Игры разума с COVID-​19, часть II - оружие жрецов культа человеческих жертвоприношений

МОСКВА, 9 августа 2021, Институт РУССТРАТ.  

Первая часть https://aftershock.news/?q=node/1000162

Жонглировать различными показателями было нормально в нашей, советской, медицине, но мы были уверены, что западная медицина не врет. Жизнь показала, что это не так. Поговорим, например, о показателях смертности. Международные эксперты указывают в своих публикациях, что они не могут сравнивать показатели смертности от COVID-19 в разных странах Европы, потому что критерии причин смерти, например, в Германии и Италии отличаются. Если западные эксперты сомневаются в достоверности показателей смертности, то у нас тем более есть вопросы.

А вот еще одна довольно часто цитируемая публикация: «Исследование, проведенное специалистами из Северо-Западного университета в Чикаго, выявило новые симптомы постковидного синдрома. Полученные данные показывают, что когнитивная дисфункция, иногда называемая «мозговым туманом», возглавляет список неврологических жалоб у пациентов с новой коронавирусной инфекцией, перенесших болезнь в легкой и средней форме (без госпитализации)».

К сожалению, имеется несколько факторов, которые аннулируют научную ценность данной информации.

1. Для достоверного научного исследования важно знать, каков был когнитивный статус у этих пациентов до заболевания, хотя бы за 2 месяца, причем на основании объективного осмотра и соответствующих тестов. Однако когнитивный статус оценивался ретроспективно (задним числом), что обесценивает его информативность.

2. Сегодня тревожные расстройства и «мозговой туман» активно провоцируются всеми средствами массовой информации, целенаправленно нагнетается паника. У пациентов когнитивные нарушения могли быть связаны со страхом диагноза, а не с последствиями болезни. Аналогичная ситуация наблюдается у людей, страдающих канцерофобией (боязнь рака), когда им объявляют, что у них диагностирована злокачественная опухоль.

3. Не представлена контрольная группа из здоровых людей, рандомизированная по полу и возрасту и социальному статусу с основной группой (есть исследования о корреляции когнитивных нарушений с социальным статусом).

4. Неврологические нарушения могли быть также побочным эффектом проведенного лечения. Такой фактор всегда учитывается при высокого качества проводимых научных исследованиях.

К сожалению, подмена смысла, искажение причинно-следственной связи сопровождает большинство сегодняшних медицинских публикаций. Например, один из моих больных, перенесший 2-стороннюю коронавирусную пневмонию, заявил, что у него в принципе не может быть «мозгового тумана». «Я получил иммунитет от всех мозговых туманов, когда нам вещали с экранов телевизоров Кашпировский и другие». Достойный аргумент.

Или возьмем другой пример. Я и мои коллеги регулярно пересекались с экспертами ВОЗ в области борьбы с туберкулезом. В схемах ВОЗ есть понятие «паллиативная терапия». Это означает, что решением консилиума больной определяется как безнадежный, и его изолируют, при этом назначают поддерживающую терапию. Практически, ждут его смерти.

Хирургическое лечение в схемы ВОЗ не входит, так как оно слишком дорогое для африканцев. То есть консилиум врачей выносит больному приговор, а медицинский персонал просто ждет его смерти. Это не сериал про доктора Хауса, это реальная медицинская тактика ВОЗ. Наши фтизиатры всегда борются за жизнь каждого человека до конца.

Наши специалисты в области фтизиатрии ранее всегда могли противопоставить экспертам ВОЗ свой практический опыт, знания, клиническое мышление и высокую компетентность. Что случилось сейчас? Почему мы почти коленопреклоненно следуем откровенно халтурным и бездоказательным, постоянно меняющимся противоречивым рекомендациям ВОЗ по COVID-19?

Вот вам характерная деталь стратегий ВОЗ (цитата из документа): «У младенцев, контактировавших после рождения с больным лёгочным туберкулёзом с положительным мазком мокроты, вакцинацию БЦЖ следует отложить до завершения шестимесячного профилактического курса лечения изониазидом».

Как известно, изониазид очень токсичен для центральной нервной системы, а для мозга ребенка опасен вдвойне, он может вызвать необратимые повреждения интеллекта, ведь идет стадия его формирования. Но, что самое главное, профилактическое противотуберкулезное лечение нецелесообразно, потому что на дормантные (спящие формы) микобактерии туберкулеза противотуберкулезные антибиотики не действуют. Они эффективны только тогда, когда микобактерия туберкулеза становится активной.

Однако в активной фазе туберкулез одним изониазидом лечить бесполезно, должен быть полноценный антибактериальный курс, причем максимально безопасный для ребенка. Так считают клиницисты, имеющие многолетний опыт работы в этой области и своими руками спасшие тысячи жизней. Этим отличается теория от практической медицины. Мы опираемся на клиническую эффективность и безопасность лечения для пациента. Мы не в чашку Петри кидаем таблетки.

Но у экспертов ВОЗ более глобальная задача – «спасти планету» (от кого – главный вопрос). Пусть даже ценой интеллекта танзанийских, или наших, и ваших, в том числе, детей.

Во время пандемии 2009-2010 г. я консультировала один из стационаров города N как фтизиопульмонолог. Плановая госпитализация была отменена, все отделения были перепрофилированы под пневмонии свиного гриппа. То есть хирурги, окулисты, гинекологи, проктологи, кардиологи лечили пневмонии. Конечно, им был необходим консультант.

Я осмотрела (в том числе прослушала фонендоскопом) больше тысячи больных с интерстициальной пневмонией в этом стационаре. После аускультации каждого больного вместе с нашим рентгенологом я каждый раз полностью пересматривала весь рентгенологический архив на этого человека. Пневмонии были тяжелыми, развивались стремительно.

Было много случаев, когда в понедельник у человека была поражена только одна доля одного легкого, в легких прослушивались лишь единичные сухие хрипы, в среду хрипов становилось больше, а в пятницу уже были двусторонние хрипы над всеми легочными полями, и поражение легких было тотальным. Люди просились на рентгенобследование почти через день, в рентгенкабинет были большие очереди, но исследования неизменно выполнялись в день назначения. К счастью, летальных исходов было мало.

Однако десятки наших пациентов несколько дней буквально находились на грани летального исхода, и каждое утро, особенно в понедельник, мы с замиранием сердца выслушивали отчет дежурного врача, который рапортовал о тех, кто за выходные отправился в реанимацию или в морг. Большие перегрузки, к счастью, помогали преодолевать эмоциональные проблемы, когда прогрессирование заболевания заканчивалось неудачей (смертью больного).

И сегодня основной вопрос, который задают друг другу медицинские профессионалы: «Если клинические симптомы, рентгенологическая картина и патологоанатомические изменения такие же, какими были у пациентов в 2009 г., почему же сегодня это что-то совсем другое?».

В сериале «Клиника» доктор Кокс говорит про симптом зебры: «Если ты слышишь стук копыт, представляй себе лошадь, а не зебру». То есть мы видим клинико-рентгенологические симптомы интерстициальной пневмонии, но нам упорно внушают, что это зебра. Однако есть эффективное средство против любых манипуляций. Достаточно вспомнить аксиому клинической медицины: «Мы лечим не болезнь, а больного». И все «мозговые туманы» мгновенно рассеиваются.

Вернемся к коронавирусу. Режет уши чужестранный неадекватный термин «цитокиновый шторм», больше похожий на цитату из бульварного романа, а не научный термин. Большинство моих коллег осведомлены о цитокинах. Любая неспецифическая воспалительная реакция протекает с выделением цитокинов, многие практикующие врачи это знают.

Хочется спросить: для кого этот пиар – ход с цитокиновым штормом? Не пора ли заменить его адекватным научным термином, реально отражающим происходящие в организме патофизиологические процессы? Чувствуешь себя, как на шоу-мероприятии.

Правда, есть еще один аспект такой терминологии. Я вижу, как используют это словосочетание на конференциях. Лектор произносит «цитокиновый шторм». У людей включается сигнальная лампа, как у собаки Павлова, подсознание выключает критику, и дальше врачам можно втюхивать любую чушь. И втюхивают. Фармбизнес процветает.

А вот еще цитата из рекомендаций ВОЗ для тех, кто работает с туберкулезными больными: «Хирургические маски из ткани или бумаги не защищают тех, кто их носит, от вдыхания микобактерий туберкулеза. Фактически ношение таких масок медработником может способствовать развитию ложного чувства безопасности. Хирургические маски используются для пациентов с бактериовыделением при необходимости выхода из палаты либо отделения».

Так для чего мы до сих пор носим маски? Чтобы постоянно активировать сигналы тревоги и паники? Для тех, кто хоть на секунду вернется в нормальное психологическое состояние?

Еще о роли постоянного нагнетания тревоги и чувства незащищенности. Влияют ли отрицательные эмоции на защитные силы организма? Конечно, и это давно доказано. Советская фтизиатрия выявила группы медицинского риска по туберкулезу (т.е. перечень заболеваний, при которых иммунитет человека снижен, и опасность заболеть туберкулезом выше, чем у здоровых). К таким заболеваниям прежде всего относятся сахарный диабет, ВИЧ, а также различные психические расстройства, в том числе депрессия и тревога.

Несколько слов о вакцинации в период подъема инфекционного заболевания. Любая вакцина частично блокирует иммунитет, потому что наша иммунная система будет занята тем, что начнет вырабатывать антитела против введенного антигена, и этот процесс продолжается 3-4 недели. То есть человек более уязвим к любой инфекции в этот период, поэтому вакцинированные заболевают.

В СССР, кстати, вакцинация была не только обоснованной научно, но и юридически. Как аргумент, просто предлагаю сравнить здоровье детей, выросших в Советском Союзе, и нынешнего поколения. На советских детях никаких вакцин не испытывали.

Надо выработать коллективный иммунитет? Мы живем в условиях коронавирусной инфекции почти 2 года. Если за этот период человечество еще не вымерло наполовину, это означает, что у нас уже есть коллективный иммунитет. Дело не в вере в вакцинацию, дело в принуждении.

Ф.М.Достоевский сказал: «Гармония мира не стоит слезинки замученного ребёнка». На мой взгляд, и слезинки взрослого мученика тоже. Если мы готовы принести в жертву здоровье даже одного человека (которому вакцинация не показана) вроде бы как ради спасения человечества, то такое человечество не заслуживает спасения.

Наверное, я зря критикую Грету. Сегодняшняя ситуация в мире скорее напоминает темные языческие культы, некоторым из которых были свойственны  человеческие жертвоприношения. Похоже, сегодня этот культ и его новые жрецы пытаются вытеснить те цивилизационно-этические нормы, на которых и зиждется наша цивилизация.

Анна Иванова