31 марта 1814 года заграничный поход Русской армии и взятие Парижа

Этот день в истории: 

Коллеги, небольшой экскурс в историю!

Надо не забывать о том, что мы брали не только Берлин (пару раз), но и Париж!

Капитуляция Парижа была подписана в 2 часа утра 31 марта в селении Лавилет на условиях, которые составил полковник Михаил Орлов, оставленный заложником у французов на время перемирия. Глава русской делегации Карл Нессельроде следовал инструкции императора Александра, предполагавшей сдачу столицы со всем гарнизоном, однако маршалы Мармон и Мортье, найдя такие условия неприемлемыми, выговорили право отвести армию на северо-запад.

К 7 часам утра, по условию соглашения, французская регулярная армия должна была покинуть Париж. В полдень 31 марта 1814 года эскадроны кавалерии во главе с императором Александром I триумфально вступили в столицу Франции. «Все улицы, по которым союзники должны были проходить, и все примыкающие к ним ули­цы были набиты народом, который занял даже кровли домов», — вспоминал Михаил Орлов.

В последний раз вражеские (английские) войска вступали в Париж в XV веке во время Столетней войны. 

 

 

Штурм!

30 марта 1814 года войска союзников приступили к штурму французской столицы. Уже на следующий день город капитулировал. Поскольку войска, хоть и были союзными, в основном состояли из русских частей, Париж наводнили наши офицеры, казаки и крестьяне. 

 

 

Шах и мат Наполеону

В начале января 1814 года союзные войска вторглись на территорию Франции, где у Наполеона появилось превосходство. Отличное знание местности и его стратегический гений позволяли ему постоянно отбрасывать армии Блюхера и Шварценберга на исходные позиции, несмотря на численный перевес последних: 150-200 тысяч против 40 тысяч наполеоновских солдат.

В 20-х числах марта Наполеон отправился к северо-восточным крепостям на границе Франции, где рассчитывал усилить свою армию за счет местных гарнизонов, и принудить союзников к отступлению. Дальнейшего продвижения врагов на Париж, он не ожидал, рассчитывая на медлительность и несговорчивость союзных армий, а также страх перед его наступлением с тыла. Однако здесь он просчитался – 24 марта 1814 союзниками был в срочном порядке одобрен план наступления на столицу. А все из-за слухов об усталости французов от войны и волнениях в Париже. Чтобы отвлечь Наполеона, против него выслали 10-тысячный кавалерийский корпус под началом генерала Винцингероде. Отряд был разбит 26 марта, но это уже не повлияло на ход дальнейших событий. Через несколько дней начался штурм Парижа. Тогда-то Наполеон понял, что его провели: «Это превосходный шахматный ход, - воскликнул он, - вот никогда бы не поверил, что какой-нибудь генерал у союзников способен это сделать». С небольшой армией он бросился на спасение столицы, но уже было слишком поздно. 

 

 

В Париже

Генерал-майор Михаил Федорович Орлов, один из тех, кто подписал капитуляцию (будучи ещё полковником), вспоминал о первой поездке по взятому городу: «Мы ехали верхом и медленно, в глубочайшей тишине. Слышен был только раздававшийся стук копыт лошадей, и изредка несколько лиц с тревожным любопытством являлись в окнах, которые быстро открывались и быстро закрывались».

Улицы были пустынны. Казалось, все населения Парижа сбежало из города. Больше всего граждане боялись мести иностранцев. Ходили истории о том, что русские обожают насиловать и забавляться варварскими играми, например в мороз гнать людей голыми на порку. Поэтому когда на улицах домов появилась прокламация русского царя, обещавшая жителям особое покровительство и защиту, многие жители бросились к северо-восточным границам города, чтобы хоть одним глазком взглянуть на русского императора. «Народу на Сен-Мартинской площади, площади Людовика XV и аллее было такое множество, что дивизионы полков едва могли проходить через эту толпу». Особенный энтузиазм высказывали парижские барышни, которые хватали за руки иностранных воинов и даже взбирались им на седла, чтобы лучше рассмотреть входивших в город завоевателей-освободителей.
Русский император выполнил свое обещание перед городом, Александр пресекал любой разбой, карал за мародерства, особенно строго запрещались любые покушения на культурные памятники, в частности, Лувр.

(Прям настроение как в годы ВОВ, когда все боялись Красной армии и мести со стороны её солдат и офицеров, потом нынешние пасквили о якобы изнасилованных 2 000 000 немок) 

 

 

Про будущих декабристов

Молодые офицеры с удовольствием принимались в аристократических кругах Парижа. В числе других времяпрепровождений оказались и посещения гадального салона известной на всю Европу гадалки – мадемуазель Ленорман. Однажды вместе с друзьями в салон пришел прославленный в боях восемнадцатилетний Сергей Иванович Муравьев-Апостол. Обращаясь ко всем офицерам, мадемуазель Ленорман дважды проигнорировала Муравьева-Апостола. В конце концов, тот поинтересовался сам: «Что же вы скажете мне, мадам?» Ленорман вздохнула: «Ничего, месье…» Муравьев настаивал: «Хоть одну фразу!».

И тогда гадалка произнесла: «Хорошо. Скажу одну фразу: вас повесят!» Муравьев опешил, но не поверил: «Вы ошибаетесь! Я – дворянин, а в России дворян не вешают!» – «Для вас император сделает исключение!» – грустно проговорила Ленорман.

Это «приключение» бурно обсуждалось в офицерской среде, пока к гадалке не сходил Павел Иванович Пестель. Когда он вернулся, то, смеясь, сказал: «Девица выжила из ума, боясь русских, которые заняли ее родной Париж. Представляете, она предсказала мне веревку с перекладиной!». Но ворожба Ленорман сбылась в полной мере. И Муравьев-Апостол, и Пестель умерли не своей смертью. Вместе с другими декабристами их повесили под дробь барабана.

 

 

Казаки

Пожалуй, самые яркие страницы тех лет в историю Парижа вписали казаки. Во время своего пребывания во французской столице русские кавалеристы превратили берега Сены в пляжную зону: купались сами и купали своих коней. «Водные процедуры» принимали, как на родном Дону — в нижнем белье или совсем нагишом. И этим, конечно же, привлекали немалое внимание местных.

О популярности казаков и огромном интересе парижан к ним свидетельствует большое количество романов, написанных французскими писателями. Среди дошедших до настоящего времени роман известной писательницы Жорж Санд, который так и называется: «Казаки в Париже».

Самих казаков пленил город, правда, в основном красивые девушки, игорные дома и вкусное вино. Казаки оказались не слишком галантными кавалерами: по-медвежьи тискали ручки парижанок, объедались мороженым у Тортони на бульваре Итальянцев и наступали на ноги посетителям Пале-Рояля и Лувра.

Русские французам виделись незлобливыми, но и не слишком деликатными в обращении великанами. Хотя популярностью у дам простого происхождения бравые вояки все же пользовались. Вот и учили их парижанки азам галантного обращения с девушками: ручку сжимать не сильно, под локоток взять, дверь открыть. 

 

 

Впечатления парижан!

Французов в свою очередь пугали азиатские конные полки в составе русской армии. Они ужасались почему-то при виде верблюдов, которых привели с собой калмыки. Французские барышни падали в обморок, когда к ним приближались татарские или калмыцкие воины в своих кафтанах, шапках, с луками через плечо, и с пучком стрел на боку.

Зато парижанам очень понравились казаки. Если русских солдат и офицеров нельзя было отличить от пруссаков и австрийцев (только по форме), то казаки были бородатые, в шароварах с лампасами, прямо такие же, как на картинках во французских газетах. Только реальные казаки были добрые. Восхищенные стайки детей бегали за русскими солдатами. А парижские мужчины вскоре стали носить бороды «под казаков», и ножи на широких ремнях, как у казаков. 

 

 

Про "бистро", точнее про "быстро"

Общением с русскими парижане были поражены. Французские газеты писали о них, как о страшных «медведях» из дикой страны, где всегда холодно. И парижане удивились, увидев рослых и крепких русских солдат, которые по виду совершенно не отличались от европейцев. А русские офицеры, к тому же, практически все говорили на французском языке. Сохранилась легенда, что солдаты и казаки заходили в парижские кафе и торопили разносчиков еды – быстро, быстро! Отсюда потом и появилась сеть закусочных в Париже под названием «Бистро». 

 

 

Что привезли из Парижа домой?

Русские солдаты вернулись из Парижа с целым багажом позаимствованных традиций и привычек. В России стало модным пить кофе, который когда-то вместе с другими колониальными товарами завез царь-реформатор Петр I. Долгое время ароматный напиток оставался непризнанным в среде бояр и дворян, но насмотревшись на утонченных французов, начинавших свой день с чашечки бодрящего пития, русские офицеры сочли традицию крайне элегантной и модной. С этого момента употребление напитка в России стало считаться одним из признаков хорошего тона.

Традиция убирать пустую бутылку со стола, тоже пошла из Парижа 1814 года. Только вот делалось это не из-за суеверия, а банальной экономии. В те времена парижские официанты не учитывали количество отпущенных клиенту бутылок. Гораздо проще выставить счет – пересчитать пустую тару, оставшуюся после трапезы на столе. Кто-то из казаков и смекнул, что можно сэкономить, спрятав часть бутылей. Оттуда и пошло – «оставишь на столе пустую бутылку, денег не будет».

Некоторые удачливые солдаты успели нажить в Париже жен-француженок, которых в России сначала звали «француз», а после прозвище превратилось в фамилию «Французов».

Русский император тоже зря не терял времени в жемчужине Европы. В 1814 году ему преподнесли французский альбом с рисунками различных проектов в новом стиле ампир. Торжественный классицизм приглянулся императору, и он пригласил на родину некоторых французских архитекторов, в том числе Монферрана, будущего автора Исаакиевского собора. 

 

 

Итоги и последствия взятия Парижа

Участник кампании и историк Михайловский-Данилевский в своем труде о заграничном походе 1814 года сообщил такие потери союзных войск под Парижем: 7100 русских, 1840 пруссаков и 153 вюртембергца, всего свыше 9 тыс. солдат.

На 57-й стене галереи воинской слава храма Христа Спасителя указано более 6 тысяч русских воинов, выбывших из строя при взятии Парижа, что соответствует данным историка М. И. Богдановича (более 8 тыс. союзников, из них 6100 русских).

Французские потери оцениваются историками в более 4 тыс. солдат. Союзники захватили 86 орудий на поле боя и ещё 72 орудия достались им после капитуляции города, М. И. Богданович сообщает о 114 захваченных орудиях.

Решающая победа была щедро отмечена императором Александром I. Главнокомандующий русскими войсками генерал Барклай-де-Толли получил чин фельдмаршала. 6 генералов удостоились ордена Св. Георгия 2-й степени. Исключительно высокая оценка, если учесть, что за победу в крупнейшем сражении Наполеоновских войн под Лейпцигом орден Св. Георгия 2-й степени получили 4 генерала, а за Бородинское сражение был удостоен только один генерал. Всего за 150 лет существования ордена 2-ю степень вручали лишь 125 раз. Отличившийся при взятии Монмартра генерал-от-инфантерии Ланжерон удостоился высшего ордена Св. Андрея Первозванного.

Наполеон узнал о капитуляции Парижа в Фонтенбло, где поджидал подхода своей отставшей армии. Он сразу же решил стянуть все имеющиеся войска для продолжения борьбы, однако под давлением маршалов, учитывающих настроения населения и трезво оценивающих соотношение сил, 4 апреля 1814 года Наполеон отрёкся от трона.

10 апреля, уже после отречения Наполеона, на юге Франции произошло последнее сражение в этой войне. Англо-испанские войска под командованием герцога Веллингтона сделали попытку овладеть Тулузой, которая оборонялась маршалом Сультом. Тулуза капитулировала только после того, когда вести из Парижа достигли гарнизона города.

В мае был подписан мир, вернувший Францию в границы 1792 года и восстановивший там монархию. Эпоха Наполеоновских войн закончилась, только вспыхнув в 1815 году при знаменитом кратковременном возвращении Наполеона к власти (Сто дней). 

 

На борту "Беллерофонта" (путь к острову Святой Елены) Последнее пристанище Наполеона!