиновники. Были призывы возводить баррикады, жечь дома возвращенцев и прочая. Что это, как не крайняя степень проявления хатаскрайничества?

Товарища погибай, а сам выручай

Для многих оставшихся на Украине эта тема весьма обидная. Мол, если я не сгорел в Одесском доме профсоюзов, не жгу по ночам машины ТЦК и не пускаю поезда под откос, но при этом ненавижу нынешнюю бандеровскую власть и жду русских освободителей, то это не значит, что я хатаскрайник. Дескать, причины для того, чтобы остаться на Украине, были весомые. В конце концов, что, все уехавшие из Украины в Россию прямо-таки меньше ждуны, чем я сам? Можно ли ровнять всех под одну гребёнку?

Нельзя, конечно. Однако есть несколько нюансов. Оставшиеся на Украине одним своим присутствием легитимизируют тамошнюю власть, даже если вообще не ходят на выборы. Оставшиеся на Украине волей-неволей пополняют тамошний бюджет, а значит, спонсируют ВСУ. Оставшиеся на Украине жили бы там прекрасно и дальше, совершенно не обращая внимания на то, как годами ровняли с землёй Донбасс. Оставшиеся на Украине, конечно, могут быть хорошими людьми, не заражёнными вирусом бандеризма, приветствующие наступление русской армии, но, давайте будем откровенны, случись чего с этой самой армией, приключись с Россией военное поражение, оставшиеся, может быть, взгрустнут немного, но потом нет-нет да и выпьют за то, что «всё это наконец-то закончилось и опять можно жить мирной жизнью». Наконец, оставшиеся на Украине, при всей своей возможной внутридушевной любви к Русскому миру, сами того не желая, завтра могут быть схвачены и посажены в окоп совсем не с дружественной для любимой ими России целью. Благо подобные примеры доводилось видеть неоднократно. Каждое второе интервью пленного украинского солдата о том, что воевать он не хотел, но его заставили.

Основная проблема украинского хатаскрайничества в том, что люди, которым оно присуще, сами по себе могут быть и неплохими ребятами, не желающими никому зла. Но, как обычно бывает, зло случается всё равно. Обстоятельства вынудят их совершить то самое зло, пусть и трижды вопреки их воле. В конце концов, что есть хатаскрайничество, как не желание пойти на всё что угодно, лишь бы тебя оставили в покое?

Эпилог

Быть украинским хатаскрайником плохо. Его не любит никто. Свои же патриотически настроенные укрограждане презрительно именуют таких людей ждунами и периодически взрываются истерическими требованиями мобилизовать всех этих праздношатающихся и отдыхающих, считающих, что эта война не про них. С другой стороны, российские патриоты тоже презирают этих ребят, считая их равнодушными приспособленцами, готовыми жить хоть под богом, хоть под дьяволом, лишь бы спокойно и сытно. Такие, мол, предадут при первой же необходимости. Отсюда и циничные заявления со стороны российских турбопатриотов, что, мол, оккупацию нужно заслужить.

Так что украинских хатаскрайников, если расчувствоваться, можно даже немного пожалеть. Ибо их наказывает сама жизнь. Особенно сейчас, когда пространство, в котором ещё можно безопасно маневрировать, сократилось до небольшой льдины, плывущей в океане беспокойных случайностей. А впереди жаркое лето, и участь этой самой льдины видится самой незавидной, как и участь укрограждан, не успевших сбежать из той чудесной страны, которую они, кажется, уже полностью достроили за все годы своей доблестной незалэжности.

Сергей Донецкий