Итак, вернувшись из волонтёрского рейса, привёз Читателям две военные тайны: покрутил на полигоне в руках штурмовой автомат АШ-12, проходящий войсковые испытания (статья будет, милитаристы готовьтесь), а второй великий секрет уже растрезвонили пронырливые СМИ. Речь о летней новости, не получившей тогда должного резонанса по причине своей фантастичности, словам генерал-майор непальской армии Биноджа Баснята мало кто верил.

А главный советник по стратегии сокрушался в интервью «EurAsian Times» о массовом оттоке из рядов армии Непала сотен подготовленных солдат и резервистов (учащихся в России), отчего-то воспылавших желанием стать гражданами РФ. Через годичный контракт в степях Дикого Поля. Так вот, подготовлены, прошли полигоны и учебные центры – скоро на всех экранах страны. Уверен, с высшими боевыми наградами, у данной публики в столетних традициях с русским воином полное совпадение в одном принципиальном аспекте: либо грудь в крестах, либо голова в кустах.

Лучшие колониальные войска

Кто такие гуркхи, как они сформировали уникальный анклав на стыке миров индуизма с исламом – уже рассказывал в одной из статей. Сегодня религиозные и традиционные особенности воинского сословия Индии и Тибета оставим чуть в стороне, поговорим о единственном эпизоде колониального владычества европейских держав, когда вроде покорившаяся земля не считала себя покорённой, колониальные власти не имели никакой реальной власти. Приходилось изобретать другие способы сожительства с воинственным народом, покупая его способности за чистое золото или гражданство.

Британские легендарные гуркхи. Их славная история стала достоянием публичности в первой половине XIX века, когда Великобритания перешла от ползучей торговой экспансии в Индостане – к прямым захватам многочисленных королевств, царств и княжеств. Походя круша раздробленные феодальные владения Индии, вскоре британцы упёрлись в Гималаи, куда очень спешили для перехвата единственной ветки Шелкового Пути, оставшейся со времён бородатой старины. На пути лежало королевство Непал и правившая там династия Шахов, ранее создавшая мечом Царство Горкха.

Жили там потомки раджпутов, выходцы из западного штата Раджпутан (ныне Раджастхан) .. Лучшие образцы профессионального воинского сословия Индии, принявшие родоплеменной образ жизни, уверовавшие (помимо буддизма с индуизмом) в культ Великой Пустыни, которую необходимо распространить на весь мир. В 1769 году некто Притхви Нараян Шах, правивший Царством Горкха, завоевал весь Непал и часть Западной Бенгалии. Столкнувшись на встречных курсах с британцами, гуркхи (горные племена Царства) и непальские кшатрии два года успешно сражались с колонизаторами, но проиграли техническому превосходству и двойному численному перевесу англичан.

Был заключён мирный договор, по которому все недавние приобретения гуркхов (регионы Кумаон и Сикким) отошли британцам, столица Царства Горкха – Катманду принимала «резидента» их администрации для ведения внешнеполитических дел. А доблестному войску неистовых горцев, впечатлившему европейцев – было предложено стать частью колониальных войск. То была идея небезызвестного Уильяма Фрейзера, который после первых поражений от гуркхов на начальном этапе войны подметил независимость и разобщённость горных племён Царства Горкха, золотом завлёк в ряды англичан около пяти тысяч великолепных бойцов. Чем и обеспечил окончательную победу колонизаторов в 1816-ом.

Роль английского «резидента» с тех пор свелась к постоянным тратам на хитрых и неуступчивых вождей гималайских племён, батальоны приземистых и выносливых горцев вскоре стали легендой Ост-Индской Компании, обеспечив победу над сикхами в ходе двух англо-сикхских войн, а потом (в 1857-ом) отличились в подавлении восстания сипаев, младшего солдатского и унтер-офицерского состава колониальной армии. После того эпизода Лондон официально включил гуркхские батальоны в состав воинства Британской Индии. Очень скоро направив их в Афганистан, Бирму, на Малакку и в Китай. Восторг чопорных англичан был полным, даже именные королевские полки метрополии не обладали той дисциплиной и стойкостью, как «дикари».

Именно поэтому в 1905-ом особым решением короля (при полной поддержке парламента) создаются десять отдельных гуркхских полков и дюжина отдельных учебных батальонов, вербовщики англичан проникают с кошелями золота во все отдалённые деревни Гималаев, чтобы довести численность «туземной воинской элиты» к первой мировой войне до 200-т тысяч штыков.

Безумные в своей жестокости сержанты армии Короны диву даются, насколько рекруты приходят подготовленными, аккуратными в быту, выносливыми физически, дисциплинированными и неистовыми в бою. К 1918-ом гуркхи отметились везде: в окопах Европы, в Азии и Африке, Месопотамии и на Ближнем Востоке. Более двадцати тысяч погибло во славу Короны, две тысячи были удостоены высших боевых наград Великобритании.

Гуркхи спасают англичан от разгрома во время англо-афганской войны 1919-го года, полностью берут на себя охрану индийско-афганской границы, заставив не менее воинственные племена пуштунов надолго притихнуть. О тех событиях мало информации, но гуркхи начали действовать рейдовыми группами до роты включительно, совершали налёты на мятежные деревни Кандагара и Вазиристана, устраивая жуткую резню мужского населения даже после заключения мирного договора с Кабулом. На долгие годы «Линия Дюрана», разделяющая Индию и Афганистан – стала спокойной, пуштуны всё поняли.

Во второй мировой войне гуркхи представлены 55-ю батальонами, число бойцов, вставших в ряды английской (и непальской) армии исчисляется почти 250-ю тысячами. Более тридцати тысяч погибают, около трёх тысяч военнослужащих награждены за воинскую доблесть. У вермахта сохранились яркие воспоминания о «психических атаках» гуркхов, бегущих на пулемёты в полный рост, дабы ворваться в окопы и устроить резню самым легендарным оружием непальских горцев – ножами «кхукри». Этот ритуальный и кинжал и тесак с обратным изгибом считается священным воплощением Луны и Солнца, по сей день остаётся обязательным элементом экипировки гуркхов.

С этим оружием связано немало тёмных историй, индийцы придумали десятки простонародных заклинаний, дабы отвести порчу при виде гуркхских ножен, обтянутых буйволиной кожей и отделанных металлом. Поскольку считается: «кхукри» являются инструментом жертвоприношения богине Кали, супруге тёмной ипостаси бога Шивы. И совсем жутко для уха индуиста звучит боевой клич гуркхов во время их безудержных атак или ритуальных действий: «Джаи Махакали, айо горкхали!» (Славься Великая Кали, идут гуркхи!).

На распутье

После Второй мировой войны приходит пора демонтажа Британской Индии, она раскалывается на мусульманский Пакистан и собственно Индию. Наиболее острым вопросом развода Лондона и Дели становится вопрос ... колониальных войск, в первую очередь он касается гуркхов, во вторую – сикхов. Решили вопрос демократически: выбирайте, мол. Большая часть гуркхов (шесть стрелковых полков из десяти существовавших на 1947-й год) предпочла остаться в Индии, дабы иметь возможность быть поближе к дому, а в среде потомственных солдат, унтер-офицеров и офицеров настроения были другими, из них англичане сформировали особую Гуркхскую Бригаду.

Её несколько раз тщательно просеяли, доведя полки до двухбатальонного состава, оскорблённые таким отношением гуркхи устремились к индийцам, которые с огромной охотой принимали лучших солдат индо-тихоокеанского региона в новые подразделения, готовясь к войне с Пакистаном и мятежниками-маосистами. Так появились 40 полнокровных гуркхских батальонов, тщательно пополняемых и по сей день, общая численность горцев Непала и бывшего Царства Горкха составляет 100 тысяч штыков.

У британцев осталось всего тря с половиной тысячи гуркхов, основа Особой Гуркхской бригады – два батальона «лёгкой пехоты» с парашютно-десантной подготовкой, два инженерных эскадрона, три эскадрона связи, транспортный полк, два парадных полувзвода для парадов и военный оркестр. Квартируются они в Черч Крукхэм, графство Хэмпшир. На всех маневрах получают высочайшие баллы по боевой подготовке, но численность бригады постоянно падает, сегодня в ней настоящих этнических гуркхов – едва половина.

Своя традиция

Две сотни лет совместного существования британской армии и гуркхов не смогли вытравить из подразделений горцев собственную иерархию воинских чинов, тщательно сберегаемую со времён Царства Горкха. Несмотря на колониальный тип устройства полков и батальонов с английскими майорами/капитанами/лейтенантами/ старшинами/сержантами/капралами и рядовыми стрелками – каждое звание среди горцев имеет своё название, его обязаны знать и произносить вслух офицеры-британцы, они фиксируются во всех официальных документах.

Индийцы тоже не лезут в дела этой крайне закрытой воинской касты, все эксперименты по «разбавлению» гуркхских батальонов заканчивались безрезультатно. А после эпизода перехода двух рот гуркхов в Пакистан во время войны 1965-го года – всеми нормативными актами Вооружённых сил Индии этнический баланс гуркхов и прочих горцев Тибета на уровне «семьдесят к тридцати» в подразделениях выдерживаются строжайше.

«Чистоту рядов» поддерживают непрерывной вербовкой новобранцев с территории Непала, где многочисленные семьи тамошних горцев не способны дать младшим детям образования, достойной работы и самое главное – найти невест, есть в тех землях необъяснимый демографический перекос в сторону рождения мальчиков. Особенно в среде двух групп многонационального Непала, откуда и стараются англичане, индийцы, бахрейнцы, некоторые другие государства Юго-Восточной Азии набрать чистопородных солдат-гуркхов.

Речь об этносах гурунгов и магаров. Первые были государствообразующим народом Царства Горкха и приняли на две трети буддизм, трансформированный шаманскими верованиями «Гурунг дхарма» тибетской религии Бон. А двухмиллионный народ магаров (десятая часть населения Непала), в принципе и являющийся визитной карточкой «свирепого образа гуркха» – больше индуисты, но тоже сохранившие догматы религии Бон в самых древних шаманских изводах, являющихся южно-сибирскими практиками.

Престиж военной службы у гурунов имеет историю в четыре сотни лет, со времён Царства Горкха молодых людей по лютому отбору отправляли в царскую гвардию, затем – в колониальные британские войска. С тех пор ничего не изменилось, Армия Непала каждый год отбирает в свои ряды одного из двухсот юношей, прибывающих на плацы горного учебного центра Покхара после изматывающих испытаний на выносливость, способность выживать в горах, пользоваться холодным и огнестрельным оружием.

Рекруты имеют начальную военную подготовку на уровне старослужащих большинства армий мира, кстати. Поэтому, не прошедшие конкурс 199 гурунов являются лакомой добычей пограничников-индийцев, а последнее время – и частных военных компаний. У магаров ещё всё стороже с НВП мальчиков, их изначально начинали готовить к службе в британских колониальных войсках. Под жесточайшей муштрой отставных ветеранов колониальных войск, вколачивавших в юнцов порядки бесчеловечной Армии Короны.

Сегодня изменений почти не наблюдается, ветераны-гуркхи (за немалое денежное вознаграждение деревенских общин) тренируют мальчиков магаров, большинство из которых стремятся попасть именно в Особую Гуркхскую бригаду. Но малые штаты и политика «мультикультурализма» на Островах оставляет им мало шансов, ранее понимавшие в войне бритты ... старательно разбавляют некогда элитную часть другими народами Непала - раи, лимбу, таманги, представителями воинской касты «чхетри» (непальские кшатрии).

Тоже бойцами знатными, но больше известными неприхотливостью в быту, физической выносливостью и стойкостью ко всем хворям земным, нежели религиозным боевым неистовством гурунов и магаров.

Интерес к России

В 1996 году Компартия Непала (полностью подконтрольная «старой гвардии» Мао Цзэдуна) свергает короля Бирендра и начинает затяжную и вялотекущую гражданскую войну, закончившуюся ... только в 2006-ом шатким Договором национального согласия и обязательством сторон (революционных, монархических и националистических) провести всеобщие демократические выборы. Победили коммунисты-маосисты, сформировали Конституционное Собрание и наконец-то добились низложения короля. Что сразу повлекло за собой разброд и шатание в среде этноса магаров и прочих поставщиков солдат-гуркхов, которые составляли основу революционного движения.

Маоистская компартия начала кампанию по пресечению «наёмничества», занятия якобы недостойного для гордого и независимого народа Непала. Сама КПН раскололась, потомственные военные не поняли партийной линии, а после провозглашения страны Республикой в 2008-ом году – буквально встали в оппозицию к действующей власти. Их главный аргумент – малая численность непальской армии, не позволяющей гуркхам вести традиционный образ жизни, обычно заключающийся в долгой службе на благо иностранных держав, а потом возвращаться домой с огромными по здешним меркам военными пенсиями или пособиями по утрате дееспособности.

Даже индийские пособия считаются внушительными, что говорить об английских и всех прочих на Ближнем Востоке, в Гонконге, Малайе, Филиппинах или Индонезии. Гуркхов туда штучным порядком заманивают, давая умопомрачительные зарплаты «инструкторов по выживанию», экспертов по контр-партизанским действиям, горной подготовке или действиям спецназа. Задумка правящей партии коммунистов вызывает отторжение у большинства этносов, являющихся поставщиками солдат-гуркхов, все попытки объяснить им «пагубность ремесла наёмника» не работают. Как и прочие лозунги об «умирающей традиции воинского сословия», пережитке позорного колониализма и непрогрессивного абсолютизма.

Подобная идеологическая обработка возымела обратный эффект, мир информационных технологий докатился до горных долин Гималаев, а здешние сплочённые родоплеменные общины всегда умели считать деньги. Появилось целое ветеранское движение гуркхов, ведущих активную вербовку своих сородичей в самые разные Армии мира, поставивших начальную военную подготовку юнцов на новый технологичный уровень.

Жить покорными трудягами, по примеру миролюбивых китайцев (на которых постоянно кивают лидеры Компартии Непала) – здешнее воинское сословие не желает, наниматься в структуры НОАК категорически не хочет. Считая своих северных соседей битыми по результатам индийско-китайских конфликтов, где именно гуркхи-пограничники придумали рукопашные схватки без использования огнестрельного оружия, постоянно в них одолевали.

Так что интерес к гражданству России через воинскую службу вполне оправдан, культ непобедимого русского и советского воина в Непале с 1970-х очень высок. К нашему великому стыду – имя товарища Судоплатова здесь более чем известно, среди гуркхов очень популярно «боевое самбо», как величайшее изобретение, приписываемое местными именно Павлу Анатольевичу. Интересно ... кто его принёс с селения горцев?

Нужно отдать должное потомственным гуркхам, они крайне разборчивы в найме. Отказываются служить в армиях, где нет их этнических подразделений и отсутствует призывная система. Почему ... никто толком объяснить не может, но скорее всего корни неприятия кроются в особом понимании «наёмничества» гуркхами. Они считают «контрактников» недостойными носить звание «воин» в их понимании, поскольку те относятся к воинскому долгу, как к работе. Чего в среде гуркхов никогда не бывало, любая мелочь «тягот и трудностей службы» воспринимается здесь с особым душевным подъёмом, как священная обязанность. Неважно, речь идёт о тупой муштре на плацу или тяжелейших работах в инженерных подразделениях. Чем всегда британцы пользовались.

Выводы

А теперь немного дёгтя, дабы материал не казался патокой. Нужно понимать, образ непобедимого гуркха ... несколько преувеличен, порождён в основном страшной конкуренцией внутри самого Непала. Попасть в гвардию Царства Горкха, британские колониальные войска, в армию сегодняшней Республики – величайшая удача, особенно в среде беднейших слоёв населения. Поэтому и были столь заметны гуркхи на фоне изнеженных и трусоватых европейцев, мягкотелых азиатов. А уж как они (особенно с боевыми наградами!) популярны на родине – нынешние поп-звёзды и футбольные кумиры обзавидуются.

Сила гуркхов только в спаянном и хорошо знакомом друг другу подразделении, здесь начинается внутреннее соперничество стать первым и единственным героем, именно поэтому в мировых войнах эти неистовые и отборные горцы несли страшные потери в наступлении или обороне. Нет ни единого факта их поражения, проигравших просто не было – погибали без остатка. Но персонажей, способных при отборе проскакать с двадцатикилограммовым рюкзаком пять вёрст в гору, после недрогнувшей рукой собрать/разобрать винтовку и столь же рысисто примчать обратно – сегодня не так много.

Второй момент, вызывавший неописуемую ярость чопорных англичан и немного пуганных индийцев при общении с солдатами-гуркхами – их полное безразличие к дисциплинарным взысканиям. А нарушают «дисциплину» они частенько из-за своего деревенского простого нрава. Очень любят самым неприличным образом пошутить над сослуживцами, поржать в голос над самой примитивной шуткой, чистку батальонных параш или ползание ночь напролёт в полной боевой, равно как и суточное стояние «под ружьём» – не воспринимают наказанием. Поскольку природная выносливость не замечет таких «тягот и трудностей», воспринимается солдатской обязанностью.

На протяжении сотни с лишним лет у гуркхов проблемы ... с фортификацией. В их голове не укладывается понятия «стандарта окапывания», к примеру. Зачем рыть окоп уставного полного профиля, это ведь пустая трата сил и времени, из него низкорослому бойцу не выбраться по сигналу горна, если «стандарт» под высокорослого европейца! Британцы так и не смогли заставить гуркхов освоить некоторые тактические приёмы, мозг потомственного воина их просто не воспринимал. А наказания и взыскания ... см.выше.

А вот «штурмовой пехотой» быть – это завсегда и даже приказывать не нужно, шёпота достаточно, чтобы «Джаи Махакали, айо горкхали!» заорали все без остатка в роте или батальоне, выхватили ритуальные ножи и устремились часто в безудержную атаку вне любых наставлений и Уставов. Так что дождёмся первых сводок, лично такими фанатиками-отчаюгами командовать поостерёгся бы. Но уверен, нынешние отцы-командиры смогут найти разумный баланс в подготовке наших будущих сограждан, объяснят русский священный долг воина. Когда не умереть за Родину почётно в штыковой, а плодотворно и смекалисто пожить на поле боя. До самой Победы.