«Соединенное Королевство более уязвимо перед лицом кризиса с поставками газа, нежели другие западноевропейские страны

Россия воспользовалась неразберихой на глобальном энергетическом рынке и ограничивает привычные объемы поставок газа в Европу. Ее цель — увеличить свое политическое влияние и добиться сертификации «Северного потока — 2» на своих монополистических условиях, в пропагандистском ключе пишет автор, пугая читателей тем, что Европа может в любой момент стать жертвой «энергетического шантажа».  

Президент России Владимир Путин сознательно устраивает кризис с поставками энергоресурсов в Европе, ограничивая сезонные потоки газа, в результате чего этот регион не может восполнить сильно истощившиеся запасы до наступления зимы.

Соединенное Королевство не является мишенью этого геостратегического маневра, однако оно тоже может пострадать, поскольку оно сократило мощности газохранилищ до минимального уровня, чтобы уменьшить расходы. Великобритании приходится опираться на энергоресурсы, поставляемые по интерконнекторам с континента, однако в чрезвычайных обстоятельствах все может резко измениться.

«Соединенное Королевство более уязвимо перед лицом кризиса с поставками газа, нежели другие западноевропейские страны. У него намного меньше газохранилищ, и оно покупает больше российского газа, чем оно думает, — через Нидерланды», — сказал Марко Альвера (Marco Alverà), руководитель итальянской энергетической инфраструктурной компании SNAM.

Цены на газ резко выросли, а целый ряд глобальных факторов, сошедшихся в одной точке, погрузил энергетическую систему Европы в состояние хаоса. На прошлой неделе в Британии фьючерсные контракты на ноябрь достигли рекордного уровня — 135 пенсов за терм, и это в три раза выше привычных цен на этот сезон.

В августе цены на электричество подскочили до 100 евро за мегаватт/час на большей части континента, а в Испании и Соединенном Королевстве они превысили 120 евро.

Эксперты в области энергетики предупреждают, что британцы вполне могут столкнуться с фактическим регулированием потребления электроэнергии или с таким мощным скачком цен, что он может вызвать серьезное недовольство и изменения в поведении. «Я не могу вспомнить, чтобы подобная ситуация возникала последние 20 лет. Нам грозят возможные отключения электроэнергии и разрушение спроса», — сказал Адам Льюис (Adam Lewis) из консалтинговой компании Hartree Solutions.

Природный газ используется и для обогрева жилых домов, и для обеспечения работы промышленных предприятий. Газ — это главный источник энергии для электростанций Соединенного Королевства, поскольку оно уже активно отказывается от угля — это процесс идет в Великобритании более быстрыми темпами, нежели в Германии. По словам Льюиса, резервные угольные мощности уже сократились до всего 2 гигаватт — этого слишком мало, чтобы существенно смягчить ситуацию в случае серьезного кризиса.

Эксперты Barclays утверждают, что Европа сталкивается с «идеальным позитивным штормом», потому что все разладилось одновременно. Холодная и мокрая весна в Европе совпала с ужесточением системы торговли квотами на выбросы, действующей в Евросоюзе, — допустимые пороги снижаются. В результате цены на уголь за год выросли в три раза и достигли отметки в 62 евро за тонну, что ускорило процесс перехода с угля на газ. Очередным жестким поворотом стало то, что цены на газ достигли такого невероятного уровня, что уголь внезапно стал рассматриваться как вполне допустимый вариант.

Кризисная ситуация усугубляется еще и резким ростом спроса на сжиженный природный газ (СПГ) в Азии, а также целым рядом негативных факторов внутри глобальной газовой индустрии, связанных с распространением covid. «Ситуация с запасами в европейских хранилищах просто катастрофическая, и зима стремительно приближается», — сказал Франциско Бланш (Francisco Blanch), ведущий специалист по энергетической стратегии в Банке Америки.

Россия воспользовалась неразберихой на глобальном энергетическом рынке, чтобы ограничить привычные объемы поставок газа в Европу через Украину и Польшу. Она придерживает поставки, чтобы увеличить свое политическое влияние и заставить Еврокомиссию сертифицировать газопровод «Северный поток — 2» на монополистических условиях Кремля. Газпром фактически «работает строго по правилам» — то есть доставляет ровно столько газа, сколько прописано в контрактах, но удерживает дополнительные объемы, необходимые для восполнения запасов в газохранилищах.

Цель Путина — заставить регуляторов Германии и Евросоюза согласиться на условия, которые нарушают энергетические законы ЕС, а также принцип «солидарности», прописанный в Статье 194 Лиссабонского договора. В результате восточноевропейские страны могут в любой момент стать жертвами энергетического шантажа.

Профессор Алан Райли (Alan Riley), специалист по энергетическому праву Евросоюза в Атлантическом совете, отметил, что Кремль бросает вызов правовому режиму Евросоюза в целом, вынуждая Еврокомиссию отмести в сторону постановления Европейского суда. Это покер с очень высокими ставками.

По словам профессора Райли, «Северный поток — 2» не принесет дополнительные объемы поставок. Когда он будет запущен, это лишь позволит перенаправить существующие потоки и лишить Украину ее энергетического инструмента самозащиты. «Этот газопровод имеет исключительно диверсионные цели. Он не принесет ни единой молекулы газа в дополнение к тому, что уже поставляется», — объяснил он.

Президент Путин уже получил многое из того, чего он добивался, в рамках сделки с Соединенными Штатами и Германией, — многие критики осудили ее, назвав современной «Ялтой». Согласно этим договоренностям, Украину фактически бросают на произвол судьбы — если не считать формального обещания западных союзников не позволить Кремлю «использовать энергопоставки в качестве оружия» после того, как «Северный поток — 2» будет запущен. И Путин выходит на охоту, проверяя, насколько западные союзники готовы придерживаться своего обещания.

Обычно в летний период газохранилища Европы пополняются, и к этим датам сентября они заполнены на 80-90%. В этом году газохранилища заполнены на 58,6% в Германии и на 48,4% в Нидерландах, согласно данным Gas Infrastructure Europe.

Соединенное Королевство демонстрирует более высокие показатели в этом смысле — 89,3% после скоординированных усилий по восполнению запасов в августе, — однако общая мощность газохранилищ настолько мала, что это вряд ли можно считать гарантией энергетической безопасности.

По словам Альверы из SNAM, британское правительство допустило грубую ошибку, отказавшись профинансировать модернизацию крупнейшего подземного газохранилища страны в Rough на побережье Йоркшира, — это решение вынудило компанию Centrica закрыть газохранилище в 2017 году. «Великобритания имеет в своем распоряжении массу преимуществ, предоставляемых ей геологией Северного моря, но она ими не пользовалась, и теперь ей приходится полагаться на газ из хранилищ Германии и Нидерландов», — сказал он.

Мартин Виссер (Martien Visser), глава отдела корпоративной стратегии европейского энергетического оператора Gasunie, пояснил, что в торговле общее правило гласит, что у каждой страны должны быть запасы, равные 20% ее годового оборота. Сейчас у Соединенного Королевства этот показатель равен всего 3%, и половина из этих объемов находится в оперативных запасах на терминалах, а не в кризисном резерве. Без свежего импорта Великобритания протянет всего несколько дней, если «зверь с Востока» снова решит нанести удар.

«У Соединенного Королевства нет достаточных запасов, чтобы покрыть внутренний спрос. Настоящая опасность возникнет в феврале, марте и апреле. Я немного встревожен. Рынок не уверен в том, что Европе хватит газа, если зима окажется холодной», — сказал Виссер.
Британское правительство полагало, что оно может рассчитывать на СПГ из Катара и Соединенных Штатов в том случае, если возникнет нехватка. В обычных обстоятельствах этот план сработал бы, но пандемия covid устроила хаос на рынке СПГ.

Спрос в Восточной Азии привел к росту спотовых цен до рекордно высокого уровня — 20 долларов за миллион БТЕ — немыслимая цена для низкого сезона. Соединенному Королевству придется конкурировать с Китаем и другими азиатскими странами в экстремальных условиях. «Теперь, когда зима приближается, фитиль уже зажжен», — сказал Бланш из Банка Америки.

В принципе Соединенное Королевство может использовать интерконнекторы, чтобы удовлетворить спрос на электроэнергию зимой — потоки регулируются автоматически при помощи механизма ценообразования. Однако Брюссель политизировал эти соединительные линии, превратив их в инструмент оказания давления во время переговоров по Брекситу, а позже президент Франции Эммануэль Макрон повторил этот трюк в связи со спорами вокруг рыбы.

У Еврокомиссии есть право — согласно законам ЕС — перекрыть поставки в чрезвычайных ситуациях. Ранее в этом году споры вокруг вакцины AstraZeneca показали, что Еврокомиссия не станет колебаться и заблокирует рыночные операции и соглашения, если Европа столкнется с риском замерзнуть или если немецкая промышленность столкнется с отключениями электроэнергии.

«За последние 10 месяцев рынки убедились в значимости вопроса об интерконнекторах. Они пристально наблюдают за тем, как европейцы разыграют эту карту», — сказал Льюис из Hartree.

Альвера отметил, что Евросоюзу было бы гораздо сложнее использовать свои энергетические рычаги влияния, если бы Великобритания не отнеслась так легкомысленно к своим стратегическим резервам.

Отключение интерконнекторов — это, разумеется, палка о двух концах. Именно британская обширная СПГ-инфраструктура пришла на помощь Европе в 2009 году своими реверсными поставками, и это снова может случиться, если спрос на газ в Азии упадет. В Европе нет достаточного количества СПГ-терминалов на тот случай, если поставки российского газа всерьез сократятся.

России тоже необходимо соблюдать осторожность в том, как она использует свои преимущества для достижения политических целей. Газовый шантаж может привести к плачевным результатам, если он заставит Европу ускорить переход к возобновляемым источникам энергии — или даже вернуться к атомной энергии. Есть вещи, которые можно сделать уже в ближайшем будущем, чтобы отправить нужный сигнал Путину.

«Россия начинает действовать настолько нагло, что Европе придется отреагировать», — отметил профессор Райли. Германия и другие страны могут вновь ввести в эксплуатацию атомные станции, хотя с технической точки зрения это будет сложно — и это вызовет политическую бурю.

В конечном счете Соединенное Королевство обладает такой пропускной способностью СПГ-терминалов, которая позволит ему покрыть потребность в газе в чрезвычайных обстоятельствах. Большинство европейских стран не могут этим похвастаться. Вопрос заключается в том, какую цену мы готовы заплатить и смогут ли танкеры прибыть вовремя с учетом сложной ситуации на рынке перевозок в этом году.

Закрытия заводов — чем-то напоминающие трехдневные рабочие недели в 1970-х годах, — маловероятны, хотя их нельзя полностью исключать. Если Россия не начнет поставлять газ в нормальных объемах в ближайшее время, Соединенному Королевству нужно будет молиться о том, чтобы предстоящая зима оказалась мягкой.