Я Хорошая Девочка

Пролог. О природе хороших девочек

Хорошая девочка — это не та, что в уголке сидит и крестиком вышивает. Хорошая девочка — это когда ты в соболях и на шпильках, с маникюром "кровавый рассвет", но если надо — и каблуком по морде проведёшь, да так, что обидчик потом своим детям будет рассказывать, будто "споткнулся о доброту".

Глава первая. Стерлядь, трюфели и вино с прицелом на бардак

Дело было в ресторане, который в народе звался "Барские забавы", а по паспорту значился как "Gastronomique №1". Место, где:

– официанты носят перчатки, чтобы хрусталь оставался незамутнённым, а, смотрясь в отменно начищенные подносы, можно незаметно поправить макияж;

– повара делают вид, что понимают отличие "consommé" от "бульона", адельфауны способны сотворить из вчерашней рисовой каши  risotto, а разница стоимости  «croûton» и обжаренного кусочка чёрствого хлеба впечатляет даже гурманов;

– охрана из отъевшихся кордебалетных, чтобы во время антре́ выносить гостей непринуждённо и грациозно, полагающимся безупречным па-де-де́;

В общем, собрались с подругами откушать стерлядки наисвежайшей с трюфелями толчёными догнаться бухлом на публике.

Вынос умолкших безвольных тел с потухшим взором – через три квартала в исторической части города, где маргиналы и нувориши из торгашеского сословия в общей зале. Эта ресторация примечательна тем, что из дешманского набора блэкджека со шлюхами оставили рельефных девок шестовых, mille pardons, хай-хилс на пилонах. 

Собрались мы с подругами — не алкашки, но и не монашки. План был прост:

– макароны по-флотски под соусом из трюфелей, чтобы пахло деньгами;

– бутылка из подсобки Периньонов, чтобы пузырилось в глазах;

– живая музыка с вкрадчивым выразительным саксофоном, чтобы сердце билось как на носу Титаника;

– лёгкий флирт с сомелье, чтобы было что вспомнить.

Сели за стол, накрытый скатертью белее ангельских крыльев. Официант, мужчина лет пятидесяти, с лицом как у заслуженного артиста РСФСР, смахнул несуществующие крошки специальной метёлочкой — не на пол, а в серебряный совочек. Это был первый тренькнувший колокольчик, что вечер обещает стать необычным и запоминающимся.

Музыку заказали. Обозначить, что не на караоке вскладчину насобирали, а и ангажемент саксофона способны самостоятельно профинансировать.

Глава вторая. Явление варягов

На переходе к стадии "а давайте ещё одну бутылочку, но покрепче", к нашему столу подвели гостей:

– дама (условно "королева"): рост под метр девяносто, лицо — будто её предки гранит жевали, взгляд — как у сексотки на партсобрании.

– свита: две персоны в пиджаках от "Zara" — один похож на переученного левшу, в результате заработавшего косоглазие, второй на неудавшийся эксперимент по клонированию Брэда Питта.

Озвучились как "представители шведского бизнес-сообщества". Мы, естественно, представились как "дочери русского леса, знающие 1001 способ применения берёзовой ветки".

Сразу какое-то негодное впечатление о ней сложилось

Кобыла несуразная на пафосе. Мизинчик грамотно оттопыривает, а хлебало своё борзотное, не дожидаясь окончания тоста, в пойло погружает. И зыркает,  будто вся волость, а не то и губерния под властью, и десятина ей по праву отходит. А по рангу положено на шестёрке цилиндров передвигаться и мальчонку беспризорного впереди запускать, чтобы до следующего светофора голосил, что сама королевна едет, пятаки нищебродам разбрасывает.

Глава третья. Культурный обмен

Предложили им коньяку — не какой-нибудь "Арарат" из ларька, а настоящий, из тех запасов, что дядя Коля (бывший зам. начальника таможни) хранит в гараже за банками с огурцами.

Реакция "королевы":

— О, это мило! У нас в Стокгольме такой используют для чистки унитазов.

Наша реакция:

— А у нас в Москве таких, как вы, используют для тестирования прочности барных стоек.

Официант закашлялся. Сомелье внезапно вспомнил, что не запер гарманже́ с элитным алкоголем. Бармен нервно отхлебнул из приготовленного коктейля. Саксофонист подавился мундштуком, взял фальшивую ноту и умолк.

Повисла тишина.

Глава четвёртая. Эскалация

"Королева" (назовём её Гретой для краткости) решила, что мы:

а) провинциальные выскочки;

б) не внимаем её величию;

в) вообще не в курсе, что она "VERY IMPORTANT PERSON" (все буквы  заглавными)

Она:

— Вы, конечно, не осведомлены, но мой муж...

Мы:

— ...сидит в тюрьме за контрабанду фальшивых бриллиантов в поддельной чёрной икре? Сочувствуем.

Лошадиные черты её лица плавно перетекли в ремонтантный сорт перезрелого баклажана.

Глава пятая. Кульминация

После неудачной попытки "поставить нас на место" Грета иноходью отправилась в гардероб — видимо, искать свою "корону" (или хотя бы шапку из "H&M").

Пока верноподданная разыскивала свою парадную упряжь пристяжной с грызло́м и потником, мы на пальцах доказали её конюшенным их проигрышную диспозицию:

— Ваши предки когда-то приплывали, кланялись и быстро сваливали, стремясь затеряться в родных фьордах. Советуем последовать их примеру.

Когда Грета прискакала обратно, её осенило:

— Вы... вы просто завидуете!

И тут...

Глава седьмая. Развязка

БАМ!

Моя нога (стройная, в лодочке на шпильке "Louboutin") встретилась с её "королевским" задом.

Физика процесса:

угол удара – 45 градусов (идеально на взлёте);

траектория – через диван (кожаный, итальянский Rigoletto Imperial);

крейсерская скорость – рука бармена не успела взболтнуть шейкер (Кровавая Мэри с твистом из сока лимона, вустерским соусом, корешком сельдерея, щепоткой чёрного перца);

конечная цель маршрута – барная стойка (дуб морёный, возраст — 100 лет);

Приз зрительских симпатий за творческий подход и оригинальный сценарий:

цвет – диктатура ампира (ярко-красный, с обилием позолоты и контрастными  обрамляющими элементами дворцового стиля);

звук – вибрирующий, отсылающий в вечность штробас в субконтроктаве (как будто накачанный до звонкости футбольный мяч влетел от ноги Халка, 214 км/ч, в пустую винную бочку с надтреснутыми ободами);

режиссёрская находка – триумфальное завершение экстремального переговорного процесса с низкой позиции;

лучший кадр – оставленная на откляченной лошадиной derrière визитка с обещанием новых встреч;

Эпилог

Охрана аплодировала стоя;

Сомелье поднёс на ход ноги "в честь победы";

Публика в фойе рукоплескала;

Владелец "Gastronomique №1" сам вместо швейцара открыл богато изукрашенные двери;

Такси (люкс, "Platinum") за счёт заведения к парадному входу гостеприимно распахнуло мажорское нутро; 

На следующий день звонили из "посольства" — но мы уже зачекинились на "rendez-vous important" (отсыпались после подвигов).

Через месяц столкнулись с Гретой в одном из заведений — она резко развернулась и вышла, не дожидаясь десерта. Двое знакомых сопровождающих сделали вид, будто мы не были представлены ранее.

Я хорошая девочка. Меня надо ценить. Потому что хорошие девочки делают всё то же самое, что и плохие. Но делают это хорошо — с расстановкой, с пафосом, с послевкусием, чтобы потом полгорода месяц обсуждало, а виновники торжества в посольствах справки собирали, как их "very important лица по неосторожности оступились и сами упали".

(Основано на реальных событиях)