Отношения Фродо и Сэма и англосаксонская модель будущего

Фантастика вместе с ее ответвлением фэнтези – это прогнозирование будущего. В нашем мире стало слишком опасно прямо формулировать свое видение пути и свою идеальную модель. Когда-то давно философ или политэкономист рисковали за свои труды максимум отправиться в ссылку из столицы в родовое поместье. А теперь за это легко могут поставить к стенке в любом государстве нашего лучшего из миров. Поэтому люди стали сочинять вымышленные миры, и неважно – будущего или прошлого, новые миры – это всегда модель будущего.

 

Я имел неосторожность взглянуть на «Властелина колец» именно с такой точки зрения, а не просто как на красивую волшебную сказку. И испортил магию для себя.

 

Толкиен жил и формировал свое мироощущение в эпоху великих перемен. Революции, мировые войны и распад империй. И он оказался в лагере старого мира. Всё оттуда.

 

Почему, собственно, Сэм отправился к Роковой горе? Он ведь там единственный, кто не имел мотивации. Да, он подписался сопроводить Фродо с кольцом до Ривендейла. Точнее, его заставил Гэндальф.

 

В Братство Кольца записались представители своих рас – гном, эльф и человек, уполномоченные для решения глобальных вопросов, великие воины, высшие военные аристократы, наследники владений. Потомок королей не мог пройти мимо шанса вернуть трон. Старый маг вообще вёл свою игру. Пипин и Мерри вошли попросту по своей глупости. Фродо - по велению души, стремлению к подвигу и прочим благородным побуждениям.

 

Почему туда попал Сэм??? Вот ему-то это точно не нужно было. По дружбе? – Неееет. Они с Фродо не были друзьями, это дальше станет совершенно очевидно. А просто по работе – он ведь слуга Фродо. Но это очень странная работа, за которую не причитается никакого вознаграждения. Мог бы потребовать золота по весу элефанта, но не попросил даже скромного оклада.

 

А это долг.

 

В это время, во время написания книги в СССР уже построили новое общество, где из взаимоотношений в обществе убрали наживу, стремление возвыситься за счет других и возвели на пьедестал высшие цели. И вот ради этих целей…

 

Что может предложить взамен продажная мелкобуржуазная интеллигенция Британии, служащая интересам лордов и магнатов? Другую святую цель – служение.

 

Меня когда-то в детстве удивляло вот это выписанное отношение в романах между господами и слугами. Берримор вместе с женой перешли в собственность сэра Генри как какой-то мебельный гарнитур, как птицы в курятнике. И от них ведь немедленно, сразу же требовалась полнейшая преданность и самоотверженность в отношении хозяина, которого они узнали два дня назад.

 

Вспомните, их подозревали в подлости и в предательстве в случае с беглым каторжником. Предполагалось (всеми, Холмсом и Ватсоном в том числе), что Берримор с женой обязаны были верностью этому нелепому чуваку из Америки, как только тот сел в кресло владельца Баскервиль-холла.

 

Мне тогда это казалось очень странным, но я не заострял внимания и шел дальше за приключениями. Вы вообще во многих английских романах видели классовый вопрос? Там часто возникали антагонистические отношения между хозяином и слугой, крепостным, рабом? Даже оливеры твисты были не про это.

 

У них там всегда благодетель поклонения перед хозяином и безропотное подчинение воспевались. А отклонения были подлыми преступлениями.

 

В это же время, даже раньше у русских писателей непрестанные классовые конфликты, и симпатии авторов всегда на стороне угнетенных. И Герасим, и «кто построил эту дорогу»… А все русские авторы были сплошь дворянами и владельцами (пусть даже бывшими) крепостных.

 

 

Сэм отправляется в смертельно опасное путешествие просто для того, чтобы угодить своему хозяину Фродо. Бесплатно. И ведь между ними нет даже феодальной вассальной зависимости. Он просто садовник, наемный работник. Он ведь ничем не обязан этому мудаку на самом деле. Но он СЛУГА. А это в понятии Толкиена, в его понятиях о людях будущего мира достаточное обоснование для мотивации. Удовлетворять желания и потребности господина. Больной ублюдок.

 

Фродо идет вперед с великой и благородной целью. Он спасает мир. А Сэм готовит жратву, бегает за водой и моет посуду. Конечно, ноша Фродо так тяжела… У него просто нет сил, чтобы заниматься бытовыми вопросами… Но мечом помахать у него силы всегда находятся. А в остальное время – томный взгляд и тяжелые вздохи. «Сэм, подотри мне мой благородный зад, ведь мне так тяжело…»

 

Когда-то эти двое казались мне товарищами. Простыми товарищами в опасном деле. Как это было бы среди русских. Равенство и справедливость. Это наше видение лучшего мира. Но не у англосаксов, не у них.

 

Горлум обвиняет Сэма в краже еды, чтобы избавиться от него. И как судит Фродо? ВО-первых, он судит. У него есть такое право. Он же джентльмен. А Сэм может лишь оправдываться. И само по себе подозрение в крысятничестве в его отношении выглядит совершенно нормально. Сэм ведь из подлого класса, он слуга, рабская душонка. Он вполне способен обокрасть хозяина.

 

Принципиально Фродо это вполне допускает. В отношении товарища, с которым он делит тут жизнь, смерть и великое дело, разве такое подозрение он мог бы допустить? Нет, Сэм ему не товарищ. А будь Сэм тоже джентльменом, то в его отношении совершенно невозможно такое предполагать, он был бы выше подозрений. Как выше этого сам Фродо.

 

И Фродо выносит свой высокий благородный вердикт – проваливай, проклятый вор, слабак и предатель. Воровская природа низшего класса всегда ведь может вылезти наружу…

 

А что Сэм? – А он забивается в уголок и плачет. Вместо того, чтобы набить морду за такие слова своему товарищу. Они не товарищи. Для Сэма нормально, что его этот поц может в любой момент смешать с говном и вывести из команды. Он расстраивается лишь из-за несправедливости обвинения.

 

А вот потом прекрасный момент, когда Сэм берет миссию на себя, но отдает Кольцо ожившему Фродо. Прекрасные слова:

 

- Это моя ноша.

 

Забавно, очень забавно, что формально ноша состоит в обладании золотом. Быдло ведь не способно к тонкому чувствованию. Сэм сунул бы это говнокольцо в карман и пошел бы себе к горе. Но только благородный испытывает терзания и метания, ему ой как тяжело.

 

Что может знать о труде, о тяжести, об усталости какой-нибудь шахтер? Залез в забой и махай себе кайлом. А вот обладать акциями шахты – это по-настоящему тяжелый труд. Эх, мне бы их заботы…

 

Шир ведь – представление автора об идеальном обществе. Да, там эти хоббиты слегка простоваты, чтобы прийти к необходимости иметь королей, герцогов и политический сыск. Увы, в остальном мире это необходимо. Им просто повезло пока обходиться без этого.

 

Но вот с социальной стратификацией в Шире всё в порядке. Есть благородные обеспеченные господа и их слуги. И паттерн поведения в слепом подчинении, в вечном неравенстве – вот модель мотивации мира будущего Толкиена и прочих англосаксов.