Пригожин рассказал о перспективах боевых действий

Бизнесмен лично встретил обломки самолета СУ-24 с номером RF-93798, на котором 2 декабря героически погибли летчики ЧВК «Вагнер» Александр Антонов и Владимир Никишин, повторив подвиг Николая Гастелло.

«Настало время отдать им дань уважения, поэтому ребята, несмотря на тяжелую обстановку, бои, сумели привезти этот борт», — пояснил Евгений Пригожин.

 

Кроме того, на встречу приехали пилоты авиакрыла ЧВК «Вагнер», в чей борт во время боевого вылета попала вражеская ракета. Самолет загорелся, что не помешало им приземлиться в аэропорту базирования. Воздушное судно потушили уже на аэродроме, после ремонта оно вернется в бой. Кстати, это тот самый борт, с которого несколько дней назад Евгений Пригожин предложил президенту Украины Владимиру Зеленскому решить судьбу Бахмута в воздушном поединке.

Предприниматель лично встретил обломки и показал журналистам, также ответив на ряд вопросов, интересующих прессу.

Бахмутская мясорубка

«Бахмут нужен для того, чтобы полностью парализовать украинскую армию. И она, собственного говоря, парализована. Они молодцы, за него цепляются. В Бахмуте и его окрестностях сегодня, по оценкам разведки, находятся около 90 батальонов, примерно 40–50 тысяч человек. Противник подкидывает каждый день новые резервы, мы каждый день продвигаемся в разных направлениях: где-то 50, где-то 100 метров. Бои идут за каждый дом, за каждый квадратный метр, в каждом огороде — укрепрайон. Противник подготовился, и этого следовало ожидать, потому что после Попасной, когда мы начали охватывать город со всех сторон, времени было достаточно.

Продвижение идет на так быстро, как хотелось бы. Почему так? Я думаю, что до Нового года уже взяли бы Бахмут, если бы не чудовищная наша военная бюрократия и не палки в колеса, которые суются ежедневно», — рассказал Пригожин.

О прекращении набора заключенных

«Сегодня у нас есть определенное количество структурных изменений. Вы все слышали, что прекращен прием заключенных в наши ряды, которые до этого героически выполняли поставленные перед ними задачи. Сейчас продолжают ее выполнять те, кто с нами остался, и кто еще не получил помилование. Далее и они получат помилование, начнут уходить от нас. Безусловно, в какой-то момент количество подразделений уменьшится. Соответствующим образом, мы не сможем выполнять тот объем задач, который хотелось бы.

Заключенные неохотно идут в другие структуры. Сплошь и рядом слышно о том, что «с петухами воевать не будем» и так далее. Есть уклад арестантский, который много лет у нас в стране существовал. И арестантский уклад заключенных — это элемент нашей Родины.

Поэтому сегодня, пока мы берем Бахмут, конечно же, должны быть успехи на остальных участках фронта. Нужно двигаться в Угледаре, Марьинке. Авдеевке, Сватово, Кременной и так далее.

Бюрократия, к сожалению, не позволяет. Через наши боевые порядки пока активности не проявляют другие подразделения, которые должны этим заниматься», — отмечает бизнесмен.

Об эффективности боевых подразделений

«Есть вещи, которые позволяют подразделениям действовать эффективнее. Я вам покажу сейчас парней, которые пришли из Вооруженных сил полковниками и работают у нас обычными штурмовиками. Вы пообщаетесь, зададите им вопросы.

Полковник или подполковник, который берет автомат в руки, надевает бронежилет и идет вместе со всеми рядовыми бойцами брать тот или иной укрепрайон или населенный пункт — что им движет? Им движет равенство, организация, уважение внутри коллектива.

Например, генерал-майор Канамат Боташев, который погиб за штурвалом Су-25 и получил звание Героя России посмертно. Он погиб, прикрывая обычных заключенных, рядовых. И погиб героически.

Поэтому в ЧВК "Вагнер" все равны. Все друг друга слушают. Каждый солдат снизу может достучаться до верхнего эшелона. Поэтому и я рядом с ними, вместе с ними лазаю по окопам, и понимаю то, что необходимо им. Если сегодня было бы три-пять ЧВК "Вагнер" на разных направлениях, я думаю, мы бы уже в Днепре носки полоскали.

Из загородных клубов, из 500-метровых кабинетов, во время омолаживающего или любого другого косметического массажа солдатами на войне управлять невозможно. Солдат воююет не в компьютерной игре, у него нет второй, третьей, пятой или десятой жизни, он погибает один раз. Он замерзает на морозе, а после этого его тело нужно отогреть, чтобы положить в цинковый гроб и закрыть крышку. И десяти жизней нет, о каждом солдате надо заботиться.

И если мы прекратим на сегодняшний день в воинских формированиях лизоблюдство, чрезмерное почитание и другие негативные факторы, которые сегодня влияют на ход боевых действий, то наша эффективность вырастет в разы.

Нам нужно сдувать все те пузыри, надутые со всех сторон, как щеки ящерицы. Если будут слышать каждого солдата и вылезут из загородных клубов, то, я думаю, и Бахмут, и окрестности будут освобождены. И все те боевые задачи, выполнения которых ждет от нас народ, будут выполнены, хотя не мы придумывали эту войну.

Это наша Родина и наш долг. Если одна деревня пошла биться с другой, иди вместе с остальными. Вот, собственно говоря, то основное, что нужно сказать, приурочив к памяти наших парней», — заключил бизнесмен.

Самолет Су-24М, обломки которого встретил Евгений Пригожин, входил в состав авиационного крыла ЧВК «Вагнер». Пилоты Александр Антонов и Владимир Никишин, составлявшие экипаж бомбардировщика, были сбиты украинской армией неподалеку от Бахмута.

При этом бойцы сознательно пошли на риск: они старались помочь боевым товарищам после сообщения о прибытии в район населенного пункта Клещеевка бронетанковой колонны врага.

После того, как снаряд ПВО попал в Су-24М, Антонов и Никишин направили свой горящий самолет прямо на скопление вражеской техники, чем сорвали наступление ВСУ, пусть и ценой своей жизни. Эвакуировать воздушную машину «вагнеровцы» смогли только после освобождения от войск противника места происшествия. Впрочем, тела героических бойцов были возвращены на Родину и похоронены со всеми почестями ранее.