Глава СВР Сергей Нарышкин: «Разведка работает на мир»

Обо всех последних событиях — беседа «МК» с директором Службы внешней разведки Российской Федерации

Внимание всего мира сконцентрировано на конфликте на востоке Украины. Разговоры о якобы грядущей войне уже слышны «из каждого утюга». В то время как одни эксперты утверждают, что все это «чушь и бред», другие задают вопрос: «А что если нет?»

В одном из современных фильмов у разведчика спрашивают про то, что будет. «Я не оракул», — отвечает он. «Нет, вы круче — разведка. Специальные допуски, секретные сети, международные связи…»

Больше, чем разведчики, действительно не знает никто. Но никто и не молчит больше, чем они. И если уж разведка заговорит, то точно стоит следить за каждым словом.

Что происходит на Украине? Будет ли Россия втянута в войну? Каковы «санкционные» прогнозы? Как могут отразиться события в Афганистане и Казахстане на нашей стране?

Обо всех последних событиях — беседа «МК» с директором СВР России Сергеем Нарышкиным.

 

«России война не нужна»

— Сергей Евгеньевич, сразу начну с главного вопроса: вы, как глава разведки, против войны?

 

— Вне всяких сомнений. Задача разведки — способствовать развитию страны во всех отношениях. Научные достижения, улучшение качества и продолжительности жизни людей и т.д.

Война же все это разрушает. Более того, она связана с человеческими жертвами.

Можно сказать, что одна из функций разведки — миротворческая.

— Руководство нашей страны неоднократно заявляло, что заинтересовано в восстановлении добрососедских отношений с Украиной. Тогда кто и что этому мешает?

— Если кратко, то это неспособность договариваться киевского режима и политических сил, пришедших к власти в ходе государственного переворота 2014 года. И президент, и Рада как будто бы уже не могут принимать самостоятельных решений. Возникает ощущение, что они покорно идут на поводу у националистов и западных наставников. А те и другие очень активно подталкивают главу государства Владимира Зеленского к окончательному отказу от Минских соглашений, развязыванию военных действий на Донбассе. Какова цель? Полагаю, уничтожить народные республики. И все это с прицелом втянуть Россию во внутриукраинский конфликт.

— Россию уже обвиняют в агрессивных устремлениях, дескать, не сегодня завтра она должна напасть. А что на самом деле?

— Обвинения в агрессивных планах в отношении Украины огульны. Никаких планов «вторжения» не было и нет. И все, что вокруг этого происходит, — хорошо срежиссированная провокация. Мы знаем ее авторов и видим, какими силами и средствами продолжает множиться эта злонамеренная и очень опасная ложь.

— В то же время даже министр обороны Украины сказал о минимальной, с его точки зрения, угрозе «вторжения» в Украину.

— А вы обратили внимание, что Госдеп США в лице Джен Псаки одернул министра и объяснил, как правильно надо бояться «агрессивности» России?

— Да. Но сама Украина к войне готовится?

— Приготовления идут полным ходом, их не скрыть. Все хоть в какой-то степени боеспособные части ВСУ сконцентрированы на границе с Донбассом. Идет массированная переброска сотен тонн военной техники и боеприпасов с баз США в Европе, из Великобритании, Канады. Наращивается контингент советников и инструкторов из натовских сил спецназначения. Есть даже информация о появлении многонациональных отрядов боевиков-джихадистов.

Готовятся провокации СБУ и ВСУ на линии разграничения в Донбассе и их «документирование» в стиле фальшивок «белых касок» в Сирии. Контингент «пропагандистских сил быстрого развертывания» западных СМИ там же многократно увеличен.

Лишь под условие проведения встречи советников «нормандской четверки» в Париже кабинет министров Украины решил временно отозвать из Рады законопроект «Об основах государственной политики переходного периода». Этот документ эксперты называют правовым «фиговым листком», прикрывающим желание провести захват территорий народных республик и их «зачистку» по хорватскому варианту. Этот законопроект полностью перечеркивает Минские соглашения.

Активно подталкиваемая к военной авантюре украинская власть прекрасно понимает свою судьбу после разжигания конфликта. Не в интересах народов Украины и России, чтобы пламя войны вспыхнуло. Последствия для всех при любом раскладе будут тяжелы.

— В зарубежных СМИ все чаще появляются сообщения о неких разведданных американских спецслужб. Откуда они берутся?

— Напомню предысторию. Осенью прошлого года арсенал пустых обвинений стал иссякать, а страны Европы усомнились в «приготовлении России к вторжению на Украину». И вот тогда в США появились на свет некие сверхсекретные разведданные, что Россия, «возможно, готовится к нападению на Украину». B них не содержалось и не содержится никакой конкретики.

Все эти методы, увы, не новы. Мы хорошо помним, как 5 февраля 2003 года госсекретарь США Колин Пауэлл выступил на специальном заседании Совета Безопасности ООН, показав пробирку с белым порошком в доказательство того, что Ирак якобы обладает оружием массового уничтожения. Это, как известно, послужило поводом к началу агрессии США с известными трагическими последствиями для Ирака. Привело к дестабилизации всего Ближнего Востока, разрушению экономик, хаосу и гибели множества невинных людей. A весной 2004 года Пауэлл признал, что в своем докладе опирался на информацию ЦРУ. При том что источники американской разведки оказались «неточными, неверными, а в ряде случаев преднамеренно вводили в заблуждение». Тем не менее пробирка послужила поводом к нарушению США Устава OOH и попранию норм международного права.

Так что схема со ссылкой на некие разведданные давно используется практически на постоянной основе. Вспомним Югославию, интервенцию в Ливии в 2011 году, в Сирии в 2014 году. Из последнего: чего стоит «афганская эпопея». По телевизионным каналам мы наблюдали фактическое бегство американцев из страны. Афганцы цеплялись за шасси улетающих бортов США и падали с километровой высоты. Сейчас уже известно, что причина та же — ошибки американской разведки, которая провалилась в анализе прочности режима Ашрафа Гани. Как показывает практика, те оценки американских спецслужб относительно актуальных событий в мире, которые попадают в СМИ, носят политизированный характер. Они не отражают существующих реалий.

«90 процентов героина в мире — из Афганистана»

— Вы упомянули Афганистан. Что изменилось в Средней Азии и на Ближнем Востоке с уходом американцев из этой болевой точки региона? Какие вызовы этот уход представляет для России?

— Уход американских войск из Афганистана сами американцы и их союзники признали позорным, паническим бегством. И для этого есть все основания. Американские войска и военные контингенты союзной коалиции за 20 лет оккупации страны не смогли достичь практически ни одной цели, ради которой вводились войска. Исламские радикалы вольготно чувствуют себя в этой стране. Афганистан продолжает обеспечивать более 90% производства героина в мире. В 2020–2021 гг. через страну просочились (а где-то были выведены под патронажем хозяев) и осели в афганской глубинке и соседних странах тысячи недобитых боевиков из Сирии и Ирака.

Присутствие войск коалиции в течение 2000–2020 гг., несомненно, купировало некоторые угрозы со стороны территории Афганистана и дало некоторую передышку России и среднеазиатским странам постсоветского пространства. Сейчас трудно уверенно предсказать, какие еще угрозы для России могут принести кардинальные изменения в ключевой стране региона.

— Талибы пытаются доказать миру, что они уже другие. Но насколько им можно верить?

— Движение «Талибан» (признано террористическим и запрещено в РФ) после 15-летнего перерыва снова у власти. Талибы не скрывают, что будут строить исламское государство на основе шариата. Декларируют, что будут применять в чем-то более цивилизованные, терпимые подходы к иноверцам, приверженцам светского образа жизни, бороться с производством наркотиков, не поддерживать радикальные и террористические группировки типа ИГИЛ (запрещено в РФ). Соседи Афганистана — Россия, Китай, Иран, Турция занимают наблюдательную позицию. Талибам делом придется доказывать свою позитивную трансформацию.

— А были ли у разведки сведения о подготовке известных событий в Казахстане в начале января?

— Конечно, были. Прежде всего о том, что в государства Средней Азии потянулись боевики из разгромленных в Сирии банд ИГИЛ и других террористических группировок. Это не было секретом ни для нас, ни для спецслужб этих государств. Известно было и о том, под чьим патронажем проходило такое перемещение. Обеспокоенность по этому поводу выражали все государства региона. Мы делились такой информацией с коллегами из Казахстана, других государств, входящих в ОДКБ.

— Как в принципе вы оцениваете все происходившее и происходящее и сегодня там?

— События в Казахстане наглядно показали, как деструктивные политические силы могут очень оперативно и спланированно использовать мирные поначалу протестные акции с экономическими лозунгами для попыток совершить разного рода «цветные революции». Эти силы не побрезгуют воспользоваться и боевиками всех мастей. Руководство ими осуществляется по стандартным схемам раскачивания внутриполитической ситуации, наглядно продемонстрированным на Украине в 2014 году.

— Какие мы должны извлечь из всего этого уроки?

— Действия государств, входящих в ОДКБ, впервые показали, как при наличии твердой коллективной воли политических лидеров, принятии оперативных и ответственных решений возможны эффективные локализация и ликвидация очагов беспорядков, террористических атак. Угрозы со стороны экстремистских и террористических групп и организаций не исчезли, боевики и их главари имеют богатый опыт, продолжают снабжаться финансами и оружием. Поэтому необходимы постоянный мониторинг обстановки в регионе и совместные неослабные усилия спецслужб вовлеченных государств по противодействию террористической угрозе.

— Наступит ли, по-вашему, когда-нибудь время, когда разведки разных стран будут сообща помогать решать общемировые проблемы, а не работать друг против друга? Вообще сотрудничество разведок — это что-то из области мифов?

— Давайте вспомним совсем недавнее — во время самых горячих моментов сирийского кризиса российским спецслужбам удавалось наладить информационный обмен с разведками США и некоторых других стран НАТО. Был общий враг — международный терроризм в лице набравших значительную мощь ИГИЛ и других террористических группировок. Практика деятельности спецслужб показывает, что, когда у государств есть общие интересы, а уж тем более общие угрозы, спецслужбы находят общий язык. И это приносит позитивные результаты.

«Прав на санкции Западу никто не давал»

— Что думаете про «санкционную» политику западных стран по отношению к России, Китаю, Венесуэле, другим государствам?

— Используемое американскими властями и их союзниками «санкционное» давление (в их собственном понимании) на неугодные государства, государственных деятелей, бизнес-структуры нельзя трактовать иначе как оружие геополитической борьбы. Эти так называемые «санкции» являются, по сути, актами экономической агрессии. Цель у них — добиться изменений в политике других государств к своей выгоде, нанести экономический ущерб, сдержать социально-экономическое развитие. «Под шумок» можно выстроить конкурентные преимущества для «своих» экономик и экономических субъектов.

— Но зачем Россия вводит ответные санкции?

— Ответные санкции представляют собой форму защиты от противоправной агрессивной деятельности других государств. Они полностью легитимны, поскольку соответствуют базовым нормам Устава ООН.

— Возможен ли вообще сценарий, когда страны (и их спецслужбы) будут жить в мире и дружбе?

— Конечно! Но пока западный мир, к сожалению, не осознал до конца, насколько опасна для существования человечества угроза роста недоверия между государствами, ломка основ общей взаимной безопасности стран.

Безусловно, партнерское взаимодействие разведок и спецслужб разных стран не в состоянии стать определяющим фактором улучшения взаимопонимания и доверия в мире, но наверняка может эффективно этому способствовать.

— В популярных современных западных телесериалах всепроникающие и брутальные агенты СВР России изображаются как беспринципные и бездушные. Не обидно?

— Посмотрите, также искажают образы и других представителей нашей страны: дипломатов, военных, бизнесменов, журналистов. Создание такого негативного российского имиджа, конечно же, отрицательно влияет на развитие нормальных добрососедских отношений между нашими странами.

В какой-то степени это может оттолкнуть западного человека от контактов с россиянами, но это быстро проходит. Россияне всегда находят во всех странах людей, умеющих отделять зерна от плевел западной пропаганды, по достоинству оценивающих ответственную политику нашей страны.

С другой стороны, наши профессионалы разведки смотрят на свои западные киношные образы с долей юмора.

— Становится ли опаснее сегодня работа российского разведчика?

— Отечественная разведка никогда не работала за рубежом в тепличных условиях. Сложно ей работать и сейчас. Но всегда Служба держала высокую планку ответственности и профессионализма. Мне неоднократно приходилось приводить в пример слова выдающегося советского разведчика-нелегала Героя Советского Союза Геворка Вартаняна, повторю их и сейчас: «Где появляется пистолет — разведка заканчивается». Золотые слова! Ведь на самом деле сила российской разведки — в интеллекте, умении добывать достоверную информацию и глубоко ее анализировать. И, конечно, в людях.

— Раз уж мы заговорили о сериалах. А как вы смотрите на то, чтобы в России был снят хороший сериал про современных разведчиков? Поддержали ли бы вы лично такой проект?

— Если сериал получится хорошим — то, конечно, «за». Профессия разведчика достойна того, чтобы о ней узнали как можно больше людей. И главное, узнали правду, а не то, что под ней подается в вышеупомянутых западных сериалах. А вообще разведка не обделена вниманием российского общества, СМИ. Празднование в декабре 2020 года 100-летия ее создания воочию это показало. Но все-таки специфика нашей деятельности такова, что в большинстве фильмов, публикаций речь идет о богатой истории разведки, ее героях давнего и недавнего, но прошлого.

Поэтому пусть на экранах телевизоров, мониторов компьютеров, планшетов и смартфонов зрители увидят, как работают сотрудники столь важного для страны государственного органа в наши дни.

— СВР России периодически рассекречивает документы, хранящиеся в ее архивах. Какие материалы Служба планирует рассекретить в этом году? 

— СВР России ведет такую работу уже не одно десятилетие. Начатая при Евгении Максимовиче Примакове, она оказалась крайне востребованной. Знакомство с ранее недоступными материалами позволяет увидеть картину прошедших исторических событий с документальной правдивостью, без политической конъюнктуры и преднамеренных искажений.

Знаменательные даты наступившего года дают нам повод рассекретить несколько имен и историй. Но поддержим интригу. Немного потерпите, мы не обманем ожидания.

Я хотел бы выразить благодарность миллионам читателей «МК» за неподдельный интерес к деятельности российской внешней разведки и незримую, но ощутимую поддержку в ее работе.