Про китайцев. Личный опыт

Предостережение! 
В своей статье, написанной лет десять назад, Bindigos довольно откровенно пишет про китайцев. Некоторым лицам лучше воздержаться от чтения статьи.

Пока я расписываю тут про индусов, народ вовсю пиарит китайцев. Причем – как будущих хозяев Сибири и Дальнего Востока, так и будущей доминанты мировой цивилизации. Ну что ж, я и тут имею что сказать.
Не смотря на то, что китайцев на свете больше, чем индусов, работать с ними мне довелось значительно меньше. Но, в отличии от индусов, во всех трудовых ипостасях: и с начальником-китайцем, и равными по должности китайцами-инженерами, и подчиненным китайцем-инженером. Благо – с каждым варитантом – в разной компании. Благо, потому, что работать в команде, где больше трех китайцев – это как отдыхать в санатории, где больше двух чеченцев. То есть, пока по одному экземпляру – душа компании. Как соберутся от двух и более – так сразу звероферма. Так вот, трудолюбие китайцев – это правда. И на незнающего человека производит ошеломляющее впечатление. К примеру, один из китайских инженеров (беру как пример, остальные были такие же), с которым мне пришлось работать в Голландии, приходил в контору на два часа раньше всех, и без отдыха пахал 12-15 часов, уползая с работы в то время, когда нормальные люди уже готовятся ко сну. Единственное, что могло сломать такой ритм – дождь. В дождь китаец становился абсолютным овощем. Тупо сидящим, как болванчик, за компом, ничего не соображающим и ничего не делающим. Была эта фича присуща только нашему китайцу или вообще – всем китайцам, я не знаю. С другими в дождливых регионах не работал. По началу, глядя на такой трудовой подвиг, мы, не-китайцы, даже немного нервничали. Уж очень китаец оттенял всех нас – русских, голландцев, англичан и бельгийцев такими трудовыми порывами. Нервничали ровно до первого подведения итогов. После подведения итогов всплыло следующее. Не смотря на своё забубённое образование (MIT в США – это как Бауманка в РФ), научные регалии и работоспособность, КПД у нашего китайца был как у примуса. То есть, голландцы, которые все рабочее время косили от работы под видом совещаний и чаепитий, которые могли в обед дунуть косяк в ближайшем кофешопе, и имели образование уровня бакалавра, выдавали намного больший и намного качественный результат, чем этот китаец. Следующая пара лет совместной работы только подтвердила наше первое заключение. Не смотря на чудовищную работоспособность, эффективность нашего китайца была как у первого парового двигателя. При этом, китаец абсолютно не страдал креативностью. Абсолютно! Он не мог сгенерировать ни одной стоящей идеи, и когда в какие то кризисные минуты команда проводила мозговые штурмы, что бы найти решение, пользы от китайца было как от коврика. Но! При этом ему можно было поручить «отшлифовать» найденное решение. Тут он был неподражаем... Так что, с уровня работы с китайцами «на равных уровнях» могу сказать следующее – абсолютная, пчелино-муравьинная работоспособность, при чудовищно-низкой эффективности работы. При этом – абсолютное отсутствие креативности, вкупе с умением улучшить любую полученную со стороны идею. Хотя часто, из за этих улучшении, идея обрастала таким количеством красивых, но бесполезных наворотов, что становилась абсолютно неприкладной.
После этого довелось недолго по-начальствовать над китайцем. Недолго, потому, что пришлось его уволить. Ибо к уже описанным раньше качествам – работоспособности, низкому КПД работы, отсутствию креативности, добавилось такое неприятное качество, как абсолютное неумение и нежелание признавать ошибки. Даже – очевидные. Проработал он не долго. Ровно до первого отчета, выдав такие расчетные ошибки, которые вызовут дикий ржачь даже у троечника-третьекурсника московской «Керосинки». Когда ему указали на эти ошибки, и предложили переделать работу, то он уперся. Сперва просто тупо пытался убедить, что все правильно. В том, что правильно, мы с ним согласились, уточнив, что это правильно с математической точки, но живем то мы в физическом мире, где правят Евклидова (а не Лобачевского) геометрия, законы Ньютона (а не Фридмана) и деньги (а не красота), и все решения надо соотносить именно с ними, То есть – возможно ли это физически, а не математически. Но китаец уперся, настаивая на своем. Сперва сдерживался, потом расплакался. Но признавать ошибки и пересчитывать отчет отказался напрочь. Под конец, когда все доводы были исчерпаны, у него осталось два варианта – переделать отчет или уволиться. Китаец выбрал второй вариант. Как мне потом объяснил голландец, женатый на китаянке, самое страшное для китайца – «потерять лицо». Я, в принципе, уважаю культурные традиции разных там китайцев, индусов, кавказцев, евреев и прочих, мнящих себя солью земли. Уважаю ровно до того момента, пока следование этим традициям не переходит грань здравого смысла. За этой гранью – нет ничего, что я мог бы уважать.
А потом жизнь слегка отвернулась от меня, и я пришел в компанию, где моим начальником стал китаец. С тех пор я точно знаю, что ни за какие должности и деньги я больше не буду работать в китайском подчинении. Прежде всего, китаец начальник создает и культивирует конфликты в коллективе. Так ему легче управлять. Благодоря нашему, у нас, в коллективе из восьми человек существовало четыре постоянных грызущихся группировки, и одна мигрирующая. Далее. Китаец-начальник – это абсолютный фильтр между инженерным звеном и менеджментом. Все идеи и решения, найденые его подчиненными, будут им выданы за свои. Это не только моё наблюдение, а наблюдение всех, кто когда либо работал с китайскими начальниками. При этом, на каждую идею первая реакция китайца будет такой – «Зачем? Всё же и так нормально! Расслабься, наслаждайся свободным временем, жди дня зарплаты!». В общем, кому как, но для меня этот вариант оказался просто бесяще-неприемлемым. На этом и расстались.
Тут еще хочется добавить пример не из личного опыта. Григорий Перельман отказался от присужденного ему миллиона, мотивировав это тем,что заметная часть идей и решений в его доказательстве была описана другими учеными, которые имеют на этот миллион не меньше прав, чем он. А вот его оппонент-китаец, которого Григорий обошел, имеет все свои звания и регалии именно за то, что во всех своих решениях, выдав их за свои, ни упомянул тех, кто стоял у истоков этих решений. Или упомянул их вклад как незначительный. То есть – опять, абсолютное отсутствие креативности с умением отшлифовать уже полученную идею. И это на фоне чувства собственной исключительности...
Я пытался понять, в чем причина такой зашоренности китайцев. В конце концов пришел к спорному для других, но абсолютному для себя выводй. Всё дело в их мировоззрении. А мировоззрение это заключается в том, что жить нужно в гармонии с окружающим миром. Звучит красиво, но по факту, как противоположенное европейскому, является тупиковым. Что есть камень европейского мировозрения? Достичь невозможного. То есть, европеец, глядя на птицу думает – «почему люди не летают?» и начинает достигать невозможного – макеты крыльев, первый воздушный шар, самолет, космическая ракета. Китаец, глядя на птицу думает «Птица в небе парит взор крестьян ублажая. Я полил хризантемы – будет рад Император?» И всё, тупик. Человек не летает – значит так и должно быть. Гармония. А на счет тех великих изобретений, которые вроде как были сделаны китайцами – бумага, порох, компас и тд... ИМХО, кто, кроме китайцев это доказал? Если мы знаем об этих изобретениях из китайских источников – это не значит ничего, кроме того, что китайцы сохранили свои источники. В силу своей изолированности и стремлении к гармонии. А если всё таки они – то значит китайцы пять тысяч лет назад были в сотни раз креативнее современных китайцев.
Ну а теперь – китайская экспансия. Явление это имеет место быть . Это факт. Другой факт – то, что Китай называет себя «Серединная Земля» - то есть центром, окруженным пока еще не китайскими территориями. Другой факт – что под «пока некитайскими территориями» понимается всё, что пока наше до Алтая. И факт то, что это – красная нить в китайских учебниках истории. Более того, эта мысль занимает все больше и больше учебного пространства. А история Красной Армии, освобождавшей Китай от японцев – всё меньше и меньше места. Но факт и в том, что всё это может быть в легкую остановленно российской властью. Пока. Если российская власть этого захочет. Для этого Россия должна четко определиться, нужны ли ей Сибирь и Дальний Восток, и как далеко Россия готова пойти в защите Сибири и Дальнего Востока. Китайцы воевать не будут. Это не европейцы, которым нужно всё и сразу. Если они видят, что и без войны Дальний Восток через триста лет станет Китаем – они подождут. Триста лет для Китая – не срок, а слёзы. Китайцы делают ровно то, что им позволяет наше правительство. Правительству просто надо знать, что китайцы могут прийти сами. Но сами они не уйдут. Если правительство позволяет им безвизово приезжать на Дальний Восток – они будут приезжать. Если наше правительство позволяет им покупать дома, жениться, брать в аренду земли – они будут это делать. Если правительство готово слать в Китай лес, нефть и другие ресурсы в обмен на стеклянные бусы – китайцы будут менять ресурсы на бусы. То, что Китай строиит дороги вдоль границ России – это не военные планы. Это обычная экономика. Если в партнерстве китая Россия сама отводит себе роль сырьевого придатка – Китай будет создавать транспортную инфраструктуру на своей приграничной земле, а если правительство РФ разрешит – то и на нашей земле. И это – чистая экономика. Проблема Дальнего Востока и Сибири не в Китае. Проблема – в нашем правительстве. Правительстве временщиков, которые живут по принципу «хапнуть, а там – хоть трава не расти». А Китай, повторюсь, делает ровно то, что ему разрешают делать. И на сегодняшний день Китаю глубоко фиолетово –будут ли русские делать намаз пять раз в день, или есть рис палочками. Главное – жить в гармонии. В китайской гармонии. Или – в гармонии для китайцев.