Казахстан попал в ловушку между Россией и Западом, - Politico

Как пишет Politico, Казахстан пытается позиционировать себя как открытую, предприимчивую страну. С одной стороны, это добрый сосед и полезный партнер для изолированной России Владимира Путина, но в то же время государство не закрывается от остального мира.

Однако геополитический разрыв между Москвой и Западом становится всё больше, а это значит, что перед Казахстаном будет стоять сложная задача.

Трудности появились в этом месяце, когда казахстанский президент Касым-Жомарт Токаев заверил европейских лидеров в том, что они могут рассчитывать на его помощь в преодолении энергетического кризиса, который сейчас переживает блок из 27 стран. Однако уже на следующий день суд Новороссийска — российского портового города на берегу Черного моря — постановил перекрыть на месяц нефтепровод, по которому осуществляются поставки из Казахстана в Европу.

Решение о приостановке работы нефтепровода якобы вынесли из-за нарушения правил ликвидации разливов. Но потом, когда Токаев на срочном заседании Кабинета министров поручил правительству уделить особое внимание развитию Транскаспийского коридора для поставок казахстанской нефти в обход России, суд пересмотрел решение и заменил приостановку работы трубы штрафом. Такая перемена вызвала подозрения. А не были ли действия суда, а также ранние сбои, вызванные поломкой погрузочных устройств из-за шторма в марте, и поиски мин Второй мировой войны в акватории в июне, политически мотивированными? Может, это часть санкционного противостояния между Западом и Россией из-за Украины?

Прошедший в июне Петербургский международный экономический форум наглядно показал, что у Токаева проблемы. Он был единственным видным иностранным лидером, который лично присутствовал на форуме. То, что он сидел рядом с Путиным, было демонстрацией солидарности, но на пленарной сессии оказалось, что у них есть разногласия.

Если путинская Россия становится политически и экономически закрытой, то молодое казахстанское государство настроено на открытость, и эти разногласия будут продолжаться последующие недели и месяцы. Но если предположить, что период российского «одиночества» продлится несколько лет, что Казахстан может сделать для себя, Евразии и всего мира?

По иронии судьбы две страны выбрали совершенно разные пути для достижения одной цели — укрепления национального суверенитета.

Путин сделал суверенитет главной темой своего длинного выступления на пленарном заседании, употребив это слово девять раз. Он посетовал на то, что США и страны «золотого миллиарда» относятся ко всем остальным как к колониям, считают их второсортными. Он настаивал на том, что Россия должна комплексно заботиться о своём суверенитете: она должна защищать политический суверенитет и национальную идентичность, укреплять экономическую, финансовую и технологическую автономию и независимость.

Заявления Токаева на мероприятии были более короткими и менее эмоциональными. Он спокойно и вежливо подтвердил позицию Казахстана, заключающуюся в преобладании принципа территориальной целостности над самоопределением, а также непризнании квазигосударственных территорий Донецка и Луганска. Он отметил, что самоопределение может привести к появлению сотни новых государств, и тогда наступит хаос — это можно рассматривать как вежливый призыв к российским элитам представить последствия подобного развития событий в их многонациональной стране.

Однако другие заявления Токаева, на которые зарубежная публика не обратила особого внимания, также важны для дальнейшего понимания восприятия казахстанскими политическими элитами понятия суверенитета и их нынешних разногласий с Россией. Президент говорил о международном сотрудничестве и том, что нужно сделать страну привлекательной для инвестиций. Он подчеркнул, что попытки стать самодостаточными бесполезны и этой цели невозможно достичь. Он также отметил важность текущих реформ в Казахстане, призванных сделать систему более инклюзивной и справедливой, а страну — более стабильной и конкурентоспособной.

Итак, каким может быть результат этих разногласий?

Пока Казахстан пытается управлять отношениями с Россией, балансируя между открытостью и антизападным изоляционизмом своего «стратегического союзника», напряжённость кажется неизбежной. И риски для страны достаточно высоки.

В обозримом будущем строгое соблюдение санкций и стремление к укреплению отношений с Западом могут вызвать раздражение и даже гнев Москвы. Но попытки учесть российские интересы также могут создать почву для вторичных санкций.

В среднесрочной и долгосрочной перспективе мрачная и обедневшая Россия, попавшая в геополитическую ловушку и переживающая теперь трудные времена, — тоже нехорошая новость для региона. Негативное воздействие, вероятно, будет многосторонним и в конечном счете трудно предсказуемым.

В настоящее время Казахстан сконцентрировался на сдерживании вреда путём перекалибровки собственной внешней политики. Страна также активно занялась изучением новых возможностей. В Санкт-Петербурге, например, Токаев сказал, что Евразийский экономический союз (ЕАЭС) должен проводить более активную и гибкую торговую политику в отношении азиатских и ближневосточных рынков, и что Казахстан может сыграть роль буферного рынка в новых условиях. Он также желает наладить более тесные связи между ЕАЭС и китайской инициативой «Один пояс — один путь».

Как видно, Казахстан пытается извлечь выгоду из переориентации на другие торговые пути, но так, чтобы это было выгодно и России. Казахстан позиционирует себя как открытая и предприимчивая страна, занимающаяся торговлей, добрый сосед и полезный партнер.

Но чтобы этот баланс работал, стране нужна поддержка всех ключевых сторон, что будет непросто, но не невозможно, если все проявят добрую волю.

Наргис Кассенова (Nargis Kassenova) — директор программы Центральной Азии Центра русских и евразийских исследований им. Дэвиса при Гарвардском университете.