Ukraine v. Russian Federation: Суд разберётся

Отрасль права: Международное право

13.06.2023 — 12:09

Фото: Заседание Международного Суда ООН по делу Ukraine v. Russian Federation (06.06.2023)

Источник: YouTube (Sky News)

***

Злая звезда Паниковского оказала свое влияние на исход дела. … Он присоединился к конвенции вне себя от злости. — Я поеду, — кричал он, — но предупреждаю: если плохо ко мне отнесутся, я конвенцию нарушу, я перейду границу! И. Ильф, Е. Петров

Спецоперация спецоперацией, а суд по расписанию.

В Международном суде ООН в Гааге неспешно продолжается разбирательство спора между Украиной и РФ, основанного на Конвенции ООН о геноциде от 1948 года. На днях суд принял очередной судебный акт предварительного характера: разрешил вступление в дело ещё 32 стран (из 33 желающих).

В том же суде продолжается процесс и по другому спору между теми же странами, основанному на Конвенции о финансировании терроризма от 1999 года и Конвенции о расовой дискриминации от 1965 года. В этом процессе на днях прошёл первый раунд публичных слушаний по существу дела.

Некоторые авторы информационных сообщений традиционно перепутали Международный Суд ООН с Международным уголовным судом (который также находится в Гааге).

Да, и в МУС разбирательство, возбуждённое по заявлению Украины, тоже идёт своим ходом. Как известно, недавно МУС выдал ордера на арест первых двух подозреваемых по делу – в связи с чем у упомянутых подозреваемых возникли серьёзные проблемы с передвижением по миру. Кроме того, на днях Украина обратилась в МУС с отдельной просьбой о расследовании разрушения плотины Каховской ГЭС (и представители МУС уже прибыли в Херсонскую область).

Однако МУС занимается исключительно уголовными делами, в которых конкретные люди обвиняются в уголовных преступлениях международного характера. Мы же сегодня говорим о спорах между государствами, вытекающих из международных конвенций и рассматриваемых Международным Судом ООН (International Court of Justice) – главным органом современной системы международного правосудия.

Следует сказать, что, в отличие от национальных правовых систем, современная система международного права в значительной степени неполна. Между странами нередко случаются споры и даже вооружённые конфликты, на разрешение которых нет компетенции ни у одного международного трибунала.

Это касается и Международного Суда ООН: для возникновения его компетенции на разрешение спора необходимо либо согласие сторон, либо международный договор, передающий споры его участников на рассмотрение в Международный Суд.

При этом сам вопрос о наличии или отсутствии компетенции также может быть спорным. И решать вопрос о компетенции придётся самому же Международному Суду (ну а кому ещё?).

***

Заявление Украины, поданное в Международный Суд (МС) 26 февраля 2022 года, было основано на Конвенции ООН о предупреждении преступления геноцида и наказании за него от 1948 года. В настоящее время участниками Конвенции являются 152 страны, включая Украину и РФ. Конвенция содержит положение (ст. IX) о разрешении споров в МС.

Эта конвенция базируется на концепции преступления геноцида, впервые предложенной знаменитым юристом-международником Рафаэлем Лемкиным. Конвенция была единогласно одобрена Генеральной ассамблеей ООН в 1948 году.

Главное её положение состоит в криминализации геноцида, как он определён в Конвенции: все страны-участницы обязуются принять законодательство для наказания лиц, виновных в геноциде. Однако в 2007 году в деле Bosnia and Herzegovina v. Serbia and Montenegro МС признал, что Конвенция неявно подразумевает и ответственность самого государства за совершение геноцида.

В заявлении Украины было два главных тезиса. Во-первых, что РФ ложно обвинила Украину в геноциде жителей Луганской и Донецкой областей, на основании чего РФ и начала свою «специальную военную операцию» против Украины. Во-вторых, что РФ «планирует акты геноцида в Украине» и «совершает умышленные убийства» членов национальной группы (граждан Украины), что составляет объективную сторону преступления геноцида, предусмотренного упомянутой Конвенцией. (А субъективная сторона, согласно Конвенции, – это намерение уничтожить такую группу.)

РФ оспаривает юрисдикцию МС и приемлемость заявления Украины. Дело находится на предварительной стадии, и МС ещё не вынес окончательного решения о наличии или отсутствии у него компетенции на рассмотрение спора. (Некоторые сведения о процессе можно найти здесь.)

В марте 2022 года МС выпустил решение по запрошенным Украиной обеспечительным мерам. А именно, Украина просила Суд наложить запрет на военные действия РФ в Украине. РФ возражала в том смысле, что Конвенция всего лишь предписывает странам-участницам криминализовать геноцид (и в УК РФ есть такая статья!), но не регулирует применение вооружённой силы в отношениях между государствами. Однако Суду эти аргументы не показались убедительными, и он приказал РФ прекратить военные действия в Украине.

Как известно, РФ предпочла не подчиниться решению Суда.

И вот 5 июня 2023 года МС принял новый акт по делу – о вступлении в процесс ещё целого ряда стран.

Статут Международного Суда позволяет вступить в дело не только тем странам, которые имеют правовой интерес в исходе дела по существу (ст. 62), но и тем, которых может затронуть интерпретация положений Конвенции, данная Судом в деле (ст. 63). Если такая страна вступает в дело, то данная Судом интерпретация в дальнейшем будет для этой страны обязательной.

Заявления на вступление в дело подали 33 страны, включая большинство стран ЕС (в том числе Францию и Германию), а также Великобританию, Канаду, США и др. Все заявления были основаны на статье 63 Статута, то есть страны объявили о своём интересе в интерпретации положений Конвенции. На этом этапе, очевидно, имеется в виду статья IX, устанавливающая процедуру разрешения споров и, соответственно, юрисдикцию МС на разрешение тех или иных споров.

Представители РФ заявили целый ряд возражений против вступления в дело новых участников. Ключевое возражение состояло в том, что реальный интерес заявителей состоит вовсе не в интерпретации Конвенции, а в поддержке Украины по существу дела. Присоединение к Украине нескольких десятков стран в качестве де-факто соистцов нарушит принцип равенства сторон, ведь РФ придётся отвечать на все их доводы. Всё это представляет собой злоупотребление правом с единственной целью навредить РФ!

На судей МС эти аргументы впечатления не произвели. В судакте говорится, что Суд не уполномочен исследовать намерения стран, подавших заявления о вступлении в дело. Если у них есть интерес в интерпретации, они имеют право вступить в дело, сколько бы этих стран ни было. Суд также отмечает, что если у страны есть право вступить в дело, то отказать ей со ссылкой на злоупотребление правом можно лишь в совершенно исключительных обстоятельствах. В данном случае Суд таких обстоятельств не усматривает.

Однако МС показались более убедительными те возражения РФ, что касались вступления в дело США.

Дело в том, что США при присоединении к Конвенции сделали оговорку, согласно которой они не признают статьи IX Конвенции: спор с участием США может быть передан на разрешение в МС лишь с особого согласия США. (СССР в своё время сделал аналогичную оговорку, но в 1989 году её отозвал.)

Если так, то у США нет правового интереса в интерпретации статьи IX Конвенции, о которой идёт речь на данном этапе разбирательства (когда Суд определяет свою компетенцию).

В результате Суд признал, что заявления о вступлении в дело всех государств, за исключением США, являются приемлемыми на предварительном этапе разбирательства.

Против принятия заявлений проголосовал лишь один судья из пятнадцати. Это был судья из Китая (Judge XUE Hanqin).

***

Как уже говорилось, в том же Международном Суде ООН рассматривается ещё одно дело по заявлению Украины к РФ. Это заявление основано на двух конвенциях: Конвенция ООН о финансировании терроризма от 1999 года и Конвенция ООН о расовой дискриминации от 1965 года (названия приведены в сокращённом виде). В обеих конвенциях есть положения о рассмотрении споров в МС.

Первая из конвенций криминализует финансирование терроризма и обязывает страны-участницы принять необходимые меры для обеспечения должного наказания за это преступление. Вторая конвенция обязывает страны-участницы не практиковать и не поддерживать расовую (а равно национальную, этническую и т. п.) дискриминацию, принять эффективные меры против такой дискриминации организациями и частными лицами, а также ввести уголовную ответственность за пропаганду расового превосходства и расовой дискриминации.

Вкратце об истории процесса.

Заявление в этом деле Украина подала ещё в 2017 году. Согласно этому заявлению, РФ с 2014 года, вопреки требованиям Конвенции о финансировании терроризма, поддерживала вооружённые выступления против законных властей Украины на восточных территориях страны. В числе незаконных вооружённых группировок, получавших финансирование из РФ, в заявлении названы «ДНР», «ЛНР» и «Харьковские партизаны» (у последних, как мы знаем, в итоге ничего не вышло). Среди собственно актов терроризма в заявлении упоминается, помимо прочего, сбитие малайзийского «Боинга». Что касается нарушений Конвенции о расовой дискриминации, согласно заявлению, РФ создала в присоединённом Крыму «атмосферу насилия и запугивания» нерусских этнических групп, включая украинцев и крымских татар.

В том же 2017 году МС принял решение по вопросу об обеспечительных мерах. Суд приказал РФ воздержаться от ограничений на представительные институты крымских татар (включая Меджлис) и обеспечить доступность в Крыму образования на украинском языке. Суд также велел обеим сторонам воздержаться от действий, которые могли бы ухудшить спорную ситуацию (и, кажется, вряд ли можно сказать, что РФ исполнила приказ Суда).

В 2019 году МС принял решение по юрисдикционному вопросу. Он признал себя компетентным на рассмотрение данного спора по существу. Это решение было принято значительным большинством судей. Что касается Конвенции о финансировании терроризма, против признания юрисдикции МС выступили лишь три судьи (из Китая, Словакии и РФ), а что касается Конвенции о расовой дискриминации – один только судья ad hoc из РФ Леонид Скотников.

И вот 6-8 июня 2023 года в МС прошли публичные слушания по существу спора. Слушания настолько публичные, что полная видеозапись заседаний доступна на сайте МС. Кто предпочитает читать, полная стенограмма тоже есть на сайте, вместе с процессуальными документами (такими как, например, заявление Украины и отзыв РФ с приложениями в четырёх томах по финансированию терроризма и в четырнадцати томах по расовой дискриминации).

Любители международного права имеют шанс насладиться аргументацией обеих сторон в полном объёме (там четыре видео примерно по три с половиной часа каждое). У меня, если честно, энтузиазма не хватило, и я ограничился отрывками.

Представитель РФ начал свою речь с заверений в том, что «Россия имеет огромное уважение к Международному Суду, как основному судебному органу ООН». В остальном у меня создалось впечатление, что ничего особенно нового там ждать не стоит. Но если кто-то прослушал или прочитал целиком, напишите в комментариях, что там было интересного.

Таким образом, этот процесс вышел на финишную прямую. Теперь судьи должны принять решение по существу спора и написать мотивированный судебный акт. Несомненно, этот акт станет одним из важных прецедентов в международном праве. Желающие могут делать (в комментариях) ставки на то, какое именно будет принято решение. Решение ожидается примерно через полгода.

***

Как видим, международное правосудие – это дело не быстрое. Например, в упоминавшемся выше деле Bosnia v. Serbia заявление было подано в 1993 году, а решение по существу Международный Суд принял в 2007 году. Во втором из упомянутых кейсов Ukraine v. Russia (о финансировании терроризма и расовой дискриминации) заявление было подано в 2017 году, а решение будет в лучшем случае в конце 2023 года. В первом из упомянутых кейсов Ukraine v. Russia (о геноциде) вообще всё только начинается.

Другой недостаток международного правосудия состоит в том, что решения международных трибуналов не всегда выполняются. В отличие от национальных правовых систем в международном правосудии нет судебных приставов, которые заставят ответчика исполнить решение. Этим может заняться Совет безопасности ООН – но может и не заняться.

Так, в известном деле от 1986 года Nicaragua v. U.S. Международный Суд ООН признал, что США нарушили международное право, поддерживая антиправительственных повстанцев в Никарагуа. Суд приказал США прекратить нарушения и заплатить Никарагуа репарации (размер которых должен был определён отдельно).

Однако США полагали, что у Суда нет компетенции на рассмотрение спора и не участвовали в разбирательстве по существу дела. Исполнить решение Суда США отказались. Никарагуа представила вопрос на рассмотрение Совета безопасности ООН, но США наложили вето на резолюцию. Впоследствии Генассамблея ООН призвала к исполнению решения Суда, но резолюции Генассамблеи не имеют формально обязательного характера. В итоге вопрос так и остался в подвешенном состоянии. Правда, в 1992 году, когда к власти в Никарагуа (временно) пришло либеральное правительство, оно отозвало требования Никарагуа из Суда, что в некотором смысле сняло проблему.

Главное же достоинство международного правосудия в том, что оно вносит определённость в вопросы международного права.

Как уже говорилось, международное право страдает неполнотой, и не на все вопросы есть однозначный ответ. Зачастую на обвинения в нарушении международного права даётся ответ: это вы так считаете, а мы считаем наоборот. Это мнение против мнения, и никакой абсолютной истины в вопросах международного права не существует.

Однако когда по предмету спора высказался главный орган международного правосудия, подобный ответ уже не выглядит столь убедительным. Если и есть в международном праве что-то близкое к понятию абсолютной истины, то это правовые позиции Международного Суда ООН!

Ну а когда правовая определённость достигнута, члены ООН могут и самостоятельно решить, что им делать с нарушителем конвенции…