Геополитическая англошиза

Фраза Александра III о том, что "англичанка гадит", стала интернет-мемом. Однако ж тут вот какое дело: нагадив России во время так называемой Большой игры, о коей есть отличный документальный фильм Михаила Леонтьева, Мелкобритания от всей души нагадила самой себе. Вот что бывает, когда неправильно определяешь врага, когда внешней политикой великой страны рулят откровенные маразматики и шизофреники. 

Пока Британия бодалась с Россией, у неё самой под боком выросла её могильщица - Германия, и надорвавшись в двух мировых войнах, Англия стала тем, чем она есть сейчас - финансовой шакалицей и не более того.

Как говорил товарищ Сталин товарищу Рычагову, "Вы мало читаете". Сейчас вообще люди - даже образованные! - разучились читать толстые книжки полностью, у абсолютного большинства клиповое мышление, да и от природы очень малый процент людей способен реально овладеть многофакторным системным мышлением - инфантилы ж! Причём по действительно важным проблемам зачастую книг не пишут: ибо низзззя! Скелеты в геополитических шкафах нужно хранить очень бережно.

Для того, чтобы оценить всю степень идиотизма британской внешней политики относительно России, всем советую почитать массовую книжку В.Н. Виноградова "Британский лев на Босфоре", где в частности мимоходом упомянута крайне важная вещь: в 18-19 вв. штат Форинт-офиса (британского МИДа) со всеми техническими работниками насчитывал меньше СТА человек, и "каждую "ставку" в парламенте приходилось "выбивать" с боем". Иными словами, внешнюю политику Британской империи определял крайне узкий круг людей, на которых более здравомыслящим людям повлиять было крайне сложно, и от маразматических, часто откровенно вздорных и шизофренических взглядов этих людей зависели судьбы миллионов.

Отдельно нужно сказать о том, что история - это, ребята, не для всех. История, на самом деле, это очень сложная наука. Это - тайное знание. И это тайное знание полит-идеологи всех мастей старательно ховають по чуланам и углам.

Политическая идеология бесконечно далека от самых элементарных стандартов научности, потому как является своеобразной религиозной сектой, набором догм, в которые необходимо беззаветно верить, даже если эти догмы не выдерживают ни малейшего рационального осмысления. Дело в том, что политическая идеология выполняет функции квази-религии и дарует смысл жизни инфантильным народным массам и низшим слоям элитарных слоёв общества. Исторические факты, всегда грубо вырванные из контекста, используются в рамках любой политической идеологии не для поиска истины, а только лишь для иллюстрации истинности идеологии.

Историческая наука – в высоком смысле, а не как маскирующаяся под науку придворная историография, выполняющая функции агитатора и пропагандиста – это очень кулуарная, даже эзотерическая дисциплина, которую без особых изъятий и умолчаний преподают лишь наиболее морально устойчивым и лояльным представителям высших слоёв элиты, которым можно доверить посмотреть на скелеты в семейных шкафах. Кроме того, высшие слои элиты должны иметь навыки реального управления, а эффективного управления без владения максимально объективной, хоть и неприглядной с морально-этической или невыгодной политически информацией – невозможно. Это правило действовало во всех обществах и во все времена.

Развитие демократии привело к тому, что в борьбе между элитными группировками историю стали использовать как аргумент в политической дискуссии при апелляции к широким народным массам, которые даже в самом невежественном состоянии, тем не менее, обладают достаточными навыками рационального мышления, чтобы понять кто врёт, а кто нет, кто виноват в бедах страны больше, а кто меньше. И в процессе этой борьбы исторические сочинения становятся своего рода обвинительными заключениями, в которых неизбежно вытряхиваются скелеты из шкафов.

Таким образом, работа историка всегда политически ангажирована.

Работа объективного историка-исследователя состоит в том, чтобы не только максимально точно оценить достоверность фактов, излагаемых в монографиях, донесениях, мемуарах, но и понять политические, мировоззренческие мотивы информаторов и коллег-учёных. Надо согласиться с министром пропаганды Йозефом Геббельсом, который сказал, что «лучшие сорта лжи готовятся из полуправды».

Но вернёмся к нашим английским баранам.

У английской высшей знати был один бзик, но зато очень большой. Это параноидальный страх потерять жемчужину короны - Индию. Этот страх был чистой, незамутнённой паранойей. Россия не имела никаких физических возможностей подобраться к Индии, в чём сами же англичане смогли трижды убедиться: Афганистан самым надёжным образом блокировал любое продвижение. Поэтому ни Англия не имела шансов прорваться в подбрюшье России в Среднюю Азию, ни Россия - в Индию. Однако ж, эта нехитрая истина доходила до лордов так долго, что они проморгали опасность для своей бесценной Индии, коя исходила совсем с другой стороны.

Великий Бисмарк, о котором в современной Германии стыдливо помалкивают, уделал всех. Из разгромленной Австрии в 1866 году он сделал верную союзницу, буквально под пистолетом запретив генералам наступать на Вену, зрадя великую победу под Садовой. Это - раз. 

Потом, вместо того, чтобы оттяпать от побеждённой Франции всё, что можно по самые помидоры, а именно Брест, чтоб оттуда грозить всей Атлантике, о чём его на коленях умоляли новорождённые прусские адмиралы, он забирает всего лишь Эльзас и Лотарингию, которых и на карте-то не видать. Но Эльзас - это коксующийся уголь, а Лотарингия - это железная руда, причём в уникальной близости друг от друга, и - оп-ля! - юная Германская империя становится обладательницей очень дешёвой стали. Это - два.

Но все эти немецкие скобяные изделия нужно куда-то сбывать, а рынки надёжно закрыты запретительными таможенными пошлинами. И вот тут Бисмарк продвигает свой немецкий "шёлковый путь" - проект железной дороги Берлин-Багдад, с паромной переправой в Стамбуле. Но турки упёрлись. Они боялись потерять остатки своей экономики: в портах и так хозяйничали англичане, и караванная торговля была чуть ли не последней дойной коровой. Поэтому турок надо было шугануть. Руками русских. И повод для шугания быстро появился. Недальновидные турки дали его сами, устроив резню в Болгарии. И вот в результате русско-турецкой войны 1877-78 гг. Турция оказалась на грани катастрофы. И натянуть поводок на ошейнике у русского медведя могла только Германия. Ошейник - это хлебно-промышленные таможенные тарифы. А поводок - это та самая знаменитая Берлинская нота Бисмарка, когда он заявил, что "Россия превысила свой международный мандат, вторгшись в исконно турецкие земли" (это про окрестности Константинополя). Но поводок можно было и отпустить, ибо свет святой Софии был для России очень заманчив. Турки подписали капитуляцию: немецкие промышленники получили полное добро на строительство железной дороги. Это - три.

К концу 19 века железная дорога Берлин-Багдад была в целом готова. В Багдаде появился громадный оптовый рынок немецких скобяных товаров из дешёвой лотарингской стали, а точнее - перевалочный пункт контрабанды. И к 1914 году немецкие промышленные товары заняли ЧЕТВЕРТЬ всего рынка промышленной продукции колониальных владений Британии!!! Это - четыре. Это - шах.

Дело дошло до того, что английские промышленники, чтобы смочь продать своё барахло в собственных же колониях были вынуждены сразу на своих английских фабриках подделываться под немецкие марки!!! Тысячи арабских фелюг и караваны верблюдов и осликов исправно тащили немецкие мотыги, лопаты, гвозди, ружья и вообще всё, что нужно простым и непростым людям, а англичане ничего не могли с этим поделать. На каждой козьей тропе пограничника не поставишь. И самое обидное было в том, что источник этого вала контрабанды находился в каких-то сотнях километров от Лондона!!!

Так вот: книжек про Багдадскую железную дорогу написано очень мало. А книга Г.Л. Бондаревского "Багдадская дорога и проникновение германского империализма на Ближний Восток" (Ташкент, 1955) - и вовсе библиографическая редкость. Но - всесильный гугль вам в помощь!

До английских лордов наконец-то дошло. Не полностью. Частично. Они поняли, что Германия просто разорит их быстрее, чем страшные русские казаки доберутся до Индии через Гиндукуш. И они бросились в сердечные объятия Антанты с Россией.

Но не только Германия точила зуб на Англию, страдая от запретительных таможенных пошлин. Ещё страдали США. Из-за этих самых пошлин в самих США случилась страшная гражданская война, где вопрос о рабах был на самом деле далеко не самым главным. 

К 1914 году американские промышленные товары для среднего класса оккупировали саму британскую метрополию.Получалось, что британцы грабили пол-мира, чтобы награбленное истратить не на свои, а на американские товары! Шмотки, тряпки и цацки. Схожая ситуация сейчас у США и Китая. Но американцы-то хотели большего! Они смогли превратить Латинскую Америку в свой задний двор, с помощью марионеточных правительств регулируя таможенные пошлины таким образом, чтобы европейские товары не имели в той же Бразилии не единого шанса, в отличие от американских. Формальная независимость всяких бантустанов была для США просто универмальной открывашкой. Поэтому и сложился тайный союз между Германской империей и США. Штатам на тот момент нужен был консервный нож в Европе, чтобы вскрыть пытавшиеся закуклиться колониальные империи Франции и Британии, и потом по-братски поделить рынки сбыта "независимых" новых государств, обретших типа свободу и типа защиту. 

Немцы не делали из своих планов никаких тайн. В мае 1899 года состоялась первая конференция по разоружению в Гааге, в кулуарах которой будущий генерал-фельдмаршал Карл фон Бюлов сказал одному англо-лорду: "Всё просто. Мы будем воевать или товарами, или снарядами. И в конце концов мы своё получим, даже, если вы нас победите. Пока вы будете воевать тут, ваши заморские владения отобьются от рук, восстанут и всё равно станут независимыми. И будут торговать с нами, побеждёнными, по-честному, без этих идиотских тарифов. Так не лучше ли войну пропустить?".

Но англичане, французы и русские упёрлись рогом, и случилась Первая мировая война.

Великая война.

В современной публицистике стало модным считать вторую мировую недовоёванной первой. Популярны мнения, что первая и вторая мировые войны – это на самом деле одна мировая война, с небольшой мирной паузой. При этом хронологические рамки этой «большой войны» трактуются расширительно: так декан факультета государственного управления МГУ В.А. Никонов, внук наркома иностранных дел В.М. Молотова, считает, что её началом следует считать уже Балканскую войну 1912-13 гг., а началом «второй мировой войны» нападение Японии на Китай в 1937 г., а отдельные бои начались ещё в 1931 г.

Эта точка зрения абсолютно несостоятельна.

Социальное содержание второй мировой войны кардинально отличается от первой: если в 1914-1918 гг. воевали государства, то в 1939-1945 воевали идеологии. 

Поэтому вторая мировая война – это война во многом гражданская.

В окопах первой мировой войны по обе стороны фронта родилась принципиально новая человеконенавистническая политическая философия – нацизм. Виктор Гюго ещё в XIX веке высказал свою знаменитую максиму, что «любая война в Европе есть война гражданская». Шок от многомиллионных потерь в мясорубке мировой войны сделал эту максиму политически реальной: вся Европа оказалась беременна нацизмом, от Ирландии до Балкан, и вопрос теперь решался только один: под гегемонией какого нацизма Европа объединится?

Если в первую мировую войну Германия жаждала максимального уничтожения Франции, низведения её до сельскохозяйственного придатка Рейха, жаждала захвата или контроля её колоний и полного подчинения, то во время второй мировой войны решался совершенно другой вопрос: на каких условиях – привилегированных или не слишком привилегированных на три четверти нацистская Франция присоединится к нацистскому европейскому интернационалу во главе с Германией? Сама необыкновенная лёгкость, с которой вермахт смог всего лишь за полтора месяца в мае 1940 г. разгромить страну, которую в первую мировую не удалось победить за четыре года жесточайшей войны, говорит о многом. О многом говорит и тот факт, что многие десятки тысяч французов вступили в добровольческие формирования СС, самым «знаменитым» из коих является 33-я дивизия СС «Шарлемань» («Карл Великий»). Количество участников Сопротивления нацизму оказалось в десятки раз меньше. Франция все годы войны была спокойным тылом вермахта, французские заводы произвели громадное количество военной техники и снаряжения. 

А всё потому, что во время братаний на Западном фронте в окопах родился не только немецкий, но и французский нацизм, о котором в послевоенной Франции очень не любили и не любят вспоминать. В нацизме буржуазные круги всех без исключения европейских стран видели противоядие против коммунизма. Буржуазия готова была в рамках нацистско-фашистских доктрин пойти на очень большие уступки рабочему классу и народным массам в целом при условии сохранения контроля над своей собственностью. Степень откровенного заигрывания добропорядочных буржуа с нацистскими маргиналами зависела всецело от тяжести экономической ситуации: там, где массовая безработица и угроза голода делали коммунистические перевороты вполне осязаемыми (Италия, Польша, Венгрия) фашистские или полу-фашистские диктатуры возникли очень быстро. Там же, где буржуазия могла и в рамках демократических процедур усмирить и подкупить массы, то нацистов держали на «скамейке запасных».

То, что коммунистические и нацистские партии были по сути системой сообщающихся сосудов, не любят вспоминать уже почитатели коммунистической идеи. Так, лидером нацистской Французской народной партии стал бывший соратник Мориса Тореза бывший член политбюро коммунистической партии (ФКП) Жак Дорио - рабочий-металлург, создатель и лидер французского комсомола. Видный деятель французского и международного коммунистического движения, лично знавший Ленина, в середине 1930-х Дорио перешёл на диаметрально противоположные позиции. Более того, идеология и пропаганда этой фашистской партии была проникнута леворадикальными мотивами. Значительная часть руководства и актива PPF происходили из ФКП, прокоммунистических профсоюзов и левых организаций. С другой стороны, к партии примкнули радикалы из крайне правых организаций (Огненные кресты, Французская солидарность, Французское действие, Французский крест), недовольные пассивностью своих лидеров и привлечённые динамичным имиджем Дорио. Третьим кадровым источником партии являлись криминальные структуры, особенно в Марселе. Целевой аудиторией избиралась пролетарская и люмпенизированная молодёжь. При партии действовали партийные силовые структуры по типу штурмовых отрядов - Service d Ordre - совершавшие нападения на коммунистических и левых активистов.

Франция балансировала на грани гражданской войны: 6 февраля 1934 года на фоне глубочайшего экономического кризиса нацистские активисты целого ряда партий и движений («Огненные кресты» полковника де ля Рока) штурмом взяли правительственный квартал в Париже и удерживали его в течение месяца. Страна оказалась в полупарализованном состоянии. Чиновники управляли из номеров отелей и собственных квартир. Только объединёнными усилиями вновь созданного Народного фронта (социалисты, коммунисты и социал-радикалы) удалось выдавить нацистов из правительственных зданий. Эдакий французский наци-майдан и анти-майдан.

Правительство Народного фронта не смогло ни удержать власть, ни решить острейшие социально-экономические проблемы: буржуазия испугалась левых реформ, бегство капитала составило более 100 млрд. франков. В 1938 году Народный фронт распался, кризис был смягчён испытанным способом – за счёт ограбления колоний, но Франция пропиталась нацизмом снизу доверху: тайные и явные поклонники нацизма - как своего, так и уже германского - засели на всех этажах государственной машины, что ярчайшим образом проявилось уже в 1939-40-х гг. во время «странной войны» и «майского позора».

(Тут я рекомендую почитать труды советского франковеда В.П. Смирнова. А из личных бесед за рюмкой чая с умнейшим и проницательнейшим исследователем семейных шкафов французских ультраправых И.Н. Барыгиным узнал много такого, о чём лучше умолчать, ибо сильнее всего быдло мстит за свои порванные шаблоны).

Что объединяло всех европейских нацистов накануне Второй мировой войны? Ненависть к еврейской буржуазии и к еврейскому народу в целом. Эта ненависть отражала вполне реальный острый конфликт между кругами национальной промышленной буржуазии и международной финансовой олигархией, видную часть которой составляли как раз еврейские банковские дома и связанные с ними структуры. Экономический кризис 1929-33 гг. (во многом рукотворный!!!) привёл к черте разорения многих промышленников – и крупных, и средних, и мелких: не в силах рассчитаться по кредитам, они теряли свои, подчас веками создававшиеся, предприятия, и те переходили под контроль Ротшильдов, Шиффов, Каганов, Леманов. Широкие народные массы страдали от произвола еврейских ростовщиков, которые с помощью криминалитета выколачивали грабительские проценты с нищего населения, вынужденного из-за безработицы и под угрозой голода распродавать последнее. Ненависть к еврейским банкирам и еврейским ростовщикам умело трансформировалась нацистскими идеологами ко всему еврейскому народу и другим «расово неполноценным» - цыганам, неграм, индусам, славянам. Антиеврейский консенсус всех европейских нацистов не мог не беспокоить английский и американский истеблишмент, в котором именно еврейские банкирские дома занимали лидирующие позиции. Новые выскочки-нувориши из простонародья, наиболее заметными из которых являлись Генри Форд и Джон Рокфеллер в США, не скрывали своих антисемитских взглядов и открыто симпатизировали Гитлеру. Нацистские и радикальные движения давно сформировались и в Англии («Британский союз фашистов» Освальда Мосли ), и в США (так называемый «второй Ку-Клукс-Клан» и другие).

При этом из тактических соображений некоторые еврейские банкиры-сионисты в самой Германии в начале помогали нацистам! Для того, чтобы те шуганули стремительно онемечивающихся германских евреев в направлении Святой земли, дабы они вспомнили про свою еврейскость и воссоздали Израиль.

Таким образом, во всех европейских странах для германских нацистов к началу Второй мировой войны сложилась база активной социальной поддержки из местных радикалов нацистско-фашистского толка, объединённых, прежде всего, ненавистью к евреям, которых огульно обвиняли виновными во всех бедах – от развязывания бойни первой мировой войны до падежа скота и ритуальных приношений в жертву христианских младенцев. И даже в оплоте англо-саксонского мира – в Англии и США возникли собственные мощные нацистские движения, ратовавшие за новый мировой порядок, в котором белая раса должна совместно эксплуатировать всех расово-неполноценных. Часть промышленных кругов Англии и США и словом и делом поддерживали своих идеологических собратьев в нацистской Германии – причём даже во время войны. Ныне достоверно известно, что клан Рокфеллера переправлял в Германию через третьи страны и фирмы-посредники урановую руду, нефтепродукты, редкие металлы.

Поэтому говорить о единой политике Англии и США накануне и в годы Второй мировой войны – абсолютно некорректно: там шла невидимая внешне, но ожесточённая, внутренняя борьба между противниками нацизма и его тайными и явными пособниками, именно по этой причине политика «демократических держав» была такой непоследовательной и противоречивой.

Но тут нужно чётко заявить, что, в конце концов, и в Англии, и в США верх взяли антифашистские силы, которые возглавили Уинстон Черчилль и Франклин Делано Рузвельт – выдающиеся государственные деятели, которые отчётливо отдавали себе отчёт в том, какую экзистенциальную опасность для всего человечества несёт в себе идеология нацизма. Речь безо всякого преувеличения шла о выживании всего человечества. В случае победы нацистской Германии, или хотя бы относительной стабилизации её нацистского режима на территории, дающей обеспечение сырьём и продовольствием, над всей человеческой цивилизацией во весь рост вставала угроза скатывания в беспросветный мрак нового рабовладения, тотального уничтожения целых народов, деградации всего человеческого общества (и прежде всего немецкого), всей общественной морали и нравственности.

Тогдашнее руководство Великобритании и США отдавало себе полный отчёт о возможностях военной машины Третьего Рейха, а потому, как пишет такой неординарный и спорный автор как М.С. Солонин, «Рузвельт понимал, какой вариант развития событий на советско-германском фронте является наиболее вероятным, и поэтому ни на день не оставил Сталина и Гитлера наедине друг с другом» (Солонин М.С. Как Советский Союз победил в войне // Военно-промышленный курьер № 23 (589) за 24 июня 2015 года).

В общем, англо-саксы лоханулись по полной. Британцы вскармливали Германию против России и Франции, а штатовцы - против Британии. Но в результате вскормили собственного могильщика. Разгромленная Бисмарком Франция на некоторое время перестала быть угрозой для британских колоний, хотя Африку делили вплоть до Вашодского инцидента, но зато на лотарингской стали и эльзасском угле (вкупе с родным рурским) Германия стала просто разорять Британию безо всякой войны. А захват Германией хотя бы Украины был чреват уже для США: тогда немцы могли бы уже на равных пободаться за абсолютное мировое господство. И это была совершенно отчётливая перспектива! Между первой и второй мировыми войнами по историческим меркам - миг! - прошло всего лишь 21 год. Те, у кого были в черепушках мозги, те, кто в Оксфорде, Кембридже и Гарварде научились ими пользоваться, не страдали НИКАКИМИ иллюзиями о том, куда ветер дует и в чьи паруса. Тут нет никакой конспирологии, и натягивания совы на глобус. Просто нужно читать толстые книжки и иметь хорошую память на прочитанное, чтобы картинка сложилась. А тем людям, которые жили ТОГДА и держали руку на пульсе, всё было кристально ясно.

И американцы бросились спасать СССР. Большевики отбросили Россию в военном и промышленном отношении на сто лет назад. Единственным верным союзником против германских нацистов, обладавших и продемонстрировавших воочию высочайший КПД, в Евразии был только СССР, КПД которого был нижайшим. И американцы развернули самую лихорадочную деятельность: сталинская индустриализация началась до того, как Сталин стал полновластным хозяином в Кремле, и была на три четверти американской. Свыше пятиста заводов, которые спроектировал Альберт Кан, были попросту разобраны, привезены и заново собраны в СССР при активнейшей помощи командированных инженеров и мастеров-наладчиков. Великая депрессия тут ни при чём: решения принимались на самом верху - в великом масонском Бредламе. И даже те американские промышленники, которые любили Гитлера и не любили коммунистов, были вынуждены подчиниться: Генри Форд за малую денюжку разобрал свой второй конвейер и тот превратился в Горьковский автозавод, а Рокфеллера заставили стать финансовой прокладкой между Сталиным и Рузвельтом, зримые следы чего уже не раз демонстрировал Иван Crimsonalter Данилов. Список того, что построили и привезли американцы в страну Советов - исключительно велик. Поэтому, дорогие неокоммуняки, узбагойтесь. Не будь такого пугала, как Гитлер, был бы вам фигвам, а не Днепрогэс.

(При этом, давайте представим, что революцию в России самодержавие смогло бы предотвратить. Но ведь фактор Германии бы никуда не делся! И это после первой мировой - НАЦИСТСКИЙ фактор!!! ОБЩЕЕВРОПЕЙСКИЙ!!! И опять - единственным союзником в Евразии против Германии оказывалась Россия. И, волей-неволей, США и Великобритания вынуждены были бы выправлять свой косяк - но с несоизмеримо меньшими для России человеческими и материальными потерями. Причём помогать традиционной монархии как-то проще в имиджевом плане, чем режиму красных людоедов, нэ ке па?).

Но товарищ Сталин, получив от США огромную помощь в деле индустриализации, наивно и самонадеянно решил, что он теперь сам с усам, и может полностью обойтись своими силами: танков-то понаклёпано! И заключил с Гитлером пакт. Совершенно не понимая, что тем самым помогает нацистской Германии объединить беременную нацизмом Европу. И отношения между СССР, США и Великобританией к 1939 году стремительно ухудшились. К 1941 году они были на грани разрыва. И только к концу 1941 года, когда Рузвельт и Черчилль получили от Сталина железобетонные гарантии, что нового "Бреста" не будет, случилось и нефтяное эмбарго для Японии, закономерно приведшее к Пёрл-Харбору, и ленд-лиз. (Немалую роль в спасении России, больную тогда красноигиловской заразой, в 1941 году сыграла маленькая православная Сербия. Спровоцировав Гитлера на нападение, она отодвинула срок нападения на СССР на полтора-два месяца - сухих летних месяца! - которых быть может как раз и не хватило вермахту, чтобы дойти до Волги. И оттягивали на себя всю войну 22 дивизии!!! За что русские должны быть сегодня благодарны, не только словом, но скоро понадобиться отдавать долг и делом. О роли Сербии в истории России недавно прекрасно написал Ростислав Ищенко. 

Но вновь вернёмся к нашим англобаранам.

В 1949 году кошмар англичан воплотился: Индия обрела независимость. Дальше оставалось только гадить. Индо-пакистанской войной. Науськиванием тамилов и сикхов. Но это всё были уже по большому счёту просто плевки в спину: уже в 1950 году Индия заключает тайные торговые соглашения с США. А уже к 1973 году две трети всей мировой торговли обслуживается долларом США. А второй экономикой капиталистического мира становится Германия - побеждённая, ополовиненная, изнасилованная, но добившаяся главного: РЫНКОВ СБЫТА. Сбылось пророчество Карла фон Бюлова: надорвавшаяся на двух войнах с Германией Британская империя распалась и превратилась в страну банкиров и их обслугу (а скоро не будет и этого), из владычицы морей в едва одолевшую нищую Аргентину доходягу, из мастерской мира ставшей на время бензоколонкой Европы лишь благодаря природной случайности по имени Брент и мастерской дешёвых понтов. А вот если бы те несколько десятков чванливых кретино-лордов прислушались бы и поумерили бы свою гордыню, то, глядишь, всё было бы совсем по-другому. И империя была бы цела, и миллионы людей живы.

Но - человеческая глупость бесконечна, как и Вселенная.

Статья от 27 января 2018 г.